Язык вина – тот самый барьер, который одновременно и завораживает, и выводит из себя неофитов и любителей постебаться: все эти «ароматы каминной полки» или «цвета глаза испуганной куропатки», тщательно отыскиваемые в том, что нужно просто выпить. Но тут у «винных» людей действительно есть оправдание. Если не зацикливаться на образности, то все эти странные и раздражающие фигуры речи – не более чем язык описания объекта, с которым они имеют дело. Именно вербальным образом один человек передает другим свою характеристику вина, что не самый лучший, не самый удобный и не самый точный способ. Но и противоположная ситуация, когда все говорят о вине на языке химических формул, также представляется малореальной. К сожалению или к счастью, но пока у кандидатов на должность сомелье диплом химика спрашивают крайне редко. Именно неточность и потенциальная образность винного языка во многом и порождает проблему восприятия винной культуры: одним посторонним кажется, что говорящие о вине просто выделываются, другие чрезмерно дополняют образность по мере развитости своего воображения. Забавная штука, да? Так что же, можем ли мы сказать, что винный снобизм – это просто наше восприятие профессионального языка и профессиональных нравов? И да и нет.

Да, потому что использование этого языка в качестве корпоративного сленга отдаляет цель коммуникации, это не только в вине происходит, но и в любой притягательной для неофитов среде. Люди «из вина» знают об упомянутом смысловом зазоре и, безусловно, им пользуются. Одни используют его, чтобы произвести впечатление, если это необходимо, ну или отделить своих от чужих. Другие строят на этом карьеру, специализируясь в основном на маркетинге вина разного уровня. Отторжение может вызывать и то и другое.

Нет, потому что это все-таки не совсем корпоративная коммуникация и слова описаний, как правило, все же достигают цели. Какое это все имеет отношение к вам? Самое прямое. Для любого новичка появляется «серая смысловая зона», которую нужно преодолеть, каждый делает это по-своему: кому-то помогают курсы сомелье, кому-то регулярные походы в ближайший винный бар, кому-то – книги вроде этой.

Чтобы побороть страх разговоров о вине, попробуйте определить ваш персональный вектор среди всего этого разнообразия, трудно вычленяемого в единство. Определитесь, что интереснее всего именно вам, и двигайтесь в этом направлении. Любите непринужденную болтовню за бокалом? Найдите бар, симпатичный именно вам, и ходите пробовать только туда: если это место вам нравится, то и винной подборке там вы тоже, скорее всего, доверяете. Чувствуете себя увереннее в зубрежке – идите на курсы сомелье. По секрету: становиться сомелье после них не обязательно, но теорию вы точно прокачаете. Вы социопат? Пробуйте дома, только не слишком увлекайтесь, а еще лучше – соберите с друзьями (надеюсь, они у вас все-таки есть) что-то вроде домашнего дегустационного клуба. В процессе обсуждений будьте корректны по отношению друг к другу.

Вино – часть социальных и гендерных игрищ, увы. «Сладкое – для девочек», «игристое – это не мужское вино, вот бордо – другое дело». Слышали такое?

И это только верхушка айсберга нелепостей и социальных установок, связанных с вином в социуме. Какой только дичи не услышишь иногда, и от сомелье с кавистами в том числе, которые упорно отказываются признавать за женщинами право на сложные выдержанные вина, в то же время отрицая право мужчин на вина «легкомысленные». Впрочем, у всего есть причины. В уничижительном императиве «сладкие вина – для женщин» присутствовал сугубо практический лайфхак: в эпоху патриархата такие установки помогали мужчинам контролировать женскую безопасность (и управлять степенью опьянения). С одной стороны, сладкое – это такое вино, которого выпить много крайне сложно, что в социально-коммуникативном смысле означает отсутствие угроз для девичьей чести. С другой, именно сладким винам приписывали афродизиакальные свойства, самый очевидный пример – невероятная популярность токайского как при дворе Людовика XIV, так и при российском дворе еще со времен Петра I. Последний больше всего любил анисовую водку, но если говорить о винах, то сладкие токайские предпочитал всем остальным. У гендерного-окрашенного отношения к игристым в России также есть причина: благодаря «Советскому шампанскому» и фактическому отсутствию выбора много десятилетий подряд практически весь класс числился как безликая шипучка, альтернативная водке, так что гендерная подоплека действительно имела место. Сложившаяся ситуация была тем удивительнее, что в дореволюционной России шампанское было воплощением маскулинности и пользовалось невероятной популярностью у военных, а особенно – у гусар.

Не останавливайте себя в выборе темы, наиболее вам близкой (как мы помним, восприятие у всех разное), но и не пытайтесь объять необъятное, выберите для первого глубокого погружения что-нибудь одно – только Россию, только Риоху, только игристые или только натуральные, неважно. Важно, что вы будете знать какой-то кусок досконально и сможете разговаривать на равных хотя бы о нем. Кстати, именно так устроен бизнес большинства винных блогеров: специализироваться на одном-двух-трех регионах проще и эффективнее, особенно, если есть возможность выбираться в интересующий регион один-два раза в год и узнавать новости непосредственно от виноделов. Не пытайтесь попробовать все вина мира сразу, это невозможно.

На первоначальном этапе вам важнее наработать собственную модель поведения как с теорией, так и с практикой. Предположим, вы досконально изучили все винодельни вокруг Анапы и теперь отличите вслепую все их вина последних пятнадцати винтажей. Очень круто, достойно всяческого уважения, но, если вы ищущая натура, возможно, вам уже стало скучно. Это поправимо: винодельни могут быть большими или маленькими, у каждой из них могут быть свои нюансы устройства виноградников, цеха обработки или погреба для выдержки, но в целом все они работают по одной из нескольких традиционных схем. А вот разница природных условий и результатов, которые в этих условиях дают сорта винограда, может быть весьма существенной, так что новым фронтом работ для вас станут новые регионы. Вполне возможно, что по дороге к этому новому вам попадется живой винодел.