Скромно улыбнувшись, я поправил, - Элла Игоревна, так я и не комсомолец вовсе, не принимают пока.

Игоревна и оба корреспондента, которые тут же прекратили записывать, удивленно уставились на меня. Похоже, назревала сенсация. Как же так, ведь в Артек направляют лучших из лучших. А тут такое! Первой, нарушила наступившее молчание, Элла Игоревна и осторожно уточнила:

– У тебя что, какие-то проблемы со школой? – я пожал плечами и поджал губы, словно обидевшись на такое предположение. - Да нет, с этим как раз все в порядке, просто по возрасту пока не подхожу, мне ведь четырнадцать только этим летом исполнится.

Вновь наступила длинная пауза, и все собравшиеся с облегчением перевели дух. В наступившей тишине, раздался голос репортера "Комсомольской правды",

– Слушай Саша, а давай-ка начнем с самого начала. Расскажи подробнее, что мы еще о тебе не знаем. Как это ты в тринадцать лет умудрился оказаться в девятом классе?

Не задумываясь, я ответил,

– Ну, как оказался? Очень просто оказался, вы же о второгодниках слышали? Вот и я такой же, только со знаком плюс.

Свою повесть "былое и думы", я начал с самого начала, с легендарной банки варенья, о том, как перешагнул через два класса, о своих музыкальных и спортивных успехах, о знакомстве с Гагариным и о том, что уже второй раз в Москве, а первый раз участвовал в торжествах, посвященных открытию монумента космонавтам. Помимо "космической" песни упомянул и более ранние произведения, которые уже несколько лет исполнялись в детских театрах и на радио. Не забыл и о недавно закончившихся поединках против болгар и о многом другом. В общем, в течении нашего разговора, эти дотошные товарищи, вытащили из меня даже то, что я уже и сам забыл.

Минут через тридцать, моя исповедь, которую все слушали с большим интересом, подошла к концу, и я окинул взглядом присутствующих. Газетчики, выглядели довольными как коты обожравшиеся сметаны, похоже, от этой встречи они получили гораздо больше, чем материал на одну статью.

Элла Игоревна, задумчиво помолчала, а затем тихо сказала, словно отвечая на собственный вопрос.

– Полагаю, что все можно решить….. Дело в том Саша, что наверх ушли материалы с предложениями именно "комсомольца Сиверинского", - при этих словах, она указала пальцем не вверх, а вправо, - а тут вдруг выясняется, что никакой ты не комсомолец. Непорядок, получается, это что, наша недоработка? Но думаю, что все образуется, позвони мне пожалуйста сегодня вечером вот по этому номеру, это домашний.

Я пробегал по городу часов до шести и смог накупить не только цитрусовых с бананами, но и дефицитной польской и венгерской косметики, вместе с парой удобной австрийской обуви. Уставший, но довольный, я вернулся в свой номер. Перед тем как отправиться на ужин, вспомнил, что забыл позвонить своему симпатичному куратору. Что сказать, лишний раз убедился, что все как обычно, и мои планы на завтра полетели кувырком. Элла Игоревна, напряженным голосом сообщила, что в 11-00 меня ждет встреча с самим Первым секретарем ЦК ВЛКСМ, товарищем Павловым.

- А не тот ли это Павлов, что прокрутил при Горбачеве финансовую аферу с обменом соток и пятидесятирублевок? – вспомнилось мне. Но тут же сообразил - нет, не он, тот был заметно моложе. А еще подумал …, - ведь от этого Павлова и до Брежнева рукой подать, может пора начинать свою сногсшибательную карьеру? – завершил я беседу с самим собой.

Поскольку сегодня намечалась важная встреча, я решил надеть свою лучшую рубашку – чистую. Минут за пятнадцать до назначенного времени, я подошел к знакомому зданию на Маросейке. Пропуск в левое крыло был заказан, и меня провели в приемную, где и усадили на стул в компании трех посетителей, жди мол, у первого сейчас срочная и незапланированная встреча.

Как я понял из их приглушенных разговоров, там, в кабинете, находился первый заместитель министра строительства СССР. Тема могла быть долгой и серьезной - стоял вопрос более широкого привлечения молодежи на комсомольско – молодежные стройки, которые начали разворачиваться по всей стране.

Я уселся поудобнее, и настроился на длительное ожидание. Однако, к моему большому облегчению, вскоре услышал приглашение войти в кабинет. Не на рабочем месте, а у окна, за небольшим столиком, на диване сидел молодой человек – похоже, это и есть Первый секретарь. Хотя, какой он молодой, лишь на пару лет моложе моей мамы, года тридцать четыре. Его собеседником был товарищ, можно сказать "представительского класса", и заметно старше. Заглянув в бумажку, Павлов представил меня своему гостю.

