— Как она?

Олиш оглянулся на купол переносного реанимационного блока. Красотка. Даже подойди он ближе, за блокировочным щитком лица не разглядеть, но демону хватало и памяти. Еще недавно смуглая кожа сейчас отдавала в зелень… Боты делали свое дело, но счет все еще оставался не в их пользу.

— Держится, — присев на корточки, коротко ответил он на вопрос Ролика. Протянул руки к огню…

Все было не так…

Как было… так, никто из них не знал.

Сканер командного дернулся, предупреждая о движении у входа пещеры, в которой они скрывались, и тут же сменил красный вымпел на зеленый.

Свои…

— Ты уверен, что должен?

Старшая Шураи на него не смотрела, наблюдая за теперь уже дочерью, но Олиш «увидел», как на мгновенье вспыхнул алым ее взгляд.

Его решение она точно не одобряла.

— Это — моя команда, — отозвался он, отложив в папку лист гербовой бумаги, который держал в руке.

Свидетельство о браке. Олиш Шураи и Екатерина Горевски…

— Ты ведь присмотришь за ними? — поднял он голову.

— Глупый вопрос, — грубо отрезала она и… улыбкой успокоила отрегировавшую на резкий голос женщину. — Кэт — часть моей семьи.

— Я — знаю, — Олиш отодвинул ногой сумку с вещами, подойдя, обнял мать, положив подбородок ей на плечо. — Я говорил, что люблю тебя?

— Ты знаешь, когда нужно произнести правильные слова, — вздохнула она в ответ. Коснулась пальцами щеки… — Береги себя…

— Мне поклясться? — вполне серьезно ответил Олиш.

— Просто береги, — промолвила она, вывернувшись из объятий. — А я присмотрю за девочками…

— Это будет нелегко, — Олиш кинул взгляд на жену.

Законы были против, но помогли Рогов и Шторм, настояв на изменении диагноза, который ограничивал дееспособность Кэтрин Горевски.

Сути это особо не меняло — по большому счету отвечать за себя женщина была не способна, но это если не брать во внимание то, что лежало глубже. Ее адаптивные реакции идеально соответствовали требованиям выживаемости, выдавая нужные поведенческие реакции.

Откатившийся в детство разум передал управление другим системам… Те отрабатывали на все сто, давая шанс и самой Кэтрин и ее еще нерожденной дочери.

— И это мне тоже известно, — на этот раз улыбка старшей Шураи была с оттенком грусти. — Попрощайся с Кэт и…

Всего одно слово…

Возвращайся…

— Код ушел, — присел рядом с ними вернувшийся Горевски. Потянулся к огню… — Температура падает…

Всего два слова…

Реальность и воспоминания, наложившись друг на друга, едва не сорвали планку, разодрав ее тем, так и несказанным матерью напоследок.

Возвращайся…

— Он знает, что делает, — мотнув головой, чтобы окончательно избавиться от навязчивой мысли, сипло отозвался Олиш. Поднялся, поежившись, от тут же «обнявшего» тело морозного воздуха — терморегуляторы стояли на минимуме, сохраняя остатки энергии. Окинул тяжелым взглядом пещеру, ставшую пристанищем.

Первая из цепочки связанных между собой, уходящих вглубь горы. И без залежей железной руды ни один сканер не пробьет, но опасаться стоило не только вольных и домонов. Вселенная жестоко мстила за попытки человека стать венцом творения, выбрав Гимли еще одним полем битвы. Загрязненная атмосфера, серьезные климатические изменения, взбесившееся электромагнитное поле… это то, что из масштабного, угрожающего самому существованию разума на планете.

Разорванные пищевые цепочки на фоне вот этого… глобального, выглядели мелочью, но это если не рассматривать их с точки зрения выживания конкретного индивидуума. Изуродованные мутациями, вписывающиеся в новые законы мироздания твари искали свое место в иерархии будущего мира, пытаясь занять привлекательные для собственного самосохранения верхние уровни.

— Мне бы твою уверенность, — дернулся Горевски. В гулкой тишине, в которой треск поедаемых пламенем дров и стук падающих со свода капель были единственными звуками, зубовный скрежет прозвучал оглушительно громко.

А все так хорошо начиналось…

— Он знает, что делает, — повторил Олиш, но уже жестче. — Через сколько можно ждать ответ?

Не последняя надежда, но…

Корабли сопровождения ушли, как только в системе засветились СиЭс, так что весь расчет был на удачу, но тут уже непредсказуемо. Вчера она могла играть на их стороне, сегодня…

Малый крейсер, на котором легли на поверхность, скрывался на дне озера. Под ним — те же самые железные руды, так что пока не рыпались, его присутствие для врага оставалось гипотетической возможностью, но отнюдь не реальностью.

На борту — Кабарга. Основная задача — когда наступит время эвакуации, «взять» на себя противника.

Опасно?

В группе всего три… человека, имеющих опыт управления малым крейсером в одиночку. Кабарга, Горевски и Олиш.

Сашка решил, что среди них он самый достойный… Или — сумасшедший, что в данном случае было одним и тем же.

— Двенадцать часов до ответа, дальше — по обстоятельствам, — Горевски «пробило» выходящим из нутра холодом. Стукнули зубы, выбив что-то «не читаемое»…

— Тогда — спать, — приказал Олиш, направляясь к своему спальнику. Когда не можешь ничего сделать…

— Я… — попытался спорить Горевски, но, «поймав» взгляд единственного глаза Олиша, кивнул.

Стать надежнее выставленной системы безопасности он точно не мог.

Двенадцать часов…

— Там что-то невообразимое… — Горевски, войдя под защиту систем, «скинул» прозрачный щиток «Миража». — Минус сорок два и падает…

— Паскудно, — отозвался Олиш, продолжая просматривать на планшете записи с базы.

Вольные на Гимли чувствовали себя в полной безопасности, так что Рикрейна они обнаружили без труда — тот особо и не скрывался. Проблем с «добраться» тоже не возникло: благодаря Марси, отрабатывавшему жизнь сына, нужные идентификаторы были у всех.

Сутки, чтобы осмотреться и окончательно стать «своими», вписав коды в нутро каркаса безопасности базы. Еще половина — на разработку путей отхода. Столько же — на саму операцию, которая прошла без особых проблем. Взяли чисто, заблаговременно «вскрыв» личный борт Рикрейна.

Это было последнее, что у них получилось так, как планировали.

— Ты меня слышал? — избавившись от тактического костюма, подошел ближе Горевски.

