В окрестностях Сан-Хуан-Капистрано

Суббота, 25 апреля 1981 г.

Ричард Хейнс еще издали увидел, что ферма израильтян окутана облаками дыма. В сопровождении трех машин он свернул на подъездную дорогу к дому и понесся на полной скорости.

Когда Хейнс выскочил из «понтиака» и бросился к крыльцу, в окнах первого этажа уже вовсю бушевало пламя. Прикрыв рукой лицо, он заглянул в гостиную, попытался войти внутрь, однако был отброшен назад дохнувшим на него жаром.

– Черт! – выругался Хейнс и вернулся к машине.

Он направил троих своих людей в обход, четверых – обыскивать сарай, а остальных – в другие прилегавшие строения.

– Оповещать? – осведомился его помощник, державший в руках рацию.

– Да, можешь оповестить всех, – кивнул агент. – Но пока сюда кто-нибудь доберется, от дома уже ничего не останется. – Он отошел в сторону и уставился на языки пламени, лизавшие окна второго этажа.

Из-за угла появился человек из команды сопровождения в темном костюме. Он бежал, зажав в руке револьвер.

– Ни в сарае, ни в курятнике ничего нет, сэр, – доложил он, переводя дыхание. – Только свинья бродит на заднем дворе.

– На заднем дворе? – переспросил Хейнс. – В загоне?

– Нет, сэр. Просто свободно бродит вокруг. Ворота загона распахнуты настежь.

Хейнс снова чертыхнулся, глядя, как огонь пожирает крышу здания. Машинам пришлось отъехать назад, подальше от огня. Помощники, не зная, что предпринять, переминались с ноги на ногу в ожидании дальнейших указаний. Хейнс подошел к первой машине и обратился к мужчине с рацией:

– Питер, как зовут того окружного полицейского, который возглавляет поиски парня с автозаправочной станции?

– Несбитт, сэр. Шериф Несбитт из Эль-Торо.

– Он к востоку отсюда, правильно?

– Да, сэр. Там считают, что парень со своим приятелем отправились вверх по каньону Трабуко. Они уже привлекли к поискам людей из лесничества и…

– Несбитт задействовал вертолет?

– Да, сэр. Хотя они занимаются не только нашим делом. В национальном заповеднике Кливленд разгорелся пожар и…

– Свяжи меня с шерифом Несбиттом, – распорядился Хейнс. – И заодно узнай, где находятся ближайший штаб полиции и пожарная станция.

Когда Питер передал ему рацию, на ранчо уже въезжала первая пожарная машина.

– Шериф Несбитт? – спросил Хейнс.

– Так точно. Кто говорит?

– Специальный агент Ричард Хейнс, Федеральное бюро расследований. По моему распоряжению вы проводите поиски Гомеса. Но у нас тут произошло нечто более важное, и мы нуждаемся в вашей помощи.

– Я слушаю.

– Пошлите сообщение всем постам следить за появлением темного фургона «форд-эконолайн» выпуска семьдесят шестого или семьдесят восьмого года. Водитель и возможные пассажиры разыскиваются в связи с поджогом и убийством. Вероятно, они только что выехали отсюда… э-э-э… это двенадцать и две десятых мили вверх по каньону Сан-Хуан. Мы не знаем, куда они направились – на восток или на запад, но предполагаем, что на восток. Вы можете выставить пост на семьдесят четвертом шоссе к востоку от нашего местонахождения?

– А кто за все это будет отвечать?

За спиной Хейнса рухнула часть крыши, языки пламени взметнулись к самому небу. С воем подъехала еще одна пожарная машина, и бригада начала разворачивать тяжелые брандспойты.

– Речь идет о национальной безопасности! – прокричал Хейнс. – Федеральное бюро расследований официально просит местные власти оказать помощь. Так вы установите пост?

Последовала длительная пауза, наконец сквозь помехи раздался голос Несбитта:

– Агент Хейнс, к востоку от вас на семьдесят четвертом шоссе у меня стоят две полицейские машины. Мы проверяли там лагерь «Синяя сойка» и несколько туристических троп. Я распоряжусь, чтобы полицейский Байерс установил заграждение на главной дороге к западу от озера Эльсинор.

