Развитие человеческой личности и развитие верхума во многом похожи. Но в одном они сильно различаются. Человеческий разум неразрывно связан с мозгом, который ограничен размерами черепной коробки. Верхум же никакими черепными коробками не ограничен. Да, он привязан к социуму, но социум может вырастать до гигантских размеров, вбирая в себя всё новых людей. Соответственно, растут и умственные способности верхума. При прочих равных чем больше социум, тем умнее его верхум.

За счёт чего разрастается верхум? Чтобы ответить на этот вопрос, мы могли бы разобрать пример какой-нибудь мощной коммерческой организации, скажем, корпорации Walmart[232], или снова вернуться к почившей КПСС. Но мне кажется, будет интересней, если мы обратимся к более древним примерам, к тем временам, когда ещё не было ни интернета, ни телефонов. Тогда большие верхумы возникали очень редко. И нам будет проще разглядеть условия, которые помогали их росту.

Речь пойдёт о цивилизациях. Слово “цивилизация” вошло в моду в эпоху Просвещения. Шотландские и французские просветители употребляли его, чтобы подчеркнуть прогресс человечества в целом. Они противопоставляли цивилизацию дикости и варварству. Но в XIX веке это слово начало применяться и во множественном числе. Учёные заговорили о разных цивилизациях современного и древнего мира. Причём их стали сравнивать с живыми организмами, которые рождаются, набирают силу, а потом стареют и умирают[233]. Знакомая идея, не так ли? Арнольд Тойнби вообще переосмыслил всю мировую историю в терминах развития цивилизаций. В своём двенадцатитомном труде[234] он исследовал больше 20 древних цивилизаций, среди которых — Египетская, Шумерская, Китайская, Андская, Исламская, Западная, Православная, Индуистская.

Когда говорят о цивилизациях, имеют в виду огромные социумы, объединённые общей историей и культурой. Иногда цивилизации связывают с древними сверхгосударствами, такими как империя Хань, Арабский халифат, Римская, Персидская или Монгольская империи. Однако, по мнению Тойнби, древнее сверхгосударство — это не главная и не обязательная черта цивилизации. Многие народы цивилизовались не потому, что были когда-то завоёваны, а в результате культурного влияния. В конце концов, не столь важно, каким способом люди усваивают характерный для цивилизации комплекс мемов. Главное то, что этот мем-комплекс их потом прочно объединяет. Стержень любой цивилизации — общая культура.

Но вот вопрос: как древним цивилизациям удавалось формировать общую культуру? Они простирались на тысячи километров. Даже по современным меркам это очень много. Конечно, культурному единству помогал лингва франка — язык международного общения. В разных цивилизациях эту роль играли греческий, латинский, персидский, китайский, кечуанский и другие древние языки. Лингва франка — действительно полезная информационная технология. Но язык сам по себе не решает проблему расстояний, ведь для общения древним людям необходимо было встречаться. Не сильно помогала и письменность. Процент грамотных людей в Древнем Китае или Древнем Египте был ничтожен.

Скорее всего, в те времена бóльшую часть мемов люди вообще передавали и воспринимали невербально. Они просто смотрели, во что одеты другие люди, что они едят, как себя ведут, чем торгуют, как строят лодки или выращивают рис. И, наблюдая, перенимали чужие идеи. А для того, чтобы наблюдать и перенимать, людям опять-таки требовалось личное общение. Снова мы упираемся в проблему гигантских расстояний. Как же она решалась?

Этот вопрос прояснил Фернан Бродель[235]. Он обратил внимание на то, что первые цивилизации зарождались в особых условиях. Например, Вавилонская и Египетская были привязаны к большим рекам, поэтому Бродель назвал их речными. А Финикийская и Греческая цивилизации тяготели к побережью Средиземного и Чёрного морей, то есть были приморскими. В словах “речные” и “приморские” кроется важный смысл. Они указывают на главные каналы связи, которые обеспечивают единство цивилизации.

Помните, как поддерживалась общая культура инуитских племён? С помощью каяков. Это была их главная информационная технология, не считая общего языка. Точно так же верхумы древних приморских цивилизаций работали благодаря тому, что финикийцы и греки владели технологией мореходства. Море не разъединяло, а соединяло их, служило коммуникационной средой. Морскими путями перемещались люди и товары, а вместе с ними распространялись мемы. По той же схеме работали и верхумы древних речных цивилизаций. Только в них коммуникационной средой служили великие реки — Нил, Инд, Хуанхэ.

