Уснуть толком я так и не смог, а вот Кассандра отключилась моментально, как только закрыла глаза. Она даже не шелохнулась, когда я встал, чтобы совершить заветный поход в ванную. Я старался не шуметь, пока снимал напряжение, но это было ни к чему. Кассандра спала как убитая. Утром, пока я собирался в университет, она тоже не проснулась. Я решил её не будить, хоть она и просила. На столе я оставил записку с извинениями. Я действительно считал, что ей необходимо как следует выспаться, раз у неё выдался выходной. Кто знает, сколько ночей она не сомкнула глаз из-за своих переживаний.

Бесшумно я покинул квартиру и в электричке впервые достал сотовый телефон, стоящий на беззвучном режиме. После того, как я вчера отправил короткое сообщение Марисе, я больше не выходил с ней на связь. Естественно, ей это не понравилось. Так нагло я её ещё ни разу не кидал, и всё равно меня немного удивил размах её недовольства. На дисплее высветилось пятьдесят пропущенных звонков! Звонками дело не ограничилось. Пролистав ленту, я перешёл к сообщениям. В первом стояло:

«Милый, что случилось? Я волнуюсь! Позвони!»

Во втором спустя полчаса:

«Почему ты не берёшь трубку? Ответь хоть коротко, я переживаю!»

И в третьем спустя час:

«Тебе на меня вообще, что ли, наплевать, придурок?! Два слова написать лень?! Если не перезвонишь и не отпишешься, прибью, сволочь!»

Остальные десять сообщений я даже читать не стал. Сто процентов одни проклятия и оскорбления. Я печально вздохнул. Всегда один и тот же сценарий. У меня прямо талант постоянно влипать в скандальные ситуации с девушками. Похоже, я идиот. Я не впервые сталкиваюсь с истерическими припадками и угрозами, но мне сделалось противно. Не знаю почему, но я думал, что Мариса всё же немного отличается от моих бывших пассий и не станет закатывать концерты на пустом месте. Я ведь всего один раз не сдержал обещание, и даже предупредил заранее. Зачем кучу раз названивать и написывать, если изначально понятно, что я не отвечу?

Разум подсказывал мне, что конструктивного диалога при встрече у нас не получится. А если я ещё и признаюсь, что люблю другую, моя голова точно покатится с плеч. Но как-то мне придётся сообщить эту неприятную новость. Вопрос только, как. Не могу же я сразу прыгнуть с места в карьер? Хотя вряд ли молчание изменит что-то в лучшую сторону. Меньше она страдать не будет. Я вообще сомневаюсь, что существует способ объяснить такие вещи мягко, не задев человека. Как ни крути, я разобью ей сердце. Даже если мы вместе недолго и всё это не больше чем влюблённость, красивой ситуацию не назовёшь. И пусть плохой опыт со мной быстро забудется, всё же меня грызла совесть. Простит ли меня Мариса когда-нибудь? Всё шло к тому, что ряды моих ненавистниц скоро пополнятся. Но даже так, несмотря на мрачные мысли, меня больше заботила Кассандра и наши дальнейшие отношения. Я не мог выкинуть из головы, как она призналась мне, что я ей нравлюсь. Когда я думаю об этом, сердце начинает стучать сильнее. А ещё её запах… Он повсюду. Он окружает меня даже сейчас, потому что я всю ночь спал рядом с ней. Это невероятное ощущение, которое будоражит кровь и все мои чувства. Боже, я и правда готов на всё, лишь бы заполучить её! Знать бы ещё, как мне себя вести. Она крайне осторожный и рассудительный человек. Такому как я спугнуть её ничего не стоит. Я легко переступаю черту, но придётся научиться сдержанности. Вчера я прошёл первое испытание. Ради Кассандры я смогу. Я подожду, пока она будет готова открыть мне своё сердце.

Перед тем как выйти из поезда, я быстро настрочил сообщение Марисе:

«Прости. Я заеду после занятий».

