Православие в Китае имеет более чем трехвековую историю. Считается, что еще в XVII веке в Китай приезжали российские миссионеры.

По одним данным, первая православная миссия прибыла в Пекин из Тобольска в 1715 году. Всего же их было двадцать, и продолжительность миссий составляла в среднем восемь – десять лет. В качестве миссионеров первоначально часто выступали казаки, реже – служилые люди.

По другим данным, появление православия в Китае можно датировать более ранним сроком, то есть временем постройки храма «Воскресение Христово» в городе Якса в 1671 году. Спустя пять лет, в 1676 году, там же возвели православный монастырь в честь Христа Спасителя.

Некоторые историки предлагают обозначить начало истории православной миссии в Китае 1685–1686 гг. Тогда отец Максим (Максим Леонтьевич Толстоухов) был пленен вместе с примерно 45 русскими во время нападения маньчжуров. Ему удалось захватить с собой икону и некоторую церковную утварь. Пленников поселили на окраине Пекина и передали им для богослужения буддийскую кумирню, которую отец Максим обратил в часовню. Там вплоть до 1695 года он совершал богослужения, удовлетворяя духовные нужды своей паствы, – крестил, венчал, отпевал и молился за единоверцев.

В 1696 году отец Максим устроил в северо-восточной части Пекина первый столичный православный храм, который первоначально был посвящен Святой Софии. Но, поскольку в церкви хранилась икона Святого Николая, позже храм был переименован в его честь.

В результате успешной работы, отмеченной вниманием царя Петра I, отец Максим был единственным пастырем православной церкви в Пекине на протяжении более чем 25 лет (он умер в 1711 или 1712 году).

Что же касается 1715 года, то тогда в Пекине была учреждена Русская духовная миссия, и ее первым начальником был назначен архимандрит Иларион (Лежайский). Всего же после 1715 года в Китай прибыло два десятка православных миссий, в числе которых в страну въехало больше двух сотен проповедников, ставивших перед собой задачи по изучению китайского и маньчжурского языков, что было необходимого для углубленного исследования китайской культуры и ведения проповедей на родном для китайцев языке. Благодаря русской православной духовной миссии на территории Китая было воздвигнуто 37 церквей и храмов, основано более 40 миссионерских центров, учреждена духовная семинария и два десятка религиозных школ, предназначенных для мужчин и женщин.

Российские миссионеры демонстрировали почтение и лояльность к культурным особенностям Китая, что привлекало в представителях православия в чужеземной стране местных жителей и власти, шедшие на сотрудничество при построении межконфессиональных связей России и Китая.

Начало ХХ века стало кратким периодом расцвета миссии, однако уже в 1905 году миссия была полностью разгромлена, а несколько православных храмов уничтожили. Тем не менее китайцы продолжали принимать православие, а после революции, произошедшей в России в 1917 году, в Китай устремились русские, образовавшие диаспору численностью около 500 000 человек. Около сотни храмов были восстановлены или заново отстроены.

Советское правительство в 1918 году объявило об отделении церкви от государства, а школы – от церкви. В то же самое время у Русской духовной миссии в Пекине сформировалось особое отношение к советской власти. Иными словами, миссия не восприняла новые порядки. А в 1949 году, после того как была провозглашена Китайская Народная Республика, русские начали массово покидать страну. Отрицательную роль в развитии и распространении православной веры в Китае сыграла и так называемая «культурная революция» 1960–1970-х гг.

С 1949 по 1956 г. Русская духовная миссия продолжала управлять православными общинами в разных регионах страны. Во главе миссии стоял архиепископ Пекинский – отец Виктор (Леонид Викторович Святин). В 1956 году Китай покинула большая группа русских эмигрантов. Часть верующих во главе с архиепископом вернулась в Советский Союз, а другая часть направилась в страны Западной Европы.