Брошенный на реанимационную капсулу взгляд был коротким. Верхняя панель открыта, на информационном поле пятьдесят на пятьдесят… До «стабильно» еще далеко, но от «критично» ее состояние уже откатилось.

— Слышал, — Олиш «поднял» внешку, подвесив в воздухе план района, в котором они находились. — Минус сорок два и падает. Что по прогнозу?

— Предлагаешь чем-нибудь обнадежить? — Горевски пожал плечом, поймав себя на том, что по сравнению с прошлым вечером в пещере стало значительно теплее. — Непредсказуемо.

— На лучшее можно не рассчитывать, — «перевел» ответ Олиш, согласившись с тем, о чем Валесантери предпочел промолчать.

Подобные скачки на Гимли уже давно не редкость — сбитое равновесие. Планету лихорадило, держа на грани между окончательной гибелью и возможностью выздоровления.

На базах, под метеорологическими куполами, перепады от вполне адеватного плюса к глубокому минусу были не страшны — системы нивелировали изменения, оставляя приличные шансы для выживания. В их ситуации, когда из серьезного лишь облегченные «Миражы», подводило к вопросу о собственном существовании.

— Ответа нет? — Олиш развернул объемку так, чтобы все три точки зафиксировались в центральной части. Озеро, заброшенная шахта и их пещера.

— Выставлена настройка обратного отсчета, — разглядывая картинку, процедил Горевски.

Заброшенная шахта и пещера… Координаты спасательной капсулы, в котороую они определили Рикрейна, переданы в Штаб. Коды — там же. Что бы ни случилось с ними, эта сука попадет туда, куда должна была попасть. Не сейчас, так через месяц… год… Да хоть через пару столетий!

Оставались их группа и малый крейсер, на борту которого находился Кабарга…

Подыхать не хотелось… Особенно, здесь.

— А где Ролик? — вскинулся он, не увидев второго из нерасстававшейся надолго парочки.

Олиш оторвал взгляд от объемки, нахмурился, словно не понимая, о чем тот спросил, потом кивнул в сторону темнеющего в глубине пещеры провала:

— Гудит на инфразвуке. Сбоят датчики системы безопасности. Пошел проверить.

— Один? — нахмурился Горевски.

И ведь особых причин не было…

Причины были. Сама Гимли стала для них одной большой причиной. И — домоны, чьи ардоны висели на орбитах планеты. И СиЭс, которые пока не добрались до этого горного массива, но рано или поздно обязательно наверстают упущенное. И отсутствие нормальной связи… И низкотемпературный фронт, так не вовремя накрывший район. И…

— Это что? — не закочив мысль, ткнул он пальцем в крайний столбец показателей сводной таблицы, мерцающей справа от объемки.

Внутри не дернулось, лишь напряглось на мгновение, тут же сорвавшись четким и жестким: началось!

— Данные газоанализаторов, — поднялся Олиш. Поморщился… испещренное шрамами лицо собрало себя в новую маску, возвращая к тому… первобытно-зверинному, когда уже до самого конца… — Рост стремительный…

— И давно? — довольно ровно уточнил Горевски.

— Соображаешь! — кивнул демон, оглянувшись на Красотку. — Мы можем поставить купол, но если предположение окажется верным…

— … то купол нам мало чем поможет, — закончил за него Горевски. Замер, еще раз оценивая ситуацию.

С одной стороны — минус сорок два, которые могли сползти и значительно ниже, с другой… С другой были молодые горы и взбесившаяся после их же, человеческого вмешательства, планета…

Выбор, как отсутствие выбора…

— Прогноз?

— Трудно сказать, — качнул головой Олиш. — Система на такие расчеты не настроена.

— Не настроена, говоришь?! — «вспылил» Горевски, отстегивая от пояса планшет. Устроившись на том самом месте, где совсем недавно сидел демон, «перетащил» все имеющиеся данные.

Тех, как ни странно, оказалось немало. Отчеты по сейсмической активности до и после того, как Гимли вошла в список грязных планет. Сведения по добыче… все, что удалось выцарапать из открытых и не очень источников. Температурные сетки, карты спектрометров и анализаторов…

— Можешь не стараться, — остановил его вернувшийся из соседней пещеры Ролик. Неторопливо, словно на замечая направленных на себя взглядов, содрал «Мираж» и, встав рядом с Горевски, с наручного комма поднял внешку.

О том, что их дела плохи, говорить не стоило, достаточно было просмотреть запись… Трещины в четвертой по счету пещеры светились подступающей к поверхности магмой, лишая и тех немногих, оставшихся у них шансов дождаться помощи.

* * *

Сэя. Шесть планет. Гимли — третья. Между четвертой и пятой — пояс астероидов. Последняя наклонена к плоскости эклиптики, почти двадцать градусов.

В реестре система находилась в разделе «грязных», индекс засоренности которых перевалил за нуль четыре. Сложная навигация…

В таких случаях я говорила, что могло быть и хуже. Нуль четыре позволяла хотя бы рассчитывать на нормальный разгон.

— Дальнее охранение. СиЭс…

— Принято, — ответила я на предупреждение Дальнира. — Дальнее охранение… Уровень защиты — максимальный.

Из моих в Сэю вошли лишь «Дальнир», «Тсерра» и Ван Хилд, принявший один из полученных нами Стрэков с позывным «Рэст» два нуля три. Невидимка.

Группа «Север», отработав разведку, должна была подтянуться позже, как и эскадра сопровождения корпуса «Миджари» во главе с ее дарихом.

— Уровень защиты — максимальный, — отозвался Антон. — Зона контроля… Фиксирую восемь… десять… двенадцать целей. СиЭс подтверждаю.

— Цели взял…

— Ничего не хочешь сказать? — вместе с ложементом повернулась я к Торреку. Последние двое суток он был подозрительно молчалив и… ненавязчив.

— Похоже, стоят веером, — вместо него ответил Слайдер, тоже присутствовавший в командном. — Четыре секторальных блока. Эти двенадцать — основная ось одного из них, центральный уровень. Если отрабатывают стандартный вариант, то должны быть еще два. И растяжка минных полей.

— Остальные в погружении? — уточнила я, представляя себе то, о чем сказал Слай. Разбросанный по координатной сетке «нахлест», полностью перекрывающий возможности для маневра.

— Это не охранение… — качнул головой Торрек. С прищуром посмотрел на меня: — Нас ждут.

