Кирсан

Я ничего не говорю, позволяя Афине прийти в себя. Её тело постепенно расслабляется, дрожь уходит, дыхание выравнивается.

Выключив воду в душе, я беру полотенце и начинаю медленно и тщательно вытирать её кожу. Она не смотрит на меня, её взгляд направлен в сторону.

Мне хочется узнать, что она увидела во сне, что так неистово кричала и была вся в поту. Мне хочется дать ей ту безопасность, которую она заслуживает. Я давно начал замечать, как она не привыкла к людям, как тихо она ведёт себя с другими, как не любит, когда её трогают. Тем не менее я не могу быть большим ублюдком, не радуясь тому, что я вижу, как со мной она отбрасывает постепенно всё это и становится увереннее в себе.

Я вижу, насколько она сильная, какой водоворот торнадо бушует в её глазах, засасывая внутрь и терзая. Афина – зависимость, одержимость, которая проснулась во мне с её в моей жизни.

Закончив, я отбрасываю полотенце на пол, снова беру её на руки и сажусь вместе с ней на кресло. Она устраивается поудобнее на моих коленях и прижимается своим маленьким телом ко мне. Мы вместе смотрим на ночной город в тишине.

– Я… – начинает она. Только увидев, как её нижняя губа начинает дрожать, я прикладываю свой палец к ней.

– Ш-ш, всё хорошо, ты можешь ничего не говорить, если не хочешь, – эти слова – противоположность моему существу, но только в отношении её, я не хочу давить.

Кивнув, она нежно целует мой палец, лежащий поверх её губ.

– Я видела один и тот же кошмар на протяжении многих лет, – переведя дух и собравшись, начинает она. – Раньше это были небольшие отрывки, повторяющиеся снова и снова. А теперь… теперь я увидела весь свой кошмар.

– Что ты видела?

– Кровь, всегда всё начиналось с крови. Мне казалось, что это моя кровь.

Она не говорит этого вслух, но я понимаю, к чему она клонит. Афина думала, что это её кровь, потому что она провела свою жизнь, истекая кровью в собственном доме от рук собственного отца. Мне хочется поймать этого ублюдка и пытать его снова и снова, пока он не почувствует всю боль и агонию, через которую прошла она.

Тем не менее я молчу, позволяя её мыслям течь в своём русле.

– Только теперь… Это была моя мама, Кирсан. – Она начинает задыхаться, слёзы льются из её глаз. Я притягиваю её ближе к себе. – Её глаза, я не могу забыть этот взгляд.

Она всхлипывает, её маленькое тело содрогается.

– Он убил её. – Поднимая свои заплаканные глаза, она смотрит на меня. Боль, отражающаяся в них, сдавливает мне грудь. Мне хочется забрать это у неё. – Я спряталась в гардеробной и слушала, как они ссорились, а затем он убил её.

– Тебе приснилось, как твой отец убил твою мать? – хмурясь, осторожно спрашиваю я.

– А что, если это не сон, Кирсан? Если он действительно убил её? – от этих слов ей становится труднее. Дрожь сотрясает её тело с новой силой, а слёзы льются на мою грудь.

Я позволяю ей успокоиться. А затем мои мысли начинают обрабатывать всё, что она мне рассказала. Могло ли это быть правдой? Вполне. Может ли он знать, что Афина знает это, и поэтому он издевается над ней? Тоже вполне.

Она дремлет у меня на руках. Я встаю, осторожно укладываю её на кровать. Натянув боксеры, я направляюсь в свой кабинет и сажусь за компьютер.

Взлом полицейских отчётов занимает меньше минуты, и я тщательно просматриваю их. Фотографии с места преступления в плохом качестве, видна женщина на кровати. Её голова покоится на краю, светлые волосы падают вниз, утопая в луже крови. И действительно, пол покрывает толстый слой.

Бледная кожа делает её похожей на призрака. Она умерла от потери крови. Длинный вертикальный срез указывает на самоубийство, только вот он слишком глубокий. Не все могут пережить такую сильную боль при разрезании пополам своих вен.

В отчёте указаны множественные синяки на лице и теле. А это свидетельствует о том, что она подвергалась насилию. Ножа рядом с ней нет ни на одной фотографии, а в отчёте сообщается, что оружие закатилось под кровать и было найдено позже.

