Спустившись с крыши первым, Амин направился к себе в кабинет. Анна еще осталась наверху наблюдать за поднимающимися в небо самолетами. Амин удачно ушел: сейчас бы их увидели вместе, а этого нельзя было допустить.

Девушку зажала ладони между колен и улыбнулась, словно маленькая девочка, в предвкушении чего-то волнующего. Ей не терпелось спуститься и вбежать к Амину в кабинет. Хотелось целовать и обнимать его, вдыхать запах.

Анна в волнении перевела дыхание, потом встала и пошла к выходу. Спускалась уже в совсем другом настроении, нежели поднималась.

Проходя мимо Кэрол, секретарши Ричарда, Анна улыбнулась ей. Та удивленно подняла бровь.

Девушка шла по стеклянному коридору легко и улыбалась всем, кого встречала на своем пути, – не могла сдержать улыбку. Но, оказавшись возле кабинета Амина, снова придала своему лицу серьезный вид.

Анна постучала, а потом вошла, закрыв за собой дверь. Можно было бы на ключ, но рука не повернулась. Если кто-то придет, дверь закрыта, а они тут вдвоем…

Амин встал со своего места и сделал это за нее: повернул ключ в замке, а потом привлек девушку к себе и впился в губы. Анна не была против, она ждала этого поцелуя, даже мечтала о нем, пока шла.

– Люблю тебя, – прошептал Амин, на секунду оторвавшись от ее губ.

– Как до облаков.

– И обратно.

– И я люблю тебя безмерно, как небо.

– Бесконечно? – спросил он прямо ей в губы.

– Как космос.

– Глубоко?

– Как Тихий океан.

Амин улыбнулся, и снова его губы коснулись ее губ. Это был глубокий поцелуй, который длился бесконечно. Они стояли у двери подальше от окна, прячась как подростки и пытаясь насладиться друг другом. Рука девушки скользнула под пиджак, чтобы услышать стук сердца, которое бьется для нее. Почувствовав биение, улыбнулась, прервав поцелуй.

– Чувствуешь? – Амин коснулся руки Анны, сильнее прижав ее ладонь к тонкой ткани рубашки. – Это ты сводишь мое сердце с ума.

Они посмотрели друг другу в глаза, Анна взяла мужскую ладонь и приложила к своей груди. Сердце девушки билось быстрее, но как только рука Амина оказалась на ее груди, его сердцебиение тоже усилилось. Они оба рассмеялись.

– Не провоцируй меня, иначе я за себя не ручаюсь, – Амин отошел от девушки к своему креслу.

– Ты против секса на рабочем месте? Если что, я шучу, – Анна тут же пошла на попятную.

– За такое в Дубае меня бы посадили, – усмехнулся Амин, – желания не возникало. Уже про тебя не стану спрашивать, – он явно намекнул на ее добрачный роман с Ричардом. А может, и послебрачный период. Чтобы отвлечься от этих разговоров, он схватил со стола первые попавшиеся бумаги.

– Спроси, и ты узнаешь, что до свадьбы мы с Ричардом поцеловались всего один раз. – Амин замер, а потом перевел на девушку тяжелый взгляд. – У меня даже в мыслях не было заниматься сексом на рабочем месте. Это неприемлемо.

– Почему ты вышла за него замуж?

Анна пожала плечами, опустив взгляд. Она бы многое сказала, но надо ли?

– Это ничего не изменит, Амин, есть сам факт: я вышла за него замуж.

– Ты любишь его? – Амин издевался над собой, задавая эти вопросы, но хотелось знать наверняка.

– Ты думаешь, что я любила его, а потом вдруг полюбила другого? Нет, это не так. – Девушка села в одно из кресел напротив его стола. – Оказывается, я вообще не имела понятия, что такое любовь. Человек же может ошибаться? Но я уважаю Рича и не хочу сделать ему больно.

– Мактуб, – произнес Амин, – так предначертано судьбой. Кому-то судьба дает легкие решения и ровную дорогу, кому-то – наполненную испытаниями, но у всех итог один: все познают счастье.

– Мактуб, – повторила Анна, в это время зазвонил ее мобильный телефон. Это был Ричард. Она перевела взгляд на Амина, который откинулся на спинку кресла и уткнулся в бумаги, делая вид, что ему безразлично, хотя на самом деле чудом сдерживал себя.