В ответ криво усмехнулась. А то мы этого не знали…

— Капитан, — «появился» на экране Дарил, — на сканере двенадцать целей. По характеристикам…

Не договорив, замолчал, глядя на меня. Выражение лица изменилось, отдавая легким недоумением.

Я его понимала — он ожидал куража, экспрессии, а тут… А ведь впереди было то самое… невозможное, способное отравить, опьянить, дать ощутить, как рвет азартом внутренности, как бьется в ставшей тесной глотке сердце, как кипит, бурля адреналином, кровь…

— Держат подходы. Позволят пройти дальние орбиты и отрежут, — Торрека моя реакция тоже не удовлетворила, но уже по другой причине. — На поддержку можешь не рассчитывать.

— Это он о чем? — нахмурился Дарил. Оглянулся на стоявшего за его спиной Шураи.

Тот вместо ответа дернул плечом и кивнул на меня. Мол, все вопросы к ней.

— Нас могут взять по косвенным данным? — дав Дальниру команду подключить к разговору Ван Хилда, опередила я следующую реплику.

Объемка навигационной карты опять сменилась, выдав новую картинку. Ничего оптимистичного на ней не появилось.

— Сеть высокоинтеллектуальная, отрабатывает по нескольким сотням параметров. Мы со своей тактикой уже достаточно засветились, чтобы предполагать, как будем действовать. Да и характеристики наши вполне могли снять…

— Значит, да? — перебила я его.

— Значит, да! — не раздумывая, подтвердил Слайдер.

Вот тебе и кураж…

— Тоже так считаешь? — перевела я взгляд на Торрека. Спецоперации — его тема.

Домон медленно выдохнул, скривился, добавляя напряжения и так затянувшейся паузе.

— Извини, капитан, — вместо него подал голос Шураи, быстро вошедший в тему, — но тут без вариантов. Выигрывают в любом случае.

О чем сказал, было понятно. Уйдем, признав, что задача нам не по силам, останется группа на поверхности. Не уйдем… получат и то, и другое.

— Ваши предложения? — поднялась я с ложемента. Отпихнула его, возвращая в основную позицию.

— Контрольный сектор выставлен, — Дальнир добавил нам секунды на размышление. — Удаление — одиннадцать стандартов.

— Принято, — машинально кивнув, отчеканила я.

Контрольный сектор — зона, в которой мы окажемся под действием поисковых сканеров домонов. Показатель скорее условный — прогнозировать его точное значение при имеющемся объеме данных было невозможно, но дававший представление о том, что нас ждет.

Войдем в него…

На визоре появились еще две цифры. Десять с половиной для «Тсерры» и восемь с четвертью для «Рэст» два нуля три.

— Так что по предложениям? — приогнорировав всех остальных, перевела я взгляд на Торрека.

— Вариант с «вернуться» мы не рассматриваем? — Слай шагнул вперед, словно пытаясь прикрыть домона.

— Нет! — жестко отрезала я, понимая, что происходит что-то необычное, но, пока даже не догадываясь, что бы это могло быть.

— А если сверхглубокое погружение? — развернувшись вместе с ложементом, подал голос Джастин, сидевший на месте второго.

— Высокая чувствительность и скорость реагирования сети, — мгновенно отреагировал Слайдер.

— У планеты есть спутник, должны быть искажения… Плюс ардоны…

— Должны, — соглашаясь с Антоном, кивнул все тот же Слай, — а могут и не быть. И вряд ли при установке сети этот момент не учитывался.

— Двинуть «Пульсаром», — подал идею Валечка.

— И обнаружить свое присутствие, — на этот раз против высказался Шураи.

— Использовать снэг, — это был опять Сумароков.

Пусть и мысленно, но усмехнулась. Сами по себе варианты были неплохи, но… не для этого случая.

— От нас ждут чего-то подобного, — перехватил эстафету Слайдер.

— А почему именно от нас? — «разозлился» Костас. — Мало ли на флоте отморозков?!

— Отморозков — немало, — хмыкнул Ван Хилд, — но таких, чтобы сами лезли в петлю — только мы.

— Торрек… — я подошла к домону практически вплотную. Поймав себя на желании взять его за грудки и встряхнуть, сдержала улыбку. Этот способ прошел бы с кем-то из моих стареньких, но только не с Роком.

Да и не стоило с ним так… как-никак, а отец наследницы.

Прочесть мои мысли он не мог, если только «прочувствовать», но ставший тяжелым… бездонным взгляд относился именно к ним.

— Капитан… — ладонь подскочившего Джастина жестко легла мне на плечо. — Не стоит!

— Похоже на предупреждение, — медленно выдохнув, выдавила я из себя. Двинула плечом, сбрасывая лишний груз. Когда Джастин отступил, усмехнулась: — Если собираешься сдохнуть, воспользовавшись нашим СиЭс, даже не рассчитывай.

— У тебя есть другой вариант?! — довольно агрессивно вскинулся Торрек. В глазах «парил» мертвенный холод…

Вот ведь…

Джастин, схватив за руку, рывком отбросил меня назад. Встал между нами… Спина была каменной, а сам он воспринимался застывшей аварийной плитой…

— Кажется, я чего-то не понимаю, — наплевав на инстинкт самосохранения, который требовал не двигаться с места, вышла из-за укрытия. — Не хочешь объяснить? — спокойно, насколько это было возможно, посмотрела на Торрека.

— Капитан, я с ним поговорю, — Слайдер решил, что без него не обойдется. Пристроился вплотную с домоном, но чуть впереди. Не прикрывая — контролируя.

Вот только Торрек словно и не слышал, продолжая «давить» взглядом.

Не знаю, что чувствовали при этом остальные, но лично я для себя угрозы не ощущала. Необычность ситуации — да, но опасность…

Опасность?!

Я опустила глаза… но не для того, чтобы оборвать связавшую нас с домоном нить.

У нас не было вариантов, но… это был тот случай, когда отступить мы не имели права.

— Дальнир, удаление до контрольного сектора? — склонила я голову еще ниже. Плиты металлопластика под ногами…

— Десять и восемь… — отозвался тот… слегка удивив прозвучавшем в уже привычно отстраненном голосе удовлетворением.

— Десять и восем… — повторила я, отметив изменения на визоре. Восемь и два у Ван Хилда, десять с хвостиком у Дарила.

— Капитан…

— Лидер-капитан, — «поправила» я Сумарокова. Перед глазами «мелькали» схемы, расчеты, курсовые вектора…

Сфера подхода к Гимли разбита на четыре сектора. В каждом из них дальние орбиты держат тридцать шесть СиЭс и сетка высокоинтеллектуального минного поля. Двенадцать на «поверхности», двадцать четыре, «выставленные» веером, в погружении…

Свалиться глубже?

