1. Здесь находится перешеек[1022], отделяющий от моря так называемое озеро Сапра[1023]; в ширину он 40 стадий и образует так называемый таврический, или скифский, Херсонес. По словам некоторых, ширина этого перешейка 360 стадий. Хотя озеро Сапра имеет, как говорят, 4000 стадий, но является собственно только западной частью Меотиды, с которой оно соединено широким устьем. Оно весьма болотисто и едва судоходно для сшитых из кожи лодок, так как ветры легко обнажают мелкие места и затем снова покрывают их водой; поэтому болота непроходимы для больших судов. В заливе 3 островка, вдоль побережья несколько мелких мест и немного подводных камней.

2. При выходе из залива, на левой стороне, лежат маленький городок и еще один залив[1024] херсонесцев. Если плыть дальше вдоль побережья, следует выдающийся в море на юг большой мыс[1025], который составляет часть целого Херсонеса[1026]. На этом месте расположен город гераклейцев (колония гераклейцев на Понте[1027]), который также называется Херсонесом и отстоит, если плыть вдоль берегов, на 4400 стадий от Тираса. В городе есть святилище Девы[1028] (какого-то божества). В 100 стадиях перед городом находится мыс, названный по имени этого божества Парфением[1029], с храмом божества и его статуей. Между городом и мысом 3 гавани. Затем следуют Древний Херсонес, лежащий в развалинах, и потом гавань с узким входом, где тавры (скифское племя) обычно собирали свои разбойничьи банды, нападая на тех, кто спасался сюда бегством. Эта гавань называется Симболон Лимен[1030] и образует вместе с другой гаванью под названием Ктенунт[1031] перешеек в 40 стадий. Это перешеек, который замыкает Малый Херсонес, составляющий, как я сказал, часть Большого Херсонеса, с одноименным полуострову городом Херсонесом.

3. Город этот[1032] прежде был самостоятельным, но подвергаясь разорению варварами, был вынужден выбрать себе покровителя в лице Митридата Евпатора; последний хотел стать во главе варваров, обитавших за перешейком[1033] вплоть до Борисфена и Адрия. Это были приготовления к походу на римлян. Итак, Митридат, окрыленный такими надеждами, с радостью послал войско против Херсонеса и одновременно начал войну со скифами, не только со Скилуром, но также и с сыновьями последнего – Палаком и прочими (их, по словам Посидония, было 50, а по Аполлониду – 80). В то же самое время Митридату удалось всех их подчинить силой и стать владыкой Боспора, получив эту область добровольно от владевшего ею Парисада. С тех пор и до настоящего времени город херсонесцев подчинен властителям Боспора. Гавань Ктенунт находится на одинаковом расстоянии от города херсонесцев и от Симболон Лимен. После Симболон Лимен вплоть до города Феодосии тянется таврическое побережье длиной около 1000 стадий. Побережье это каменистое, гористое и подвержено сильным бурям с севера. Перед таврическим побережьем находится мыс, далеко выдающийся в море на юг, в сторону Пафлагонии и города Амастриды, под названием Криуметопон[1034]. Против него – мыс пафлагонцев – Карамбий, который делит Евксинский Понт на два моря сжатым с обеих сторон проливом[1035]. От города херсонесцев Карамбий находится в 2500 стадиях, а от Криуметопона гораздо ближе. Во всяком случае, многие мореходы, которые проходили по этому проливу, говорят, что одновременно видели оба мыса на обеих сторонах. В гористой области тавров есть также гора Трапезунт, одноименная городу, расположенному поблизости от Тибарании и Колхиды. Вблизи этой же гористой области есть и другая гора, Киммерий, [названная так] потому, что некогда киммерийцы властвовали на Боспоре. Поэтому целая часть пролива[1036], простирающаяся до устья Меотиды, называется Киммерийским Боспором.

4. За упомянутой гористой областью лежит город Феодосия. Город занимает плодородную равнину и обладает гаванью, могущей вместить 100 кораблей. Эта гавань прежде была границей между землей боспорцев и тавров. И следующая далее область также плодородна до Пантикапея, который является столицей боспорцев, лежащей при устье Меотиды. Расстояние между Феодосией и Пантикапеем около 530 стадий; вся эта область хлебородна; в ней есть селения и город с прекрасной гаванью под названием Нимфей. Пантикапей представляет собой холм, населенный со всех сторон в окружности на 20 стадий. На восточной стороне города находится гавань и верфи приблизительно на 30 кораблей; есть там и акрополь. Город основан милетцами. Долгое время городом, как и всеми соседними поселениями близ устья Меотиды по обеим сторонам, управляли властители, как Левкон, Сатир и Парисад, пока Парисад не передал свою власть Митридату. Этих властителей называли тиранами, хотя большинство их, начиная с Парисада и Левкона, были достойными правителями. Парисада даже почитали богом[1037]. Последний тиран также назывался Парисадом[1038]; он был не в силах противиться варварам, которые требовали большей прежнего дани, и поэтому передал свою власть Митридату Евпатору. Со времени Митридата царство перешло под власть римлян. Бо́льшая часть его территории находится в Европе, но часть расположена в Азии.

