Мы находимся всего в пяти минутах езды от офисного здания, где я встречаюсь с Сангриоти, когда мой телефон начинает вибрировать.
Я вытаскиваю телефон из нагрудного кармана пиджака и хмурюсь, увидев на экране имя тети Глории.
– Циа Глория? – отвечаю я на звонок.
Тетя безудержно рыдает, и у меня вдоль по позвоночнику бегут ледяные мурашки.
– Он мертв, – выдыхает она. – Она его убила!
– Что?! – Я хлопаю Большого Рикки по плечу и приказываю: – Разворачивайся. Мы возвращаемся на виллу!
Сосредоточив внимание на бьющейся в истерике тете, я уточняю:
– Кто мертв?
– Твой дядя! Змея, которую ты привел в наш дом, убила его!
Какого черта?!
Я мрачно хмурю лоб, а все мои эмоции превращаются в хаотичный клубок.
– Дядя Маурицио мертв?
– Д-да, – всхлипывает тетя Глория. – Виттория столкнула его с балкона.
Нет, она бы ни за что этого не сделала!
– Что. За. Черт?! Поезжай быстрее! – рычу я.
Я разрываюсь между шоком от смерти дяди Маурицио и тетей, которая винит в этом Витторию.
Тетя Глория безудержно рыдает, и я резко приказываю:
– Пускай никто ничего не делает, пока я не приеду!
Я вешаю трубку и еле удерживаюсь, чтобы не разбить телефон, – шок от смерти дяди бьет меня прямо в сердце.
– Что случилось? – спрашивает Большой Рикки, переводя обеспокоенный взгляд между дорогой и зеркалом заднего вида.
– Тетя Глория утверждает, что Виттория убила дядю Маурицио, – говорю я, не в силах поверить, что Виттория способна на такое.
Только не моя жена.
Только не моя невинная маленькая лань.
Лихорадочно соображая, я могу прийти только к одному выводу: дядя Маурицио, должно быть, пытался избавиться от Виттории, потому что был недоволен нашим браком. А Виттория защищалась.
Это единственное приемлемое объяснение, потому что если я в чем-то и могу быть чертовски уверен, так это в том, что Виттория – богобоязненная женщина, которая и мухи не обидит.
Женщина, которую я люблю, не способна на убийство.
Ни при каких обстоятельствах.
Я отказываюсь в это верить.
Как только Большой Рикки останавливает внедорожник перед виллой, я вылезаю из машины и бегу в дом, с которым у меня связано столько счастливых воспоминаний.
Тетя Глория стоит посреди гостиной и рыдает, прижимаясь к телу дяди Маурицио.
Я оглядываю его призрачно-бледное лицо и струйку крови, засохшую на слегка приоткрытых губах.
Черт!
Когда я наконец осознаю потерю дяди Маурицио, я качаю головой, а сердце у меня разрывается.
Нет!
Я делаю шаг вперед и, теряя контроль над эмоциями, кричу:
– Что тут, черт побери, произошло?!
– Она убила его! – кричит тетя Глория, глядя на меня. – Она убила моего Маурицио, – всхлипывает она.
Нет. Это невозможно.
– Что вы сделали с Витторией? – требовательно спрашиваю я, и мой голос звучит холодно и безжизненно.
Мой тон привлекает внимание тети Глории, и она начинает бессвязно рассказывать:
– Виттория хотела сбежать и бросить тебя, но когда Маурицио запер ее в комнате, чтобы она не убежала, она столкнула его с балкона.
Виттория хотела бросить меня? Ни за что!
Я качаю головой.
– Не ври мне, черт побери!
Когда я смотрю на женщину, которая была мне как мать, и вижу в ее глазах правду, которую она пытается скрыть, весь мой мир разлетается на осколки.
Предательство мгновенно стирает из моей души всю человечность.
– Это правда! – кричит тетя Глория, но когда она смотрит на меня, все эмоции исчезают с ее лица – она понимает, что я не верю в ее ложь. – Ты должен был жениться на Валентине, а не на какой-то жалкой девчонке, – произносит она дрожащим от гнева голосом. – Все уже было спланировано, а ты все испортил.
Быстрым движением она выхватывает пистолет из-за спины дяди Маурицио, но Большой Рикки стреляет прежде, чем она успевает направить оружие на меня.
