Он усмехнулся, побарабанил пальцами по столешнице, потом снова внимательно посмотрел на меня.

— Ну… Содружество, например, в помощи отказало.

Вот теперь он меня озадачил. Ну раз озадачил, тогда и проясняй ситуацию, что теперь ходить вокруг да около.

Спешить Тер не стал, достал традиционную банку пива, вторую кинул мне. Я ее еле поймал, в скафандре такие маневры не так просто даются, и поставил на подлокотник кресла. Все-таки придется эту броневую чешую сбросить…

Не успел я подумать, как услышал ворчания Тогота:

— Броню-то сними,  — он сделал глубокий глоток.  — Разговор будет долгий.

Ну да, ну да, уже сейчас.

О том, что планеты фронтира и крупные независимые орбитальные станции, такие как ОПЦ, достаточно часто объединяют свои усилия в борьбе с каким-либо внешним врагом, мне было прекрасно известно, это вообще логично, даже, несмотря на их постоянные локальные дрязги и иногда небольшие войны. Жизнь в этих секторах пространства многому учит, в том числе и тому, что если твоего соседа жрут заживо, то следующим пунктом меню легко может оказаться другой сосед или ты.

Когда пришло сообщение о том, что Ариэль захвачен, а конкретнее орбитальная оборона прорвана и архи смогли высадиться, а никакой флот Содружества так и не появлялся, на что все рассчитывали, правительства планет приграничных секторов обратились к Содружеству уже с официальной просьбой о помощи. Что вполне логично, потому что не может такое развитое объединение звездных государств остаться в стороне, когда какие-то пауки устраивают геноцид, а если конкретнее, то пожирают население целой человеческой планеты, пусть и находящейся на задворках фронтира.

В просьбе им было отказано в категоричной форме, смысл которой сводился к тому, что Содружество Звездных государств сейчас не находится в состоянии войны с советом кланов архов. Тем более Ариэль захватил уж какой-то совсем дикий и далекий от цивилизации клан-сателлит, за действие которого остальные кланы ответственности не несут. Но если его, случись так, уничтожат при помощи Содружества, то вступиться они будут вынуждены, а тогда новой войны не избежать… Так что разбирайтесь-ка, ребятки, сами, грубо говоря, решайте проблему своими силами, как сумеете. Что вызвало повсеместное состояние недоумения, шок и растерянность в правящих кругах, как планет, так и корпораций по всему сектору. Судя по всему, после этого в некоторые светлые головы в правительствах пришла мысль, что и в самом Содружестве все ой как не слава богу, иначе трудно объяснить, что еще совсем недавно ему ничего не мешало проводить подобные операции, в которых сгорали не просто какие-то «дикие», а целые кланы-доминанты архов, и никого угроза войны не волновала.

Вопрос с привлечением его флотов был до времени закрыт.

Правительство Фолка, правительство Акра и председатель ассамблеи Бегаза, как руководящие органы трех ближайших наиболее развитых планет в секторе, администрация ОПЦ, администрация Сейги-1 и Сейги-2 (крупные орбитальные станции на орбите звезды в системе 22-1-1А, объединенные в одно самостоятельное государственное образование). А также ряд крупных добывающих корпораций, после недолгих консультаций приняли решение о военной помощи. Собрали флот, настоящий боевой флот. Тот же Фолк имел семнадцать, пусть и стареньких, но вполне боеспособных линкоров, относящихся к четвертому поколению и бывших устаревшими еще в прошлую большую войну. Что, впрочем, не помешало им в ней славно повоевать, в основном в обороне. А потом были благополучно проданы, большинство прямо по месту дислокации к обоюдному довольству сторон. Всего набрали тридцать линкоров и сорок три линейных и тяжелых крейсера, не считая легкие силы и конвой охранения для транспортов, на которых разместился десантный корпус, вооруженный все той же планетарной техникой пятидесятилетней свежести.

Всей этой грозной по меркам фронтира армадой и прыгнули к Ариэлю. Где благополучно в орбитальных боях на подступах к планете и увязли.

Было это два дня назад. За это время пробили туннель для высадки. И под аккомпанемент орбитальных схваток боевые действия развернулись уже на самой планете.

Это, конечно, все хорошо, и для таких операций добровольцев обычно не привлекают, хватает и наемников, но вот вчера…

Вчера в системе Бегаза появилось тринадцать маток кочевников со своим обычным эскортом и, с ходу прижав к планете семь линкоров орбитального охранения и захватив громаду орбитального монитора, сломили сопротивление на малой орбитальной станции, высадили на планету десант.

Если отказ Содружества в помощи был ощутимым шоком, то этот набег был почти катастрофой. Чем это грозит обитателям Бегаза, во фронтире рассказывать никому не надо. Снова послали запрос в Содружество, но ответа дожидаться не стали, пока они там расшевелятся,  — весь сектор от присутствия людей освободится.

