Последние полчаса перед тем, как мы доехали до дома Райана, определенно отличались от того, что было раньше. Он зажег «Stuyvesant», затянулся и протянул сигарету мне, пока я грела ноги на приборной панели. Солнце сейчас было просто восхитительным. Я удивленно улыбнулась ему:

— Что?

Он ухмыльнулся:

— Лишним не будет, раз уж ты уже кончила мне в рот.

Я рассмеялась и взяла у него сигарету:

— Ты порочный, Райан.

Он рассмеялся в ответ:

— Есть такое.

— Сколько тебе лет, кстати?

Он посмотрел на меня, и вид у него был вовсе не обиженный:

— Ты совсем ничего не знаешь о своей семье?

Я покачала головой:

— Нет. Я эгоистка и «паршивая овца», как называет меня отец.

Он рассмеялся над моей едкой самооценкой.

— Не согласен, — его рука сжала мое бедро, — Ты учишься и работаешь на отца. Так что голова у тебя на плечах есть.

Он добавил:

— Думаю, мой брат склонен преувеличивать.

Я уставилась на него. Меня это очень тронуло. Честно говоря, никто никогда не видел во мне ничего хорошего.

— Спасибо.

Он улыбнулся и ответил на мой вопрос:

— Мне сейчас 40. Самый младший в выводке. Есть еще дядя Джетт, ему 42, а твоему отцу 45.

М-м, отличный возраст.

Затем он указал вперед:

— Смотри, мы почти приехали.

Я выпрямилась и уставилась на арочные ворота, за которыми тянулась длинная пыльная дорога к ферме.

— Боже мой, это настоящая ферма.

Отец хоть раз в жизни не соврал. Райан усмехнулся, заметив выражение моего лица:

— Да. Ты здесь впервые?

Я кивнула:

— Поверишь ли?

Мое сердце затрепетало, когда я увидела первый загон с ровными рядами овощей, а вдалеке заметила амбар и суетящихся людей.

— Пока что мне вполне нравится мое наказание.

Он хмыкнул, когда мы подъехали ближе к дому и остановились рядом с массивным трехколесным трактором. Глаза Райана скользнули по моим ногам:

— Добро пожаловать в мой дом. Надеюсь, тебе понравится гостить у меня.

Его пальцы задержались на моем бедре, и у меня возникло дикое желание наклониться и поцеловать его, но, конечно, мы были уже не одни.

— Чувствую, что понравится.

Я целомудренно чмокнула его в небритую щеку.

— Спасибо за такой сладкий прием, дядя.

Мы направились к двухэтажному дому, который, как я слышала, принадлежал нашей семье на протяжении нескольких поколений. Место было шумным, повсюду слышались голоса и звуки животных. Сомневаюсь, что буду бегать по навозным ямам, пока я здесь, но я была не прочь осмотреться, как только распакую вещи. Выглядело всё это любопытно.

Моя комната была восхитительно простой и чистой: только односпальная кровать и тумбочка с лампой. В ней было много воздуха благодаря высоким потолкам, но при этом она оставалась уютной. В углу стоял одинокий комод, и был даже крошечный камин. Уф, я просто обожаю этот деревенский уклад жизни. Райан постучал в дверь, как раз когда я закончила разбирать одежду и косметику.

Он прислонился к дверному косяку, изучая меня:

— Уже обустроилась?

Мой взгляд скользнул по нему, открыто оценивая:

— Да, конечно, мне просто нужно в душ.

Мы молча смотрели друг на друга, и оба знали, чего хотим. Та мимолетная встреча не была случайностью на один раз. Влечение между нами было почти осязаемым, как и воспоминание о полученном удовольствии. Я подошла к нему ближе, провокационно проведя пальцем по его груди:

— Нам не стоит этого делать, ты же знаешь?

Он согласился, не пытаясь прикоснуться ко мне:

— Разумеется, вся эта тема с кровным родством довольно неловкая и отвратительная.

Я усмехнулась и кивнула в знак согласия:

— Именно об этом я и думаю, дядя.