Риск. Слишком высок риск, чтобы я на него пошла…

Идея Торрека — повторить наш вариант с подсадным СиЭс… На первый взгляд все очень даже неплохо, но это если вычеркнуть его из списка личного состава. При таком раскладе вытащить Рока у нас вряд ли получится.

— Рэст два нуля три… приготовиться к изменению курса…

Решения еще не принято…

Это было уже принятым решением!

Движения я не заметила… лишь Слайдер отлетел, впечатавшись в вертикальную стойку дополнительного модуля, да согнулся Джастин, зажимая уши руками.

— Что ты придумала?! — тряхнув за плечи, взревел мой флегматичный, умеющий сдерживать себя Торрек. — Что?! Ты?! Придумала?!

Демоны тебя задери!

Противно клацнули зубы, в голове мелькнуло, что после такого он у меня в юнгах до конца войны просидит, но тут же исчезло, оставив один на один с возникшей проблемой.

Как контролировать этого Торрека я не знала.

— Отпусти, — тихо попросила я, но в том оглушительном… застывшем… что нас окружало, прозвучало резко, категорично.

— Неужели ты не понимаешь… — он опустил руки, отступил… Сильный, но… сломленный, разорванный, истерзанный…

Я ничего не понимала!

— Удаление — десять и шесть! — то ли помог, то ли обострил ситуацию Дальнир.

Куда уже дальше?! Тишину в командном можно было разбирать на блоки.

Застывший в начатой трансформации Тарас. Замерший в полудвижении Костас… ладонь на сорванном с фиксаторов парализаторе. Сумароков… Распластавшийся в ложементе Тимка, мордочка которого была прикрыта ушами…

В нашей истории было всякое. Только не такое, когда я практически полностью переставала «держать» ситуацию, не понимая ее истоков!

— Рэст два нуля три… прервать выполнение задания, — на миг закрыв глаза, чтобы не видеть вот этой… обреченности на лице домона, приказала я.

Если не знаешь, что делать, делай хоть что-нибудь…

— Принято, прервать задание, — совершенно спокойно отозвался Ван Хилд.

Знал ли он меня лучше, чем все остальные, чтобы доверять вот так… безоговорочно?

Скорее всего, нет. Он просто принимал мое право командовать собой.

А остальные?

— Дальниру и Тсерре определить сектор и просчитать курс для сверхкороткого прыжка… Связь на Штаб…

— Что?! — взгляд Торрека практически не изменился, но губы дернулись… Неверием…

— Принято. Определить сектор и просчитать курс…

— Капитан… — Слайдер поднялся на ноги, стер с разбитой губы кровь.

— Сверхкороткий, Торрек, — насколько возможно, беспечнее, улыбнулась я. Хотела развернуться, но в последний момомент остановилась, продолжив: — И не надо говорить, что до нас такого никто не делал.

Добавить, что все когда-то бывает впервые, мне не удалось. Торрек шевельнулся… тяжело… устало, потом расправил плечи, словно сбрасывая давивший на них груз и… низко поклонился:

— Аллера Таши…

Я не понимала, что происходит…

— Он сделал свой выбор, но…

Слайдер замолчал, глядя в пустоту экрана.

— Но… — поторопила я его.

Разговор был не самым приятным, но необходимым. Торрек стал одним из нас, но он был и продолжал оставаться домоном. Воспитанным, взращенным, пропитанным другими законами и понятиями, которые могли однажды сломать то, что казалось незыблимым.

Наша дружба. Его… верность…

— Его ашкер предала его, перестав быть точкой опоры, которая придает жизни домона высший смысл, — резко, не позволяя себе передумать, произнес Слайдер. — Для него это — боль, которая разъедает существование. И хотя внешне это не проявляется, но рано или поздно…

— Чем это грозит нам? — перебила я, догадываясь, что могло последовать дальше.

— Нам — ничем, — как-то… грустно поправил меня тарс. — Приняв, он не отступит. А вот тебе…

— Мне? — удивилась я, едва ли не впервые задумавшись, как мало знаю о домонах. Ни как о врагах, как о… людях.

— Он — воин, он должен служить. Служить той, которой присягнет на верность…

Когда мы говорили об этом, Искандер был еще жив…

* * *

Время… Время. Время!

В запасе — минуты, да и тех с каждой ушедшей становилось все меньше…

— Капитан, «Тсерра» выходит на критично…

— Принято, — заставляя себя дышать ровно, на мгновение закрыла глаза.

Время…

Продолжительность прыжка — восемнадцать минут… Генераторы на нужную мощность выйдут за двенадцать. На разгон…

В раскладку мы вписывались… Пока.

Тишина на мостике не обманывала. Секунды стучали метрономом, разъедая самообладание, заставляя думать о том, чтобы наплевать на все и…

— Спят они там, что ли?! — не сдержавшись, нервно бросил Сумароков.

А казался…

Я спокойной тоже только казалась.

— Капитан, «Тсерра»…

Открыв глаза, посмотрела на Костаса. Тот предпочел спрятаться за терминалом, отказываясь встречаться со мной взглядом.

Я его понимала…

Ситуация — хуже не придумаешь. Если Штаб не даст добро, нам только и останется…

О том, что нам останется в этом случае, я предпочитала не думать. Группа «Север», «Миджари», мы…

В моем понимании ни один груз не стоил подобных жертв.

— Таши… — демон на поднявшейся внешке тоже выглядел… непрошибаемым.

— Ждем! — качнула я головой, точно зная, о чем он сейчас думал. Ошибись мы с контрольным сектором и… все! Не будет больше ни «Тсерры», ни «Дальнира».

Ничего больше не будет. Не для нас.

— Принято, лидер-капитан, — протянул он, медленно выдохнув. Ноздри дернулись, выдавая, чего ему стоила вот эта… покладистость. — Ждем.

— Капитан, шестьсот секунд… — подсуетился Дальнир, добавляя душевного раздрая.

У «Тсерры» до критично оставалось на двести сорок меньше.

— Ждем! — повторила я жестко.

Еще минута… две…

У Соболева были веские причины тянуть до последнего. Наш риск был его…

— Капитан, Штаб! — голос Костаса сбил тишину. Гулом дернуло по коже, где-то зашипело, скрипнуло, сдергивая, наполняя все вокруг не звуками — смыслом. — Добро на сверхкороткий!