Сейчас по факту собиралось, так сказать, народное ополчение, в которое входили по спискам одни добровольцы. Но если ты вдруг имеешь рабочий околобоевой корабль и по какой-то причине в него не вступил, то возникала очень большая вероятность, что вскоре ты на всех этих планетах, а также на ОПЦ и обеих Сейгах, не то что работы не найдешь, а как бы вне закона не оказался, если они, конечно, к тому времени еще существовать будут…

И мое присутствие во всех этих мероприятиях не просто желательно, но и обязательно, для меня же, и для Тогота тоже, если у меня интересы деловые здесь еще есть. А они у меня есть, еще как есть.

Да, если по правде сказать, я уже насмотрелся на то, что кочевники из людей делают, такого простые работяги, что живут здесь, как правило, своим честным трудом, растят детей и обеспечивают всему этому орбитальному сброду еду, товары первой необходимости да и вообще надежный тыл,  — не заслуживают. А пострадают больше всего именно они, за этим к бабке не ходи. В общем, я в теме, хоть разум мой с такой перспективой и не смирился, зато душа уже все решила. И я, как ни странно, от этого рад, рад, что я человек, а не придаток к искину.

Тогот перевел дух после долгого рассказа.

— Объединенная группа Фолка и ОПЦ отправится в прыжок через шестнадцать часов. И поскольку твой корабль зарегистрирован здесь, на ОПЦ, а ты автоматически записан в добровольцы,  — я лечу с тобой. На «Скифе», «Макав» еще не готов, да на него и варппривода нет. Скажу сразу, если что-то не нравится, то свалить надо будет отсюда нам обоим до этого срока, на попутном транспорте, иначе за безопасность я не ручаюсь. Корабль увести никто не даст.

Я посмотрел на Тера, интересно, он и в правду думает, что у меня хватит силы воли все, что с таким трудом сделано, бросить, а самому бежать сломя голову и поджав хвост. Все-таки он старый пират, судя по тому, как держится, спокойно, даже размеренно, для этого нужен недюжинный опыт, ему предстоит на войну лететь, а он как удав в танке. Я так не могу. У меня, например, все внутри уже бурлит, хоть виду я и не подаю, пытаюсь, по крайней мере.

— Не надо, Тер, мне одному привычнее…  — я почесал затылок, шлем-то я давно снял, еще когда первую банку пива пить начал.  — Ты для «Скифа» что-нибудь оставил, не все же продал?

Тогот белозубо улыбнулся, давая мне понять, что уж что-что, а без дополнительного оборудования он ни меня, ни себя не оставит.

— За это не волнуйся. Постараюсь за оставшееся время тебе второй большой движок установить. Твой с легкого крейсера на место маневровых… Ну и реакторы два сменим на более новые, большего все равно не успеть. Мне и эти-то переделки во время перехода донастраивать придется. Короче, я тут набросал. Просмотри и утверди. Да, перевооружение оплачивается конторой, по случаю военного времени в качестве безвозмездной помощью обороняющейся стороне.

Мне на сеть упал файл.

— Э-э… Тер, а как ты к иллийцам относишься?

— Да никак!  — проворчал Тогот, снова напустив на себя вечно недовольнее выражение.  — Как еще к трупам можно относиться. А что?

— Да нет, нормально все. Ты когда грузовой трюм разгружать будешь, не удивляйся. Хорошо? Они все равно здесь транзитом.

Тогот выглядел полностью сбитым с толку. В последнее время я его всей этой иллийской хренью, похоже, капитально достал. Ну да быстро справился с собой, подобрался, снова принял деловой вид и, как ни в чем не бывало, осведомился:

— На корабле-то дополнительно к этому менять что-нибудь будешь? Оружие там или еще что?

— Тогот, ты меня удивляешь, ясен пень, поставим. Все, что есть, то и ставь… Пойдем только вначале трюм разгрузим.  — Я поднялся и направился к двери.

— Ага, может, тебе еще пару контейнеров хибхи для пищевого терминала загрузить?

— Нет,  — я подавил рвотный позыв,  — эту гадость жри сам.

А все-таки материться здесь не умеют, вот казалось бы, даже такой битый жизнью волчара, как Тогот, ан все равно, нету той поэтичности, что бывало на родине от простого русского интеллигента услышишь в моменты горячности. Может, слова не те, может, экспрессии здесь народ меньше вкладывает, но результат налицо. Не особо впечатляет. Душу не пробирает. В отличие от выражения лица, которое у Тера образовалось при виде саркофагов.

