За прошлый год все мы не только больше сдружились, но и стали серьезнее, что ли. На переменах, уже не носились с воплями по коридорам, а занимались куда более спокойными и интеллектуальными играми. К примеру, в холодные или дождливые дни, когда на улицу выходить совершенно не хотелось, мы резались в "покер". Конечно, это совсем не тот карточный покер, для которого необходим непроницаемый покер – фейс и колода карт, а несложная такая игра с метанием кубиков и как оказалось, очень увлекательная. Помню, как будучи уже студентами, на корабле, перед сдачей лейтенантских экзаменов, мы все свое свободное от вахт и занятий время, коротали именно за ним, заразив весь корабль, от киля до клотика, включая офицерский состав.
Кроме того, большую популярность приобрело и коллективное отгадывание кроссвордов, которые регулярно печатались в "Пионерской правде". При этом, выбранный ведущий, громко зачитывает вопросы и называет количество букв, а все остальные выдают свои версии. Лучший из лучших, на следующем этапе, сам становится ведущим. На открытом воздухе, очень популярным стал известный нам, но не ведомый в шестидесятых, теннис-бол. Это когда размечается площадка, натягивается веревка и два или четыре игрока, одними лишь ногами пытаются перекинуть мяч на сторону соперника, причем более одного касания земли мячом в своей зоне не допускается. Чуть позже, популярным стал и его упрощенный аналог, с кругом или квадратом. С девочками было сложнее, им я мало чем мог помочь, разве что попытался вспомнит забаву, типа "Море волнуется раз…." Не один раз я замечал, как наш физрук, Виктор Николаевич также выходил на стадион и внимательно наблюдал за нашими развлечениями. Однажды, он не выдержал и подошел к нам.
- Где это вы такому научились? - задал он давно ожидаемый вопрос.
- Так это Сашка Сиверинский из Индии привез – с гордостью, ответило несколько мальчишечьих голосов.
Брови физрука удивленно поползли вверх.
- Из какой такой Индии? - решил он разобраться до конца
Наверное, не стоит и дальше оставаться в сторонке, поэтому я пояснил, как обычно соврав. Бедная моя карма!
- Виктор Николаевич, вы же знаете, что я занимаюсь английским с одной учительницей, а она почти два года проработала в Дели переводчиком. Вот она и рассказала мне, во что там, индийские школьники так развлекаются. Ведь правда интересно?
- Действительно, игра не плохая, ни места ни участников много не требует – подумав, согласился физрук, видимо уже прикидывая, на какой бы учительской конференции по своему профилю, выступить с такой инициативой.
Не прошло и полугода, как наши придумки, особенно теннис-бол, стали популярны и среди старшеклассников. Более того, вскоре, был даже разыгран неофициальный межшкольный турнир с судьями и призами, и думаю, не ошибусь, если скажу, что его организовали с подачи нашего Виктора Николаевича. Жаль, но истинный автор остался в сторонке, а не купался, как положено, в лучах славы. Ничего страшного, мой принцип – все, что дается нам даром, лучше взять деньгами, но если такое невозможно, то пусть так и останется. Буду считать его гуманитаркой и добровольным вкладом в будущее. Надеюсь, такие мелочи не повлияют на ход исторического развития как бабочка Брэдбэри.
Хотя, это такие мелочи, я и так пытался тут натворить всякого. Взять хоть ту же Куреневскую катастрофу, песенки эти да и остальное, по мелочах.
Не слишком ли я моя голова высунулась из кустов, может, стоит задуматься и немного унять рысаков? Еще решат, что мне удалось ловко провести лепилу-психиатра из своей больнички и теперь я просто прикидываюсь и морочу всем голову. Не зря же умные люди говорят, если умеешь считать до десяти, остановись на семи…
Судите сами, за очень короткое время перескочил через два класса, с нуля выучил английский и изучаю испанский, выполнил норму второго взрослого разряда по плаванию, написал аж два детских хита, те же шахматы... Еще и игры эти новые..., а ну как спросят Полину Сергеевну об Индии, а она что в ответ? И это еще никто не знает о сэнсэе высшей категории Такеде! Хорошо хоть не тридцать седьмой год на дворе!
- С такими темпами, можно и на должность генсека замахнуться, это если сразу на комсомольские рельсы встать. Хотя ну его, этого генсека, сейчас, мне всего пол-одиннадцатого, а когда тридцать стукнет, так там будет такой конкурс на место и почти ежегодная гонка на лафетах…! А может, уже сейчас, какой ни-будь толковый аналитик, некого управления "К", что на третьем уровне лубянского подвала, уже принялся составлять на меня досье? Не хотелось бы… Но, не стоит переживать – просто научись играть в похер, и жизнь сразу налаживается. Да и не до меня им, вон расстрел в Новочеркасске скоро состоится…, или он уже был..? Точно помню, что это случилось в 1962-м, но когда именно – не скажу. Да и чем я могу помочь, чтобы этот беспредел предотвратить? Тогда, даже у генерала Плиева ничего не вышло, так что уж обо мне. Заменить у них патроны на холостые? Даже не смешно.