Под этим углом зрения можно взглянуть и на другие цивилизации. Возьмите Исламскую цивилизацию, которая существует уже больше 1000 лет на развалинах Арабского халифата. Её смело можно назвать пустынной, потому что коммуникационной средой для неё служили пустыни и полупустыни. Столетиями их бороздили караваны верблюдов, подобно тому как Средиземное море бороздили греческие корабли. Отлаженная караванная технология соединила множество городов и оазисов. А устойчивые потоки людей, товаров и мемов обеспечили неспешное, но очень плодотворное мышление верхума Исламской цивилизации.

Ещё один пример — Западная цивилизация. Поначалу она развивалась как приморская. Венецианцы и генуэзцы осваивали моря к югу от Европы, а ганзейские купцы — к северу. Но постепенно сначала викинги, а потом португальцы, испанцы, голландцы, англичане, французы научились преодолевать океаны. С помощью своих кораблей они превратили океаны в удобную коммуникационную среду. Огромные расстояния перестали быть преградой для научных теорий, новых технологий, политических идей, модных веяний и бесчисленного множества других мемов. Так верхум Западной цивилизации начал нарабатывать общую культуру.

Коммуникации по рекам, пустыням, морям и океанам — это мощные информационные технологии, вокруг которых формировались цивилизации. Они обеспечивали регулярный обмен мемами на огромных территориях. И в этом им помогали города. Фернан Бродель вообще считает города обязательным атрибутом любой цивилизации[236]. Верхум города работает как мощный генератор мемов. Этому способствует высокая концентрация людей. Кроме того, разные группы горожан специализируются на разных видах деятельности. За счёт этого резко расширяется коллективная память верхума. Но города — это не только накопители и производители мемов. В них начинались и заканчивались главные транспортные пути всех древних цивилизаций. Города служили точками входа в магистральную сеть и её узлами. Двигаясь по этой сети, мем попадал в любой другой город, а оттуда добирался до самых отдалённых уголков.

Не знаю, как вам, а мне информационные технологии древней цивилизации сильно напоминают интернет. Представьте, что город — это пользователь соцсети, который с помощью своего компьютера или смартфона входит в интернет. Он получает мемы из сети и делится ими со своим ближайшим окружением. Он шлёт в сеть мемы, которые сгенерировал сам или где-то нашёл и переработал. Мы видим одну и ту же схему движения мемов и в древней цивилизации, и в современной соцсети. Только верхум соцсети работает несоизмеримо быстрее. Да, по нынешним меркам верхум древней цивилизации мыслил крайне неторопливо. Зато он вовлекал в свою работу массу людей и у него в запасе были целые века.

Древние цивилизации разрастались там, где информационные технологии позволяли объединить людей на обширных пространствах. Однако важен был не только способ обмена мемами, но и характер самих мемов. Давайте мысленно познакомим инуитов и древних греков. Как вы думаете — многому они могут научиться друг у друга? Вряд ли, ведь в Греции не водятся моржи, а в Гренландии не растут оливы. У каждого верхума своя экологическая ниша.

Вот почему Египетская цивилизация не распространилась до верховьев Нила, хотя коммуникационная среда к этому располагала. Или взять Древний Рим. Римляне не только были отличными мореходами, но и умели строить прекрасные дороги. С их помощью они могли распространить свою цивилизацию по всей Европе. Но не распространили. Почему? Потому что северные леса и тем более тундра не подходили для мем-комплекса Римской цивилизации.

В этом отношении очень интересен пример славян и тюрков. Славяне были лесными жителями. Они знали, как выживать в лесной зоне — охотиться, возделывать землю, строить дома, изготавливать одежду. А города свои они ставили на реках. Система рек и волоков служила им магистральными каналами связи. Летом они передвигались по рекам на лодках, зимой — на санях. Этот мощный мем-комплекс жизни в лесу и коммуникации по рекам распространялся с запада на восток — от Карпатских гор к Тихому океану. Примерно в то же время навстречу ему — с востока на запад — распространялся не менее успешный мем-комплекс жизни в степи. Тюркские народы владели сложными технологиями кочевого животноводства. На этой основе они добывали пропитание и топливо, обзаводились жильём и одеждой. Их кони служили отличным средством передвижения, а степь — коммуникационной средой.