– Прошу познакомится, будущая надежда Советского спорта и звезда эстрады Саша Сиверинский. А это Председатель Государственного комитета по строительству, товарищ Новиков Игнатий Трофимович – он посмотрел в сторону своего визави.

Я вежливо наклонил голову и ответил что-то вроде того, как рад и польщен такой встречей, и выразил... в общем, все что положено было выразил. Волнения не было, ведь на моем жизненном пути это был уже не первый министр. Если так пойдет и дальше, то мне скоро и их визитки складывать будет некуда.

Дважды заглянув в бумажку, первый секретарь, кратко поведал о моих достижениях, после чего сделал неожиданный вывод, что таким, как я не место в пионерах. Нужные бумаги с его рекомендациями не сегодня – завтра полетят в Киев, мне же, порекомендовал усиленно изучать устав комсомольской организации.

- Ну конечно, полетят они, как же,… по факсу. … Наверное, передадут с проводником десятого вагона – мелькнуло в голове. – Может сказать, что завтра еду в Киев и сам завезу?

Но это так, понятно что предлагать не стоит. А пока, прихожу к выводу, что эти двое товарищей, просто устали от своих деловых переговоров и решили немного отвлечься, заполнив паузу пионером. Что ж, повезло, хоть в приемной не довелось в ожидании томиться.

Товарищ Новиков, также не стал отмалчиваться и задал такой привычный у всех взрослых вопрос – кем же я хочу стать? Собственно, я уже и сам его себе задавал. Конечно, больше всего мне нравилась электроника, именно в ней я и видел будущее, причем не только свое, но и всего человечества, более того, я не предполагал, а знал это абсолютно точно. Но вновь поступать в институт на какую-то электро-радио специальность (а других пока не имелось), считал целесообразным. Подумайте сами – ну чему меня там смогут научить? Как работает ламповый триод или пентод, расчетам по контурным токам или узловым потенциалам, которые никогда в жизни так и не понадобятся? А то, что действительно следует знать и уметь, я и так знаю, получше любого местного академика, также как и помню тупиковые направления развития, в которые постоянно будут влипать инженеры и ученые, причем не только у нас. Нет уж, я подключусь к банкету на том этапе, когда уже купоны стричь можно будет.

Так что, как я уже и наметил, интересной для меня может быть та специальность, которая позволит выбраться за пределы великой, могучей и необъятной. Если не считать военных, то в голову, прежде всего, приходят дипломаты, переводчики, политработники и… конечно же строители. Ну как тут не вспомнить о тех промышленных гигантах, гидроэлектростанциях, объектах мирного атома и многих других, которые при активном участии СССР строились и будут строиться в странах третьего мира. Так что, будущая строительная специальность может стать неплохим выбором.

Да хоть бы послушать рассказы моего сирийского учителя! А если еще принять во внимание мои знания иностранных языков, то эти шансы вырастут многократно. Главное, что бы кто-то помог хорошим пинком в нужном направлении. И именно этот кто-то и сидит сейчас напротив меня. Знаю, что дружеский пинок, порой помогает больше, чем дружеское плечо!

В общем, на вопрос, кем бы я хотел стать, я якобы немного задумавшись над многими вариантами, отвечаю:

– Думаю, что строителем, - и тут же добавил ложку дегтя, - вот только не нравится мне, что до сих пор им приходится больше лопатой и молотком работать, чем головой. Хочется придумать инструменты и приборы, которые смогут облегчить этот ручной труд. Вот почему в Америке или Германии это есть, а у нас никому и в голову не приходит. Или может просто этим никто заниматься не хочет? - и я строго посмотрел на этих товарищей.

Игнатий Трофимович с веселым любопытством взглянул на меня и поинтересовался:

- Ну, ну... и что именно ты имеешь в виду. Может расскажешь, что же тебя у нас так не устраивает?

- Да много чего не устраивает Игнатий Трофимович. Например, совсем недавно наблюдал, как на строительстве дома рабочие лопатами раствор размешивали. Это во-первых тяжело, во-вторых медленно, а в-третьих сразу два человека из бригады выпадает. Ведь так еще египетские пирамиды возводили! Неужели нельзя изготовить специальную бочку, которая будет крутится с помощью электродвигателя, а ты просто засыпаешь туда песок и цемент? А ведь можно и такие же грузовики выпускать, заправлять их цистерны бетонным раствором прямо на заводе, а пока они едут к месту, эти бочки крутятся себе, перемешивая содержимое и не давая ему застыть. И тут вам пару тонн готового бетона на стройку приезжает!

Перевел дух, после такого эмоционального выступления и поощряемый взглядами присутствующих, продолжил.

