Постепенно, мы разговорились, и ребята, перебивая друг друга, принялись рассказывать о случаях на "производстве", вернее в школе. Знакомая картина, все как всегда, на работе о бабах, с бабами о работе. Очередь доходит и до меня.

– Скажи Саша, а ты больше ничего новенького не сочинил? – обратилась ко мне стройная девочка лет пятнадцати, обещавшая через пару лет, превратиться в настоящую красавицу.

– Как же, не придумал, еще как придумал, – подумал я, но она то наверняка имеет ввиду музыку. Так что, честно отвечаю, что пока ничего нет, ведь выпасать коров больше не предлагали, и в который уже раз рассказываю, уже шестое издание истории создания "тридцати трех коров". Все посмеялись, затем поговорили, потом вновь посмеялись и наконец, переключились на следующий вид искусства - на кинематограф. Девочки, начали живо обсуждать новинку киноэкрана, первый советский фильм - катастрофу "713=й просит посадку". Как выяснилось, экшн такого типа, в СССР были еще в диковинку.

Одна из девочек, видимо, желая завлечь в разговор и композитора, спросила:

- Саша, а ты уже слыхал об этом фильме?

- Ну, конечно, - ответил я, и не задумываясь продолжил - этот фильм из-за одного только Высоцкого стоит посмотреть. Помните, он там американского морпеха играет….

Пять пари круглых глаз удивленно смотрят на меня. Совсем ничего не понимая, я, перевожу взгляд то на одну то на другую и переспрашиваю.

– А что такого? Вы что, разве его не узнали?

- А я об этом фильме только в журнале "Советский Экран" читала... – завистливо вздохнув, проронила инициатор обсуждения. - Саша, а ты что, на просмотр в Дом кино ходил, да?

Тут я сообразил, что в широком прокате этот фильм еще не появлялся, и необходимо срочно исправлять ситуацию. Хотя, о чем здесь думать, вот та же девочка, добрая душа, сама правильный ответ и подсказала.

- Ну да, в "Доме кино", - я тут же подтвердил ее гипотезу - ведь мои родители тоже в профсоюзе работников искусств, вот меня туда и провели, вместе с директором Киевского товарищества художников. Он наш сосед, на третьем этаже живет – решил для достоверности приврать я.

Я понадеялся, что на этом все, но нет, на меня тут же посыпались вопросы и предложения типа:

- Послушай, Саша, а расскажи, о чем там?

Правду сказать, я и сам подзабыл сюжет, поэтому сказал, что им самим потом смотреть будет не интересно, хотя не удержался и для пущей достоверности, все же рассказал об одном эпизоде, еще сохранившемся в закоулках памяти.

К счастью, ребята вновь переметнулись на школьные проблемы, затронули какую-то известную только им историю со сбором макулатуры и металлолома и наконец, родители именинницы, освободили меня от перекрестного допроса, пригласив всех за стол.

Гостей, я насчитал человек двадцать, не меньше, причем, взрослых было большинство.

- Узнаю дядю Марка, какие же подарки с детишек поимеешь?

Меня усадили в самом конце детской шеренги, на границе со взрослой VIP зоной. Напротив меня, устроился сам хозяин, Рядом с ним сидел видный, солидный господин (товарищ), с редкой, по нынешним временам, шкиперской бородкой. Как по мне, то ему не хватало лишь трубки, да и одет он был не в свитер грубой вязки, а в коричневый бостоновый костюм с галстуком. Впрочем, как позже выяснилось, в этом я не ошибся, трубка у него все же имелась.

Праздничный стол, словно насмехался над нынешним продуктовым дефицитом, и весь был уставлен разными деликатесами – тушеное мясо, буженина, колбасы трех сортов, соленья, какие-то салаты, рыба белая и красная и шпроты на тарелочках. Не обошлось и без икры, как же в приличном доме и без нее. Правда у меня, в прошлой жизни ассортимент бывал и покруче. Однако, если нынешним хозяйкам выдать ананасы, оливки, баклажаны и болгарский перец, то и они бы развернулись не хуже. Напитки имелись на любой вкус, мне оставалось лишь с тоской читать красивые надписи на этикетках. Шампанское, армянский коньяк, вина – белые и красные. Отметил, что все они были сладкими, в основном крымскими, ну и конечно же стояла водочка, как без нее.

Обязательная программа, имею в виду приветствия имениннице, декламировались минут сорок, а затем, подвыпившие гости, разбились на отдельные группки по интересам. Принимая участие в детских (вернее уже в подростковых) разговорах, левым полушарием мозга, я пытался не пропускать и беседы на взрослом конца стола. Как понял из услышанного, мой "шкипер", трудился на предприятии, которое занималось производством холодильного оборудования. Вот они и выделили ему дачный участок под Киевом.