Два разных верхума на протяжении веков влияли друг на друга, конкурировали и даже вторгались в соседнюю экологическую нишу. Временами вдоль границы леса и степи возникали огромные сверхгосударства, объединявшие и тюрков, и славян. В XIII–XIV веках на обе экологические ниши претендовала Монгольская империя, а в XVIII–XIX веках — Российская. Обе империи развалились. Но успела ли сформироваться общая для двух экологических ниш цивилизация? Это вопрос, который до сих пор вызывает жаркие споры[237].

Экологическая ниша древней цивилизации задавала специфику хозяйственных технологий. Но мем-комплекс цивилизации включает и многое другое. Это и религиозные догмы, и нормы морали, и правила экономических отношений, и формы государственного устройства, и языки межнационального общения, и декоративное искусство, и фольклор — песни, сказки, легенды. Всё это не зависит от природных условий напрямую. Однако косвенная связь всё-таки есть.

Греческие мифы и греческая философия распространялись по миру заодно с оливковым маслом и вином. В том же пакете расходилась и идея демократического правления. Её несли с собой греческие колонисты, а селились они там, куда могли доплыть их корабли и где вызревал виноград. Многие мемы, характерные для цивилизации, невозможно отделить друг от друга. Они представляют собой единую культуру, привязанную к экологической нише. Яркий пример — распространение ислама. В первые столетия своего существования ислам завоевал бóльшую часть территорий в зоне пустынь и полупустынь. Его связь с экологической нишей просто бросается в глаза, хотя в самом исламе не было запрета распространяться за её пределы.

Мы уже поняли, что древние цивилизации стремились разрастись до границ своей экологической ниши. И некоторым это удавалось. Но что заставляло их стремиться к расширению? На этот счёт есть разные мнения, иногда довольно экзотические. К примеру, Лев Гумилёв объяснял рост цивилизаций пассионарными толчками. Мол, порой в каком-то народе вдруг появляется большое число пассионариев — страстных людей, которые стремятся изменить мир даже с риском для собственной жизни[238]. Именно они становятся диктаторами, миссионерами, конкистадорами, купцами, капитанами дальнего плавания. Пассионарии заражают своей энергией и авантюризмом других людей. Благодаря им совершаются географические открытия и прокладываются новые торговые пути, распространяются религиозные учения и создаются империи. Но вот беда — пассионарии больше всех рискуют и оттого чаще других гибнут. Поэтому пассионарный дух из цивилизации постепенно выветривается, и она останавливается в своём развитии.

Согласитесь — очень романтическая гипотеза, хотя и слабо обоснованная. Гумилёв так и не смог внятно объяснить, почему в одних местах критическая масса пассионариев возникает, а в других — нет. Он даже предположил, что причина может крыться в генетических мутациях. На самом деле нет нужды объяснять рост цивилизаций каким-то особым “геном пассионарности”.

Просто покопайтесь в культурном укладе социума, который разросся до размеров цивилизации, — и вы обязательно обнаружите в нём институты, которые подталкивают социум к расширению. Представьте, к примеру, что принятые в социуме социальные нормы предписывают распространять собственную религию или образ жизни любыми средствами, даже силой оружия. Представьте, что они к тому же призывают слепо подчиняться приказам вождей, не щадить иноверцев и не бояться смерти, уповая на жизнь в раю. А если при этом считается нормальным захватывать чужие земли и грабить побеждённых, то почему бы не появиться желающим рисковать жизнью? Когда есть общественный запрос на пассионариев, они рано или поздно отыскиваются.

Разумеется, насилие — не единственный способ расширения цивилизации. Скажем, мем-комплекс религии может требовать собственного распространения, но не настаивать на священной войне. Тогда на сцену выходят пассионарии-пропагандисты — прозелиты и миссионеры. А бывает, что конёк цивилизации — производство товаров и торговля. При этом уклад социума поощряет предприимчивость и обогащение. Тогда распространением цивилизации занимаются первопроходцы, торговцы и колонисты.

Нередко цивилизация расширяется не за счёт “избыточного давления” изнутри, а по причине “всасывания” людей внутрь. Это происходит, когда цивилизация создаёт культуру, привлекательную для жителей других стран. Естественно, у них возникает позыв влиться в эту цивилизацию либо заимствовать чужие мемы, что фактически ведёт к расширению цивилизации.