– Хорошо. А до этого места есть какие-нибудь ответвления от шоссе? – Спокойный голос шерифа выводил Хейнса из себя.

– Нет, – ответил Несбитт. – Только въезды в национальный заповедник. Я попрошу Дасти взять вторую группу и перекрыть места ответвлений. Нам потребуется более подробное описание пассажиров, если вы не хотите, чтобы мы ограничились остановкой машины.

Передняя стена дома обвалилась внутрь. Четыре тонкие струи из брандспойтов не могли усмирить бушующий огонь.

– Нам неизвестно количество и внешний вид подозреваемых, – едва сдерживаясь, произнес агент. – Возможно, это белый мужчина лет семидесяти, с седыми волосами и немецким акцентом. С ним могут быть еще двое молодых высоких парней, один из них чернокожий. Они вооружены и крайне опасны. Хотя сейчас в фургоне могут находиться и другие лица. Найдите и остановите машину. Прежде чем приближаться к пассажирам, примите все меры предосторожности.

– Понял вас, агент Хейнс. Посты будут. Что-нибудь еще?

– Да, шериф. Где сейчас ваш поисковый вертолет?

– Стив как раз заканчивает облет пика Сантьяго. Стив, ты слышишь нас?

– Да, Карл, я все слышал.

– Хейнс, наш вертолет вам тоже нужен? У него сейчас особый контракт с лесничеством и с нами.

– Стив, – произнес Хейнс, – с этого момента вы сотрудничаете с правительством Соединенных Штатов по решению вопроса национальной безопасности. Вы меня поняли?

– Да, – донесся лаконичный ответ. – Я полагал, что служба лесничества тоже является правительственной организацией. Куда мне отправляться? Я только что заправился, так что могу держаться на этой высоте около трех часов.

– Где вы находитесь в настоящий момент?

– Двигаюсь к югу между пиками Сантьяго и Трабуко. Приблизительно в восьми милях от вас. Нужны координаты по карте?

– Нет, – ответил Хейнс. – Я хочу, чтобы вы забрали меня отсюда. Ранчо на северной стороне каньона Сан-Хуан. Вы сможете найти это место?

– Вы шутите? – откликнулся пилот. – Я даже отсюда вижу дым. Неплохую посадочную площадку вы для меня приготовили. Буду через две минуты. Связь окончена.

Хейнс открыл багажник «понтиака». Проходивший мимо пожарный кинул взгляд на целую груду М-16, дробовиков, снайперских винтовок, бронежилетов и боеприпасов.

– Вот это да! – присвистнул он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Хейнс вытащил М-16, достал магазин и, постучав им по заднему бамперу, чтобы устранить возможный перекос патронов, загнал на место. Потом снял пиджак, аккуратно сложил его, спрятал в багажник и натянул бронежилет.

– Я связался с начальником дорожного патруля, сэр, – доложил помощник, занимавшийся радиосвязью.

– Передайте ему ту же информацию, – распорядился Хейнс. – Узнайте, сможет ли он сообщить ее всем постовым полицейским вдоль шоссе.

– Заграждения, сэр?

Хейнс пристально посмотрел на молодого помощника:

– Заграждения на скоростной автомагистрали, Тайлер? Вы глупы или настолько небрежны? Скажите, что нам нужна информация об этом «форде». Полиция должна записать номера, вести слежку и докладывать обо всем в центр связи лос-анджелесского отделения ФБР.

К Хейнсу подошел местный агент Барри Меткалф:

– Дик, должен признаться, что я ничего не понимаю. Зачем ливийским террористам понадобилось захватывать израильское убежище и поджигать его?

– Кто тебе сказал, что это ливийские террористы, Барри? А об израильских террористах ты никогда не слышал?