По себе знаю, что наличие дачи означает и кучу сопутствующих проблем. В настоящий момент, задача, которая стояла перед ним, заключалась в следующем. Зимой, на даче, было холодновато, а он был бы не против, поселить туда на ПМЖ свою пожилую тещу. А вот как ему решить вопрос с отоплением, знакомый Марка Исааковича, себе не представлял. Дровяная печь имела множество неудобств, да и по существующим нынче правилам и нормам, как и второй этаж, была либо вовсе запрещена, либо очень ограничена для дачных построек. Электрообогреватели уже были, но для полноценного обогрева, ему не хватало выделенного на дачный кооператив лимита мощностей.

Слегка отяжелев и расслабившись от разнообразной и вкусной пищи, я тоже задумался. Через некоторое время, инженерная часть моей души не выдержала и я спросил.

- Простите, не знаю, вашего имени, как понимаю, у вас возникли некоторые проблемы с отоплением на даче, так?

До сих пор оживленно беседовавшие Марк и его друг – "шкипер", отвлеклись друг от друга и посмотрели на меня.

– Знакомься, это наш ТЮЗовский Мейерхольд, Саша Сиверинский, – тут же представил меня Исаакович, – от его предложений, весь наш худсовет нервничает.

- Ну что ж, приятно познакомиться, молодой человек. А меня зовут Семен Захарович, – представился в ответ шкипер, – ну, давай, рассказывай нам свой сценарий, что такого ты хотел бы предложить? Вот только - "по щучьему велению" как у Марка в театре, здесь не годится!

- Да нет, вначале, я хотел спросить, вы наверное, работаете на холодильном заводе?

– Все правильно, я главный инженер Киевского завода холодильного оборудования, а что?

- Тогда я не понимаю, почему у вас такие проблемы с обогревом на даче? Вы ведь, можно сказать, сами эти обогреватели и изготавливаете?

- Саша, - попытался возразить Марк. – Семен Захарович занимается не обогревом, а наоборот, охлаждением.

- Так, а я о чем, дядя Марк? Вот смотрите, у вас на кухне стоит холодильник. Вы никогда не обращали внимания, какая горячая у него задняя стенка? Так почему бы Семену Захаровичу не установить у себя на даче такой себе "холодильник наоборот". Чтобы он отбирал тепло снаружи и переносил его внутрь дома? Холодильник ведь, также отбирает его от продуктов и выбрасывает наружу, на заднюю стенку – говорю я с таким видом, будто удивляюсь такой непонятливости моих собеседников.

- Постой, - жестом перебивает, уже приготовившегося к возражениям Марка, Семен Захарович, - Саша, а какое такое тепло заберет твой "холодильник наоборот" если за стенкой зима?

– Хм .. ну как какое? Например, в Швеции, его из Балтийского моря забирают, а вы, можете у себя из-под земли достать, там же даже в самые лютые морозы температура будет градусов шесть – восемь тепла. Вставьте трубы в землю или прикопайте их рядом, метра на полтора-два и засыпьте сверху землей, вот и все! А мотор холодильника все это тепло будет через испаритель гонять. Мне кажется, его будет вполне достаточно, чтобы обогреть весь ваш дом. Здесь, все будет зависеть от того, сколько труб вы вкопаете. Но это уже считать нужно.

Разумеется, я мог бы более подробно расписать работу теплового насоса, но Захарович все же был теплотехником и неплохим специалистом по холодильным установкам. Думаю, моих прозрачных намеков ему будет вполне достаточно. Задачка то, - тривиальная.

Словом, я оказался причиной того, что до окончания праздника шкипер Захарович, полностью выпал из состава компании. Весь вечер, лишь изредка выходя на перекуры, он чертил на салфетке свои схемы и что-то бормотал об обратном цикле Карно.

Несколько позже, направляясь в туалет, я сквозь приоткрытую курильщиками дверь, услышал обрывок их разговора:

- Слушай, Марк, а этот твой Саша молодец. Сколько ему лет, говоришь…? Не из наших ли он будет?

- Да нет, похоже, что гой, - со вздохом сожаленья ответил Исаакович.

– Вот и надо было мне, влезать? – подумал я, – еще на заметку Моссаду попаду. Это сейчас у нас мир, дружба, жвачка и бывшая киевлянка Голда Меир готовится стать премьер-министром Израиля. А вот после арабской весны 1968 все булет совсем иначе. Понимаю ведь, что правильно говорят: "знаешь - молчи, не знаешь - помалкивай", а сам туда же…

После того как гости наелись, напились и вдоволь наговорились, хозяева включили музыку и начались танцы, правда только среди молодежи. А немного после девяти, оживленно переговариваясь, постепенно начали расходиться. Глядя на дядю Марка, я недовольно подумал.

- Может у человека были какие-то свои, шкурные интересы в отношении Семена Захаровича, а тут я взял и влез со своими насосами и все порушил.