Помимо того, что к концу дня он стал выглядеть еще лучше, я поняла, что мне очень нравится его сексуальная и непринужденная манера поведения. Наши перепалки тоже доставляли удовольствие. Он зажал пальцами выбившуюся прядь моих волос, и его взгляд остановился на моих губах:

— У меня есть дела, я присоединюсь к тебе сразу после.

Мой взгляд задержался на его губах, и мне так сильно захотелось его поцеловать.

— Мне приготовить что-нибудь для тебя позже?

Он ухмыльнулся, и наконец его губы накрыли мои в твердом поцелуе. Он отстранился:

— Только себя.

Я притянула его к себе и дерзко поцеловала, дразня его губы языком. Прежде чем окончательно потерять рассудок, я отстранилась, задыхаясь:

— Я думала, это неловко и отвратительно?

Он застонал:

— Разве я не говорил? Мне нравятся неловкие и отвратительные вещи.

Его губы накрыли мои в долгом похотливом поцелуе, прежде чем он снова оторвался от меня. Он схватился за свою ширинку и простонал:

— Блять, Мира, ты дьявол.

Я рассмеялась, глядя, как он прыжками спускается по лестнице. Я приняла горячий душ, думая о своем очень умелом и красавце-дяде. Я знаю, что должна воспринимать его только как родственника, но сейчас, после нашей маленькой секс-сессии, это сложно. То, как легко я это приняла, кажется шокирующим и ненормальным — я бы никогда не подумала, что способна на такое, но это также и потрясающе. Кроме того, не знаю, заметили ли вы, но я не из тех, кто привык подолгу обдумывать всякое дерьмо.

Я делаю то, что мне нравится, и прямо сейчас я намерена наслаждаться своим сексуальным и очень одаренным дядей, пока я здесь. Отец собирался меня наказать, но я вполне могу войти во вкус. Я сбежала вниз и осмотрела остальную часть дома, пока ждала его. Все было чисто и опрятно, с устаревшей, но очаровательной мебелью.

Кухня оказалась на удивление хорошо оборудованной: большой деревянный остров посередине и массивная газовая плита на шесть конфорок. Медные кастрюли и сковородки блестели на крючках, а на столешницах стояли корзины со свежими фруктами и овощами.

— Прелестно.

Я довольно много готовлю для нас с отцом, так как мы в основном предоставлены сами себе, и я умею ценить хорошую кухню. Я почувствовала здесь женскую руку, когда мои пальцы коснулись симпатичных кухонных полотенец и прихваток. Райан, вероятно, сохранил всё так со времен своей матери, или... Уф, мне не понравилось, куда завели меня мысли.

Я вздрогнула, когда сзади внезапно раздался его громовой голос:

— Мира, тебе нравится кухня?

Я повернулась к нему:

— Да, она прекрасна. Так что... — мои пальцы скользнули по деревянной поверхности, — Мне вот стало интересно. Это вещи бабушки или здесь жила женщина?

Он ухмыльнулся:

— Это вещи моей матери, мадам. И отвечая на твой вопрос: нет, я никогда не был женат и не собираюсь после катастрофических браков моих братьев.

Он налил две чашки кофе и пододвинул одну мне. Всё просто. Должна признаться, я почувствовала облегчение. Я ненавижу конкуренцию и вообще довольно ревнивая особа.

— Расскажи мне о дяде Джетте. Я его совсем не помню.

Он прихлебывал кофе, и его глаза блуждали по мне:

— Он во многом похож на меня, за исключением того, что у него стервозная бывшая.

Он подошел ближе и поставил чашку:

— Я закончил сегодня пораньше, чтобы провести время с тобой, а не болтать о всякой херне. После я поджарю нам стейки.

Я приподняла бровь, когда он взял меня за руку и вывел из кухни:

— После?

Он хмыкнул:

— Да, после того как я приму душ и трахну тебя как следует на своей кровати.

Я хихикнула и пошла за ним. Звучит неплохо для того, чтобы нагулять аппетит.