Черт побери, я не могу поверить в то, что только что произошло!
Я делаю шаг назад под тяжестью еще одного предательства.
Нет.
Когда я вижу, как тетя падает на тело дяди, мою грудь переполняет неконтролируемый гнев.
Тяжело дыша, я падаю на колени от разрушительных эмоций, сеющих хаос у меня в груди.
Я доверял им.
– Найдите Витторию Риццо! – приказывает Большой Рикки охранникам. – Прочешите все уголки этого проклятого острова и верните ее домой целой и невредимой. Если кто-нибудь хоть пальцем тронет жену босса, я сам его убью, черт побери!
Дядя Маурицио и тетя Глория предали меня.
Виттория. Мой ангел.
Я задыхаюсь от невыносимой боли в сердце и от обмана, погрузившего мой мир во мрак.
– Босс?
Я чувствую руку Большого Рикки у себя на плече. Он садится на корточки рядом со мной.
– Анджело!
Я смотрю на него.
– Мы должны найти Витторию.
Большой Рикки прав.
Я с трудом поднимаюсь на ноги и трясу головой, пытаясь прийти в себя.
– Как Виттории удалось сбежать с виллы?
Большой Рикки достает телефон и звонит кому-то.
– Спроси у охранников, как Виттория сбежала с виллы, – приказывает он.
Я смотрю на человека, который прикрывал меня своим телом, который убивал, чтобы обеспечить мою безопасность, который всегда был рядом.
Видя, что я смотрю на него, Большой Рикки крепко сжимает мое плечо.
Сейчас он – мой здравый смысл. Он взял ситуацию под контроль, потому что знает, что мне нужно время, чтобы осознать весь этот чертов кошмар.
Большой Рикки внезапно заканчивает разговор.
– Тори взяла одну из машин. Маурицио велел охранникам ее выпустить. Мы найдем ее, – говорит он, глядя на меня.
Проходит еще минута, прежде чем я вновь обретаю контроль над своими чувствами и задвигаю шок на задворки сознания. Впервые с того момента, как все это произошло, я могу мыслить ясно.
Я быстро достаю из нагрудного кармана куртки телефон и набираю номер Виттории.
Сначала я попадаю на голосовую почту, но кладу трубку и звоню еще раз.
Наконец она отвечает.
– М-мне так ж-жаль, – всхлипывает Виттория.
– Где ты? – требовательно спрашиваю я, мой голос звучит хрипло от пережитого потрясения.
– М-мне т-т-так жаль. П-прости м-меня.
– Черт побери, Виттория! Где ты?! – кричу я.
Разговор прерывается, и я рычу от разочарования.
Устройство слежения!
Я поместил в наши обручальные кольца устройства слежения, чтобы Тини и Большой Рикки могли найти нас, если что-то пойдет не так.
Слава всем чертям!
Я быстро вхожу в приложение, и через секунду уже вижу на карте четкую красную точку.
– Черт! – восклицает Большой Рикки. – Я совсем забыл про устройство слежения. Где она?
Он подходит ближе, чтобы взглянуть на экран телефона.
Сигнал показывает, что Виттория в аэропорту.
– Поехали! – рычу я и, не удостаивая тела дяди и тети еще одним взглядом, выхожу из виллы.
Я забираюсь на пассажирское, а не на заднее сиденье, а Большой Рикки садится за руль.
Он мчится прочь от виллы, а я качаю головой.
– О чем они, черт побери, думали? Что я поверю в какую-то чушь о том, что Виттория меня бросила?
– В отчаянные времена люди совершают отчаянные поступки, – бормочет Большой Рикки.
Это было чертовски глупо с их стороны. Я сказал дяде Маурицио, что люблю Витторию, но он все равно попытался от нее избавиться.
Слава Богу, что он ее не убил.
Мою невинную маленькую лань.
Любовь всей моей чертовой жизни.
– Поверить не могу, – бормочу я, снова переживая испытанный шок. – Виттория, должно быть, перепугалась до смерти.
– Мы ее найдем, – заверяет меня Большой Рикки.
Господи, черт побери!
У меня сбивается дыхание, я никак не могу смириться с тем, что моя семья меня предала. Они пытались избавиться от Виттории.
Черт возьми, мне просто нужно снова обнять свою жену!
Черт, она, должно быть, так травмирована!
Господи, детка. Мне чертовски жаль.