Это лето пробежало как обычно - пионерский лагерь, спортивный лагерь, село. Единственное, что внесло некоторое разнообразие в плавное течение жизни, так это юношеский чемпионат общества "Авангард", который состоялся как раз во время моего отдыха в летнем спортивном лагере. В гости к нам приехали команды из Одессы, Харькова, Днепропетровска, Николаева, Луганска и Донецка и единственным членом сборной от младшей группы Саныча оказался я.
Эти соревнования проходили на Матвеевском заливе в плавучем бассейне общества "Водник". К сожалению, здесь у моих козырей не было ни единого шанса сыграть. Я имею в виду, прежде всего, старт с тумбы, при котором я выигрывал почти полсекунды, ну и поворот с отталкиванием от бортика. Тумб здесь практически не было, имелись просто низенькие площадки для старта, за которые и зацепиться толком не получалось. А во-вторых бассейн был 50-метровым естественно и поворотов было вдвое меньше, да и стенки для отталкивания совсем не подходили. Дело в том, что вся эта конструкция плавала на понтонах, изготовленных из больших металлических бочек, и его деревянные бортики лишь слегка заходили в воду. Так что, выиграть у ребят, которые были старше меня на пару лет и занимались вдвое дольше, было совсем нереально. Конечно, сейчас я заметно превосходил своих сверстников, но все же, уступал старшим, ведь два года, в мои двенадцать, были очень солидной форой.
Команда нашего "Авангарда" разместилась неподалеку, в большой армейской палатке, установленной, как и все остальные, в тени небольшой рощицы, метрах в пятидесяти от воды. Такая же палатка была и у наших девушек.
Я сидел на бревнышке у входа в их обитель и увидел, как от туда, откинув полог, покрасневшая и чем-то очень недовольная, выбежала Инга Петровна, бессменный тренер нашей юношеской сборной и направилась в мою сторону.
- Так, Сиверинский, поднимайся и заходи, поговорить надо, – она кивнула в сторону нашего штаба.
Молча захожу в относительную прохладу помещения и встаю у входа. Я и не заметил, как сюда набилось куча народа.
- Ну что, все собрались? – Петровна окидывает сердитым взглядом всех ребят и продолжает.
- Состоялась жеребьевка, наша дорожка – третья, во всех заплывах.
Далее, принялась зачитывать кто и на какую дистанцию заявлен, хотя об этом все и так знали. Я попадаю на двести метров и еще и в эстафету, на свой любимый третий этап.
Удивленно пожимаю плечами и думаю, а почему вдруг на двести? Ведь мой Сан Саныч, на днях объяснял ей, что рановато мне, не хватает еще физики и мышечной выносливости. Это как понимать?
Напутственные слова тренера начались как обычно, с решений одного из последних съездов партии, а затем, после того как все буквы у нее закончились, Инга перешла к конкретной психологической обработке, а именно, о той большой ответственности, которую мы несем перед обществом, и тех дополнительных бонусах, которые нас ожидают в случае успеха.
Делать нечего, пошел готовиться. Подошло время стартов и вот прозвучала команда – "марш". Что можно сказать, я сражался аки лев, но как говорится, сколько волка не корми, а у слона яйца больше. В общем, пришел лишь третьим, пропустив вперед одессита и парня из Николаева. В эстафете, дела обстояли получше, мы были вторыми, а вот по девочкам – так полная Цусима, не в том смысле, что все дружно пошли на дно, а в том, что сдались практически без боя. Оказалось, что по каким-то там неведомым причинам на сборы не явилась второй номер нашей команды – Оля. Теперь, мне стала понятна причина испорченного настроения Инги Петровны, ведь у них тренеров, свои задачи и свои интриги.
В общекомандном зачете мы стали четвертыми, а это два шага назад по сравнению с прошлогодним первенством. Пожалуй, теперь Инга не слабо получит по шапке, вначале от Филимоныча, а затем и по всей цепочке ответственных и не причастных. Да и сам я был недоволен. Может, вместе с классом я сменил и карму.
Протокол №13. Воспоминание.
Окончательно я проснулся по причине попавшего в глаз солнечного лучика, хотя уже и до этого, сквозь полудрему, до меня доносился шум в прихожей. Похоже, что отец уже ушел на работу. А я, который лишь вчера вечером прибыл с полей, отмотав положенный срок в деревне, решил дать своему измученному здоровой сельской пищей организму, небольшой отдых и подумать, а может и помечтать о ближайших планах. Твердо решил, вот поленюсь еще немного, а затем начну бездельничать.
