На основе данных натурных исследований, выполненных в доступных для плавания акваториях Карского, Лаптевых и Восточно-Сибирского морей, получены эмпирические зависимости между коэффициентом ослабления коротковолновой солнечной радиации, концентрацией взвеси и глубиной исчезновения диска Секки. На основе данных о концентрации взвешенного вещества построены детальные карты пространственного распределения взвешенного вещества и коэффициента ослабления ФАР на полигонах морей Карского и Лаптевых. Получены оценки пространственного распределения концентрации взвесей, во многом определяющие оптические характеристики вод арктических морей, а также желтого вещества (CDOM), информация о котором важна как при оценке воздействия солнечной радиации на морскую биоту, так и при интерпретации спутниковых изображений.
Данные об оптических свойствах верхнего слоя моря являются необходимым компонентом для описания перераспределения коротковолновой радиации в моделях биохимических процессов и оценок интенсивности обмена парниковыми газами (Blough and R. Del Vecchio, 2002). Знание этих характеристик позволяет оценить роль приходящей солнечной радиации в формировании теплового режима поверхностного слоя замерзающих морей в летний период (Богородский, Макштас, 1996; Makshtas, Korsnes 2001). Информация о пространственной изменчивости показателей ослабления солнечной радиации в верхнем слое моря необходима также для совершенствования алгоритмов интерпретации спутниковых наблюдений (Woerd van der H., Pasterkamp, 2004; Wozniak et al., 2000).
Сведения о спектральной подводной облученности совместно со спектральным вариантом соотношения «интенсивность фотосинтеза – коротковолновая радиация» дают возможность более точно рассчитать первичную продукцию моря по сравнению с традиционным неспектральным подходом (Sathyendranath, Platt, Caverhill, Warnock, Lewist, 1989). Исследования пространственного распределения желтого вещества (CDOM), интенсивно поглощающего радиацию в коротковолновой части спектра (Шифрин, 1983), важны для оценки влияния проникающей солнечной радиации на морские организмы (Neale, Keiber, 2000) и образование промежуточных и конечных продуктов фотохимических реакций (Blough, 2001). При этом высокий уровень поглощения света желтым веществом в поверхностном слое моря серьезно затрудняет возможность оценки концентрации фитопланктона с помощью дистанционных измерений (Kahru and Mitchell, 2001).
Оптические характеристики вод арктических морей во многом определяются концентрацией и свойствами взвешенных частиц. Это обстоятельство позволяет использовать данные об особенностях радиационного режима верхнего слоя моря при изучении перераспределения и транспорта взвесей (Иванов, Ионов, Орбек, 2005; Лисицын, 1994; Лисицын, Шевченко, Буренков, 2000; Матюшенко, 2005). Исследование пространственно-временного распределения последних, в свою очередь, представляет собой одну из важнейших проблем седиментологии (Айбулатов и др., 1999; Дударев и др. 2007; Anoshkin, Popov, Ushakov 1995), особенно принимая во внимание то обстоятельство, что мелководный шельф арктических морей является источником большей части взвешенных частиц, переносимых льдами в Арктическом бассейне (Eicken et al., 2000; Reimnitz, Kassens, Eicken, 1995; Wegner et al., 2005).
Исследования, выполненные в период Международного Полярного года в ходе экспедиций на НИС «Иван Петров» в 2007 и 2008 годах в Карском и Лаптевых морях, позволили получить новые данные о распределении взвесей и гидрооптических характеристиках исследованных акваторий. Основой для анализа послужили результаты комплексных исследований, выполненных в 2003 и 2004 годах в период экспедиций на НИС «Иван Киреев», организованных Тихоокеанским океанологическим институтом ДВО РАН совместно с Арктическим и антарктическим научно-исследовательским институтом в южной части Лаптевых и Восточно-Сибирского морей (Власенков, Макштас, 2008; Семилетов и др., 2007).