Меткалф моргнул и промолчал. За его спиной обрушилась еще одна стена дома, выбросив вверх целый фонтан искр. Пожарные удовлетворились тем, что стали поливать подсобные строения. С северо-востока появился маленький вертолет «Белл» с кабиной из прозрачного плексигласа, сделал круг и опустился на поле к югу от фермы.

– Хотите, чтобы я полетел с вами? – спросил Меткалф.

– Похоже, в этой старой развалине найдется место лишь для одного пассажира, Барри, – заметил Хейнс, указывая на вертолет.

– Ну да, как будто прямиком из «Военно-полевого госпиталя»[56].

– Оставайся здесь. Когда огонь погасят, надо будет просеять пепел. Возможно, нам удастся обнаружить даже трупы.

– Хорошо, – без всякого энтузиазма согласился Меткалф и направился к своим людям.

Когда Хейнс подбежал к вертолету, его ждал там Свенсон, самый старший из присланных Кеплером «сантехников». На лице его была саркастическая ухмылка.

– Это все только догадки! – прокричал Хейнс в ответ на молчаливый взгляд Свенсона. – Но у меня есть предчувствие, что это дело рук Вилли. Может, не его самого, а Лугара или Рейнольдса. Если я их поймаю, то убью.

– А как насчет канцелярской работы? – осведомился Свенсон, кивнув в сторону Меткалфа и его группы.

– Я позабочусь об этом, – сказал Хейнс. – Занимайтесь своим делом.

Свенсон медленно покивал.

Вертолет едва поднялся в воздух, как поступило первое радиосообщение:

– Говорит патрульный Байерс из Третьего отряда. Пост на семьдесят четвертом шоссе выставлен. Прием.

– Хорошо, Байерс. Продолжайте наблюдение.

Дорога внизу петляла в холмах бледно-серой лентой. Машин было мало.

– Э-э-э, мистер Хейнс, может, это совсем не то, но, по-моему, несколько минут назад я видел темный фургон… возможно, «форд». Он развернулся в двухстах ярдах от меня. Прием.

– Куда он направляется в данный момент? Прием.

– В вашу сторону, сэр, обратно по шоссе. Если только не свернет на одну из лесных дорог. Прием.

– Он может объехать пост по этим дорогам? Прием.

– Нет, мистер Хейнс. Они все заканчиваются тупиком или переходят в горные тропы, кроме пожарной дороги лесничества, на которой стоит Дасти. Прием.

Хейнс повернулся к пилоту, плотному коротышке в ветровке и кепке команды «Кливленд индианс»:

– Стив, можете связаться с Дасти?

– Он то появляется, то исчезает, – ответил пилот по интеркому. – В зависимости от того, над каким мы склоном.

– Мне нужно связаться с ним, – произнес Хейнс, глядя вниз.

Поросшие кустарником склоны то освещались солнцем, то погружались в тень. В низинах и вдоль пересохших ручьев возвышались сосны. По расчету Хейнса, оставалось около полутора часов до захода солнца.

Они перевалили через гребень, вертолет набрал высоту и сделал круг. На западе в синей дымке лежал Тихий океан, к северо-западу над Лос-Анджелесом висел коричнево-оранжевый смог.

– Пост находится сразу за этим холмом, – сказал пилот. – Я не вижу никаких темных фургонов на шоссе. Хотите лететь к Дасти?

– Да, – кивнул Хейнс. – Вы еще не связались с ним?

– Одну секунду. – Стив пощелкал кнопками. – Вот. Можете говорить.

– Дасти, это специальный агент Хейнс. Слышите меня? Прием.

– Да, сэр. Я здесь кое-что обнаружил. Возможно, вы захотите взглянуть. Прием.

– Что именно?

– Темно-синий фургон «форд» семьдесят восьмого года выпуска… Наткнулся на него возле дороги. Прием.

Губы Хейнса растянулись в улыбке.

– В нем кто-нибудь есть? Прием.

– Нет… правда, в задней части масса всяких вещей. Прием.

– Черт побери, говорите конкретнее. Каких вещей?