Всё это пахнет проплаченным дерьмом. Вердикт отчёта судмедэксперта сообщает о самоубийстве. Дело даже не заводилось.

Чёрт возьми. Неужели Итан Истон действительно убил свою жену, пока его младшая дочь пряталась в гардеробной? Я не могу представить себе то, что пережила она.

Маленький пятилетний ребенок нашёл свою мать убитой, а затем вымазался в крови. Её хрупкая память позволила забыть ей об этом, только кошмары мучили её всю жизнь как напоминание. Как будто этого было мало, она жила, сама подвергаясь насилию со стороны отца.

Я думаю о том, что я сделаю с Итаном. Этот ублюдок не выйдет из воды сухим. Хоть это и произошло шестнадцать лет назад, его карма настигнет его. Ведь сейчас он и не подозревает о том, что его действия могут укусить его за задницу.

– Кирсан? – слышу я хриплый голос Афины.

Как можно быстрее я закрываю все отчёты и фотографии. Возможно, потом я покажу ей это всё. Только сейчас ей нужно время, чтобы справиться с остальным дерьмом.

– Я здесь, – сообщаю я ей, открывая последние отчёты от Миры.

Она заходит в кабинет, на ней одна из моих чёрных футболок, которая доходит ей до середины бедра. Мой член сразу же реагирует на неё. Я всё ещё не могу насытиться ею. Каждый раз, когда она рядом, когда я просто думаю о ней, я хочу её.

Афина подходит ко мне и, садясь мне на бедро, смотрит на экран.

– Отчёты о проверке серверов? – спрашивает она, просматривая открытые страницы на компьютере.

Я киваю, позволяя её глазам читать то, что я изучал долгое время. Всегда одно и тоже: чисто.

– А есть ранние отчёты? – спрашивает она меня, и я просто открываю их.

Она хмурится, берёт инициативу в свои руки, и сама просматривает их.

– Вы делали отчёт каждый день в одно и то же время? Это авторизированная функция?

– Нет. Мира занимается этим вручную.

– Посмотри, – показывает она пальцем на секундное время в отчёте о времени проведения, – почему они все одинаковые? Не может же быть, чтобы она так попадала каждый раз, что даже миллисекунды одинаковые.

Я смотрю на неё, обрабатывая то, что она сказала. Ведь это означает то, что Мира саботировала каждый чёртов отчет, который она мне приносила.

– Вот почему в том документе было меньше страниц, – шёпотом говорит Афина, но я улавливаю каждый звук.

– В каком ещё документе?

Она закусывает губу и смотрит на меня с виноватым лицом.

– Афина.

– Возможно, я залезла в компьютер Миры, пока её не было в кабинете, – признается она. – Мне просто было интересно посмотреть отчёты и узнать, что происходит, самой.

То, что она сделала это, не злит меня. С учётом того, что благодаря этому всё может встать на свои места. За исключением одного. Только пока я не буду уверен во всём на сто процентов, я не стану действовать.

Пододвигаясь ближе к столу, я закрываю все отчёты и открываю сервер. С моим специальным кодом я могу залезть в сервер своей компании откуда угодно.

– Что ты делаешь? – завороженно смотря на то, как я печатаю, спрашивает она.

– Захожу на сервер, чтобы проверить компьютер Миры.

– А так можно?

– Детка, ты обижаешь меня. Неужели ты думаешь, я не смогу взломать и зайти в компьютер моих сотрудников?

– Покажи. – Она почти вплотную прислоняется лицом к экрану.

Я смеюсь, отодвигая её и показывая ей, что я делаю.

Дойдя до аккаунта Миры, я собираюсь взломать пароль.

– Я знаю его, – радостно и взволнованно сообщает мне Афина и быстро вводит пароль.

Радостная, она показывает, что он сработал.

– На самом деле, я его подглядела, – как ни в чём не бывало, она пожимает плечами.

Обхватив её щёки руками, я прижимаюсь своими губами к её. Не углубляя поцелуй, я отпускаю её и возвращаюсь к делу.

Афина показывает мне, где она нашла отчёты в прошлый раз. Мы узнаём, что они были сфабрикованными. Она запрашивала их, чтобы они отображались в системе, только приносила мне старые отчёты, меняя дату на них. Только вот она не позаботилась о полном времени, ведь это что-то незначительное.

