Притяжение.

Тяжесть на застывшем языке,

смещённом с точки равновесия в колоколе.

Хлеб

для голодной голубки, забытый в силке.

Нас когда-нибудь стянет время

стальной проволокой.

Сплющет, сомкнёт, переплавит в одно.

Но пока

притяжение

протяжённей, чем время и нить ДНК.

И гремят, и ворочаются банкой пустой

жестяные века.

Всё, что мы делаем в них, – силимся

оттолкнуться. Но

притяжение

нас швыряет друг к другу – с каждым

толчком в бока.

И если бы кто-то поставил на нас в казино,

мы легли бы фишками одного на двоих

игрового поля.

Притяжение

не понять, не ослабить, не перебороть.

Отражённые в зеркале символы,

сдвоенные пароли.

Притяжение

программирует душу, сознание, плоть.

Удаляет историю, память стирая, и нас оставляет

бестелесными в голом пространстве —

здесь есть только души и нить,

их связавшая сквозь параллельность миров,

обрекая

неразрывно, без памяти,

вечно друг друга любить.