– Прости, но мне надо ответить.

Он указал ей на дверь, и Анна согласна кивнула. Амин прав: слышать ее разговоры с мужем он не должен. Анна вышла из кабинета и тут же ответила на звонок:

– Да, Рич? Как ты?

– Привет, очень скучаю. Уже хочу к тебе, но обниму тебя не скоро. А как ты? В офисе все в порядке?

В порядке! Анна перевела взгляд на дверь в кабинет Амина и сглотнула. Стало омерзительно от самой себя. Опустив плечи, девушка направилась в соседний кабинет. Во время разговора с мужем она еще ощущала, как горят губы. Они распухли – так усердно она еще никогда не целовалась.

– Все хорошо, можешь не переживать и работать спокойно.

– Отец Амина дал ответ?

– Нет, но мы ждем. На это надо время, Рич.

– Согласен. Ладно, прогуляюсь по городу. Надо было взять тебя с собой – было бы не так скучно. И Амина тоже: смысл ему торчать в офисе, если он просто ждет ответа.

Анна не могла такое представить. Тогда она точно не пришла бы к Амину, не позволила себя поцеловать и не осталась бы на ночь. Все было бы по-другому. Интересно, как было бы лучше?

– Хорошей тебе прогулки, – как можно мягче произнесла она, но без нежности.

– Спасибо, люблю тебя, – произнес он, и Анна замерла. Эта фраза… Она могла ответить так же только одному человеку. И это не Ричард.

– Не забудь накинуть куртку: все же наступает зима и дует северный ветер, – схитрила она. – Ой, прости, кто-то звонит.

Анна отключила телефон и перевела взгляд на окно, закрашенное белой краской. Вот бы оно снова стало прозрачным….

В ее кабинет постучали, хотя дверь была открыта нараспашку, и в дверном проеме появилась Стелла – худощавая сорокапятилетняя бухгалтерша в очках, которая выглядела гораздо старше своего возраста. Так показалось Анне, хотя она не знала, что подстегнуло ее так думать: седые волосы или старомодные платья.

– Дорогуша, – так всегда обращалась к Анне Стелла, – попрошу подписать документы для отчета. А еще эти бухгалтерские счета.

– Хорошо, можешь подождать здесь, – Анна взяла документы и пошла в соседний кабинет. Предварительно постучав, зашла, прикрыв за собой дверь. Амин никогда не отвечал ей, или это она, не дожидаясь ответа, сразу распахивала дверь. Мужчина сидел за столом и что-то чертил.

– Анна, мне пришла в голову гениальная мысль. Даже две. Первая – знаю, что еще вчера намеревался уехать, но сегодня я полон сил бороться дальше. Хочу отдельную взлетную полосу для частных самолетов.

– Что? – не поняла она, держа папку с документами. – Какую полосу? Ваш отец этого не одобрит.

– Именно поэтому я ее хочу! Прошу тебя, найди чертежи аэропорта Лос-Анджелеса и всех взлетно-посадочных полос.

– Хорошо, – Анна положила папку с документами на стол, – это бухгалтерия.

Амин подписал документы, и девушка тут же сгребла их в папку. Уже готовая уйти, она остановилась и обернулась:

– А вторая мысль?

Амин улыбнулся:

– Если мой отец будет против строительства терминала, я все же соберу совет директоров. Я возьму деньги из своей доли, если они одобрят. «Они» – это Сания и Лейла, которые передали мне права управления их голосами. Остается Малих, но он так занят небом и полетами, что ему нет дела до терминалов и взлетных полос. В его случае он будет рад, если они вообще есть. Если брат отдаст голос мне, то у нас с отцом будет пятьдесят на пятьдесят. И тут на ринг выйдет мама, – Амин откинулся на спинку кресла. – Я даже представил этот раунд. На месте отца я бы сдался сразу.

Анна улыбнулась: ей нравилось видеть в Амине юношеский азарт. Еще вчера он грустил, а сегодня был полон оптимизма.

Амин перевел на девушку взгляд, поймав себя на мысли, что ждет окончания рабочего дня. Мысленно он уже был дома и не один.

– Чем вы сегодня заняты? – спросил мужчина, резко сменив тему разговора.