К сожалению, этим прекрасным планам не суждено было сбыться, потому что в коридоре раздался раздражающий звонок телефона и это явно по мою душу. Позевывая, подошел к аппарату и поднял трубку. Я угадало, звонили конечно же мне, и разумеется, это был Кошман. С чего это ему не спится?
- Мишка, ты что, заболел? Еще только восемь утра, а ты уже на ногах?
Как выяснилось, он со своими, уже с неделю как вернулся из Евпатории и теперь томился в родных стенах в ожидании начала учебного года. А мне он названивает третий день подряд, чтобы пригласить на свой день рождения, празднование которого намечено на сегодняшний вечер.
- Вот так, и что мне помешало задержаться еще на денек?
Честно говоря, ходить никуда не хотелось, но и отказать своему ближайшему соседу и будущему другу, язык не поворачивался. Разумеется, вплотную встал вопрос подарка, ну не дарить же ему литровую банку настоящей деревенской сметаны, которую я привез или пятерку в дизайнерском конверте? Такое сейчас еще не принято, а детям, так вообще табу.
- Может книгу? Так свою, я еще не написал, а другой, столь же интересной, у меня под рукой нет. А подарю ка я ему песню, она есть у меня!
На том и остановился. Дело в том, что нынешний отдых в деревне оказался крайне плодотворным в творческом плане, не зря же писатели и всякие поэты, в поисках улетевшей музы, часто уматывали на плэнер - кто в Переделкино, а кто и на Капри. Вот и я, неожиданно для себя припомнил и соответственно записал, целых две песни. Надо сказать, очень тематические песни. Наибольшим признанием среди тружеников полей и огородов пользовались "тридцать три коровы". Очень веселая и задорная песенка из "Мэри Поппинс". Поскольку, до выхода этого мюзикла оставалось лет тридцать, я счел, что придумать ее будет вполне безопасно. А вообще, она мне очень нравилась, и я частенько насвистывал этот мотивчик, занимаясь скучной и рутинной работой.
Нынешний визит в деревню очень удачно совпал с нашей очередью выпасать общественное стадо. Поэтому, даже не дав отдохнуть человеку с дороги, все же он часа три добирался, в шесть утра я был безжалостно поднят с кровати и отправлен к рукомойнику. Мы с дедом, наскоро позавтракали, чем бог послал, а послал он вкусно и много, и бодро зашагали по улице, сгоняя в кучу своих буренок. Дед, помахивал длинным кнутом, а я бегал за самими неторопливыми и громкими криками подгонял их, помогая себе хворостиной. Как обычно, чтобы не заскучать, я прихватил с собой и гитару, наигрывая потихоньку все, что приходило в голову. И вот, как раз во-время этого дежурства, перед самым обедом, последние строки теперь уже моей песни, заняли свои места в голове. Эти "тридцать три коровы" тут же оказались на первой позиции в шорт - листа моего хит-парада. Мало того, она попадала в самое яблочко, ведь именно тридцать три коровы и насчитывало наше стадо, которое мы с дедом выгнали на выпас.
Не стану скрывать, в этот момент я почувствовал что взлетаю, вот и будет чем порадовать дядю Марка! И пока мы гнали коров на обед, я, загребая ногами облака пыли, раз за разом повторял основу будущего мюзикла, помогая себе на гитаре.
В центре города большего,
Где травинка не растет,
Жил поэт, волшебник слова,
Вдохновенный рифмоплет.
Рифмовал он что попало,
Просто выбился из сил
И в деревню на поправку,
Где коровы щиплют травку,
Отдыхать отправлен был.
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Свежая стpока.
Тpидцать тpи коpовы,
Стих родился новый,
Как стакан паpного молока.
В пять утра вставал он ровно,
Это было нелегко,
Он читал стихи коровам,
Те давали молоко.
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Тpидцать тpи коpовы,
Свежая стpока.
Тpидцать тpи коpовы,
Стих родился новый,
Как стакан паpного молока.
День за днем промчалось лето,
Очень вырос наш поэт,
Ведь молочная диета
Благотворна для поэтов,
Если им двенадцать лет….
Нужно ли повторять, что песенка была ну прямо в тему, словно обо мне написана. Не удивительно, что она стала самой популярной в нашем колхозе и несколько раз, на площади перед сельсоветом я исполнял ее на бис. Уверен, что и Исаакович будет в восторге, ведь действительно, давненько я его ничем не баловал, а за телефон, стоило бы и отдариться. После того, как первая эйфория прошла, я подумал и решил.