- А еще наблюдал, как у нас рабочие арматуру режут, или металлические уголки. По двое или трое таскают за собой эти здоровенные баллоны с кислородом и аппаратуру. Я еще понимаю, если требуется разрезать, что-то очень толстое, но ведь они даже тонкие прутки так режут! А ведь все давно уже используются электродрели. Если вместо сверла, там закрепить какой-нибудь абразивный диск то можно обрезать все что угодно. Да и вообще, можно сделать не дрель, а специальную машинку, и диск будет не такой как на точилах, а специальный, тоненький, покрытый каким-нибудь твердым, абразивным материалом.

Для того, чтобы мои слова выглядели более убедительными и понятными, я даже принялся размахивать руками, словно показывая контуры известной всем "болгарки". Наконец , решил, что с них достаточно и закончил.

- Да многое еще можно сделать…. Например, какие-нибудь добавки к цементу придумать, чтобы и зимой можно было работать.

Министр, молчавший во время моего вдохновенного спича, покачал головой и обернувшись к Первому секретарю, удивленно произнес:

– Видишь Сергей, какая молодежь подрастает. В нашей отрасли, такие кадры точно пригодятся, ведь программа на будущее намечена огромная. В общем, все эти замечания и предложения, сами по себе правильные и над этим можно подумать, возможно, польза будет. Но как объяснить инженерам нашего отраслевого НИИ, что это мнение обычного школьника?

Вновь повернувшись ко мне, он подмигнул и произнес:

- Вот, что Саша, после окончания десятого класса жду от тебя звонка и подумай о нашем МИСИ. Уверен, что место для тебя мы там всегда подыщем, ты же кажется отличник?

О МИСИ, московском инженерно-строительном институте, я знал немало, ведь именно его, по специальности "мосты, тоннели, метрополитен", и окончил в неблизком еще в 1973 году мой школьный друг Мишка Кошман, Правда, его рассказы были очень однобокими и касались в основном студенческих гулянок и приключений с представительницами слабого пола.

В общем, я пообещал подумать, времени, чтобы сделать окончательный выбор между их МИСИ и нашим КИСИ, у меня еще достаточно. После того как за мною захлопнулась дверь кабинета, Новиков немного помолчал, а потом обращаясь к Первому сказал,

– Вот что Сергей Павлович, ты бы проследил за парнем по своей линии, чувствую, далеко пойти может. А то не успеешь оглянуться, как наши друзья с Лубянской площади перехватят.

Домой я вернулся в прекрасном настроении, с авоськами бананов и мандаринов и с надеждами на большие перемены в жизни. Так и произошло, через три дня меня, вместе с комсоргом школы вызвали в Печерский райком комсомола. Здесь, меня сразу же усадили за стол писать заявление о том, как давно и страстно я мечтаю влиться в их ряды. При этом, секретарь райкома со значением подчеркнул, гордись мол, мы для тебя сделали большое исключение. Но я и сам знал, что исключения лишь подтверждают, что правила - не для всех.

Согласно уставу, будущий комсомолец был обязан иметь две рекомендации от комсомольцев или одну от члена партии. Понятно, что рекомендаций от Первого секретаря ЦК ВЛКСМ и замминистра по строительству хватило с головой, меня даже по Уставу и пяти его орденах никто не погонял. Так что, с завтрашнего дня я получил законное право не носить пионерский галстук. А главное, я стал еще на шаг ближе к своей цели, ведь что не говори, а знакомство оказалось очень полезным, …. и не только для министра. Разумеется, это шутка, хотя о своей случайной встрече с будущим мультимиллиардером, он сможет своим внукам похвастается! Может это и была встреча с птицей счастья завтрашнего дня?

Перед весенними каникулами, очень несвоевременным предложением порадовал папа. Собственно, это предложение было из разряда рядовых. Вспомнил о нем лишь потому, что и в прошлой жизни, мне поступило точно такое же. А именно принять участие в неком трудовом подвиге. Он сообщил, что договорился об одной очень выгодной халтурке. Дело в том, что нашему общему знакомому, скульптору и владельцу знаменитого моторного катера, необходимо было срочно представить работу на готовившуюся выставку. Вылепить свою композицию из глины, он вылепил, и теперь, ее предстояло отлить в мраморной крошке. Времени оставалось мало, а официальная очередь на такие работы была расписана на несколько месяцев вперед. Вот он и подписал моего батяню под такое дело, ведь формовщиком тот был от бога. Моя же задача, должна заключаться в том, чтобы готовить для него требуемые порции гипсового раствора и постоянно перемешивая, не давать тому застыть. Работа была не сложная, но трудоемкая и очень скучная.

Но ведь сейчас у меня было чем встретить трудности. В общем, я направился к своей палочке – выручалочке, дяде Леше. У него, я на три дня выпросил нашу дрель, затем, из арматуры – восьмерки выгнул фигуру неопределенной формы, но симметричную относительно центра. Вот и все, простенький строительный миксер у меня готов, теперь любые задачи по плечу. Разумеется, все это я не стал держать в тайне и почти не сомневался, что вскоре на барахолке, кроме промышленного фена, появится еще и самодельный миксер.