Собеседники весело рассмеялись и подняли бокалы за фантастов Беляева, Жюля Верна, за автоматику и ее большое будущее в моем лице, а затем плавно перешли на футбольную тему:

- Вот и славно, - выдохнул я, - а то по такому тонкому льду пришлось походить. И всю правду им не скажешь и промолчать не хочется.

Футбольный сезон 1964 года только начался, но помня о провальных для местного Динамо, сезонах 1962-1963 годов, собеседники были настроены довольно скептически.

– Маслов, Маслов, вы говорите, какой он тренер, если единственного нашего сборника – Воинова, выгнал – староват мол. Трояновского с Сучковым тоже на пенсию отправляет, а кто же играть будет? А Лобана, – так вообще на поле не выпускает,…. – горячился Иннокентий Петрович. Наверное, потому, что женщины уже пошли к себе, у него и вырвалось крепкое словцо.

- Вот уж эти интеллигенты, - подумал я, - умеют же употреблять мат не по привычке, а по его прямому назначению.

После десятиминутных споров и дебатов Аркадий Павлович, заметив, что я внимательно прислушиваюсь к их разговору, с легкой улыбкой человека, который все знает и многое видел, повернулся ко мне и, подмигнув, спросил,

– Ну, а ты что скажешь спортсмен? Или футболом совсем не интересуешься?

– Почему это не интересуюсь? Очень даже интересуюсь. Если хотите знать, так вот что я думаю, Маслов только пришел и естественно, в этом году не успеет команду нормально подготовить, так что в этом сезоне, скорее всего ничего мы и не выиграем. Разве что на кубок он нацелится. А вот со следующего года, вы наше Динамо не узнаете, точно вам говорю!

– Ну, ну, провидец, посмотрим. Если через год мы вновь чемпионами станем, то с меня ящик коньяка, – пошутил Иннокентий.

– Вот и отлично, я запомню, а то, что мне еще два года ждать, это даже хорошо. Пока мне разрешат рюмку поднять, ваш коньяк станет старше еще на два года – согласился я.

- Ладно Саша, раз уж ты такой мастер гаданий по звездам, скажи, будет ли погода в этом году и урожай, или по-прежнему придется закупать зерно за границей, - отодвигая свою тарелку, сказал Валентин Сидорович. Видимо, он желал повернуть разговор в свое русло, и отойти от не интересной для него футбольной темы.

Немного расслабившись, я решил поддержать шутливый тон. Бросив взгляд в окно, на звезды, сделав два паса руками, я заявил:

– Звезды говорят, что засухи в этом году точно не будет, а вот зерно Брежневу еще долго придется за границей закупать.

Мужчины замолчали, а затем Валентин Сидорович осторожно спросил:

- Саша, а при чем здесь товарищ Брежнев? Мне кажется, Леонид Ильич сейчас Председатель президиума, не так ли? – и он вопросительно взглянул на Иннокентия.

Тот согласно кивнул, подтверждая. Я же засуетился и вконец запутался в мыслях. Вот дебил, который забыл. И что теперь, не объяснять же им, что Хрущева снимут уже через четыре месяца, а на его место как раз и сядет "дорогой Леонид Ильич"? Никогда Штирлиц не был так близок к провалу…

- Но это... звезды так говорят, а разве международные договоры заключает... иди подписывает не Председатель президиума? – попытался выкрутиться я, и даже не услышал, кто именно мне ответил:

- Да нет, этим вообще-то занимается Совет Министров, хотя, конечно же, по заданию ЦК.

К счастью, акцентировать внимание на моей оговорке не стали и вернулись к прерванной беседе, хотя не исключено, что в закоулках памяти мои слова могли и отложиться, товарищи все не простые.

Танцев под радиолу не случилось, все-таки здесь собрались люди солидные. Меня попросили принести из коридора гитару. В такой компании, мои детские песенки были бы не к месту, поэтому вначале я решил порадовать присутствующих своим "пароходным" репертуаром. Особое впечатление вызвало попурри с антоновской вставкой о "Белом пароходе", все же такой стиль исполнения, здесь еще в новинку. Далее, фактически продолжился вечер авторской песни. Оказывается, фамилию Кукина Аркадий Павлович уже где-то слышал, а вот песню "Там за туманами" – нет. С сожалением подумал:

- А успел ли автор ее написать?

А еще пожалел, что мне не вспоминалось ничего из военных песен, ведь мужики наверняка на фронте побывали. Не считать же военной, песню Чижа - "На поле танки грохотали"? Минут через тридцать, Валентин Сидорович, намекнув, что детское время истекает, перешел к тому, чего я с волнением ожидал весь вечер, ведь не ради знакомства с моим репертуаром и желания посидеть под крокодила Гену, меня сюда пригласили.

