Сегодня мы встретились с Чирикли в шесть утра.

Было холодно, шёл дождик.

Варька пряталась в капюшон, я натянул шапку на уши.

Чирикли замоталась в чёрный платок с большими красно-жёлтыми цветами.

Втроём мы пошли на берег Цюрихского озера.

Кричали чайки.

Туман сгущался.

Мы сели на мокрую скамейку.

В озере плавали утки, но они исчезли в тумане.

Люди куда-то делись.

Повернувшись спиной к городу, мы смотрели на зыбкую воду.

Можно сказать и так (перефразируя Сесара Вальехо): «Повернувшись спиной к своей смерти, мы смотрели в глаза своему рождению».

Чирикли сказала:

– Ева-пенетратор обязательно всплывёт сегодня, если мы её хорошо попросим.

И мы поднялись со скамейки, встали на колени и попросили:

– О Ева-пенетратор, великая оживительница всего мёртвого и полуживого! Ты отсутствовала так долго, что мы перестали о тебе думать. А сегодня вера озарила нас яркой вспышкой, несмотря на плохую погоду. Пожалуйста, восстань из озёрной глуби! Восстань сейчас же! И помоги, помоги нам! Помоги остаться в живых в мире хищных охотников, тупых потребителей и равнодушных умертвителей! В мире, где почти не осталось ясноглазых собирателей, изобретателей и оживителей. О великая Ева-пенетратор! Потребитель во всём мире потребляет со страшной силой! Умертвитель умерщвляет с удвоенной волей! Даже вкус мороженого уже испорчен печалью. Всюду только и раздаётся: «В пресс его! К станкам! К стенке! На площадь!» Приходи, дорогая Ева, и уведи нас отсюда! Спаси, спаси нас! Мы ведь тоже уже превратились в умертвителей, причём самых худших. Мы умерщвляем себя и других – потихоньку, ненароком, а иногда моментально, насмерть. Мы умерщвляем себя глупыми словами, бездарными делами – умерщвляем напропалую. Приходи, приходи сейчас же – и оживи, оживи нас!

Потом мы перевели дух и снова взмолились:

– Дорогая Ева-пенетратор! Сделай нас, пожалуйста, новыми, чтобы нам опять стало радостно и беззаботно. Чтобы мы вновь ощутили себя как в детстве. Нам всё равно – сделаешь ли ты нас мальчиками или девочками, женщинами или мужчинами. Ты можешь сделать нас чем захочешь. Только не делай нас, пожалуйста, слишком старыми, усталыми и больными…

Я про себя добавил:

– Сделай так, чтобы у меня не болели яйца…

А Чирикли вскричала:

– О великая Ева-пенетратор! Восстань со дна и сделай как мы просим! Ты ведь всесильна – как гигантский кошачий анус!