Бэмби

Полгода спустя. Апрель.

Неизменная статистика с две тысячи седьмого года показывала, что попасть в драфт НФЛ не так-то уж просто. Сотни тысяч игроков футбола мечтали пройти ежегодный отбор профессиональными командами молодых талантов, но оказывались на той самой сцене единицы – лучшие из лучших.

Поэтому, я была не сильно удивлена, когда узнала, что Карлайл Шервуд, лучший игрок закончившегося сезона, занял вакантное место, сев в самолет рейсом Сан-Франциско – Канзас-Сити.

Прямой эфир первого дня драфта крутился сегодня по всем спортивным каналам, и если ежегодно я пропускала этот бессмысленный отбор, то в этом году я не могла себе этого позволить. Это было бы слишком жестоко по отношению к моему жениху.

– Его, наверно, объявят первым? – Ирма, сидящая рядом со мной, смотрела в экран телевизора, где появился пожилой комиссионер на широкой роскошной сцене, двигаясь к кафедре для выступлений.

Я принялась грызть большой палец, нервно выискивая среди мельком показанных гостей лицо Карлайла, но все было без толку – я не могла его увидеть, от чего нервничала ещё больше.

– Да куда он денется, – Аннет по другую сторону от меня закатила глаза, – он – игрок года. Даже, если его отберут последним, все внимание будет приковано к нему.

– Это плохо, – сказала я, сглатывая, – все будут искать в нем любые промахи.

– Бэмби, успокойся, – Хансен усмехнулась, делая громче, – у твоего бойфренда только один промах – его убийственная харизма.

Блин. Я действительно была не спокойна. Нервничала, как никогда, когда седой мужчина, схватившись за трибуну, опускался к микрофону и с идеально отточенной улыбкой объявлял команду, сделавшую первый выбор.

– Мамочки, – я зажмурила глаза, внимательно продолжая слушать.

Это было не критично – отобраться не первым, а вторым или третьим, но это буквально было целью Карлайла, и я вместе с ним начала жить его мечтами, как и он моими.

–…первый выбор в восемьдесят девятом драфте НФЛ делают Нью-Инглэнд Пэтриотс, – спокойным тембром сделал заявление комиссионер. – Первый квотербек, отобранный в этом году… Карлайл Шервуд!

Я подорвалась с места в тот же самый момент, как аплодисменты заполнили всю гостиную сестринства вместе с восторженными воплями подруг и моим собственными. Взгляд был устремлен на широкий экран, где мой парень в черном костюме и белой рубашкой с расстегнутыми верхними пуговицами показался в полный рост. Карлайл обнял своих родителей, отбил пять младшему брату и только после этого двинулся в сторону сцены, скромно улыбаясь на камеру и подмигивая так, что половина зрительниц по те стороны экрана, наверно, только что получили инфаркт.

Камеры следовали вместе с ним, пока Шервуд грациозно шел по дорожке и оказался на сцене рядом с комиссионером, протянувшим ему кепку команды Патриотов и именную футболку с номером «1».

Я широко улыбнулась, прижимая руки ко рту, и развернулась к девочкам, которые, не скрывая своей радости, пялялись на меня с той же долей счастья, что светилось в моих глазах.

Пока на экране крутили прямой эфир с радостными представителями Нью-Инглэнд Пэтриотс, обменивающихся рукопожатиями и поздравления в своем штаб-офисе, голос за кадром зачитывал статистические данные Карлайла.

– Он первый, – заявила я писком, хлопая в ладоши, как маленький ребенок.

– Удивительно, – саркастично произнесла Ирма, отбивая мне пять, – как Карлайл Шервуд оказался первым? Уму непостижимо! – я ударила подругу в предплечье за её сарказм, на что она рассмеялась. – Если Патриоты проиграют после отбора твоего мальчика, то Новая Англия может смело собирать вещички и прощаться с карьерой в НФЛ.

Я фыркнула, смеясь.

– Они теперь точно не проиграют.