Затем я засунул телефон в карман и больше его не доставал до конца лекций. Весь день я был рассеянным и задумчивым. Друзья постоянно бросали на меня косые вопрошающие взгляды, а я делал вид, что не замечаю этого. Когда они узнают, что я влюбился в нашу учительницу по английскому, меня линчуют. Гидо уж точно. Кругом светили одни неприятности, но надо сохранять хладнокровие, иначе из водоворота будет не выплыть.

Сразу после пар я поехал к Марисе. У меня не было плана, как я буду оправдываться. Я решил: пусть всё идёт своим чередом, а я посмотрю, куда это меня выведет.

Мариса почти сразу открыла дверь, как только я нажал кнопку звонка. Словно она меня караулила. Я перешагнул порог, опустил сумку на пол в прихожей и инстинктивно посмотрел по сторонам, определяя, есть ли дома кто-нибудь из её родных. Вдруг ситуация выйдет из-под контроля – хотелось обойтись без зрителей. Но, к счастью, она была одна.

Мариса уставилась на меня злобным взглядом и скрестила руки на груди.

– Ну и где ты вчера шатался весь вечер и всю ночь? Жду покаяния и, надеюсь, сейчас я услышу очень вескую причину, почему ты не удосужился ответить ни на один мой звонок и ни на одно сообщение!

Она расценила игнорирование её звонков и сообщений как пренебрежение. Но я обнаружил их только сегодня. Хотя, в принципе, даже если бы я их заметил вчера, вряд ли перезвонил бы – но не потому, что мне до лампочки. Она названивала из-за прихоти, а не по делу, поэтому вины за собой я не чувствовал.

– Я был занят. Появилось очень важное и неотложное дело, – ответил я уклончиво и прошёл мимо неё в комнату. Она побежала за мной. Оценив настроение Марисы, я пришёл к решению отложить разговор о расставании на потом.

Такой ответ её не устроил.

– Какое у тебя, к дьяволу, могло появиться неотложное дело? А где был телефон? Ты глухой, что ли, или проглотил его? Я тебе сто раз звонила!

«Вот уж точно, сто раз!» – подумал я про себя.

– У меня не было возможности взять трубку, – ответил я спокойно.

Она размахнулась и треснула меня по лицу. «Ого!» – я уставился на неё в полном ауте. Только начали, а уже рукоприкладство. Что же дальше будет?

– Ты был с другой? Кувыркался с одной из своих подружек? Потянуло на разнообразие? Думаешь, я не знаю твою гнилую душонку? Про тебя все шепчутся в нашей компании! Все говорят, что ты ни одной юбки не пропустишь! Поэтому не заливай мне тут про важные дела!

– Мариса, не кричи, – прервал я поток обвинений и потёр горящую щёку. Мне ужасно не хотелось скандала. Я не в первый раз был у неё в гостях и даже знаком с её мамой и младшим братом. Устраивать тут разборки казалось мне неуважительным. Надо было сразу предложить ей встречу на нейтральной территории. – Давай пойдём куда-нибудь в кафе, посидим и поговорим мирно.

Мариса вцепилась в мою руку, её ногти больно вонзились мне в кожу, но я стерпел.

– Никуда мы не пойдём! – прошипела она. – Не уходи от ответа! С кем ты был вчера? Отвечай!

Я стиснул зубы.

– Это не твоё дело!

Она ещё больше взбеленилась и начала меня колотить. Я закрылся от неё руками и попытался отступить. В итоге она зажала меня в углу.

– С кем ты трахался? Это Сэнди, Кая или Рита? Кто из них?

Ну всё. Хватит. Я взял её за плечи и отодвинул от себя.

– Начнём с того, что я ни с кем не трахался, окей? Что вообще у тебя в голове происходит?

Обалдеть, я выслушиваю эту ахинею с такой невозмутимостью и даже позволяю себя бить! Спокойствие удава ничто по сравнению с моим спокойствием, но я чувствовал, что надолго меня не хватит.

