Всякое дитя точно знает, что оно этому миру – подарочек. Младенец сияет, улыбается и горд любым достижением, включая мокрые штанишки. Однако если этот младенец – девочка, довольно быстро она перестает быть собой довольна. Если ее мама или папа, другие родственники, няня и прочие доброжелательные товарищи считают, что онажедевочка и потому должна. Быть более чистой, старательной, милой, дружелюбной и, наконец, лучше, чем дочка маминой подруги ™.

То, что мы впитываем как знания о себе в нежном возрасте, мы присваиваем и потом считаем, будто это и есть правда о нас. Поэтому юные леди размера S могут быть железно уверены, что они толстые. Папа сказал в пятом классе. Или что у них уродливые ноги (а ноги просто отличные, но кто же этому поверит, если мама про них все охала?). Или что у них неправильной формы грудь (и начинают копить на силикон с девятого класса). Или что они слишком порочные, поскольку нравятся парням.

Наговорить плохого нам могут много и разного, но злая магия начинается только в тот момент, когда мы соглашаемся с этим. Как только по любой причине ты решаешь, что это правда и ты заслуживаешь всего этого, – твое беззаботное цветение останавливается. Теперь ты не можешь быть просто вишенкой или яблонькой, тебе надо себя улучшать и совершенствовать. В этот момент юные Малефисенты теряют волшебные крылья.

Наши первые мальчики и мужчины тоже могут оказаться щедрыми на мнения. И мы можем навсегда поверить, если нам скажут: «У тебя не такая вульва. Не подходяще растут волосы, иди побрейся вся. Ты толще, чем я хотел. И грудь маловата». Если у нас достаточно самопринятия, мы пожмем плечами и расстанемся с таким недовольным партнером. Если же у нас много критики внутри, мы поверим.

Когда ты научишься с азартом и любопытством исследовать саму себя и безбрежные возможности собственного тела, тебе станет по-настоящему интересно про других.

А теперь скажи мне, как это все влияет на нашу сексуальность?

Правильный ответ: плохо. Она останавливается, замирает, перестает развиваться и нас радовать. Зато мы становимся очень удобными для употребления, потому что теряем связь с собственными желаниями. И вот нам сюжет сказки про спящую красавицу. Обе женщины оказались не в порядке: Малефисента озлобилась и вообще прекратила всякие любовные глупости, а Аврора укололась веретеном и замерла. Уснула. Выключилась. Это очень точная метафора и самые распространенные варианты того, что происходит с ранеными женщинами.

А что во время секса с телом, если мы уверены, что с нами все не так? Тогда внутри нас во время любовных игр вместо окситоцина по крови носятся адреналин и кортизол. Пока мы во власти этого коктейля, никакого удовольствия нам не достается, и это повод отругать себя снова. За недостаточную страстность.

• Мы замираем, почти не двигаемся и дышим поверхностно.

• Прикосновения нам, скорее, неприятны.

• Иногда случается вагинит: сильное сокращение мышц, мешающее проникнуть внутрь.

• Порой резко начинается циститоподобная боль без всяких причин.

• Оргазм почти невозможно извлечь из напряженного тела.

Это все может быть таким неприятным, что многие женщины, которые с собой примириться не могут, просто не вступают ни в какие отношения. Чтобы не испытывать этого. А лукавый ум находит рациональное объяснение: «потому что ни один мужчина мне не подходит». Да, и такое бывает, но мы тут не о случаях, когда женщина счастлива, довольна собой и жизнью и просто не интересуется партнерством и/или сексом. Мы только о тех историях, которые сами женщины хотели бы как-то изменить. А в них часто главное условие задачи: «я себе не подхожу».

Пока оценивают – не любят. Когда любят – не оценивают. Когда любят – любуются.