И в этом я была уверена. Единственное, что оставалось неизменным – моя вера в него. Как и его в меня.

Карлайл – самый лучший игрок, которого только могут увидеть конференции, поэтому я даже не сомневалась в том, что он привел бы свою команду к новым вершинам. Следующий Кубок окажется в руках Шервуда, и это я могла обещать.

Потому что верила в него.

Сейбрук тоже проигрывал из года в год, пока его не возглавили парни из братства Гамма Фи Бета. Пока не возглавил Карлайл. И он сделает это ещё раз. И ещё несколько раз, если понадобится.

– Как же вы теперь будете? – Аннет сбавила звук телевизора, внимательно смотря на меня. – Он в Новой Англии, ты – в Сан-Франциско.

О.

Я прикусила губу, садясь на колени перед диваном, и, сделав глубокий вдох, выпалила на выдохе:

– Я переезжаю с ним.

– Что?

– Чего?! – более пылким тоном закричала Ирма, поднявшись со своего места. Аннет взглянула на меня, выпучив глаза и открыв рот, пока я метилась взглядом между ними, слегка улыбаясь. – То есть, что за хрень, Бэмби! Господи, вот такие мы тебе подруги, да? Ты не рассказала нам о своих планах! Мы что…

– Блин, Ирма! – воскликнув, я нахмурилась. – Нет! Вы – самые лучшие подруги. Я просто не знала, куда отберут Карлайла. Это всего лишь первый день драфта, обмен может произойти в любой момент и вдруг будет команда, чье местоположение чуточку… поближе?

Аннет протянула мне руку, требуя сесть рядом с ней, и я сделала это. Она тихо смеялась с того, как Ирма, громко жестикулируя, продолжала сетовать на судьбу и проклинать тот день, когда я решила связать себя отношениями с Карлайлом Шервудом.

– То есть ты все равно собиралась уезжать от нас?

– Да, – я заломила пальцы, часто хлопая ресницами, – мы не потеряем общение! Обещаю! Я буду приезжать, и вы можете посещать матчи, и мы…

– Это все равно не то!

Мы с Хилл вместе смеялись ровно до того момента, пока Хансен не уронила слезу, рухнув поверх нас с крепкими объятиями.

– Что ты будешь делать в Новой Англии! – рыдая, произнесла подруга, и у меня надломился голос.

Черт.

Я вытерла подступившую к глазам влагу и дрожащим голосом ответила.

– Учиться. И работать.

Эти полгода были насыщеннее всех моих двадцати с лишним лет. Я плакала, смеялась, целовалась и любила. Каждый день я шла в университет и все больше понимала, что то место, где я сейчас учусь, по своему уникально – это место хранит в себе самые сокровенные воспоминания, но я сделала ещё одну ошибку, когда оставила свою жизнь на самотек.

Только благодаря появлению квотербека в моей жизни я смогла разложить по полочкам вихрь мыслей и наконец понять, что гуманитарные науки – это не мой двигатель. Это лишь удобная позиция, принять которую в моменте казалось легче, чем найти смысл жизни.

Но я его нашла.

Все не просто так. Если бы не мое поступление в Сейбрук, я бы никогда не узнала Ани и Ирму. Никогда не познакомилась бы с Карлайлом, а эти три человека теперь являлись одними из самых важных в моей жизни.

Благодаря им я становилась все увереннее на комментировании, открыв себе в конечном итоге широкий горизонт новых возможностей и знакомств. Бетси Фаррелл взяла у меня интервью и накрыла меня новой волной популярности в мире спорта и… это было сумасшествием. Новостные порталы пестрели золотой парочкой футбольного комментатора и лучшего игрока студенческого сезона, а мы, счастливые, наслаждались тем временем, что было нам дано.

Мы с Шервудом познакомили своих родителей на новогодних каникулах. Он поехал вместе со мной на свадьбу Итана и Мерил, оказавшись самым приятным подарком для фанатеющего от футбола брата, сопровождал меня на протяжении всех ночей, когда я думала сдаться, и освещал мне путь, стоило начать думать, что я заблудилась.

