1. К Европе примыкает Азия, соприкасаясь с ней вдоль реки Танаис. Поэтому далее следует приступить к описанию этой части света, разделив ее ради ясности известными естественными границами. То, что сделал Эратосфен в отношении всего обитаемого мира, мне приходится делать относительно Азии.

2. Тавр опоясывает этот материк приблизительно в середине, простираясь с запада на восток, причем одну часть его оставляет к северу, а другую – к югу. Греки называют одну из этих частей «лежащей по эту сторону», а другую – «по ту сторону Тавра». Об этом я уже упоминал выше[1710], а теперь должен повторить для памяти.

3. Во многих местах эта гора имеет ширину до 3000 стадий, а длина ее равна Азии, именно около 45 000 стадий (считая от побережья против Родоса до оконечностей Индии и Скифии на востоке).

4. Она делится на много частей с различными названиями, причем эти части в свою очередь отделены друг от друга более или менее четкими границами. Но так как в пределах горы такой огромной ширины обитает несколько народностей, отчасти малоизвестных, отчасти же безусловно хорошо известных (как Парфия, Мидия, Армения, некоторые каппадокийцы, киликийцы и писидийцы), то тех, которые в большой массе находятся в северных ее частях, приходится помещать здесь[1711], а тех, что в южных частях, – там[1712]; тех же, что расположены посреди гор, по сходству их климатов надо отнести приблизительно к северу, потому что в середине климат холодный, а в южных частях – теплый. Почти что все реки, берущие начало с Тавра, текут в противоположном направлении – одни в северные области, а другие – в южные (по крайней мере сначала, хотя потом некоторые поворачивают на восток и запад); они представляют известные естественные удобства, когда мы при делении Азии на две части пользуемся этими горами в качестве границ. Подобно этому и море, что по эту сторону Столпов[1713], находящееся по большей части приблизительно на прямой линии с этими горами, является удобным для разделения Европы и Ливии на два материка, так как оно служит важной границей для обеих частей света.

5. Те, кто переходит в географическом описании от Европы к Азии, при разделении на две части встречаются сначала с северными областями. Поэтому приходится начинать с них. Из самих северных стран первыми [я буду описывать] области на Танаисе, который принят мною за границу Европы и Азии. Эти области до некоторой степени похожи на полуостров, так как с запада омываются рекой Танаисом и Меотидой вплоть до Боспора и до части побережья Евксинского Понта, оканчивающейся у Колхиды; с севера их омывает океан до устья Каспийского моря; далее с востока – то же самое море вплоть до границы Албании и Армении, где впадают в море реки Кир и Аракс; Аракс протекает через Армению, а Кир – через Иберию и Албанию; наконец, с южной стороны эти области ограничены пространством от устья Кира до Колхиды на расстоянии около 3000 стадий от моря до моря через Албанию и Иберию, так что они имеют вид перешейка. Однако есть писатели, которые настолько же суживают перешеек, как это делает Клитарх, полагающий, что этот перешеек затапливается обоими морями, но о них не стоит, пожалуй, даже и упоминать. Посидоний определяет ширину перешейка в 1500 стадий, одинаково с шириной перешейка от Пелусия до Красного моря. «Я полагаю, – говорит он, – что перешеек от Меотиды до океана немногим отличается [по ширине] от него».

6. Я не представляю себе, как можно доверять Посидонию в отношении неизвестного (о чем он не может сказать ничего правдоподобного), если он и об известном-то говорит так неразумно; тем более что он был другом Помпея, который совершил поход на иберийцев и албанцев до морей по обеим сторонам – Каспийского и Колхского[1714]. Во всяком случае, говорят, что во время своего пребывания на Родосе, когда Помпей начал войну с пиратами (он собирался затем тотчас двинуться на Митридата и на племена, живущие в областях до Каспийского моря), ему пришлось побывать на одной из бесед Посидония. При отъезде Помпей спросил Посидония, не хочет ли тот дать ему какое-нибудь поручение. На что Посидоний ответил:

К этому рассказу следует еще добавить, что Посидоний написал также историю Помпея. Уже поэтому ему следовало бы в несколько большей степени заботиться об истине.

7. Второй частью могла бы быть область выше Гирканского моря, называемого нами Каспийским, до скифов, что живут вблизи Индии. Затем третья часть – это область, примыкающая к упомянутому перешейку, а также области, непосредственно следующие за перешейком и Каспийскими Воротами, состоящие из стран по эту сторону Тавра и ближайшие к Европе. Эти области – Мидия, Армения, Каппадокия и промежуточные страны. Наконец, четвертая часть – это земли по эту сторону Галиса[1715] и на самом Тавре, так же как и по ту сторону его, поскольку они входят в пределы полуострова, образованного перешейком, который отделяет Понтийское и Киликийское моря. Что касается до прочих стран, именно земель за Тавром, то к ним я причисляю Индию и Ариану вплоть до народностей, простирающихся к Персидскому морю, Аравийскому заливу, к Нилу и к Египетскому и Исскому морям.