— Ох. — с губ девушки сорвался сладостный стон и она сжав его волосы, оторвала голову мужчины от своей груди. Улыбнувшись почти похотливой улыбкой, Элеонора подняла одну ногу на край дивана, открывая мужчине доступ к своему лону. Рот Бибера внезапно наполнился слюной… Сглотнув, он посмотрел с восторгом в ее глаза, потянулся и стал покрывать поцелуями мягкий живот девушки, постепенно спускаясь ниже. Нэл тихо вскрикнула, когда мужские пальцы как бы невзначай задели чувствительный бугорок. Сжав сильнее волосы парня, девушка слегка подтолкнула его голову к своему лону и едва слышно застонала, когда почувствовала горячий язык между своих ног …

Усмехнувшись Джастин стал целовать ее там, облизывая и нежно дотрагиваясь языком до невообразимо чувствительной верхушки. Девушка почувствовала лёгкое головокружение и покачнулась, но сильные руки на бёдрах сжались не давая ей упасть. Не помня себя от желания и слегка сжав светлые волосы, Элеонора оттянула голову Бибера и посмотрела ему в лицо. Его губы и подбородок слегка блестели от её влаги, мерцающие глаза были полны животной похоти. Девушка наклонилась и впилась в губы мужчины, наслаждаясь своим собственным вкусом.

— Вкусная? — игриво спросила Нэл, всматриваясь в затуманенные медовые глаза и сжала рукой его возбужденную, плененную тканью плоть. Ей не терпелось уже освободить его.

— Очень. — прошептал он с улыбкой. От переизбытка чувств у него кружилась голова, как будто он был под влиянием алкоголя.

Скользнув языком по его припухшим влажным губкам и подбородку девушка стала вести дорожку к его шее, целуя ароматную кожу. Медленно прикусила зубами голубую бъющуюся жилку на его шее, вызвав у парня томный вздох. Склонялась все ниже и ниже, прогибаясь в пояснице она целовала его торс, облизывая мужские соски и обводя кончиком языка кубики на животе. Опустившись перед ним на колени, она подняла голову и посмотрела в его глаза так, будто спрашивала разрешение. Парень взмахнул длинными ресницами, когда ее губы стали покрывать поцелуями его бедра и низ живота. Улыбнувшись в предвкушении она стала быстренько расстегивать пальчиками пуговицу и ширинку на джинсах и отодвинув ткань обхватила пальчиками его напряженную твердую плоть. В первые секунды у нее перехватило дыхание. От непонятных окрыляющих чувств, от удивления, от возбуждения, от его размеров. Она не знала, как можно выразить свои эмоции, но она находила его член красивым и привлекательным. Не смотря на потрясающий размер он имел идеальную форму и был изящным и гибким, под стать своему владельцу. Он стоял почти вертикально, темно-розовая головка наполовину открылась, и на верхушке поблескивала прозрачная капелька.

Элеонора убрала волосы за спину, наклонилась и осторожно коснулась губами головки, оказавшейся на ощупь теплой и бархатистой. Лизнула верхушку, обхватила ее губами, прошлась языком по кругу, потрогала дырочку. От его крышесносного вкуса у нее закружилась голова. Джастин шумно вздохнул, откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Он протянул руку и стал гладить ее по голове, блаженно вдыхая приоткрытыми губами воздух. Нэл тут же осмелела и провела языком по всей длине вверх-вниз, по выступающим венам, накрыла его ртом и стала посасывать.

Девушка помогала себе рукой, а Бибер смотрел на нее с восторгом в глазах.

— Ты же не хочешь, чтобы я всё сделала сама, правда? — хитро изогнула бровь она, обхватывая его губками.

— Но у тебя так здорово получается. — с тихим стоном выдохнул он. — Ты же не хочешь, чтобы я считал, будто ты сама ни на что не способна?

Усмехнувшись Нэл взяла его глубже и тогда Бибер не выдержал, чувствуя сладостную боль, которая не давала покоя. Схватив девушку за волосы и почти грубо подняв ее с колен он встал сам и толкнул Нэл на диван. Она поняла его без слов, с замиранием сердца понимая, что сейчас наконец получит то, что так сильно хотела. Она будет с ним, но отчего-то ею завладел страх.

Девушка залезла на диван, встала на колени, повернувшись к нему спиной, опёрлась руками о спинку дивана и встала на него широко расставленными коленями. Прогнувшись в пояснице и оттопырив ягодицы, Элеонора повернула голову и дразнящее посмотрела через плечо на парня, стараясь не показывать своего внутреннего волнения.

Но все же она задрожала, когда обжигающие ладони погладили спину, помассировали ягодицы, шире раздвинули бедра.

— Ты дрожишь. — шепнул Джастин, склоняясь к ее уху. — Ты боишься?

— Мне не будет больно? — смущенно спросила девушка, повернув к нему голову.

— Тебе будет очень хорошо. — заверил ее парень, нежно целуя ее спинку вдоль позвоночника. — Расслабься. — он слегка подразнил девушку, поводив кончиком своей твердой плоти по ее ягодицам и крепко ухватил ее за бедра. Нэл невольно напряглась, когда он замер у входа, но Джастин мягко шепнул: «Не бойся», качнулся и плавно вошел в нее.