А вечером, на кухне, Марк Исаакович, который решил помочь Ляле сносить к мойке грязную посуду, присел на табурет, посмотрел на жену, и с сожаленьем произнес:

- Ох, Софочка, поспешили мы с нашей Элькой. Будь она хотя бы года на три-четыре моложе, такая бы пара могла сложиться!

- Это ты что, этого своего Сашу имеешь ввиду? – вытирая руки полотенцем поинтересовалась мадам.

Забегая немного наперед, хочу сказать, что через неделю мне позвонил очень довольный Марк.

- Саша, вчера я встречался с одним нашим знакомым, ты ведь помнишь Семена Захаровича? Так вот, он просил передать тебе огромный привет и очень удивился, когда узнал, что ты учишься лишь в седьмом классе. Сказал - хоть, все о чем ты говорил довольно просто, но все же тебе еще рановато разбираться в таких вещах. Просил поблагодарить за идею и передавал привет. Саша, мы ведь с ним давно знакомы, и я знаю, что удивить Захаровича не так просто. И еще, он просил узнать, не нужен ли вам приличный импортный холодильник?

Я, довольно усмехнулся.

- Марк Исаакович, это вы еще не видели, как я вышивать умею, - скромно сообщил я, - а в том, о чем я сообщил, нет ничего необычного. Просто услышал по приемнику, что в Швеции уже более сотни труб в море опустили, чтобы тепло качать, вот и вспомнил. А что касается холодильника, большое спасибо, я поговорю с родителями и завтра вам обязательно перезвоню.

Свои вопросы с другом – Семеном, Исаакович, похоже, порешал и не исключено, что отчасти этому поспособствовал я. Этим же вечером, на семейном совете, мы таки решили взять импортный холодильник, а свой, практически новенький, "Днепр" отдать моей тетке, недавно получившей новую квартиру. Уже через три дня, заводские грузчики затащили громадный Rosenlew на наш пятый этаж. Этот финский девайс, был раза в полтора раза больше нашего "Днепра". Он не гудел и не скакал по коридору при включении. В общем, мама была в полном восторге.

Вот так, почти спокойно, вместе со всей страной я и пережил эту неспокойную осень 1962-го и готовился вместе со всеми встретить Новый Год. А ведь могли и не встретить.

Мои планы потихоньку выполнялись, некоторые даже с опережением графика. Воспоминания о будущем переползли уже во вторую общую тетрадь, которая также активно заполнялась. Лишь пару дней назад, как я пометил 2007-2008 годы, - начало мирового ипотечного и финансового кризиса, который вначале прокатится по США, а затем и по всему миру. Припомнил и о бурном росте акций табачных компаний, который продлиться почти до начала двухтысячных, хотя и сомневаюсь, что это мне пригодиться. Но пусть себе будет, так, на всякий случай.

Сравнивая все известные мне события, происходящие в СССР и других странах, я пока не обнаружил никаких различий с известной мне реальностью. Похоже, что дедушка Рей сильно ошибался, а может я еще не раздавил ту самую бабочку? А ведь, потоптался я здесь уже порядком, одна попытка предотвратить куреневскую трагедию, чего стоит. Но думаю, для того, чтобы заставить воз истории свернуть с наезженной колеи, необходимо время исчисляемое сотнями или даже тысячами лет. Скорее всего, справедливо и то, и другое. Если воздействие слабое, то требуется более длинный временной интервал, чтобы хоть как-то ощутить последствия, А если масштаб вмешательства приличный, то и изменения начнутся в ближайшем будущем, а не через сотню лет.

Сегодня, стояла прекрасная зимняя погода. Светило яркое солнце, и я, поскрипывая снежком на дорожке, подхожу к остановке своего автобуса. Эта остановка на Печерском мосту вызывала у меня не очень приятные воспоминания. Дело в том, что в течение двух последних лет, именно сюда ранним утром, я бегал с трехлитровым бидончиком, и под проливным дождем и в зимнюю стужу. Зимой, еще в темноте, сюда подъезжал грузовик и из него вытаскивали несколько бидонов молока вместе с толстой теткой – молочницей. Впрочем, толстой она выглядела по причине обилия надетой на нее теплой одежды. В валенках и фуфайке, перемотанная крест-накрест шерстяными платками, как матрос Железняк пулеметными лентами, она литровым цилиндрическим черпаком разливала по нашим бидончикам молоко. Бывало, что внешняя поверхность бидонов покрывалась длинными молочными сосульками. Оно бы и ничего, но ей ежеминутно приходилось вытаскивать из рукавиц задубевшие и покрасневшие на морозе руки, чтобы принять деньги и отсчитать сдачу. Брррр… от одних только мыслей мороз по коже пробирает.

А вот и мой автобус. Летом, он обычно ездит с распахнутыми моторными жалюзи, для охлаждения, сейчас же, на радиатор натянута какая-то рогожка. Если в теплую погоду все избегали мест в дальнем конце салон, из-за резкого бензинового духа и жары, то сейчас, ситуация совершенно иная.