– Слушай, Саша, – первым начал Сидорович, – нам бы хотелось тебя поблагодарить за ту идею, на которую ты натолкнул Аркадия Павловича. Расчеты показали, что предложение очень полезное. Его уже прорабатывают на самом высоком уровне – он ткнул пальцем куда-то в люстру.

- Считаю, это сможет помочь нам полностью закрыть вопросы не только с Измаильским комбинатом, но и вообще, по всей целлюлозно-бумажной отрасли в целом. Цифры обещают быть просто колоссальными. А главное, никого не нужно просить, заставлять – люди сами и с удовольствием все принесут. Представь, все, кроме Союза писателей нас в этом поддержали! Но с теми деятелями все понятно – у нас и так полиграфических мощностей на их писанину не хватает, а тут всяких заграничных Дюма с Майн Ридами придется включить в план – и раздраженно махнув рукой на Союз писателей, он продолжил.

– Так вот, я хотел сказать, что мы можем дать тебе рекомендацию и даже направление для поступления в один из наших профильных вузов, но поскольку ты видишь свое будущее несколько иначе, настаивать не буду. Поэтому хочу спросить, а чего бы ты сам хотел? Говори, не стесняйся.

- Может путевку в наш ведомственный пионерлагерь или, например, на море с родителями в Дом отдыха? – подсказал Аркадий Павлович.

Мое кредо – все, что дается нам даром, следует брать деньгами, здесь явно не работает. Потому, я пообещал поговорить дома и подумать. Но тут же, мне в голову пришла одна отличная мысль, действительно, а почему бы и не попробовать?

- Валентин Сидорович, а как в вашем министерстве обстоят дела со спортом?

Это было так неожиданно для него, что министр на несколько секунд задержался с ответом.

– Как у нас со спортом? – замялся он - Хорошо у нас со спортом, вернее плохо. Есть, конечно, свои коллективы физкультуры. Выступают где-то, но каких-то особых успехов пока не видно. А ты собственно к чему клонишь?

- Валентин Сидорович, может, вы уже слыхали, года два назад, у нас в стране появился новый олимпийский вид спорта, называется - японская борьба дзюдо. Уже были чемпионаты мира и Европы, но тогда, на эти соревнования, отправляли наших самбистов, они даже одну медальку смогли завоевать. Вот нет у нас пока что настоящих дзюдоистов.

И я продолжил - Один мой знакомый, два года назад, познакомил меня с самым настоящим японцем, его зовут Такеда, он из бывших пленных. Этот японец уже давно живет у нас в Киеве, женат на украинке и работает столяром на заводе "Артема". Там в Японии, он считался неплохим мастером этой борьбы, а у нас, собрал человек десять ребят и уже три года с нами занимается. За это время, что мы к нему ходим – многому успели научиться. У нас даже свой небольшой зал был в помещении старого склада на левом берегу. Но недавно, это здание пошло под снос, и участковый предупредил нашего тренера, чтобы тот прекращал свои занятия. Мол, секция нигде не зарегистрирована, и физкультурного образования у нашего учителя нет. Мы, пока еще тепло, занимаемся на песочке, но как быть осенью или зимой? Очень это дзюдо всем нам нравится, и бросать его никому не хочется. Да и дело это нужно, ведь у нас его только – только развивать начали, а тут вдруг такое.

Затем, решив зайти еще и с другой стороны, продолжил,

- Вы представляете, Валентин Сидорович, у вас может появиться почти готовая команда дзюдоистов. А ведь у других ничего подобного вообще нет. Вот кого они смогут выставить на будущие соревнования? Своих борцов или самбистов? А вид то - олимпийский! Все медали будут наши, точно вам говорю!

Сидорович ненадолго задумался над такими заманчивыми перспективами, которые я нарисовал, а затем ответил.

– А что, можно и попробовать, кажется, идея интересная. В нашем клубе "Пищевик" и спортивный зал имеется, где-то метров под триста, но он у них почти не используется. Давай поступим так, мы тут еще покумекаем, посоветуемся, и если все сложится как надо, то через три дня с тобой свяжутся. Думаю, что у нас может получиться, ну а по поводу путевки ты все же подумай.

Я от души поблагодарил, причем действительно от души, затем попрощался со всей компанией и прихватив гитару, помчался домой. Было уже начало одиннадцатого, когда я, довольный и преисполненный радужных надежд, на цыпочках пробрался в свою комнату.

Не желая вспугнуть удачу, ни ребятам, ни Такеде я ничего конкретного не сообщил, лишь намекнул, что закинул удочку одному знакомому и жду результатов.

В общем, все сложилось наилучшим образом. В конце недели, мне позвонил Иннокентий Петрович и передал, что у Валентина Сидоровича состоялся разговор с директором клуба "Пищевик" и они почти обо всем договорились. После этого дал координаты этого директора и сказал, чтобы наш японец сам встретился с ним и согласовал детали. Перед тем как положить трубку, он в шутку спросил.