– Электронное оборудование, сэр. Не знаю. Лучше приезжайте и посмотрите сами. Я собираюсь заняться прочесыванием леса…

– Нет! – выкрикнул Хейнс. – Стерегите фургон и не двигайтесь с места! Ваши координаты? Прием.

– Координаты? Э-э-э… скажите Стиву, что я проехал полмили по главной пожарной дороге к озеру Лысух. Прием.

Хейнс посмотрел на пилота, тот кивнул.

– Мы вас поняли, – отозвался Хейнс. – Оставайтесь на месте. Держите револьвер наготове и не спите. Мы имеем дело с террористами международного класса. – Вертолет резко свернул вправо и нырнул к заросшим лесом склонам. – Тайлер, Меткалф, вы слышали?

– Да, Дик, – донесся голос Меткалфа. – Мы готовы сворачиваться.

– Оставайтесь на ранчо, – приказал Хейнс. – Пусть у фургона меня встретят Свенсон и его люди. Ясно?

– Свенсон? – озадаченно переспросил Меткалф. – Но ведь это наша работа.

– Мне нужен Свенсон! – рявкнул Хейнс. – И не заставляй меня повторять еще раз.

– Ричард, мы все слышали и уже двигаемся, – раздался голос Свенсона.

Вертолет пролетел в шестистах футах над озером и спустился в небольшую лощину. Хейнс держал на коленях М-16 и улыбался. Ему будет приятно доставить удовольствие мистеру Баренту, и теперь он с нетерпением ожидал развития событий. Он знал уже почти наверняка, что это был не Вилли, – старик не стал бы бросать фургон, а скорее Использовал бы полицейского и прорвался через пикет… Но кто бы это ни был, они проиграли. Вокруг расстилались сотни квадратных миль национального заповедника, однако, поскольку люди Вилли лишились средства передвижения, теперь все зависело от времени. В распоряжении Хейнса имелись почти неограниченные возможности, а лес в основном был низкорослым.

Хейнсу не хотелось дожидаться утра для продолжения поисков. Ему необходимо было покончить с этой частью игры до наступления темноты.

«Нет, это не Лугар и не Рейнольдс, – размышлял он. – Скорее, та негритянка, которую Вилли Использовал в Джермантауне. Она абсолютно выпала из поля зрения. А возможно, даже Тони Хэрод».

Хейнс вспомнил допрос Марии Чэнь накануне вечером и ухмыльнулся. Чем больше он думал, тем логичнее представлялось ему участие Хэрода в этой операции. Ну что ж, довольно возиться с этим голливудским красавчиком.

Больше трети жизни Ричард Хейнс работал на Чарльза Колбена и К. Арнольда Барента. Будучи нейтралом, он не мог быть обработан Колбеном, но получал хорошее вознаграждение, как деньгами, так и реальной властью. Да и сама работа ему нравилась, он даже любил ее.

Со скоростью семьдесят миль в час на высоте двести футов вертолет летел над холмами. Темный фургон стоял прямо у дороги, задняя дверь его была открыта. Рядом застыла брошенная полицейская машина шерифа.

– Какого черта, куда подевался шериф? – раздраженно бросил Хейнс.

Пилот покачал головой и попытался вызвать по радиосвязи Дасти. Эфир молчал. Они сделали широкий круг над холмом. Хейнс поднял М-16 и принялся оглядывать местность, в надежде уловить внизу какой-либо признак движения.

– Сделай еще круг, – распорядился он.

– Послушайте, – возразил пилот. – Я не полицейский, не федеральный агент и не герой, я уже отдал стране свой долг во Вьетнаме. Я живу за счет этой машины, и, если ее или меня продырявят, вам придется искать другую вертушку с водителем.

– Заткнись и делай что говорят! – заорал Хейнс. – Мы решаем вопрос национальной безопасности.

– Это я уже слышал, – усмехнулся пилот. – Как и Уотергейт. Но меня это не волнует.

Хейнс развернулся и направил ствол винтовки, лежавшей у него на коленях, в сторону пилота:

– Стив, я говорю в последний раз. Делай круг. Если мы ничего не обнаружим, ты посадишь машину на южной стороне холма. Понятно?