Я встретилась с его прекрасной семьей, подружившись с не менее прекрасным Кристофером, который действительно был полной противоположностью Карлайла. Сумасбродный, энергичный и без плана на будущее, в то время, как его старший брат имел все варианты исходов нашего будущего.

Карлайл. Теперь я выбирала его. Всегда и везде. Доверяла ему свою жизнь. Нашу жизнь, потому что он убедил меня в том, что его плечо надежнее тысячи бетонных плит. И я рискнула.

– Ты будешь слишком далеко от нас, – продолжая плакать, произнесла Ирма, – мы с Ани переедем с тобой!

Я засмеялась, чуть не выплюнув сопли, и провела руками по мокрым щекам, глядя на Аннет, которая также, как и мы, вытирала слезы.

– Я рада за тебя, малышка, – произнесла Хилл, крепче держа меня за руку, – я правда рада. Но не забывай о нас. Мы всегда рядом, даже если между нами тысячи километров. От рассвета до заката.

– От заката до рассвета, – в унисон с Ирмой произнесла я и ещё больше рассмеялась, пересекаясь слезливыми взглядами с девочками, которые были для меня больше, чем сестринство.

Они были моим домом. Но домом, который нужно было временно покинуть, чтобы потом снова встретиться и взглянуть на то, какой огонь зажгли они в своих жизнях.

Полчаса спустя мой телефон зазвенел, когда я давилась слезами в своей комнате. Лицо Карлайла, полностью испачканное в моей розовой помаде, вспыхнуло на экране, от чего я не смогла сдержать улыбку и шмыгнула носом прежде, чем принять звонок. Я прижала смартфон к уху, глядя в окно, где простирался вечерний весенний Сан-Франциско, высоко светя солнцем в небе.

– Итак, – хриплый протяжный голос на том конце провода взбудоражил все мои последние крупицы самообладания, – красотка, ты готова к Новой Англии?

Я провела ладонью по лицу.

Как никогда.

Будто всю жизнь я готовилась исключительно к этому моменту, потому что трепет внутри был настолько сильным, что я не могла поверить в реальность происходящего.

– Готова, – с улыбкой произнесла я, – Новая Англия звучит неплохо.

– Снимем квартиру, заживем вместе, – Карлайл выдержал паузу, – и сделаем ребеночка.

Я засмеялась с его внезапного желания и поспешила сбавить обороты нашего разговора, потому как я абсолютно точно не была настроена на детей в ближайшие несколько лет.

– С последним придется повременить, капитан.

– Если это твое желание, детка, то без проблем. Но в моей голове был идеальный план родить сына и назвать его Эдвардом, – смех стал еще громче, когда прямая отсылка к «Сумеркам» предстала передо мной не в образе вечно семнадцатилетнего вампира, а в виде мини копии Карлайла, белокурого мальчика с карими глазами…

Это было слишком хорошо, чтобы стать правдой, но если чему меня и научил мой парень за все это время, так это тому, что даже самые отдаленные мечты могут стать реальностью рядом с правильным человеком.

Я качнула головой.

– Нам стоит закончить тенденцию дурацких имен на нас.

На этот раз засмеялся Карлайл. Его смех был тихим, искренним и хриплым.

До боли родным.

– Все только начинается, детка, – я знала, что он улыбался, чувствовала по его интонации и не могла сдержать в ответ своей, закрывая рот ладонью, – ты и я. Мы.

– Мы, – повторила я эхом, смотря в голубое чистое небо, бескрайнее полотно из надежд и спокойствия.

Новый страшный город только поджидал нас, чтобы показать все прелести взрослой жизни. Пугал своими возможностями и совсем неизведанными уголками, но мы вместе, рука об руку с Карлайлом собирались перешагнуть этот этап и все последующие, чтобы доказать – мы сильнее обстоятельств.

– Я люблю тебя, оленёнок, – хрипло произнес Шервуд.

– Не больше, чем я тебя, капитан.

КОНЕЦ