На рис. 1, а показаны акватории, на которых проводились исследования в ходе экспедиций 2007 (зеленые маркеры) и 2008 (красные маркеры) годов. На рис. 1, б приведено местоположение полигонов в морях Карском и Лаптевых. Количественная оценка работ, выполненных во время экспедиций, представлена в табл. 1. Данные, полученные на полигонах, совместно с данными созданного в ААНИИ архива исторических измерений глубины исчезновения диска Секки, были использованы для оценки пространственно-временного распределения гидрооптических характеристик.
Рис. 1. Местоположение гидрологических станций, выполненных в ходе экспедиций на НИС «Иван Петров» (а), в том числе на полигонах морей Карского и Лаптевых (б), в 2007 и 2008 годах. Рельеф дня на полигонах указан голубым цветом
Таблица 1. Состав и количество наблюдений, выполненных в 2007 и 2008 гг.
Основные натурные данные в ходе экспедиций были получены при помощи гидрозонда «Sea-Bird SBE19plus», снабженного датчиками температуры, солености, мутности и розеттой, укомплектованной батометрами Нискина для отбора проб воды, а также диска Секки и автоматической метеорологической станции «Vintage-Pro». Пробы воды отбирались батометрами Нискина в поверхностном и придонном слоях моря в период гидрологических станций. Для определения концентрации взвешенного вещества в пробах воды применялся метод фильтрации с использованием мембранных фильтров «GF/F» и последующего взвешивания их при помощи весов «Sartorius Master Pro LA-230S-0CE». Пробы воды для определения желтого вещества (CDOM) после фильтрации при помощи нитроцеллюлозных мембранных фильтров «Sartorius Polycarbonate Track-Etch» были заморожены и доставлены в ААНИИ, где были подвергнуты спектральному анализу на спектрофотометре «SPECORD».
Приведенные в работе (Власенков, Макштас, 2008) эмпирические зависимости между глубиной исчезновения диска Секки, концентрацией взвесей и коэффициентом ослабления фотосинтетически активной радиации (ФАР) были использованы для создания детальных карт распределения этих параметров в шельфовых морях Российской Арктики. Основой карт послужил созданный в ААНИИ электронный архив данных наблюдений за глубиной исчезновения диска Секки и цветностью моря, выполненных в 1950-х – 1980-х годах. Валидация результатов расчетов гидрооптических характеристик по историческим данным была проведена на основе натурных данных, полученных в экспедициях 2007 и 2008 годов на полигонах в морях Карское и Лаптевых.
Впервые для исследованного в ходе экспедиций района были построены характеристики пространственного распределения CDOM в поверхностном и придонном слоях (спектральный коэффициент S и коэффициентом поглощения α для длины волны 355 нм).
Как упоминалось выше, основные гидрологические работы выполнялись при помощи гидрозонда «Sea-Bird SBE19plus», снабженного датчиками температуры, солености и мутности, а также розетты, снабженной батометрами Нискина. Целью отбора проб воды, кроме исследований пространственного распределения CDOM, было получение эмпирической зависимости между мутностью, измеряемой нефелометром, установленным на гидрозонде, и реальной концентрацией взвеси в исследуемом районе. Эта зависимость между мутностью, измеряемой в NTU (X, natural technical units), и концентрацией взвешенного вещества (C, мг/л), полученная с помощью регрессионного анализа проб, отобранных в экспедициях 2007 и 2008 годов, имеет вид:
C=0.8228X−0.0804 (1),
Результаты расчетов концентрации взвесей на полигонах, выполненные по формуле (1), приведены на рис. 2 для поверхностного слоя и на рис. 3 для придонного слоя. На рис. 2 также отображены результаты расчетов концентрации взвесей на полигонах по историческим данным о глубине исчезновения диска Секки, полученные на основе эмпирической зависимости, приведенной в работе (Власенков, Макштас, 2008):
C=5,509*zd-0,704 (2),
где zd – глубина исчезновения диска Секки (м).