– Есть какие-то предложения? Подождите, – она указала на дверь, – я сейчас отдам документы и приду.

Анна надеялась, что Стелла ничего не заподозрила, отдала ей документы, взяла у себя со стола ноутбук и вернулась к Амину.

– Ты не против, если я поработаю здесь? – спросила она. – В том кабинете мне одиноко.

– Конечно, – он рукой указал на свободные места напротив своего стола, – этим ты меня только порадуешь.

Анна села и принялась искать данные по взлетным полосам аэропорта. Амин занялся подсчетом своих сбережений. Иногда он смотрел на Анну, которая внимательно что-то читала, иногда хмурилась или улыбалась. Он улыбался вместе с ней. Иногда девушка посматривала на него, но смущенно отводила взгляд и продолжала работать.

– Ты не ответила на вопрос про вечер, – напомнил Амин, отрывая ее от дел.

– Я не занята, – произнесла она и ощутила, как щеки становятся розовыми. Может быть, это неправильно, но больше всего ей хотелось оказаться в его крепких объятиях. Говоря о том, что она не занята, она дала понять, где ей хотелось бы провести вечер.

– Я могу забронировать столик в итальянском ресторане.

– Ой, – Анна опять вспомнила про свой долг, – я же должна сварить кахву.

– Точно, – Амин улыбнулся, – в пять утра.

– В пять? Почему так рано?

– Чтобы ты не успела проснуться и сбежать, – намекнул он ей на сегодняшнее утро.

– Ладно, – девушка скромно улыбнулась и уткнулась в ноутбук.

– И все?

– А что еще?

– А ужин?

– Я приготовлю ужин, или закажем доставку.

– Боишься, что нас увидят вместе?

– Нет, – тут же вставила Анна и поняла, что это не совсем так. – Да, вернее… это тоже, но не в этом дело. Хочется просто провести вечер вдвоем дома. Мне же вставать в пять утра, – улыбнулась она и уткнулась в ноутбук. – Я нашла информацию по взлетно-посадочным полосам аэропорта.

– Шукран, – произнес Амин, довольный всем, что она ему сказала, – перешли ее мне.

Она отправила ему на почту все чертежи и подошла ближе взглянуть в его ноутбук.

– Вот смотри, – Амин открыл чертеж, – у них четыре взлетно-посадочные полосы. Как ты думаешь, люди, которые прилетели на дальнюю полосу, сколько будут ехать до терминала?

– Не знаю, – пожала плечами девушка, – я же никогда не прилетала в этот аэропорт.

– Минут двадцать на шаттл-басе. Пассажиры устанут. Когда мой самолет приземлился, то мы долго катались. Я вообще деловой человек, и у меня нет столько времени. К тому же ВИП-пассажиры не должны стоять в зоне ожидания. Занеси в список построек отдельный терминал и ВПП для частных самолетов.

– Амин, – засмеялась Анна, – твой отец точно будет против!

– Он еще не знает, что я хочу изменений в Дубайском аэропорту, потому что там тоже приходится кататься по бетону и терять время.

Амин улыбнулся, и Анна обняла его. Может, он шутил – она не поняла. А может, и не шутил – тогда он отчаянный. Отчаянный настолько, что хочет построить отдельный терминал в Лос-Анджелесе.

– И что, – ткнула она в ноутбук, – приступать к расчетам?

– Подождем ответа отца, потом добавим в пункт расходов затраты на строительство взлетно-посадочной полосы.

Вместе им работалось очень весело, Амин много рассказывал о своей семье, о сестрах и брате. Анне показалось, что теперь она знает о них все.

Ричард был больше одиночкой, он ходил к родителям на праздники, часто навещал отца, но такой большой семьи, как у Амина, у него не было.

– Как ты думаешь, я понравлюсь твоей маме?

– Это даже не обсуждается! И бабушке с дедушкой тоже очень понравишься. Отцу не понравишься, – он усмехнулся. – Ему вообще никто не нравится.

– Значит, Джек прав и с Саидом тяжело найти общий язык.

– Он так сказал, – удивился Амин, – про моего отца? И при этом все говорят, что я на него похож… – он задумался, анализируя, так ли это. – Если выкину что-то, чем уподоблюсь Саиду Шараф аль-Дину, то напомни мне об этом разговоре.