— Демоны нас… — отреагировав первым, довольно протянул Сумароков. Рывком сдвинул ложемент в боевую позицию. Щелкнули фиксоторы, «поднимая» режим компенсаторов.

— Они бы еще не молчали про груз, — держа фасон, ворчливо бросила я, повторяя маневр. На продолжавшего стоять у левой стойки Торрека старалась «не смотреть», опасаясь, что снова сорвусь.

Аллера Таши. Хотела бы сказать, что так меня еще никто не оскорблял, но…

— Внимание экипажу, — признав, что и с этим рано или поздно, но разберусь, начала я, — Штаб дал добро на сверхкороткий. Кто против… еще не поздно сойти.

На осознание ушло меньше мгновения. Антон «всхлипнул», срываясь на смех. Потом Тарас… Джастин, Валечка, Стас…

— Раз желающих нет, — посчитав, что для разрядки вполне хватило, прервала я веселье, — тогда… приказ на «Тсерру»: идете первым! Дельта двести сорок секунд. Установить контрольные точки… Рассчитать курс…

— Приказ принял, — откликнулся Дарил, «уходя» из зоны визуализации. — Дельта двести сорок… Готовность к разгону…

Изнутри рвануло к горлу… отвалило, норовя подкатить вновь…

Кураж?!

— Капитан, контрольные точки установлены, — перехватил Дальнир. — Курс рассчитан…

Сдвинула терминал, «уложила» под руки рабочую панель…

— Маршевые на разгон… — Команда прозвучала обыденнно, едва ли не равнодушно.

Мы делали свое дело… То, что умели. То, что могли…

Азарт бурлил в крови. Предвкушение — тоже, но эти несколько минут ожидания обнажили то, что было и оставалось сутью. Мы делали невозможное… Это невозможное было войной!

Паскудное чувство, в котором слишком много оказалось от смерти и так мало от ее противоположности.

— Принято, маршевые — семьдесят. Разгон!

— Активировать ракетные модули. Готовность для иммитаторов…

— Коды для ракетных модулей приняты… Активация…

Удаление до контрольного сектора минимальное.

Сверхкороткий — не панацея, дальние домонов «возьмут» волну прокола даже невзирая на защиту, которая должна была до минимума сгладить искажение гравитационного поля.

Да и Слайдер вряд ли ошибался, считая, что наше возможное присутствие здесь учитывалось их прогнозом — мы стали слишком заметными, чтобы не исключать и такой расклад.

От того и другого до технических характеристик и экстраполяции данных по прыжку только и остается, что грамотно проведенный расчет. Потом — проверка и перепроверка, потому что в сделанный вывод нелегко поверить с первого раза, затем…

Затем кто-нибудь особо умный признает, что у таких отморозков, как мы, хватит дерзости пойти на то, чего никто раньше не делал, и тогда нас снова будут ждать, но уже на ближних орбитах.

Меня этот вариант совершенно не устраивал. Остальных — тоже.

— Сумасшедший план… — наклонившись ко мне, точно в точку произнес Торрек.

— Сумасшедшим был прошлый, — не согласилась с ним я, вспомнив задиристое «Маздай».

Мы обещали возрадить «Ши ар! Ар химару!», мы его возрождали.

— Тебе не кажется, что это — злоупотребление доверием адмирала?

Я, удивленно усмехнувшись, посмотрела на домона. Говорить о доверии?! Сейчас?! С ним?!

— Маршевые семьдесят пять… Пошла нагрузка на генераторы прокола.

— Принято! Маршевые — семьдесят пять. Экипажу — готовность к прыжку. — В ожидании очередного откровения, покосилась я на Торрека. Тот — промолчал, сделал вид, что моего внимания не заметил.

— Ракетные модули активированы. Калибры выставлены… Идет настройка параметров детонации…

— Не завидую я Соболеву… — на этот раз спокойствием главы Штаба озаботился Антон. — Нам-то что… прыгали, знаем, а ему каково…

— Да там не один адмирал… — поправил его подозрительно веселый Слайдер. — Там сейчас все…

Отправить бы обоих… куда-нибудь, но ведь правы. Сверкороткий. Атака «умницами» на минную сеть за несколько секунд до прокола. Иммитаторы, которые должны были не только «уничтожить» наши корабли, но и вызвать детонацию… И сакраментальное: «Маздай», уже звучавшее вестником серьезных проблем…

— Маршевые — восемьдесят!

— Позиция ардонов зафиксирована. Курс — скорректирован, — отрапортовал Дальнир.

— Маршевые — восемьдесят три… Разгон…

— Если на выходе вляпаемся в мусор…

Я оглянулась на домона. Его взгляд был чистым и ясным…

— Во-первых, лучше бы тебе сесть. Во-вторых, еще слово и юнгой до конца войны, — мрачно пообещала я, воспомнив о мелькнувшей у меня недавно мысли.

Не дождавшись продолжения — все-таки инстинкт самосохранения вещь хорошая, вновь посмотрела на навигационку. Четыре с половиной стандарта до контрольного сектора…

«Тсерра» уходила на разгон с большой нагрузкой…

— Восемьдесят пять…

— До прыжка четыреста двадцать секунд…

— К ракетной атаке готов…

— Курсовая на векторе…

— Принято, курсовая на векторе, — вздохнула я, бросив взгляд на Торрека, который молча устроился за дополнительным терминалом. На вертикальной стойке еще видны следы крови… напоминая о физической силе домона, о которой, как оказалось, я даже представления не имела.

О ментальной мощи тоже говорить не приходилось. Джастина он «смял» просто играючи.

— Девяносто…

— Маздай! — пробилось с «эфира». Протянулось дрожью по телу, дернуло вперед… — Маздай…

— Фиксирую залп с «Тсерры», — бесстрасно прокомментировал происходящее Дальнир. — Три… шесть… девять… двенадцать.… Двадцать четыре… «Умницы» пошли…

— Принято, — подобралась я, избавляясь от того тягучего. Справа «поднялась» терминальная карта «Тсерры»… Обратный отсчет…

Мы привыкли прикрывать друг друга. Я — первым, он — вторым… Он — первым…

Этот вариант все еще оставался для меня критичным. Демон уже давно не претендовал на большее. Лишь закрыть собой…

…если потребуется.

… семь… пять… три… Зеро!

А в ушах все еще билось глухим голосом Шураи, которому доверили самое важное…

Маздай. Маздай. Маздай…

— Капитан, «Тсерра» ушла в прокол!