Древние цивилизации — неисчерпаемая тема. Но наверное, пора вернуться к вопросу, с которого начался наш экскурс в историю. Я спросил у себя и у вас: что помогает верхуму расти? Попробую собрать вместе основные ответы.

Чтобы верхум мог развивать и поддерживать свою культуру среди большого числа людей, ему необходимы эффективные информационные технологии, работающие на больших расстояниях. И они были у основателей древних цивилизаций: корабли у греков, верблюды у арабов, кони у тюрков, лодки у славян.

Чтобы верхуму было куда расти, ему нужна вместительная экологическая ниша. Иначе говоря, характерный для социума мем-комплекс должен быть применимым достаточно широко. Так, хозяйственные и информационные технологии древних цивилизаций могли распространяться на целые природные зоны. Римляне претендовали как минимум на все субтропики, монголы и тюрки — на всю степь, а арабы — на все пустыни и полупустыни.

Чтобы верхум стремился к расширению, уклад социума должен содержать институты, побуждающие людей продвигать свою культуру. При этом характер этих целей и ценностей может быть самым разным — от миссионерства до погони за прибылью. В наше время верхумы всё чаще растут не из-за распирания изнутри, а из-за всасывания людей внутрь. Так бывает, когда культура социума привлекательна для большого числа людей и социум открыт для их присоединения.

Завершая тему, я хочу вернуть вас в современность. В конце прошлого века Сэмюэл Хантингтон разделил весь современный мир между цивилизациями. По его мнению, даже если страна не входит в военные блоки или экономические союзы, она всё равно культурно тяготеет к одной из сложившихся цивилизаций. Сразу скажу, что не считаю правильным распределять все страны мира по зонам влияния. Я также не согласен с принципами, по которым Хантингтон выделил цивилизации. С моей точки зрения, далеко не все особенности современных цивилизаций связаны с религиями. И всё же я хочу показать вам карту (илл. 5-02), на которой отражены семь цивилизаций Хантингтона[239]. Она поможет вам ощутить масштаб самых больших социумов на Земле.

Илл. 5-02. Современные цивилизации по Хантингтону (по состоянию на 19.12.2023, 08:33).

Быть может, вы заметили, что в названии карты есть дата и время. Думаете, это шутка? Ведь смешно же указывать минуты, когда речь идёт о социумах, которым сотни лет? Увы, это не шутка. Дело в том, что Хантингтон так и не нанёс свои цивилизации на карту мира. Он только описал общий подход. Поэтому в сети сейчас можно найти множество разных карт имени Хантингтона. Я скачал ту, которая в указанное время украшала статью “Столкновение цивилизаций” в русской Википедии. Нежелание Хантингтона собственноручно рисовать карту можно понять. При попытке поделить всю Землю между несколькими цивилизациями возникает слишком много вопросов, к тому же неприятных.

К какой цивилизации отнести, скажем, Казахстан или Украину? На представленной карте Казахстан покрашен в цвет Православной цивилизации, а Украина вообще неопределённого цвета. На этой же карте, скачанной в сентябре 2023 года, вы бы увидели, что Казахстан отнесён к Исламской цивилизации, а Украина — к Православной. В 2023 году им удалось продержаться в этом статусе около трёх месяцев, а 4 августа 2021 года — всего 21 минуту. Ну, что сказать… Это Википедия. Здесь любой участник имеет право редактировать материал по своему разумению. Мы наблюдаем на карте цивилизаций типичную “войну правок”. Она отражает страсти, которые кипят в реальном мире. Кстати, сам Хантингтон ещё в девяностых годах относил Украину и Казахстан к категории “расколотые страны”. Он считал, что внутри них сложились социумы, тяготеющие к разным цивилизациям: в Украине — к Западной и Православной, а в Казахстане — к Православной и Исламской. И это создаёт риски для будущего обеих стран.

Хантингтон выступил со своей концепцией после распада социалистической системы. Он заявил, что время противостояния разных политических систем ушло. И теперь главные конфликты в мире будут происходить по линии раскола между цивилизациями. Этот тезис вызвал бурные дискуссии среди учёных. А некоторые политики поспешили взять его на вооружение, чтобы обосновать особый путь развития своих стран и территориальные претензии к другим странам. Не хочу погружаться в политические дебаты, но отмечу, что при всех недостатках концепции Хантингтона в ней есть рациональное зерно. Разным верхумам действительно бывает трудно друг друга понять. И сейчас мы поговорим об этом подробнее.