Браво, мессер Бенвенуто. Отчего в моей армии не так много людей вашего склада, у которых отвага столь блестяще сочетается с находчивостью? Одно ваше слово, и я произведу вас в капитаны, да что там — в генералы! Ей-богу, с вами мы уже сегодня были бы в Неаполе. А вместо этого французская армия должна защищать Шампань от нападений испанцев со стороны Брюсселя. Но ничего, мы спасены! Павел IV отлучил от Церкви короля Филиппа[106], которому, впрочем, на это плевать с высокой колокольни. Вот я и говорю: нам бы побольше Челлини и меньше таких, как Карафа. Сам же я возвращаюсь в Рим с мешками экю, которые пойдут на следующую Итальянскую войну.

Из ваших объяснений я понял, что покинуть город с картиной, о существовании которой никому не известно, не представляет труда — так привезите же ее в Болонью, пожалуйста. Там будет ждать наш посланец, который доставит вещь прямиком в Венецию, где наши люди должным образом позаботятся о ее известности и сделают так, чтобы она предстала надлежащему кругу зрителей. Но памфлетом себя не утруждайте. Мы предпочли бы освободить вас от необходимости его сочинения: я знаю одного человека, он из круга Аретино и прекрасно справится с этой работой. Вам он, возможно, тоже знаком, это Лодовико Дольче[107], весьма разносторонний автор, они дружили, он только что выпустил небольшой трактат о живописи в форме диалога, я вам его переслал, скоро получите.