— Принято, — продолжила я смотреть на ставший серым экран. — Готовность к ракетной атаке. Отсчет…

Абрис вспыхнул алым, давя на нервы…

Двести сорок секунд…

— Похоронная команда, а не экипаж! — буркнула недовольно, отметив, как на навигационке вспучилась линиями напряженности гравитационного поля рванувшая в секторе «Тсерры» минная сеть, пошла волной, высвечивая мозаику структуры…

— Не понял? — мотнул головой Антон, пристально глядя на меня.

— Он объяснит, — кивнула я на сидевшего первым Тараса.

Похоже, тот объяснил. Как именно, до меня не дошло, но Сумароков сдавленно хмыкнул. Его примеру последовал Костас… Слайдер, Джастин…

— Девяносто пять… До прыжка двести секунд…

— Принято. Двести… Дальнир, а тебе с нами не страшно? — поинтересовалась я, из последних сил не позволяя себе застыть в напряжении.

Бояться было поздно, но…

Критические мощности генераторов прокола определяли его безопасную «глубину». Минимальное значение, которое отрабатывалось испытателями — сорок минут, равнявшиеся приблизительно одному СК при стандартных условиях, соотносимому с суточным переходом на крейсерской скорости.

На симуляторах брали и тридцать, но с угрозой потери корабля, связанной с резким изменением физических констант на «границах» пространств и возникающей скачкообразной флуктуацией.

Это — в теории.

На практике… Дальнир однажды пытался доказать мне, что причина всех проблем — высокая погрешность расчетов и невозможность контроля управляющих систем над «разгоном» генератора за пределами средних значений. И даже вычерчивал графики, показывающие, что прыгнуть можно и на десять минут… если потребуется.

— Мам, да разве ж он признается, — провоцируя, выдал Юл.

— А чем я хуже других? — принял передачу Дальнир, заставив меня усмехнуться.

Быть в ссоре с самой собой…

В той ситуации с командным «Рэйкамом» была и моя вина. Я защищала людей от ИР… О том, что потребуется защищать ИР от себе подобных, я даже не подумала.

— К ракетному залпу готов! — не дал продолжить спор с самой собой Валечка. — Отсчет…

— Вот и я так считаю… — отвечая самой себе, тихо произнесла я.

Медленно выдохнула, прежде чем взять на себя то, что собиралась отдать просившему о подобной милости Слайдеру и… закричала, не скрывая той ярости, той ненависти, того необузданного, неукротимого желания избавиться от тварей, заставивших меня стать капитаном-Бешеной и научиться получать удовольствие от того, что я могла убивать их, искореживших мой мир:

— Маздай!

И повторила… еще и еще, чувствуя, как каждый звук отдается во мне безоговорочной, не имеющей права даже на отблеск сомнения уверенности: они будут бояться своей тени!

Это я могла им обещать!

* * *

В мусор мы не вляпались.

Вопросом, чьей это было заслугой: Дальнира с Тсеррой, идеально проведших экстраполяцию, или Удачи, продолжавшей нам покровительствовать, я не задавалась, приняв, как факт. Главное, оба корабля вошли в прокол и… вышли, доказав, что ИР был прав — проблема сверхкоротких прыжков лежала в плоскости расчета и управления.

— Я иду с ними… — заявил Торрек и кивнул на одну из висевших вокруг меня внешек, на которой Слайдер тестировал штуромовой БАЗ. И ведь не спрашивал — просто ставил в известность.

— Нет, — качнула я головой, продолжая отсматривать сведенные воедино данные.

Дальние, средние, ближние орбиты… То, что мы добрались до планеты, было только половинной дела. Нам еще предстояло ее покинуть.

— Капитан! — Торрек навис над моим плечом.

— Отставить! — рыкнула я, уже устав отбиваться от желающих поучаствовать в спасательной операции.

Пацаны!

Судя по оскалу демона, время от времени появлявшегося на экране, он эту стадию озверения уже прошел.

— Капитан… — довольно насмешливо ухмыльнулся Слай, не пропустив нашего обмена любезностями, — может, позволишь ему размяться?

Торрек напружинился, словно готовясь к прыжку, тарс «дернулся», вроде как уходя с линии броска…

Точно, пацаны. А я над ними…

— Твоя задача — поднять капсулу. Все остальное… — угрожающе приподнялась я, осознавая, что мои великовозрастные детишки ощутили ядовитый аромат своей любимой игры. Потрепать мне нервы значилось в ней среди самого безобидного.

— Принято, лидер-капитан, — тут же подобрался тарс. На физиономии ни следа предвкушения, мелькавшего там еще мгновение назад. — Только поднять капсулу…

Спрашивать, за что мне такое наказание, было бессмысленно. Разбаловала… Причем, сама.

Опустившись, медленно выдохнула…

Показуха…

Они это знали.

— До точки сорок четыре минуты, — коротко бросил показавшийся на внешке Дарил. Посмотрел… задумчиво, тут же хмыкнув в ответ на вопросительный взгляд.

Мол, так я тебе и поверил…

— Пристрелю! — мрачно пообещала демону, с удовлетворением отметив, как и в его глазах гаснет бесноватый азарт.

Я все понимала — кураж, но… Одного куража здесь было мало.

Четыре ардона в системе… Нам вполне хватило бы и одного.

— Я ухожу первой…

Он кивнул — этот момент мы уже обсуждали, потом склонил голову к плечу, нахмурился:

— Таши…

— Капитан? — сделав интонации Дарила более четкими, протянул Торрек, тут же пристроившись рядом.

— Я — капитан, — с намеком произнесла в ответ.

В том, что зацепят мой настрой, нисколько не сомневалась. Как отреагируют на предложение повеселиться — тоже. Оставалось только понять — имею ли право на подобный риск. Не вообще, а именно сейчас, когда речь шла о грузе, за существование которого командование готово было заложить наши головы.

— Похоже, мы — попали, — демон растянул губы в провокационной улыбке.

— Согласен, — довольно отозвался домон. — Знаешь, есть у меня одна идея… — подмигнув Дарилу, «оскалился» и он.

Про пацанов я уже говорила… Беда была в том, что я от них не отставала.

— Через час десять в систему войдут корабли группы «Север». Затем — корпус «Миджари». Еще столько же и наше прикрытие станет бойней, — слегка остудила я их пыл.

— Что предлагаешь? — уже другим — серьезным тоном спросил Дарил, первым поймав мою мысль.