Тело девушки тут же пронзило болью, она вскрикнула и зажмурилась, до крови закусывая губы. Было так неудобно, больно, как будто это был ее первый раз. Просто тело не помнило этих ощущений и все казалось таким непривычным.

Джастин сделал круговое движение бедрами и на несколько мгновений остановился без движения, позволяя девушке привыкнуть к нему.

— Я мог бы быть твоим первым мужчиной, Вейн. — его горячий шепот обжег кожу шеи и все, что было в ее голове до этого — исчезло бесповоротно. У Нэл перехватило дыхание, с губ срывались тихие всхлипы, а Бибер помедлив секунду, вышел из нее почти полностью и снова погрузился внутрь, вышел и снова, и снова, находя свой ритм — неторопливый и упоительный. Горячая — влажная — тесная — умопомрачительно хороша. Она наконец осмелела, стала двигаться ему навстречу, выгибая спину и насаживаясь на него до упора. Глаза зажмурены, губа прикушена. Она с трудом понимала, что происходит. И мысли о том, что она занимается любовью с Бибером — сводила с ума.

Заниматься любовью — это каждый миг. Это каждый вздох. Каждый взгляд. Каждое прикосновение. Это признание в любви самим своим существованием. Состояние души, а не тела.

Это не выскажешь словами, да и незачем. Это не покажешь делами, да и ни к чему. Это надо слышать. Ощущать. Чувствовать. В этом надо жить.

И сейчас — вот сейчас! — они занимаются любовью.

Нэл сама того не заметила, как они уже оказались около стенки. Джастин прижимал ее своим телом к прохладной стене, неотрывно целуя ее губы. Он закинул ее согнутую в колене ногу к себе на локоть и продолжил двигаться в ней, ловя ртом ее громкие стоны и сдавленные крики. Он все никак не мог насладиться ее близостью, хотел ее все больше и больше. Он забыл о времени, забыл о том, что за окном уже глубокая ночь сменяется недалеким утром, он видел только девушку перед собой, которая уже еле дышала бессильно цепляясь за его плечи и думал, хорошо, что стены здесь со звукоизолятором.

Силы покидали и его самого, но он был ослеплен девушкой, которая стонала в его руках и с последним толчком вскрикнула так, как ни одна другая женщина, с которыми Джастин занимался любовью. В этом крике было что-то, животное, что-то, рвущееся из самых глубин её естества. Внутри него словно вспыхнуло пламя, яростный взрыв пронзил его с ног до головы, заставляя дрожать от той пылающей лавы удовольствия, которая растекается по жилам. Глаза закрылись сами собой и он уткнулся девушке в шею, судорожно ловя разгоряченный воздух и ощущая, как пульсирует его член в ее теле… Зажмурившись Джастин излился в нее так глубоко, как только мог. У него кружилась голова, ноги, отказывались держать. Он отпустил колено Нэл и обнял девушку за талию, крепко прижимая её к груди и пытаясь отдышаться. Глаза Элеоноры были закрыты, она еле дышала и была почти в бессознательном состоянии, но Джастин был спокоен. Он знал, что сейчас ей хорошо, как никогда. Осторожно взяв девушку на руки он понес ее к кровати, опуская на мягкую постель и поцеловал ее в губы. Он посмотрел на ее уставшее лицо, на котором все еще застыло блаженство. Его вдруг накрыло такое странное чувство, от которого по телу снова разлилось тепло. «Как я мог жить, когда тебя не было рядом?». Видимо, он сказал это вслух, потому что девушка тут же притянула его к себе за шею с тихим стоном «Джастин». Он и никогда и не задумывался, что его имя, сорвавшееся с губ девушки может звучать с такой нежностью. Он не знал до этой ночи. Теперь знает.

Осеннее раннее солнце освещало погруженную в тишину комнату, заливая пространство яркими лучами. Через открытое окно проникал свежий воздух. Джастин только проснувшись, провел пальцами по растрепанным волосам и лениво уставился в потолок. Он был ранней пташкой, всегда, даже в детстве, независимо от того, во сколько засыпал, Джастин всегда просыпался с первыми лучами солнца. Потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, что произошло этой ночью. Что бы понять, что все было на самом деле. Вспомнив всё, он довольно вздохнул и лениво потянулся, лёжа в постели. Тело несколько болезненно отреагировало на его движение. Он вдруг почувствовал себя опустошенным, убитым после всеразрушающего секса. Но в то же время он ощущал себя бабочкой, легко порхающей над землей, светодиодной лампочкой, излучающей миллиарды фотонов света. Внутри все еще было тепло от потрясающего удовлетворения.