– Тогда почему ты не скажешь честно, если тебе нечего скрывать? Просто назови мне имя! Я хочу знать, с кем ты был! – продолжила настаивать Мариса и снова нависла надо мной, как коршун.

– Знаешь что?! Ты достала! – психанул я, и на этот раз по-настоящему оттолкнул её в сторону. – Я люблю другую женщину! Довольна? С ней я и был вчера. Я не хотел говорить тебе об этом так, но ты сама меня вынудила! Давай расстанемся!

Зачем я сказал это сейчас? Всё стало только хуже, но брать свои слова обратно было уже поздно.

– Свинтить решил?! Ублюдок! Я так и знала! – завизжала она и словно фурия вцепилась мне в волосы, а я безуспешно пытался оторвать её от себя. Она прилипла ко мне намертво. – У нас всё было серьёзно, я влюбилась в тебя, а ты, конченный урод, просто спокойно, без эмоций, без сожаления, говоришь мне, что любишь другую и хочешь расстаться?! Ты не уйдёшь, понял? Я тебя не отпущу и другой не отдам!

Я всё же кое-как от неё отбился, но она чуть не выдрала у меня клок волос. Следом я получил пощёчину, потом ещё одну, и ещё. И откуда в ней столько силищи? Даже боксёр бы позавидовал. Я снова стерпел, но только потому, что действительно был виноват перед ней. Несмотря на унижение от избиения, мне стало немного легче на душе. Она выпустит пар и успокоится. Ей необходимо меня лупасить, чтобы выместить злобу. Так я себя утешал, но этот концерт однозначно превзошёл все мои ожидания. Такой эпичный накал страстей, что страшно думать о развязке.

Когда Мариса выдохлась, она плюхнулась на диван и уставилась невменяемым взглядом в стену.

– Не зря меня предупреждали насчёт тебя, – хмыкнула она. – Я так и знала, что ты всё такой же похотливый кобель, несмотря на шёлковое поведение. Я чувствовала… Вот только ты от меня никуда не денешься…никуда…я не позволю!

От её ведьминого шёпота у меня мурашки побежали по телу. Прежде я никогда не видел Марису такой. Её как перемкнуло. Всегда милая и добрая, улыбчивая и нежная – теперь в неё будто дьявол вселился. Из-за одной только ревности? Нет, это уже была не ревность, а больная жажда обладания. Я не знал, что она хочет от меня услышать, но я должен был как-то отреагировать.

– Мариса, – попытался я вернуть разговор в адекватное русло. Я не ждал, что она поймёт, но расходиться врагами тоже не хотел. – Я уже давно люблю другую. Это случилось не вчера. Я виноват, что с самого начала тебе этого не сказал. Я правда очень старался забыть её и пытался быть для тебя хорошим парнем, но с треском провалился. Никогда никому я не хотел причинять боль. Знаю, я выгляжу жалко. Я и сам себя часто не понимаю. Мне было хорошо с тобой, честно, но я понял, что не могу изменить свои чувства. Мне очень жаль…

Мариса вдруг начала хохотать, и этот хохот звучал ужасающе. Она посмотрела на меня исподлобья горящими глазами. Из неё пёрла лютая злоба. У меня затряслись поджилки. Я чувствовал: сейчас она атакует меня с такой силой, что мои слова о разрыве отношений будут просто каплей в море.

– Говоришь, тебе жаль? А вот мне не жаль! Я не прощу тебя, даже если ад замёрзнет! Думаешь, на дуру напал, Лео? Так просто ты от меня не отделаешься! Ты пожалеешь, что так обошёлся со мной! Клянусь!