— Капитан, тебе надо это увидеть, — не дал ответить Шураи. Обращался к Дарилу, но Тсерра подсуетилась, передав картинку и на мой терминал.

Объемка сдвинулась, туман на всплывшем на ее месте «куске» планеты свернулся плотной спиралью циклона, оставив в центре чистый конус с диаметром в пару сотен километров.

Горные вершины приблизились, вытянувшись хребтом чудовищной твари, разорванным плюющейся вулканическими бомбами трещиной.

Рядом изломанной линией вычертился график сейсмической активности…

— Демоны их…!

— Отставить демонов, — буркнула я, как и они, готовая разродиться ярстной тиродой.

Вот тебе и добрались…

На мгновение зажмурилась, «обрабатывая» новый расклад.

Впрочем, для меня он особо новым не был. Из трех маяков, переданных Штабом, стабильно отрабатывали лишь два. Последний, судя по выставленным координатам, фиксировался в непосредственной близости от образовавшегося разлома.

— Они могли уйти… — заставил меня открыть глаза голос Торрека. Спокойный, выдержанный…

— Могли, — без особого воодушевления согласилась я. Данных — минимум, гадай — не гадай… — Эстренно на Штаб. Передать: требую информацию по грузу, составу группы, идентификаторы и коды связи.

— Принято, — рванул за развешанные перед ним внешки Костас. — Эстренно на Штаб…

— Капитан? — во взгляде Дарила дернуло смятением.

— Работаем по плану, — качнула головой, надеясь, что моего натянутого оптимизма хватит на всех. — Торрек, есть предложение, — поднялась я, отошла к дополнительному терминалу, переформатировавшемуся по моему запросу в тактический стол. Дождавшись, когда домон вновь окажется рядом, продолжила, приняв, что риск, на который мы шли, оценивался, как вполне приемлемый. — Загрузочную платформу на нижней орбите видел?

Нюх у парней был то, что надо. Не успела я продолжить, а глазки уже блестели, намекая, что если я, сказав «а», не скажу «б», они его из меня вырвут, не оставив шанса на молчание.

— Демкаш? — как-то… расслабленно улыбнулся Торрек.

— Скорее всего, — кивнула я, выведя на объемку кальку нужного сектора. — Платформу держат четыре орбитальных модуля.

— Ставили не там, где можно, а там, где нужно, — фыркнул слегка повеселевший Дарил. Проблем с группой это не отменяло, но… о поддержке, которой предстоит прикрывать наш отход, забывать не стоило.

— Вот именно, — отозвалась я, разглядывая изображение. — Внизу производство…

— И что ты хочешь, что бы я сделал? — вроде как непонимающе посмотрел на меня Торрек.

Ходить вокруг да около я не стала:

— Я хочу, чтобы ты уничтожил гравитационный лифт… — жестко начала я буквально «видя», как растекается оборванными нитями защитное поле. Как рвет, корежит конструкции, как стекает вниз безжалостный огонь…

— … который потянет за собой и платформу, и все, что на поверхности… — твердно, бескомпромисно посмотрев на меня, закончил Дарил. — Эх… капитан…

— Жаждешь поучаствовать? — зло бросила я.

Я бы и сама…

— Возьмешь с собой Джастина и Хорса, — «усмиряя» собственное «я», подняла взгляд на Торрека. — Третья точка твоя. Поднимешь малый и прикроешь, пока его не заберет «Тсерра». Затем…

— Капитан, — не дал мне закончить Дарил, — а если я покручусь поблизости?

В том, что платформа серьезно охранялась, я не сомневалась. И платформа, и сам лифт, по которому груз поднимали с поверхности на орбиту, и производство…

Демкаш… Ни на одной из захваченных планет домоны его не применяли, но… там и смысла особого не было. Люцения шла под уничтожение, в качестве меры устрашения. Окраины — наоборот, как показатель, что лояльностью вполне можно купить себе право на существование.

Это то, что касалось демкаша, время которого просто еще не пришло. А платформа…

У Торрека и нашего СиЭс был шанс… А у «Тсерры» под максимальной защитой?!

Еще одно головоломка. Еще один вопрос, на который мне предстояло ответить…

Дарил однажды сказал, что им, мужчинам, проще. Получили приказ, выполнили приказ… И единственное, что в промежутке между первым и вторым — расчет по максимальной эффективности намеченных действий.

Иногда мне казалось, что я тоже становлюсь… мужчиной. Получила приказ…

Если верить демону…

— Покрутишься, говоришь? — оценивая, задумчиво повторила я.

Минус шестьдесят два… Глубина озера, на дне которого лежал малый крейсер поддержки, дотягивала до двенадцати метров. Из информации о метеоусловиях только текущие данные, да и те… буи фонили, выдавая такое, что только и оставалось, что гадать.

— Считай, что мое добро у тебя есть, — вынужденно согласилась я с ним. СиЭс — хорошая игрушка, но…

— Капитан, Штаб, — очень вовремя сбил меня с мысли Костас. Куда та могла меня завести…

— Принято, Штаб! — отозвалась я, возвращаясь к своему ложементу. Отметив взглядом уровень защиты, судорожно вздохнула. Если это не паранойя…

Без паранойи не обошлось, но та оказалась оправдана. Чтобы понять, хватило одного имени…

— Стапель тебе… — прочитав, выдавила я сквозь стиснутые зубы и… добавила, чувствуя, что уже сказанное ни в малейшей степени не отражало степени душевного раздрая. — Ссуки…

— Капитан? — недоуменно бросил молчавший до этого Антон. Резво выскочил из-за своего терминала.

Опередить последовавшего за мной Торрека ему не удалось, но… отреагировал он первым:

— Нихрена себе! Рикрейн…

— Кто?! — замер с той стороны экрана Дарил. Посмотрел на меня, потом на Шураи, словно ища у того поддержки, снова на меня… — Капитан… — протянул не без напряжения, похоже, не пропустив, как меняется выражение моего лица. — Кто?

— Олиш Кураи и группа Горевски, — не стала тянуть я с ответом, догадываясь, о чем в этот момент подумал демон.

Как и я… о залитой огнем точке два, на которой мы должны были их забрать.

* * *

— Капсула на борту…

— Принято, — отстучав по подлокотнику ложемента что-то нецензурное, отозвалась я. — Слай, — закрепите в грузовом «Легенды». Я выставлю коды.

— Принято, капитан…

— Думаешь, будут проблемы? — понимающе посмотрел Антон.