5. Устье Меотиды называется Киммерийским Боспором. В начале устье более широко – около 70 стадий; здесь переправляются из пантикапейской области в Фанагорию, ближайший город Азии; оканчивается устье гораздо более узким проливом. Этот пролив и река Танаис, текущая прямо с севера в озеро и в его устье, отделяют Азию от Европы. Река Танаис впадает в озеро двумя устьями, которые находятся в 60 стадиях друг от друга. Есть там и город[1039], одноименный с рекой, самый большой после Пантикапея эмпорий варваров. При входе в Киммерийский Боспор налево лежит городок Мирмекий, в 20 стадиях от Пантикапея. Вдвое дальше от Мирмекия лежит селение Парфений; здесь самый узкий вход – около 20 стадий; напротив этого селения в Азии расположено селение под названием Ахиллей[1040]. Отсюда прямым путем по морю до Танаиса и острова[1041] у его устьев 2200 стадий; но если плыть вдоль побережья Азии, то расстояние немного увеличится; если же плыть налево вдоль берега до Танаиса, где расположен перешеек, то расстояние больше чем в 3 раза; все это побережье на европейской стороне пустынно, но берег на правой стороне не безлюден. Вся окружность озера, по сообщениям, составляет 9000 стадий. Большой Херсонес по форме и величине похож на Пелопоннес. Херсонесом владеют правители Боспора[1042], хотя вся эта область опустошена постоянными войнами. Прежде они владели только небольшой частью страны около устья Меотиды и Пантикапея до Феодосии, а бо́льшую часть до перешейка и Каркинитского залива занимало скифское племя тавров. Вся эта страна, а также почти вся область за перешейком до Борисфена называлась Малой Скифией. Однако из-за того, что множество людей из Малой Скифии переправлялось через Тирас и Истр и поселялось в той стране, значительная часть Фракии была также названа Малой Скифией, тем более что фракийцы уступили пришельцам, отчасти подчиняясь силе, отчасти из-за плохой земли, так как бо́льшая часть страны болотиста.

6. Кроме гористой приморской области, простирающейся до Феодосии, весь остальной Херсонес представляет равнину и плодороден, особенно богат он хлебом. Во всяком случае, поле, вспаханное первым попавшимся лемехом, приносит урожай в 30 мер. Жители этой страны вместе с азиатскими областями около Синдики выплачивали в качестве дани Митридату 180 000 медимнов[1043] и 200 талантов серебра. И в прежние времена отсюда доставлялся хлеб греками, так же как вывозилась соленая рыба из рыбных промыслов озера. Как передают, Левкон послал из Феодосии афинянам 2 100 000 медимнов[1044]. Народность херсонесцев называлась «георгами»[1045] в буквальном смысле этого слова, потому что скифское племя, живущее над ними, было кочевым; последнее употребляло в пищу не только мясо вообще, но в особенности конину, а также сыр из кумыса, свежее и кислое молоко; последнее, особым образом приготовленное, служит у них лакомством. Вот почему Гомер называет все население этой части света «галактофагами»[1046]. Кочевники, правда, скорее воины, чем разбойники, все же ведут войны из-за дани. Действительно, они передают свою землю во владение тем, кто хочет ее обрабатывать, и довольствуются, если получат взамен известную условленную плату, и то умеренную, не для обогащения, но только для того, чтобы удовлетворить необходимые ежедневные потребности жизни. Однако с теми, кто им не уплачивает деньги, кочевники воюют. Поэтому-то Гомер и назвал этих людей одновременно «справедливыми» и «бедными»[1047]. И в самом деле, если бы им правильно выплачивали арендную плату за землю, то они никогда бы не начинали войны. Но им не платят правильно люди, уверенные в том, что у них самих довольно силы, чтобы легко отразить нападающих или помешать вторжению. Именно так поступил, по сообщению Гипсикрата, Асандр, который построил на перешейке Херсонеса, поблизости от Меотиды, стену шириной в 360 стадий и воздвиг на каждую стадию по 10 башен. Что касается «георгов», живущих в этой области, то они считаются более мягкими и вместе с тем более цивилизованными, но тем не менее, будучи стяжателями и занимаясь морским промыслом, они не чуждаются ни разбоя, ни других подобного рода несправедливых поступков, диктуемых алчностью.

7. Кроме перечисленных местностей, в Херсонесе есть также укрепления, которые построил Скилур и его сыновья. Эти укрепления – Палакий, Хаб и Неаполь – служили им опорными пунктами против полководцев Митридата. Была еще какая-то крепость – Евпаторий[1048], основанная Диофантом, когда он был полководцем Митридата. Это – мыс приблизительно в 15 стадиях от стены херсонесцев, образующий значительной величины залив, обращенный к городу. Над этим заливом расположен лиман, где есть соляная варница. Здесь была также гавань Ктенунт. Осажденные воины царя, чтобы удержаться, разместили на упомянутом мысе сторожевое охранение; они укрепили это место и засыпали вход в залив до города, так что можно было легко пройти туда сухим путем, и из двух получился некоторым образом один город. С этого времени им стало легче отражать скифов. Когда же скифы напали на стену, построенную через перешеек у Ктенунта, и начали заваливать ров соломой, то царские воины ночью сжигали возведенную днем часть моста и выдерживали вражеский натиск до тех пор, пока не одолели. А теперь вся эта страна находится под властью боспорских царей, которых назначают римляне.

8. Особенностью всего скифского и сарматского племени является обычай выхолащивать своих лошадей, чтобы делать их более смирными. Действительно, хотя их лошади малорослы, но весьма ретивы и непослушны. На болотах охотятся на оленей и диких кабанов, а на равнинах – на диких ослов и серн. Характерно и то, что орел не водится в этих местах. Из четвероногих встречается так называемый «ко́лос»[1049]; по величине он нечто среднее между оленем и бараном, белой масти, бегает быстрее их; воду пьет, втягивая ее в голову через ноздри, и затем сохраняет ее здесь несколько дней, поэтому это животное без затруднения может жить в безводных местах. Такова вся страна за Истром между рекой Реном и Танаисом до Понтийского моря и Меотиды.