- Так что, точно обещаешь, что в этом году кубок будет у Динамо?

Я заверил его, чтобы и не сомневался. Ну не станет же он и в самом деле, на ФаБет или Мегагоо ставки делать? Хотя – может какой катран уже открыли?

Наша следующая тренировка состоится уже завтра, поэтому я и не помчался сломя голову к учителю со своим радостным известием. На следующий день, с трудом дождавшись конца занятий, на наших вечерних посиделках у ставшего уже привычными костра я выложил товарищам эту новость. Я не сказал, что за нас вписался сам министр, но для того, чтобы Такеда отнесся к этому вполне серьезно, намекнул на самый высокий уровень моего протеже.

На этой же неделе встреча старших и состоялась и закончилась к взаимному удовлетворению сторон. Нам обещали дважды в неделю, предоставлять часть огромного спортзала с оборудованными раздевалками и душевыми. Добираться туда, мне будет очень удобно – прямой трамвай и всего пятнадцать минут езды. Кроме того, Такеда выбил себе и небольшую каморку для инвентаря, которую, правда, придется поделить с боксерами.

Все это учитель рассказал нам перед началом следующей тренировки, под радостные комментарии всех присутствующих, после чего повернулся ко мне и спросил:

– Слушай Саша, я там не все понял, а кому и что ты наобещал? Меня встретили с распростертыми объятиями и пообещали почти все, что я просил. Взамен, просили не затягивать с подготовкой команды к соревнованиям. Может ты мне объяснишь, какой такой команды и к каким соревнованиям?

Я немного замялся, жалея, что заранее не предупредил, а затем ответил.

– Так у отца знакомый работает в министерстве торговли, вот, наверное, из-за него все и получилось. А насчет соревнований, это я уже сам придумал. Сказал, что мы сможем выступать за их "Пищевик", ну и конечно, все повыигрываем. Вы же знаете, как им сейчас для отчетов нужны эти победы, кубки и грамоты?

Такеда удивленно развел руками.

- Да какие сейчас соревнования? Ты же знаешь, что у вас, в СССР и взрослой сборной еще нет, а про юношей - я вообще молчу, когда они еще будут, - тяжело вздохнул учитель.

– Так можно пока выставлять нас против самбистов. Вы сами говорили, что самбо произошло от дзюдо, и эти две школы близки. А что касается разницы в правилах, то мы их быстро выучим.

- Ну хорошо, там видно будет, может ты и прав, - Такеда задумчиво потер подбородок и объявил,

– Слушайте сюда, следующих двух занятий у нас не будет, но через неделю, в пятницу жду вас на Подоле, в нашем новом зале. Как только выясню расписание, сразу же сообщу Саше, а вы уж сами ему названивайте. Ведь телефонов больше ни у кого нет? – то ли спросил, то ли подтверди учитель.

Первое занятие в новом помещении прошло на подъеме. Наш новый зал оказался выше всех похвал. Просторный и высокий, он ничем не напоминал тот старый полутемный лабаз, а наличие раздевалок, а главное, душа с теплой водой, вообще вызвало всеобщий восторг. Кроме всего прочего, на первом этаже была и своя столовая, где нам предоставили небольшую скидку. Неплохо пообедать здесь, можно было всего за пятьдесят копеек. А если будут соревнования или сборы, так вообще, должны дать бесплатные талоны.

Конечно, не обошлось и без проблем. Как я и предполагал, главной преградой к полному счастью стало то, что у Такеды отсутствовало хоть какое-то физкультурное образование. Но после долгого и серьезного разговора с директором клуба, выход был найден. Формальным руководителем нашей секции согласился стать один из тренеров по вольной борьбе. Сам же Такеда, будет считаться его консультантом по новому виду спорта. Впрочем, уже с осени, нашего сенсея обещали устроить в физкультурный техникум, на заочное отделение. Можно сказать, что на первом этапе все формальности удалось преодолеть и на новом месте мы постепенно втянулись в привычный тренировочный ритм.

Но, как говорят, человек предполагает, а министерство располагает. Самым главным и неожиданным для меня событием лета стало то, что я все же поеду в пионерский лагерь, но не простой, а в "Артек"! Об этом, мне сообщил наш директор Михаил Кириллович, на имя которого из Городского отдела народного образования уже поступила персональная разнарядка на меня. Вообще-то, обычный порядок выделения таких путевок был несколько иным, путевка в школу действительно поступала, но не именная. От школы требовалось решение педсовета, комсомольской и пионерской организации. Именно они и должны были отобрать лучшего из лучших, но у нас случилось иначе.

По правде, в этом случае школе и возразить против моей кандидатуры было нечего. Я подходил по всем параметрам – отличник боевой и политической подготовки, спортсмен, участник художественной самодеятельности и т.д. Так что, мне выписали свое одобрямс без всяких проблем.