Рис. 2. Пространственные распределения концентрации взвешенного вещества в поверхностном слое на полигонах в Карском море (а-в) и в море Лаптевых (г-е) по историческим данным (а, г), и по данным полевых исследований в 2007 г. (б, д) и в 2008 г. (в, е). Различия в размерах полигонов 2007 и 2008 годов (см. рис. 1) обусловлены как изменениями в планах проведения экспедиций, так и погодными условиями
Рис. 2 (продолжение). Пространственные распределения концентрации взвешенного вещества в поверхностном слое на полигонах в Карском море (а-в) и в море Лаптевых (г-е) по историческим данным (а, г), и по данным полевых исследований в 2007 г. (б, д) и в 2008 г. (в, е). Различия в размерах полигонов 2007 и 2008 годов (см. рис. 1) обусловлены как изменениями в планах проведения экспедиций, так и погодными условиями
Рис. 3. Пространственное распределение концентрации взвешенного вещества в придонном слое на полигоне в Карском море (а, б) и в море Лаптевых (в, г) по данным полевых исследований в 2007 г. (а, в) и в 2008 г. (б, г).
Рис. 3 (продолжение). Пространственное распределение концентрации взвешенного вещества в придонном слое на полигоне в Карском море (а, б) и в море Лаптевых (в, г) по данным полевых исследований в 2007 г. (а, в) и в 2008 г. (б, г)
Отсутствие измерений коротковолновой радиации в период экспедиций 2007 и 2008 годов не позволило получить натурные данные о фотосинтетически активной радиации (ФАР) и, соответственно, о коэффициенте ее ослабления (А), как это было сделано в ходе экспедиций 2003 и 2004 года в морях Лаптевых и Восточно-Сибирском. Указанное обстоятельство обусловило необходимость использования эмпирических зависимостей. Для получения коэффициента ослабления ФАР (А, 1/м) были использованы эмпирические зависимости данного параметра от концентрации взвешенного вещества (C, мг/л), приведенные в работе (Власенков, Макштас, 2008):
A=0.1317C+0.2282 (3),
где С – значение концентрации взвеси, осредненное от поверхности моря до глубины 10 м.
Для оценки коэффициента (А) по историческим данным была использована эмпирическая зависимость, также приведенная в работе (Власенков, Макштас, 2008):
A=0,9955*zd-0,753 (4),
где zd – глубина исчезновения диска Секки (м).
Результаты расчетов коэффициента ослабления ФАР, выполненных по формулам (3) и (4), показаны на рис. 4.
Рис. 4. Пространственные распределения коэффициента ослабления фотосинтетически активной радиации в поверхностном слое на полигоне в Карском море (а-в) и в море Лаптевых (г-е) по историческим данным (а, г), и данным экспедиций 2007 (б, д) и 2008 (в, е) годов
Рис. 4 (продолжение). Пространственные распределения коэффициента ослабления фотосинтетически активной радиации в поверхностном слое на полигоне в Карском море (а-в) и в море Лаптевых (г-е) по историческим данным (а, г), и данным экспедиций 2007 (б, д) и 2008 (в, е) годов
Подобие распределений концентрации взвесей и коэффициента ослабления фотосинтетически активной радиации, по крайней мере, для полигонов 2007 и 2008 годов, обусловлено линейной зависимостью между коэффициентом ослабления ФАР и концентрацией взвешенного вещества. Обобщенные характеристики распределений обеих характеристик для полигонов 2007 и 2008 годов в их сравнении с историческими данными приведены в табл. 2.
Таблица 2. Осредненные значения концентрации взвесей C (мг/л) и коэффициента ослабления фотосинтетически – активной радиации A (1/м) на полигонах в морях Карском и Лаптевых.
Примечание: Параметры с индексом «ист» рассчитаны по данным наблюдений 1950–1980 годов; «пов» – из наблюдений в 10-метровом поверхностном слое; «дно» – из наблюдений в 1-метровом придонном слое.
Рис. 2–4 и табл. 2 демонстрируют ярко выраженную пространственно-временную изменчивость исследуемых параметров в центральных частях Карского и Лаптевых морей, обусловленную как сильной изменчивостью погодных условий и, соответственно, ветрового перемешивания, так и различной интенсивностью переноса взвесей, обусловленных речным стоком. Тем не менее, можно отметить неплохое соответствие данных 2007 и 2008 годов об осредненном значении коэффициента ослабления ФАР историческим данным, особенно принимая во внимание выявленную сильную межгодовую изменчивость этой характеристики и тот факт, что погрешность измерения коэффициента ослабления, рассчитанного по диску Секки, может составлять до 30 % (Левин, Копелевич, 2007).