– Хорошо, – кивнула Анна.

– Аллах, Аллах, – тихо прошептал Амин и перевел недовольный взгляд на Анну. Получилось так, будто он искал поддержки. Девушка рассмеялась и коснулась его руки.

За разговорами рабочий день пролетел быстро, наступило время уходить. Анна вышла из кабинета Амина впервые за долгое время спокойной, в хорошем настроении и с желанием продолжить этот день. Прибравшись на рабочем столе, она кинула в сумочку телефон, ключи от офиса. За этим занятием ее и обнаружила Люсинда.

– Анна, я тут подумала: раз Ричард уехал и ты скучаешь, а не завалиться ли нам в бар? Потусим немного, хоть развлечешься.

– Люсинда, я… я устала, поеду домой и прилягу. Голова болит.

В это же время Амин вышел из своего кабинета.

– А вот и причина усталости, – выпалила подруга, чем привела в шок Анну. – Вы ее умотали, – закончила Люсинда, обращаясь уже к Амину, и все выдохнули после следующей фразы: – Надо отпускать ее хотя бы на перерывы, у нее болит голова.

– Перерывы? – улыбнулся Амин. – Буду иметь в виду. Всем прекрасного вечера.

Он направился к выходу и скрылся за дверьми, а Люсинда победно посмотрела на подругу. Она только что высказала директору претензию, заступившись за Анну.

– Ты меня не поблагодаришь?

У Анны даже слов не нашлось, но надо было учиться играть роль, от которой ее коробило.

– Спасибо, – кивнула она и схватила сумочку, – кто бы, если не ты. Люсинда, ты настоящий друг.

Девушка взяла под локоть подругу, и они направились к лифту.

– Идем в бар? – еще раз спросила та.

– Нет, у меня же голова болит.

Расставшись на стоянке, каждая села в свою машину. Амин уже уехал, такова была договоренность. Анна прекрасно знала, где он сейчас, но сама поехала домой. Надо было принять душ и переодеться, просто побыть дома. Когда она зашла в пустую квартиру, то снова ощутила странное чувство жалости к Ричарду. Вот опять, опять она его жалела! Опять думала о предательстве. Как он переживет ее уход? Будет ли страдать? Будет ли ненавидеть? А ведь она просто идет за любовью. Разве за это чувство можно ненавидеть?

Девушка собралась быстро и, не рискуя ехать на своей машине, вызвала такси.

Подъезжая к дому Амина, Анна разволновалась еще сильнее: сердце застучало, она зажмурилась, представив, как он ее обнимает и целует. Любовь, словно витиеватый узор, состоящий из арабских букв, вызывает волнение и трепет.

Амин открыл дверь, встречаясь с синими глазами девушки. Она скромно стояла, держа в руках сумочку, потом сделала уверенный шаг вперед и вошла в дом.

– Как вкусно пахнет, – принюхалась она.

– Чем? Бахур?

– Бахур? – не поняла Анна, впервые слыша это название. – От тебя пахнет бахуром? Что это? Туалетная вода?

Девушка подошла ближе к Амину, принюхалась и поняла, что этот уже ставший родным запах витает везде. И он успокаивает.

– От меня всегда пахнет бахуром, потому что у нас принято окуривать им дом и одежду. У него много свойств, тебе рассказать? Пророк Мухаммед, саллаллаху алейхи ва саллям[24], любил благовония, а использование бахура считается сунной[25]. Бахур используют в мечетях, во время праздников, дома, в машинах. Дубай пахнет бахуром. И он разный, состоит из древесной стружки и пропитан маслами. Еще бахур расслабляет, поэтому используется для создания романтической атмосферы.

Теперь Анна поняла, чем так необычно и притягательно пахло от Амина все это время. Она полюбила бахур, даже не зная, что он существует, только потому что это запах любимого мужчины.

– Этот запах, – прошептала она, – твой. Необычный, терпкий, мужественный…

Амин провел пальцем по щеке девушка, а губы коснулись ее лба. Анна и не подозревала, что значит для мусульманина этот поцелуй. Он означал мактуб – судьба.

Она закрыла глаза, будто чувствуя это, ощутила нежность и заботу, и себя – полностью его женщиной. Запах, поцелуй, прикосновения… Слезы застыли в глазах, хотелось так стоять вечность.