Я сидел за столиком в баре «Платформа», который находится на двенадцатом причале. Сидел и вертел в руках пустой бокал, не потому что ждал, когда новый, полный, подадут, вон он стоит родимый, слезой исходит, а потому как обо многом вроде бы подумать надо, да как-то не думается, голова какая-то совсем пустая. Буквально десять минут назад я окончательно расплатился со всеми своими долгами. С СБ, с банком, с Нолоном, наконец, и еще по мелочи всякое. Спасибо вам всем, от всего сердца ну и прочего ливера. Если бы не эта своевременная, пусть и недешевая помощь, продолжать бы мне жизнь наглядного пособия для неудачников в имперском госпитале. А то, что процентов мало набежало, ну так извините, но не думаю, что в опционе этого учтено не было.

Это еще не считая, что за все долги, накопленные уже на ОПЦ, Тогот вычитал средства из моей доли прибыли с заметной постоянностью. Сейчас же, в этот конкретный момент на моих счетах красовалась сумма в четырнадцать миллионов триста семьдесят пять тысяч и семьдесят девять кредитов. Сумма огромная, еще недавно для меня полностью запредельная. Но самое главное, даже имея такие деньги, отказываться от участия в операции по освобождению Бегаза я вовсе не собирался. Наверное, я наконец-то дорос до осознания того, что некоторым вещам нет места ни на Земле, ни в космосе. Для всего должен быть предел. Это с одной стороны, а с другой…

С другой стороны, выбора у меня тоже особо нет. Кочевники, если их не остановить, весь фронтир зачистят и не поперхнутся… Я же здесь живу и воспринимаю ОПЦ как некий вариант своего дома. Да и не тот я уже, чтобы в сторонке стоять, когда другие… Это, конечно, основная причина… Есть и еще одна, более житейская, наверное, но лично для меня не менее важная.

Просто деньги надо было все на счет банка Содружества класть, хоть там и комиссия большая за обслуживание счета во фронтире, а не надеяться на банк ОПЦ. Сейчас если бы я отказался, то девять десятых моих денежек тю-тю, пропали бы в недрах фонда конфиската в пользу благородной борьбы. Хорошо хоть черт меня дернул часть средств, с которых сейчас по долгам расплатился, на счет, привязанный к банковскому кредиту, еще с Ахты закинуть. Уж его-то местным заблокировать кишка тонка. Это сейчас я радуюсь, а тогда матерился нещадно, легко сплетая десятиэтажные фразы, когда размер комиссии за обслуживание удаленного счета в первый раз увидал.

Не важно уже все. Полчаса назад я подтвердил свое согласие стать добровольцем вместе с кораблем, и если теперь свалю, да еще и корабль уведу, то будут меня травить по всему сектору, когда бы я в нем вновь ни появился, а то и всему человеческому фронтиру. И деньги опять же пропадут почти все… Оно мне надо? Счет в местном банке после операции при любом ее итоге разблокируют. Будем надеяться, что мне будет к тому времени не все равно. Но транквилизаторы, наверное, опять надо попить.

Я сделал запрос на дальнюю связь. Через некоторое время перед периферийным зрением появилось окошечко, в котором я увидел лицо Арана Терма. Вид с планшета.

— Привет, док. Как дела?

Меня Терм видеть не мог, только анимированную картинку с моим изображением, купить для связи планшет я как-то не догадался.

— Привет, Фил. Рад тебя слышать. Как твое здоровье?

Терм занимался своими делами, при этом планшет поставил на один из столов с панорамными дисплеями.

— Да нормально, сказал бы прекрасно, да ты не поверишь.

— Ну и хорошо,  — Аран закончил какие-то манипуляции, отложил в сторону планшет управления и наконец по-серьезному поинтересовался: — Что-то случилось?

— Да нет, все идет своим ходом,  — я грустно улыбнулся, аватарка улыбнулась тоже, хитро скопировав мимику.  — Аран, сколько стоит у вас в клинике курс реабилитации, наподобие как был у меня?

Терм смутился, затем его взгляд расфокусировался, наверняка делал запросы в бухгалтерию.

— Если ты об этом, то твое лечение полностью оплатило министерство по делам населения. Но если тебя интересует сумма, то она составляет почти сорок тысяч кредитов. Сумма не большая, потому что коммерческой составляющей нет, и твое лечение оплачивалось по внутренним ценам, мы же государственное учреждение.

— Отлично,  — я перевел на счет клиники средства на лечение шестерых иллийцев.  — Жди клиентов, Аран…

— Постой,  — запротестовал он.  — Так нельзя, чтобы сюда попасть, надо иметь специальное разрешение, это же военный госпиталь…

— Не волнуйся, Аран, с разрешением проблем не будет,  — я помедлил.  — Приятно было поговорить, док.

— Взаимно,  — улыбнулся он и отключился.

Я поставил на место пустой бокал, взял полный, ополовинил его и запросил связь по личному коду Нолона.