Созданный авторами электронный архив данных наблюдений, выполненных в 1950-х – 1980-х годах, и установленные эмпирические зависимости между концентрацией взвесей (С), коэффициентом ослабления (А) и глубиной исчезновения диска Секки (zd) (формулы (2), (4)) позволили впервые построить карты распределений вышеперечисленных характеристик приповерхностного слоя шельфовых морей Российской Арктики (рис. 5). Значения гидрооптических характеристик, приведенные на рис. 5 и в табл. 3, являются результатом обработки 6398 наблюдений, выполненных в августе-сентябре 1956–1986 годов. При этом в Карском море было выполнено 2849 наблюдений, в море Лаптевых – 1222 наблюдения, 1052 – в Восточно-Сибирском море и 1275 наблюдений в Чукотском море.
Рис. 5 а. Гидрооптические характеристики приповерхностного слоя шельфовых морей Российской Арктики: освещенность района исследований данными наблюдений за диском Секки
Рис. 5 б. Гидрооптические характеристики приповерхностного слоя шельфовых морей Российской Арктики: глубина исчезновения диска Секки (м)
Рис. 5 в. Гидрооптические характеристики приповерхностного слоя шельфовых морей Российской Арктики: коэффициент ослабления ФАР (1/м)
Рис. 5 г. Гидрооптические характеристики приповерхностного слоя шельфовых морей Российской Арктики: концентрация взвесей (мг/л)
На рис. 5, а можно увидеть, что освещенность Карского, Лаптевых и Чукотского морей данными наблюдений, в том числе и на границе с Арктическим бассейном, достаточно равномерна. Освещенность данными Восточно-Сибирского моря существенно более неоднородна. Достаточно хорошо исследована лишь его южная периферия. Это обусловлено существенно более тяжелыми ледовыми условиями, типичными для этого моря даже в летний период.
Как видно из рис. 5 и табл. 3, величина коэффициента ослабления ФАР и концентрации взвесей в приповерхностном слое достигают экстремальных значений в восточных частях морей Карского и Лаптевых, западной части Восточно-Сибирского моря, проливах Новосибирских островов, а также в районах, прилегающим к устьям крупных сибирских рек: Оби, Енисея, Лены, Колымы и Индигирки. Очевидно, это связано с интенсивным выносом взвесей речными водами и процессами разрушения берегов, обусловленных таянием ледяных комплексов. Кроме этого, возможной причиной таких распределений является, следуя (Дударев и др., 2007), вынос терригенного материала сгонными или отливными водами от побережья, а также ремобилизация со дна уже осевшей взвеси в мелководных районах (Кулаков, 2008).
Безусловно, приведенные результаты заслуживают тщательного анализа, в том числе и с точки зрения учета особенностей распределения гидрооптических характеристик при моделировании гидрологического режима шельфовых морей, особенно при описании прогрева верхнего слоя моря солнечной радиацией. При этом следует подчеркнуть, что приведенные выше данные о коэффициенте ослабления ФАР во многом базировались на эмпирической зависимости его величины от концентрации взвесей (формула (3)), корректность которой нуждается в дополнительной проверке на большем массиве данных.
Большую роль в океанологии имеет и исследование пространственного распределения растворенного желтого вещества (CDOM), интенсивно поглощающего солнечную радиацию в коротковолновой части спектра (Шифрин, 1983). Желтое вещество, как указано в работе (Blough and R. Del Vecchio, 2002), является основным светопоглощающим компонентом среди растворенных органических веществ. В период экспедиций 2007 и 2008 пространственное распределение параметров, характеризующих концентрацию желтого вещества, было подробно исследовано в доступных для плавания акваториях Карского и Лаптевых морей. Для этого был выполнен спектральный анализ 600 проб морской воды, взятых из поверхностного и придонного слоя.