– Да, – неохотно ответил пилот. – И вовсе не потому, что вы так держите свою винтовку. Даже федеральные свиньи не могут пристрелить пилота, если только сами не умеют управлять вертолетом или если у них нет под рукой другого.

– Садись, – приказал Хейнс.

Они сделали уже четыре круга над холмом, но не заметили ни шерифа, ни кого-либо другого.

Пилот начал резко снижаться и, едва не задев макушки деревьев, уверенно посадил вертолет там, где указал Хейнс.

– Выходи, – распорядился агент и снова направил на него винтовку.

– Вы шутите? – Стив, зло прищурясь, смотрел на Хейнса.

– Если нам придется убираться отсюда, я хочу быть уверенным, что мы сделаем это вместе, – ответил Хейнс. – А теперь быстро выметайся из своей консервной банки, пока я тебя не продырявил.

– Вы спятили. – Пилот сдвинул на затылок свою кепку. – Я этого так не оставлю, я подниму такой шум, что мистер Гувер встанет из могилы.

– Быстро! – заорал Хейнс, снимая М-16 с предохранителя.

Стив замедлил вращение винта, отстегнул ремни и вылез из кабины. Хейнс дождался, пока он не отошел на тридцать футов к ближайшим кустам, затем отстегнул собственные ремни и, пригнувшись, бросился к полицейской машине, виляя из стороны в сторону. Присев за капотом, он оглядел склоны холмов, но не заметил ничего подозрительного и, осторожно высунув голову, заглянул в салон. В машине никого не было. Между сиденьями располагалась стойка с углублениями для двух винтовок. Обе были пусты. Хейнс подергал ручку запертой передней дверцы, затем опустился на одно колено и снова стал внимательно изучать местность.

Если этот идиот-шериф все же отправился в лес, то он вполне мог взять с собой винтовку и запереть машину. Если, конечно, там была только одна винтовка… и вообще была. И если шериф еще жив…

Хейнс поглядел на фургон, стоявший от него в двадцати футах, и вдруг пожалел, что не остался в воздухе до прибытия Свенсона и его команды. Сколько им потребуется времени, чтобы добраться сюда? Десять минут? Пятнадцать? Может, даже меньше, если только озеро не находилось дальше от шоссе, чем это казалось сверху.

Он вдруг представил себе голову Тони Хэрода на подносе, хищно улыбнулся и бросился бегом к фургону.

Задние двери были распахнуты настежь. Прижавшись к раскаленному металлу машины, Хейнс двинулся вдоль фургона. Он знал, что представляет собой идеальную мишень для любого человека с винтовкой на южной стороне холма, но поделать ничего не мог. Он сам выбрал место для посадки, так как с этой стороны склон в основном был покрыт травой и камнями. Укрыться здесь практически было негде, если не считать нескольких кустов, возле которых по-прежнему стоял пилот. За четыре совершенных ими облета Хейнсу так и не удалось ничего заметить. Он прижал к бедру М-16 и заглянул в дверь фургона.

Внутри находились какие-то ящики, мотки проводов и электронное оборудование. Хейнс увидел радиопередатчик и компьютер «Эпсон». Спрятаться в салоне было негде. Он залез внутрь и принялся копаться в ящиках. В одном из них оказалось шестьдесят или семьдесят фунтов какой-то массы, напоминающей гипс для лепки. Она была разделена на отдельные куски, тщательно завернутые в пластиковые пакеты.

– О черт, – прошептал Хейнс. Больше ему не хотелось тут оставаться.

– Эй, капитан, может, мы уже полетим? – окликнул его пилот.

– Да, возвращайся в вертолет! – приказал агент и, как только Стив запрыгнул в кабину, бросился, пригнувшись, к отверстию в правом боку плексигласового пузыря.

Он был уже на полпути, когда с северного склона прозвучал голос, слишком громкий для того, чтобы быть естественным:

– ХЕЙНС!

Первые выстрелы раздались несколькими секундами позже.