Покинув сад, Николас и Антуан преодолели первый холм, откуда открылся вид на изгиб реки и небольшие каменные постройки. Антуан Барье, несмотря на жар в груди, бежал вверх по холму. Он не хотел уступать ни на шаг Николасу, который, словно ищейка, взял след.

Писатель верил своей интуиции. Иногда она оказывалась права. Да и если бы ему пришлось скрываться, то, возможно, он сам выбрал бы подобное место. Брошенный дом, река, которая в случае чего могла смыть следы. Пустынный холм, на котором отчетливо видно фигуры.

– Пригнитесь, – скомандовал Николас, и Антуан плюхнулся на живот. – Если преступник в одном из этих домов, то мы для него как на ладони.

Антуан согласился, хотя следовать за Николасом ему не нравилось.

Они стали спускаться. Но гораздо медленнее, чем поднимались. Им пришлось держаться кустов или деревьев. На пустой местности они прижимались к земле и ползли.

– Мы теряем время! – возмутился Антуан, когда они остановились.

– Но зато не теряем преимущества. Лучше смотрите по сторонам.

Разрушенные дома становились ближе. Николас отчетливо видел, что в большинстве из них вряд ли удалось бы укрыться. Стены развалились, крыши прохудились. О некоторых постройках напоминало лишь несколько камней. Что если его идея ошибочна?

Они продолжили спуск. Теперь прятаться стало легче. Они перебегали от одной стены к другой, поочередно проверяя, нет ли там признаков Мари. Или скрытых дверей, ведущих в погреб. Николас вспоминал погреб поместья, отчего пробирала дрожь. А если они найдут Мари в том же состоянии, что и…

– Тот дом! – крикнул Антуан и пригнулся. Николас последовал совету.

– Что вы увидели?

– Дом! – Антуан указывал пальцем. – В одном из окон того дома что-то блеснуло!

– Вы уверены? Может, отблеск луны?

– Может, но лучше перестраховаться и проверить!

Не покидая тени, они побежали в сторону дома. Николас старался не шуметь. Антуан не церемонился. В какой-то момент он вырвался вперед. И остановился лишь перед самым домом. Небольшая хибарка с красной деревянной дверью и слегка съехавшей крышей. Дом на подъеме. Идеальное место для наблюдения.

Николас нагнал его.

– Вы слишком шумите.

– Времени нет. Я чувствую, что Мари внутри. Мне кажется, я видел лампу.

– Нам следует решить, как поступить.

– Долго. Вы обойдите дом и пошумите у окна. Если он там, то вы привлечете его внимание.

– А вы?

– Я прокрадусь в дом и спасу Мари. Если мне удастся спугнуть его и заставить выскочить в окно, то хватайте его.

– Вам может понадобиться. – Николас достал нож. – Если Мари связана, вы перережете веревки.

Николас понимал, почему Антуан рвется в дом, и мешать ему не хотел.

– Спасибо! – Антуан взял нож и крепко сжал. – Приступим.

Николас кивнул и, пригнувшись, обошел дом.

К его сожалению, с обратной стороны не было ни забора, ни деревьев. Пустырь с сухой травой и парочкой кустарников. Но вариантов больше нет. Он должен предоставить Антуану шанс. Снова опустившись на живот, Николас пополз к дальнему кустарнику, попутно собирая камни. Вдруг в голове яркой вспышкой возникла новая мысль. Как это бывало раньше, она начала разрастаться вариантами и версиями. Вместе с этим пришла тревога. Но Николас ее остановил. Сейчас не время. Требуется полная концентрация и холодная голова.

Он спрятался за кустом и принялся бросать камни в окно. В какой-то момент он увидел, что внутри мелькнула тень.

– Теперь твой выход, Антуан.

Почему ничего не происходит? Может, этого недостаточно? Может, похититель лишь глянул в окно и решил, что показалось? А после вернулся к девушке.

Николас поднялся и вгляделся в окно. Сквозь стекло и отражающуюся в нем луну едва проглядывались очертания комнаты. Тогда писатель взял камень покрепче и бросил в окно. Стекло звонко разбилось. В тот же момент он заметил блеск металла в темноте комнаты. Инстинктивно Николас начал падать. Но было поздно, раздался выстрел.

Пуля угадила в плечо, пробив его насквозь. Острая боль вспыхнула в мышце, огнем растекаясь по руке и шее. Николас лежал на спине и не шевелился. Пока не пришло осознание, что враг вооружен, а значит, и Антуан, и Мари в опасности. Он перевернулся и подполз к дому, затем обошел его и подошел к двери. Открыта. Значит, Антуан внутри.

Грянул второй выстрел.

Николас, подгоняемый страхом, вбежал в дом. В первой комнате сидела Мари, привязанная к стулу. Он узнал ее по платью. Она сидела и не шевелилась. Голову скрывал мешок. Он прошел дальше.

На полу той комнаты, где он разбил окно, лежали два тела. Первое стонало и держало в дрожащей руке пистолет. Второе лежало без чувств.

– Вы живы?! – Николас услышал голос Антуана. – Слава богу! Я видел, как он стрелял в окно, но не успел.

– Он только задел меня. – Николас подошел ближе.

Антуан лежал на спине. Его лицо было разбито. Губы и нос превратились в кровавое месиво.

– Ваш нож, он спас меня, – добавил Антуан.

Николас склонился над телом убитого человека. Изнеможенное лицо. Впалые глазницы. Дырка от выстрела на лбу. И торчащий из руки нож.

– Он хотел выстрелить второй раз, но я успел всадить в него нож. Тогда он ударил меня с разворота.

– Что с Мари? Она не шевелится.

Антуан вскочил на ноги и, шатаясь, пошел к ней. Николас последовал за ним.