Спектры поглощения снимались в диапазоне 260–400 нм с разрешением 1 нм. Затем, следуя рекомендациям, приведенным в работе (Stedmon, Markager, Kaas, 2000), полученные спектры аппроксимировались с помощью метода наименьших квадратов формулой:
α(λ)=α(λ0)e−S(λ−λ0), (5)
где α(λ) и α(λ0) – коэффициенты поглощения на конкретной длине волны в исследуемом диапазоне λ и на опорной длине волны λ0 = 290 нм, S – параметр, определяющий спектральную зависимость коэффициента поглощения, обусловленную концентрацией желтого вещества (Blough and R. Del Vecchio, 2002).
Коэффициент поглощения для каждой длины волны рассчитывался по формуле:
α(λ)=2.303rTr, (6)
где Tr – оптическая плотность, соответствующая длине кюветы r (0.1m), используемой в спектрофотометре «SPECORD».
Рис. 6. Пространственное распределение параметров S (а) и α(355) (б) в морях Карское и Лаптевых летом 2007 года
Таблица 3. Осредненные значения гидрооптических характеристик шельфовых морей Российской Арктики по историческим данным.
Примечание. Звездочкой обозначены средние значения гидрооптических характеристик. Акватории, на которых проводилось осреднение данных, приведены на рис. 5 а
На рис. 6 приведены пространственные распределения параметра S и коэффициента поглощения на длине волны 355 нм (α355), так же характеризующего концентрацию желтого вещества (Blough. and R. Del Vecchio, 2002). Как видно из рис. 6, значения параметра S в Карском и Лаптевых морях характеризуются большой изменчивостью: от значений ~ 0,01 нм-1, типичных для прибрежных вод с высокой концентрацией CDOM, до 0,03 нм-1, характерных для открытого моря. Приведенные распределения CDOM также подтверждают вывод работы (Blough. and R. Del Vecchio, 2002) о том, что значительные концентрации желтого вещества, типичные для прибрежных районов, не обязательно сосредоточены в непосредственной близости от береговой линии, но могут иметь место и на значительном удалении от нее вследствие адвекции течениями. Однако, несмотря на сильную пространственную изменчивость концентрации желтого вещества в исследуемых районах, можно заключить, что концентрация CDOM существенно уменьшается к северу. Это особенно явно прослеживается в распределении α (355) для моря Лаптевых.
Следуя работе (Blough, Zafiriou, Bonilla, 1993), дополнительно был выполнен анализ связи между параметрами, характеризующими концентрацию желтого вещества и соленостью морской воды. Как видно из корреляционных графиков, приведенных на рис. 7, величина параметра S резко увеличивается при значениях солености в диапазоне 20–30 ‰, в то время как параметр α(355) закономерно уменьшается при увеличении солености от 3 до 20 ‰. Особенно ярко это проявляется в пробах, отобранных в поверхностном слое моря. Указанные закономерности позволяют в известной степени оценить распределение солености (распреснения) на акваториях арктических морей с помощью дистанционных наблюдений с искусственных спутников Земли.
Рис. 7. Зависимость коэффициентов S (а, в) и α (355) (б, г) от солености для поверхностного (а, б) и придонного слоев в море Лаптевых
Следует отметить, что представленные выше результаты исследований особенностей распределения желтого вещества в шельфовых морях Российской Арктики, базирующиеся на относительно немногочисленных данных, являются предварительными. В настоящее время планируется продолжение и развитие изучения пространственно-временного распределения CDOM как с точки зрения расширения района исследований, так и с точки зрения совершенствования методики отбора, хранения и анализа проб.
Натурные исследования, выполненные в период Международного полярного года в ходе экспедиций на НИС «Иван Петров» в 2007 и 2008 годах в Карском и Лаптевых морях, позволили получить новые данные о распределении взвесей и гидрооптических характеристиках исследованных акваторий. Новые измерения, совместно с данными созданного электронного архива, позволили построить детальные карты пространственного распределения концентрации взвесей и коэффициента ослабления фотосинтетически активной солнечной радиации на доступных для плавания акваториях шельфовых морей Российской Арктики, а также исследовать пространственно-временную изменчивость указанных характеристик на полигонах морей Карское и Лаптевых. В ходе экспедиции 2007 года были обнаружены аномально большие концентрации взвешенного вещества в придонном слое, обусловленные сильным ветровым перемешиванием в период наблюдений.