Неторопливо повернув голову в сторону парень посмотрел на девушку, мирно спящую у него под боком. Она улыбалась во сне. Осторожно убрав темный локон с ее лица он склонился и чмокнул ее в носик, но она даже не почувствовала. Встав с кровати Джастин достал из шкафа серые домашние штаны и направился в ванную, подумывая о том, что это был самый необычный случай в его жизни. Конечно, у него и раньше был отличный секс с другими женщинами, но ни одна из них не была Элеонорой Вейн. И ни одна из них не была удостоена чести проснуться в его постели на следующее утро. Вейн была не просто какой-то там очередной девушкой, которую он трахнул ради того, чтобы потрахаться. История их взаимоотношений была такой яркой, что от этого их близость казалась еще особеннее. Их связывала не просто похоть, хотя и не без этого, ещё было желание, потребность, всепоглощающая страсть и какое-то недоверие, ненависть, вызов и желание похулиганить. Это было что-то жаркое, сексуальное, возбуждающее и страстное, в некоторой степени запретное из-за того, как они вели себя по отношению друг к другу раньше.

Освежающий душ сделал свое дело, помогая парню прийти в себя. Умывая прохладной водой лицо он посмотрел на себя в зеркало. Губы припухли, шея усыпана засосами и легкими укусами. Том будет в восторге. Усмехнувшись Джастин одел штаны и вернулся обратно в спальню. Нэл всё ещё крепко спала, завернувшись в нежно-кремовые простыни. Джастину не в чем было её упрекнуть. Их занятие любовью было довольно активным и продолжительным, и прекратились всего пару часов назад. Он дал ей уснуть только тогда, когда она уже с трудом дышала и не могла ничего сказать. После того, как Джастин невероятно долго изучал тело девушки на вкус, она сделала с ним то же самое, к его огромному удовольствию. Он даже стал сомневаться в том, что у нее не было до него сексуального опыта. Она вела себя далеко не как семнадцатилетняя девочка, а как опытная женщина. Она позволяла ему делать с ней все, что он хотел. Двигалась в один ритм с ним, сводя его с ума. Кричала, когда он срывался, даже не пытаясь сдерживать свое зверское желание, грубо двигаясь в ней и кусая ее кожу зубами. Он был ненасытным, но она не жаловалась и не сопротивлялась. Она была удивительно поддатлива. С томными стонами дрожала под ним, когда он раз за разом доводил ее до оргазма. Воспоминания о том, как она, задыхаясь, шептала его имя, посещали снова и снова. Он никогда не слышал, чтобы кто-то делал это так же чувственно, о таком он бы не забыл.

Улыбнувшись Джастин склонился над девушкой, смотря в ее по-детски милое лицо. На ее губах застыла нежная улыбка, и он не удержавшись прикоснулся пальчиком к ее губам. Никакой реакции. Склонившись ближе он осторожно прильнул к ее губам, скользнул кончиком языка, нежно ухватил зубами ее припухлую нижнюю губку и слегка оттянул. Соня. Она все так же крепко спала. Должно быть он ее слишком измучил. Прижавшись грудью к нежной молочно-белой обнажённой спине Нэл, Джастин почувствовал себя гораздо лучше. Он убрал густые волосы с её шеи и потёрся об неё носом, покрывая нежными поцелуями кожу, рукой лаская ее теплую грудь. Его уловки сработали — Элеонора пошевелилась.

Нэл тихонько замурлыкала, длинные реснички затрепетали, но глаз девушка не открыла. Она не хотела просыпаться, ей было так хорошо, тепло и уютно.

— Хватит спать, Вейн. — Джастин нетерпеливо засосал кожу на ее шее и прикусил зубами, от чего девушка охнула и распахнула глаза.

— Джастин… — вздохнула устало она, повернувшись на спину и потерла кулачками глаза. Но парень тут же схватил ее за запястья, закидывая ее руки за ее голову, навис сверху и пристроился между ее ножек.

— Ммм… — Нэл застонала, жмурясь от солнца и чувствуя его легкое дыхание на своих губах. — Что ты делаешь?

— Просыпайся, детка. — шепнул он, игнорируя ее вопрос и прикоснулся губами к ее скуле. Теплый язык заскользил ниже к ушку, парень стал посасывать чувствительную мочку, вдавливая тело девушки в прохладную простынь. — Учебу никто не отменял.

— Я не пойду. Я не смогу идти. — прошептала она тихо, невольно приоткрывая губы, от того что почувствовала его мягкие губы нежно целующие ее грудь. Он опустила взгляд вниз, смотря на его сексуально растрепанные волосы, покрасневшие губы, которыми он посасывал ее соски.

— Все взрослые люди занимаются любовью, Вейн. — он на секунду оторвался насмешливо взглянув в ее глаза. — И все они ходят после этого.

— А я не смогу. Мне больно. — выдохнула она, закусывая губы. Парень вдруг отпустил ее руки, но она даже не стала убирать их. Так и держала за головой, закинув на подушку, потому что так было удобно.

— Больно? — улыбнулся он ехидно, заглядывая в ее голубые глаза.

— И вовсе не в запястьях. — фыркнула она капризно. Она была абсолютно обнажена, а на Джастине были домашние мягкие штаны. Он смотрел в ее лицо, проводя сильной ладонью по всем впадинам и изгибам и наслаждаясь тёплой бархатистостью женской кожи. Она же вытянулась, словно кошка под ласкающей рукой, позволяя ему делать всё что он хочет.