В 1956 году Китайская православная церковь получила автономию, а православные общины в Китае перешли на самообеспечение. Стало тяжело, и в результате последний православный храм в Пекине был закрыт в середине 1964 года. Последним китайским архиереем стал епископ Симеон (по-китайски его имя звучит как Ду), который умер 3 марта 1965 года в Шанхае.

И лишь в 1990-х гг. началась работа по восстановлению православия в Китае. Это было связано с изменениями, произошедшими в России.

В 2000-х гг. РПЦ налаживала связи с различными культурными, образовательными и другими китайским организациями, но она столкнулась с множеством трудностей.

Даже сегодня в православной общине Китая насчитывается всего 15 000 верующих. Мало того, на территории государства действует всего несколько православных храмов. Это храм Покрова Пресвятой Богородицы в Харбине, храм Святителя Николая в Урумчи (он был восстановлен в 1991 году), храм Святителя Николая в Кульдже и храм Иннокентия Иркутского в Эргуне (они были освящены в 2003 и 2009 гг. соответственно). Также действуют, но недоступны для рядовых прихожан, Иннокентиевский храм в российском посольстве и приход в консульстве в Шанхае.

С начала XXI века в Китае наблюдается возрождение православия, проводятся религиозные обряды, люди приходят в храмы. Среди них есть и китайцы, и потомки русских эмигрантов.

Между тем даже в православных храмах Китая, которые любые верующие могут посещать свободно, нет священников. И это при том, что храмы нуждаются в богослужении. Связано это с тем, что в соответствии с каноническими правилами только епископ может рукополагать священников. Но оба православных епископа Китайской православной церкви, Симеон (Ду) и Василий (Яо) умерли еще в 1960-х гг. Они не рукоположили преемников, поэтому апостольское преемство иерархии внутри Китайской православной церкви прервалось. С другой стороны, китайское законодательство предписывает гражданские ограничения в части ведения религиозной деятельности: священником может быть только гражданин Китая, а иностранные проповедники не имеют права вести свою деятельность.

В настоящее время Китайская православная церковь отличается тем, что численность верующих невелика и наблюдается тенденция к старению. Помимо нехватки духовенства, она сталкивается с нехваткой религиозных мест и земли.

Центральным является храм Покрова Пресвятой Богородицы в Харбине. Он был основан в 1922 году, а потом закрыт в годы «культурной революции». В период оттепели его реставрировали и открыли для богослужений. 14 октября 1984 года первую литургию в храме после гонений «культурной революции» совершил иерей Григорий Чжу (фамилия Чжу является китаизированной формой русской фамилии Чекалов), единственный священник Китайской православной церкви, получивший государственную регистрацию. Он скончался 21 сентября 2000 года в возрасте 75 лет.

Но после его кончины никаких служб не совершалось вовсе. Прихожане приходили в открытую по воскресеньям с 8:30 до 11:00 церковь, ставили свечи, молились по молитвослову, отмечали, как могли, православные праздники. И на протяжении десяти лет православные верующие Харбина прилагали усилия к получению разрешения на проведение богослужений.

В результате 11 апреля 2010 года в храме с разрешения государственных властей КНР совершил Божественную литургию священник Китайской Автономной Православной Церкви Михаил Ван Цюаньшэн. Он умер 2 июня 2015 года, и его сменил Александр Юй Ши, родившийся в 1973 году в Харбине.

14 мая 2013 года Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (в миру Владимир Михайлович Гундяев) посетил храм и отслужил божественную литургию. На торжество собралось много православных китайцев и русскоязычных соотечественников, но не все из них получили возможность войти в храм.

А 17 мая 2024 года храм посетил в ходе своего визита в Китай президент России В. В. Путин (он передал в дар храму икону Спаса Нерукотворного).

Сейчас в районе Харбина насчитывается около 100 верующих, а храм Покрова Пресвятой Богородицы регулярно посещают 30–40 человек. В основном это этнические русские и ханьцы русского и китайского происхождения. Прихожане – люди старшего возраста, в основном женщины старше 50 лет, а услуги предоставляются в основном на китайском языке.