– Ты подстриглась! – Белла моментально это заметила.

Несколько недель назад я обрезала себе концы волос тупыми кухонными ножницами. Увидев, что я натворила, Хит потащил меня в парикмахерскую. Это был единственный раз, когда я выбралась куда-то из дома, если не считать визитов к врачу. В парикмахерской меня остригли «под мальчика». Такую короткую стрижку я еще никогда не носила.

– А тебе идет! Очень мило! – Подобные слова в устах Беллы могли означать как похвалу, так и издевку.

Гаррет стоял молча, перетаптываясь начищенными ботинками на скрипучих досках старого крыльца.

– Что вы здесь делаете? – спросила я.

– Мы звонили, а вы не отвечаете, – ответила Белла. – Волновались за вас.

Когда Хит наладил в доме телефонную связь – вместе с другими коммунальными удобствами, – нам стали день-деньской названивать репортеры. Вскоре это нам надоело, и мы перерезали телефонные провода. Мой разряженный мобильник валялся где-то в ящике, а у Хита сотового не было.

– У нас все нормально, – сказал Хит, отгораживая меня локтем.

Обойдя его, я подошла к Белле и Гаррету.

– А что же вы меня в больнице не навестили, если так волновались?

– Мы вообще-то приходили, – произнес Гаррет хриплым голосом.

Я вопросительно взглянула на Хита. Он молчал, твердо сжав губы.

– Да, цветы приносили… ну и все такое, – добавила Белла, а затем кивнула в сторону Хита: – А он не пустил. Сказал, что ты не хочешь нас видеть.

– Это правда. Я действительно не хотела.

Конечно, Хит не должен был за меня решать. А уж если решил, то мог бы, по крайней мере, поставить меня в известность. Не знаю, как бы я себя повела, если бы увидела в тот вечер Беллу. Скорее всего, разозлилась бы и выбросила цветы в мусорку. А может, и простила бы. Ведь неизвестно еще, на самом ли деле Белла подстроила столкновение. Чутье подсказывало мне, что нет. Все-таки не в ее характере делать кому-то пакости. Правда, и сожалеть о случившемся Белла тоже не станет.

– Можно поговорить с тобой? – спросила она.

– Мы уже разговариваем.

– А без свидетелей? – Она стрельнула глазами в сторону Хита.

Я предложила ей прогуляться. Мы оставили парней на крыльце и пошли к озеру.

– Веди себя хорошо, – уходя, шепнула я Хиту, и он хмыкнул в ответ.

Белла едва поспевала за мной, семеня по кочкам и проваливаясь каблуками в рыхлую землю. Ее туфли наверняка уже были безнадежно испорчены. Так ей и надо!

Когда мы добрались до конца лужайки, я залезла на известняковую плиту, с которой открывался вид на берег. Белла осторожно, боком присела на краешек, стараясь не прикасаться ни к чему вокруг.

Мы молча смотрели на горизонт. Солнце скрылось за набежавшими слоистыми облаками, и в воздухе снова повеяло зимней прохладой. Вода в озере серебрилась, как зеркало.

– Прости меня, Кэт, – сказала наконец Белла.

Я повернулась:

– Значит, ты нарочно меня сбила?

– Нет, я не это имела в виду. – Она посмотрела мне в глаза. – Прости, что так вышло. Мне очень жаль, что ты пострадала.

– Ага. И еще жальче, что тебя не взяли на Олимпиаду…

– Вы смотрели выступления?

Я покачала головой. Про Олимпиаду мы с Хитом не вспоминали вообще. Даже не знали, кто выиграл золото.

– А мы смотрели, нас мама заставила. – Белла запахнула куртку.

Молодец Шейла, здорово проучила детей. Ткнула носом, словно провинившихся щенков.

– Ну и как наши выступили? Эллис и Джози?

– Лучше не спрашивай.

Я досадливо сморщилась.

– А русские?

– Яковлевы взяли на Олимпиаде золото. И на чемпионате мира на прошлой неделе тоже. Хоть Полина и не справилась с твизлами.

Российский дуэт Яковлевых неоднократно выступал с нами на Гран-при, но обойти нас так и не смог. Им повезло, что нас с Гарреттом не было на последних соревнованиях. Но какая теперь разница? Яковлевы попали в списки призеров, а наша история станет поучительным примером для молодежи.

Погода портилась. Холодный ветер вздымал волны у берега, и голос Беллы тонул в их шуме.

– Кэт, наша дружба для меня очень много значит.

– Больше, чем победа? – съязвила я.

– Конечно нет. – Она посмотрела мне в глаза твердым взглядом. – Я ведь не просто так сюда приехала. Кэт, хватит играть в бирюльки. И себя жалеть тоже хватит.

Такие слова могла сказать только Белла. Моя жесткая и честолюбивая лучшая подруга.

– Когда возвращаешься? – спросила она.

– С чего ты взяла, что я собираюсь возвращаться?

– А-а, понятно, – протянула Белла, закатив глаза. – Он не хочет.

Хиту и правда нравилась наша тихая жизнь вдвоем. Я никогда еще не видела его в столь безмятежном расположении духа. Временами я тоже чувствовала себя счастливой. Но иногда возникало такое ощущение, будто я сама себя наказываю. Дни походили один на другой. В моей жизни не было больше ни цели, ни задач, ни стремлений. Словом, не жизнь, а существование.