Впервые были получены и проанализированы параметры, характеризующие концентрацию желтого вещества (CDOM), важные как при оценке воздействия солнечной радиации на морскую биоту, так и при интерпретации спутниковых изображений.
Авторы выражают благодарность российско-германской Лаборатории полярных и морских исследований им. Отто Шмидта за поддержку в проведении работ в рамках проекта OSL-09-15 «Radiation characteristics, CDOM, and suspended matter in the Russian shelf seas» и А. Павлову за помощь в создании и работу с электронным архивом исторических данных.
Айбулатов Н.А., Матюшенко В.А., Шевченко В.П., Политова Н.В., Потехина Е.М. Новые данные о поперечной структуре латеральных потоков взвешенного вещества по периферии Баренцева моря // Геоэкология, 1999, № 4, С. 526–540.
Богородский П.В., Макштас А.П. К вопросу о формировании снежниц в Арктическом бассейне // Метеорология и гидрология, 1996, № 8, С. 72–80.
Власенков Р.Е., Макштас А.П. Гидрооптические характеристики морей Лаптевых и Восточно-Сибирского // Проблемы Арктики и Антарктики, 2008, № 3(80), С. 38–47
Дударев О.В., А.Н.Чаркин, И.П. Семилетов, А.И. Боцул, Д.А. Космач. Современное осадкообразование на приконтинентальном шельфе Восточно-Сибирского моря. // Дальневосточные моря России, Кн.2: Исследования морских экосистем и биоресурсов (ред. В.П. Челомин). М.: Наука, 2007, C. 382–391.
Иванов Б.В., Ионов В.В., Орбек Й.-Б. Косвенный метод определения взвешенных частиц фьордов Западного Шпицбергена // В книге «Комплексные исследования природы Шпицбергена», 2005, Вып. 5. Сборник материалов Пятой международной конференции. Апатиты: КНЦ РАН. С. 297–301.
Кулаков М.Ю. Циркуляция вод и перенос взвесей в морях Лаптевых и Восточно-Сибирском. // Проблемы Арктики и Антарктики, 2008, № 3(80), С. 86–97
Левин И.М., Копелевич О.В. Корреляционные соотношения между первичными гидрооптическими характеристиками в спектральном диапазоне около 550 нм. // Океанология, 2007, Том 47, № 3, С. 374–379
Лисицын А.П. Ледовая седиментация в Мировом океане. М.: Наука, 1994, 448 с.
Лисицын А.П., Шевченко В.П., Буренков В.И. Гидрооптика и взвесь арктических морей // Оптика атмосферы и океана, 2000, 13, № 1, С. 70–79.
Матюшенко В.А. Пространственно-временная изменчивость гидрооптических характеристик Белого моря. // Проблемы изучения, рационального использования и охраны ресурсов Белого моря. Материалы IX международной конференции 11–14 октября 2004 г. Петрозаводск, Карелия, Россия. Петрозаводск, 2005, С. 218–223.
Семилетов И.П., О.В. Дударев, И.И. Пипко, А.Н. Салюк, Н.Е. Шахова Морские исследования в Арктике на рубеже третьего тысячелетия. // Дальневосточные моря России. Кн.2: Исследования морских экосистем и биоресурсов (ред. В.П. Челомин). М.: Наука, 2007, C. 309–324.
Шифрин К.С. Введение в оптику океана. – Л.: Гидрометеоиздат, 1983, 278 с.
Anoshkin A.F., Popov I.E., Ushakov I.E. TRANSDRIFT Shipboard Scientific Party. Hydrooptical measurements in the Laptev Sea: spatial distributions of light attenuation and chlorophyll fluorescence. // Reports on Polar Research, 1995, 196, P. 178–186.