Эх, ну в самом деле! Что это за дешёвая мелодрама? Нечто подобное говорили все девушки, с которыми я расставался, и уже через две недели они находили себе других парней. Я решил не тратить лишних слов – сейчас это бесполезно, – поэтому вздохнул, чтобы немного прийти в себя, и пошёл на выход. Я чувствовал себя морально уничтоженным, ещё никогда разрыв с девушкой не давался мне так тяжело. Но, если задуматься, это были мои первые настоящие и, пожалуй, самые длительные отношения. Моя первая любовь не в счёт. Она не вписывалась ни в какие рамки, и ей сложно дать определение.

– Я спала с твоим лучшим другом Дирком, – раздалось у меня за спиной, когда я уже почти вышел из помещения. Меня как кипятком окатило. Я застыл на месте.

– Что ты сказала?! Повтори!

– Говорю, я трахалась с Дирком, и, между прочим, он в постели не такой дикий осёл, как ты!

У меня потемнело в глазах. Ничего не соображая, я сорвался с места, схватил Марису за ворот майки и грубо потянул на себя.

– Ты совсем больная? Завязывай со своими бреднями! Хватит уже!

– Не веришь? Ну так спроси у него, – пропела она сладко, смотря мне в глаза и упиваясь своим триумфом. Я заскрежетал зубами. Во мне бушевало негодование и ещё много других чувств, которые не оставляли места логике и рассудку. Мне хотелось её придушить, но каким-то образом я удержал себя в руках. Я отпихнул её от себя, как шелудивого пса. Мой мозг буквально взрывался.

– Мне остаётся посочувствовать Дирку, что он клюнул на такую дешёвку, как ты. И позавидовать самому себе, что вовремя от тебя избавился, пока всё не стало действительно серьёзно, – я горько усмехнулся. – Впрочем, наверное, мы друг друга стоим.

После этих слов, больше не оборачиваясь, я быстрыми шагами покинул Марису.

– Ты тварь, ублюдок, козёл! Я тебя ненавижу! – орала Мариса мне вслед. Когда я оказался у входной двери, она неожиданно распахнулась передо мной. Там стояла госпожа Фишер, мама Марисы. Она охнула от неожиданности, а потом заулыбалась.

– Лео! Давно тебя не было видно! Заходил в гости к Марисе?

В этот момент снова раздался крик из зала:

– Будь ты проклят сто раз! Чтоб ты сдох!

Госпожа Фишер вздрогнула, и улыбка исчезла с её лица.

– Вы что, поругались? Не придавай значения её словам! Она очень вспыльчивая. Давай вернёмся и попробуем уладить всё вместе.

Она положила мне руку на плечо, но я её скинул, а потом подхватил свою сумку, валявшуюся рядом с дверью.

– Здесь нечего улаживать. Мы расстались. Не хочу её больше видеть, – ответил я мрачно. – Простите, я пойду, – после этого, не задерживаясь, я рванул прочь. Госпожа Фишер окликнула меня несколько раз, но я не отреагировал. В каком-то трансе я добрался до станции и сел в электричку. На автопилоте я вышел на своей остановке. В голове было пусто. Наверное, я был в шоке. Неужели то, что сказала Мариса, действительно правда? Она спала с моим другом… и мой друг спал с моей девушкой, и они оба спокойно жили с этим и вели себя как ни в чём не бывало. «Хотя…» – мне вдруг вспомнилось странное поведение Дирка в последнее время. Он ведь меня избегал. Я списывал всё на обиду из-за того, что мы стали реже общаться, но реальная причина крылась в другом. Он просто не мог смотреть мне в глаза, потому что спал с моей девушкой. Мариса наставляла мне рога без зазрения совести, но в то же время уверяла, что любит, да ещё и отпускать не хотела. Земной шар начал вращаться для меня в другую сторону. Я запутался…

В свой адрес я часто слышал, что я бессердечный и жестокий, потому что говорю всё напрямую, тогда как назвать Дирка и Марису? Они лучше меня? Действительно лучше?

Меня душил ком в горле. И это была не обида, не боль от предательства и даже не ненависть, а глубочайшее разочарование. Наверное, это действительно моя расплата за все прошлые ошибки.