Винченцо, вот расчеты, которые я перепроверил после нашего разговора:

— отъезд из Рима на заре;

— во Флоренции к одиннадцати вечера;

— встреча с Понтормо, спор, ссора, убийство. Штукатурка. Роспись;

— отъезд из Флоренции до рассвета, в четыре или пять утра;

— в Риме около пяти вечера, самое позднее в шесть, раз во время вечерни он поругался с папским архитектором.

Ни один конь на свете не проскачет такое расстояние подобным аллюром. Мне стыдно, что я всерьез рассматривал маэстро как возможного виновника столь страшного деяния, противного его доброму нраву и Господу, ниспославшему его — да-да, именно так, — на землю. Никоим образом божественный Буонарроти не мог быть во Флоренции той ночью, а на следующий день — в Риме. Это невозможно, если не оседлать Пегаса.