– Мы с ним об этом вообще не разговаривали.

– Серьезно? Черт возьми, а чем же вы здесь, в глуши, занимаетесь?

Я многозначительно подняла бровь.

– Лучше не отвечай, – нахмурилась Белла. – Кстати, можешь не волноваться: я между вами больше не встану. Права ты была насчет Хита… Видно, все-таки и впрямь на тебе свет клином сошелся.

Белла рассмеялась, но глаза ее метали искры. Я промолчала. А что тут скажешь? У нее были все основания злиться. Ведь Хит играл ее чувствами, отнимал драгоценное время. Да еще и бросил в самую ответственную минуту.

– Можешь забирать его обратно, – фыркнула она презрительно. – Со спонсорами проблем у вас точно не будет.

– Почему?

– Ну, вы же теперь знаменитости.

Я непонимающе уставилась на собеседницу.

– Так ты не в курсе? – ахнула она. – Неужели не видели?

– Да чего не видели-то?

Белла на минуту задумалась, прикусив губу.

– Пошли в дом. Хит тоже должен знать.

* * *

Эллис Дин. Из-за этой фотографии все словно с ума посходили.

В кадре знаменитая фотография с чемпионата США 2006 года: Хит Роча на руках уносит со льда Катарину Шоу.

Инес Эктон. Ну прямо как фигурки на свадебном торте: он в черном костюме, она в пышном белом платье… А вокруг кровь! Короче, свадьба из фильма ужасов.

Джейн Каррер. Дикость какая-то!

Франческа Гаскелл. Ужасный, прискорбный случай… Но фотография до чего романтичная! (Вздыхает.)

Инес Эктон. И романтичная, и в то же время брутальная. Везде кровь, а у парня такой вид, будто он погибшего друга с поля битвы выносит.

Гаррет Лин. Я избегал любых напоминаний о том злополучном дне. Но когда фотографию увидел… просто глаз отвести не мог! Мне стало ясно, что эту парочку не разлучить. Они всегда будут вместе.

Эллис Дин. Когда они оба исчезли после чемпионата, всех прямо-таки распирало от любопытства. Ну, я и подумал: отчего не дать людям то, что они хотят?

Кирк Локвуд. В марте две тысячи шестого года, объявив о своем уходе из большого спорта, Эллис Дин начал вести блог, посвященный скандалам и сплетням в мире фигурного катания. Свою страничку он назвал «Уголок слез и поцелуев».

Эллис Дин. Это был самый что ни на есть примитивный сайт на бесплатной платформе WordPress. Но он моментально приобрел мировой успех, и не только среди поклонников «фигурки». Каждый раз, когда я писал про Хита и Кэт, ссылку тут же распространяли по Интернету. Трафик был бешеный!

На экране – скриншоты первых статей Эллиса: «Без присмотра: тяжелое детство Хита и Кэт», «Безудержная страсть Шоу и Рочи: откровения коллег», «Холодная правда о самой горячей паре в фигурном катании».

Джейн Каррер. Да у этого сайта нет ничего общего с фигурным катанием. Нужно писать про успехи наших фигуристов на льду, а не смаковать подробности их личной жизни.

Эллис Дин. Наверху, конечно, сразу закатили истерику.

Франческа Гаскелл. Читала, а как же. Блог Дина все читали – кто в открытую, кто тайком.

Эллис Дин. Я приоткрыл занавес, чтобы люди увидели фигурное катание в его истинном свете, без показухи.

Гаррет Лин. Мы с Эллисом в то время уже не общались.

Эллис Дин. Я его бросил. Надоело прятаться.

Гаррет Лин. Эллис мог бы рассказать про меня на своем сайте. Но он этого не сделал, за что я ему благодарен.

Инес Эктон. Что значит «просто сплетни»? Сплетни, между прочим, – мощное оружие маргинализированных групп против истеблишмента. Зачастую это единственное наше оружие.

Эллис Дин. Думаете, я только косточки перемывал? В грязном белье копался? Неправда. Я рассматривал серьезные проблемы. Предвзятое судейство, жестокие методы тренеров, сексуальные домогательства, расстройства пищевого поведения среди фигуристов.

На экране показывают ряд статей из блога, затрагивающих другие темы: «10 признаков того, что ваш тренер вас недостоин», «Шок! В фигурном катании стыдятся нормального женского тела!», «Чиновники закрывали глаза: олимпийская фигуристка рассказала, как над ней годами издевался партнер».

Эллис Дин. Но больше всего посетителей привлекали именно заголовки про Шоу и Рочу. Из-за этой чертовой фотографии парочка стала не менее популярной, чем Брэд Питт и Анджелина Джоли. А уж если прославились – то все, назад пути нет.

Отрывок из интервью с Ли Шоу, братом Катарины. Ему чуть меньше тридцати, но выглядит он на все сорок. Интервью снимают на фоне голой стены.

«Хоть на фотографии довелось на сестренку взглянуть, – говорит он. – Давненько мы уже с ней не виделись. С тех пор, как она сбежала из дома».