Blough N.V., Zafiriou, O.C., Bonilla J. Optical absorption spectra of water from the Orinoco River outflow: Terrestrial input of colored organic matter to the Caribbean. // J. Geophys., 1993, Res. 98, P. 2271–2278.
Blough N.V. Photochemical processes. // In «Encyclopedia of Ocean Science» (J. Steele, S. Trope, and K. Turekin, Eds), Academic Press, London, 2001, P. 2162–2172.
Blough N.V. and R. Del Vecchio Chromophoric DOM in the coastal environment. // In book Biogeochemistry of marine dissolved organic matter. Ed. D.A. Hansell and C.A. Carlson Academic Press, London, 2002, P. 509–545.
Eicken H., Kolatschek J., Freitag J., Lindemann J., Kassens H., Dmitrenko I. A key source area and constrains on entrainment for basin-scale sediment transport by Arctic sea ice. // Geophys. Res. Letters, 2000, P. 1919–1922.
Kahru M. and Mitchell B.G. Seasonal and nonseasonal variability of satellite-derived chlorophyll and dissolved organic matter concentration in the California Current. // J. Geophys. Res., 2001, 106, P. 2517–2529.
Makshtas A. P., Korsnes R. Distribution of solar radiation in the Barents Sea marginal ice zone during summer. // J. Geophys. Res., 2001, 106, P. 2531–2543.
Neale P.J., Keiber D.J. Assessing biological and chemical effects of UV in the marine environment: Special weighting functions. // In «Causes and Environmental Implications of Increased UV-B Radiation» (R.E. Hester and R.M. Harrison, Eds), The Royal Soc. of Chemistry, Cambridge, UK. Issues in Environmental Science and Technology, 2000, 14, P. 61–83.
Reimnitz E., Kassens H., Eicken H. Sediment transport by Laptev Sea ice. // Report of Polar Research. Russian-Germany Cooperation: «Laptev Sea System», 1995, № 176, P. 71–77.
Sathyendranath S., Platt T., Caverhill C.M., Warnock R.E., Lewist M.R. Remote sensing of oceanic primary production: computations using a spectral model. // Deep-Sea Res., 1989, Vol. 36, № 3. P. 431–453.
Stedmon C.A., Markager S., Kaas H. Optical properties and signatures of chromorphoric dissolved organic matter (CDOM) in Danish coastal waters. // Estuarine Coastal Shelf Sci., 2000, 51, P. 267–278.
Wegner C., Holemann J.A., Dmitrenko I., Kirillov S., Kassens H. Seasonal variations in Arctic sediment dynamics – evidence from 1-year records in the Laptev Sea (Siberian Arctic). //Global and Planetary Change. 2005. 48. P. 126–140. doi:10.1016/j.gloplacha.2004.12.009.
Woerd van der H., Pasterkamp R. Mapping of the North Sea turbid coastal waters using SeaWiFS data. // Can. J. Remote Sensing, 2004, Vol.30, № 1, P. 44–53.
Wozniak B., Dera J., Majchrowski R., Kaczmarek S., Ostrowska M., Koblentz-Mishke O.I. Model for the in vivo spectral absorption of algal pigments. Part 1. Mathematical apparatus. // Oceanologia, 2000, 42(2), P. 177–190.
Аbstract
Based on historical data obtained during expeditions in ice free parts of the Kara, Laptev, East-Siberian and Chukchi Seas, and empirical dependences between concentration of suspended matter, PAR attenuation coefficient and depth of Seichi disk disappearance first time the maps of spatial distributions above mentioned parameters had been constructed for the Russian Arctic shelf seas. The data about concentration of suspended matter calculated from the data of turbidity measurements for two polygons in the Kara and Laptev Seas, executed at 2007 and 2008 years on board of R/V «Ivan Petrov» allowed constructing the detailed maps of spatial distributions of suspended matter concentration and PAR extinction coefficient. The spatial distributions of chromophoric dissolved organic matter (CDOM), important for estimations the influence of solar radiation on aquatic organisms as well as interpretation of satellite images had been constructed for the investigated area.