Честно признаться, я думаю, что не заметил бы этого, если бы не Афина. Её потенциал с каждым днём растёт всё больше и больше.

– Что будешь делать?

– Мне нужно сначала поговорить с Юраем. Он долгое время был со мной. Мира его жена, и, если она предала меня… – я замолкаю, зажимая переносицу от наступившей головной боли.

– То и он предал тебя?

Я мотаю головой.

– Нет, я доверяю ему свою жизнь. Я уверен в Юрае. Это значит, что если она предала меня, то и его тоже.

– Ты не хочешь делать ему больно, – понимает Афина.

– Чёрт, – сжимаю я кулаки, а затем расслабляю и обхватываю её за талию, прижимая к себе.

Я дышу, втягивая в себя её запах, который окутывает меня. Лаванда и ваниль вперемешку с запахом Афины делают меня зависимым.

– Кирсан, – мягко зовёт она меня, касаясь пальцами линии моей челюсти и останавливаясь на подбородке.

Я повинуюсь, смотря прямо в её штормовые глаза. Каждый раз я чувствую, как у меня перехватывает дыхание при этом моменте. Она богиня, живущая среди смертных, и будь я проклят, если не буду поклоняться ей.

– В этом нет твоей вины. Я уверена, что Юрай поймёт, – с уверенностью говорит она.

Только я не могу не винить себя. Не только из-за того, что она его жена. Но также, что я слепо доверился ей из-за этого. Мира Кейн, возможно, и считает, что обхитрила меня, только вот она очень сильно пожалеет об этом. Уж я-то позабочусь об этом.

– Мне нужно разобраться с этим.

– Именно этим ты и займёшься, только через пару часов, – её взгляд становится хищным.

Афина садится на меня, раздвинув ноги, упираясь в мою растущую от её ощущения эрекцию.

– Не хочешь проверить, какие на мне трусики, – лизнув мочку моего уха, спрашивает она.

Мои руки сразу находят её бедра и, наслаждаясь бархатистой кожей, поднимаются, задирая футболку. Тяжёлый вздох с рычанием покидает меня, когда я обнаруживаю, что на ней нет нижнего белья.

– Упс, кажется, я забыла их надеть, – хитрая ухмылка украшает губы Афины, и я наклоняюсь и засасываю её нижнюю губу в рот.

Желание обрушивается на меня, унося за собой, когда я стягиваю с себя боксеры, достаю своего верного помощника и быстро вхожу в неё. Стон выходит из её рта, и я прикусываю её губу, от перевозбуждения. Мы двигаемся в своём уже привычном темпе, наслаждаясь.

Её зрачки расширяются, и я знаю, что она близко. Просовывая руку между нами, я начинаю тереть её клитор. Мгновение спустя её спина выгибается, и она кончает с криками моего имени. Я следую прямо за ней.

Отходя от своего оргазма, она улыбается мне довольной улыбкой, уткнувшись мне в плечо.

– Знаешь, я начала изучать программирование, в частности часть со взломом, чтобы почувствовать себя хотя бы чуть-чуть сильной. У меня не было контроля в жизни, так что я искала его в сети.

Моя грудь сжимается, когда она рассказывает мне об этом. Только я молчу, позволяя ей выговориться.

– У меня сразу стало получаться. Это подпитывало меня, приносило хоть какую-то радость в жизни, которую не могут у меня забрать. – Я чувствую, как слеза капает мне на плечо. – Только вот это также дало мне и цель. Я хотела нарыть что-то на отца, на Колта, чтобы уйти и жить своей жизнью.

Я не говорю Афине, что они бы просто не позволили ей этого. Если бы она открыто начала угрожать им, то подвергла бы свою жизнь опасности.

– Когда я встретила своего ментора в сети, я ещё больше углубилась в код. Он научил меня практически всему, что я знаю, и это только за год.

– Подожди, какой ещё ментор в сети? Ты нашла кого-то в даркнете? – Я напрягаюсь от услышанного.

Афина резко поднимает голову, понимая, что выболтала это. Я вижу, как она сжимает губы. Я поймал очередной её секрет. Пора бы уже ей понять, что от меня ничего не ускользает.