— Не знаю, — поморщившись, дернула я плечом. — Просто не нравится мне все это…

Спроси он, что именно… все, вряд ли бы ответила, но… Сумароков не спросил, оставив вопрос витать в воздухе, накаляя и без того напряженную обстановку.

— Капитан, «Нарото»…

Медленно выдохнув — самообладание сбоило, требуя подпитки в виде чего-нибудь ядреного, подняла еще одну внешку. То, что она стала первой в третьем десятке, отметила машинально… Привычка.

— Таши… — начал появившийся на экране Ягомо, тут же заткнувшись.

— Что? — подалась я вперед, пытаясь разглядеть, как нечто похожее на воодушевление становится холодной бесстрастностью.

— Сам разберусь, — чуть сдвинулся он, насколько поняла, собираясь закончить оказавшийся слишком коротким разговор.

— Капитан Яго… — Оборвала я себя сама. Качнула головой, отвечая на незаданный вопрос, криво усмехнулась, «поймав» во взгляде намек на сочувствие. — Действуйте по обстоятельствам…

— Вообще-то я хотел предупредить, что скоро здесь станет тесно…

Окраины. Система Сэя… Один из последних занятых домонами секторов, но все равно уже тыл. С «тесно» все это мало соотносилось, если только с запредельной дерзостью или изощренным самоубийством.

— Кто? — надеясь, что прозвучало достаточно ровно, чтобы не испугать невольных свидетелей нашего общения, спросила я.

— Ударная эскадра эрари Джориша и эскадра щитоносцев…

— Что?! — «взревела» я. — Они, что… охренели там в своем Штабе?!

— А что? — попытался «образумить» меня Сумароков. — Четыре ардона. Всем хватит…

— Антон… — протянула я угрожающе, тут же махнув рукой. Все всё прекрасно понимали…

По «тихому» не получилось, но ведь никто не отменял вариант, когда станет действительно весело.

Четыре ардона, несколько транспортов под загрузкой, с десяток доргов на дальнем контроле системы, СиЭс…

— Демоны их… — не сдержалась я, представляя, как именно будет выглядеть то, о чем предупредил капитан «Нарото». Получалось… весьма впечатляюще. — Время подхода?

— Пять двадцать, — ответил Ягомо, глядя на меня с той выверенной отстраненностью, которая в стандартной схеме взаимоотношений должна была добавлять уверенности. В нашей же с ним, скорее злила, заставляя помнить, кто — он, а кто — я.

— Задача для группы «Ворош» без изменений, — продолжил капитан, чуть заметно усмехнувшись, когда напоролся на мой понимающий, но, тем не менее, яростный взгляд. — Прикрываем ваш отход и следуем на Рикшай.

— Принято! — выдохнула я, не удивившись, что Ягомо хватило и этого. Отключился он раньше, чем я закончила привычную формулу. — Дарил, — окликнула мельтешившего на одной из внешек демона, — слышал?

— Слышал, — коротко бросил тот, даже не посмотрев в мою сторону. — Демоны их…

Про демонов это он точно. Вытащить из ледового плена малый, прикрыв его защитным полем «Тсерры», оказалось в его случае самым простым. Зацепить спецкоды идентификаторов группы Кураи-Горевски, судя по всему покинувшей район вулканической активности, им пока не удалось.

— Дарил…

На этот раз он все-таки оторвал взгляд от объемки, перевел на меня.

Дальнир постарался, приблизив лицо демона. Дал увидеть то черное, первобытное, что билось в его темных зрачках. Взбухшую усталостью кровавую сеточку капиляров… Отдававшую в зелень серость кожи…

— Я — ухожу, — четко произнесла я, прекрасно понимая, что этого парня мой тон обмануть не мог. Если только подстегнуть…

В уголках глаз веером разлетелись морщинки. Губы дрогнули лукавой улыбкой…

— Предлагаешь не грешить?

— Главное, чтобы я об этом не узнала, — кивнула я, моля всех богов этой Вселенной продлить это мгновение, растянуть его, давая нам обоим напитаться той силой, что была вот в этом… мы — вместе. Он и… я!

— Договорились, — ощерился демон, но тут же отвернулся, похоже, зацепив что-то на карте. Я уже собралась вновь заняться своими проблемами, когда он дернулся: — Внимание экипажу! Отметки СиЭс… Сектор…

— Твою… — выдохнула я, сжав кулаки. Спокойно не получалось…

— Капитан, груз закреплен!

— Принято, — рывком — хоть так сорвать душившую ярость, поднялась я с ложемента. — Сумароков за капитана…

Все ради того, чтобы вытащить Рикрейна…

— Не кипятись, — перехватил меня у телепортационного круга Стас. Сжав запястье, прижал тубу к плечу.

— Все настолько хреново? — скривившись — игла впилась в кожу практически безболезненно, но даже этого «почти» хватило, чтобы по телу рвануло ознобом, поинтересовалась я.

Повышенная чувствительность. Еще одна не самая приятная побочка тонизаторов.

— Нет, как ни странно, — отпуская, бросил Стас.

Уже собрался отойти, но теперь уже я перехватила его за руку:

— Но тебе это тоже не нравится, — впилась я в него взглядом.

Все было слишком остро… Натянуто.

— Не нравится, — подтвердил Стас, твердо глядя на меня. — На твоей ментальной карте черные зоны.

Сглотнув, на миг зажмурилась. С одной стороны — ничего страшного, с другой… Плотное общение со скайлами и самаринянами не прошло даром. Мозг под давлением их способностей менялся, подстраиваясь под иное восприятие.

— С этим можно жить, — обманчиво флегматично бросила я, разжимая скрюченные напряжением пальцы. Почти сделала шаг, но… вопрос сорвался с губ еще до того, как я его закончила, заставив остановиться там, где и стояла. — Под нагрузкой или…?

— Под нагрузкой, — несколько «утешил» Стас. — Я подумаю, что с этим можно сделать.

Кивнув — говорить больше было не о чем, подошла к кругу, поднялась…

Паскудно, но… мы влияли на них, они — на нас. Этот процесс был неизбежен.

— Капитан, капсула зафиксирована! — бросился мне навстречу Слайдер, стоило только оказаться в грузовом. От БАЗа только усилители, да «корсет», «державший» корпус. Шевелюра растрепана, глаза дикие, с воодушевлением вместо осмысленности.

Замер, глядя с таким подобострастием, что только и оставалось: пойти и застрелиться.

В десентно-штурмовой команде, включая тарса, семеро. Трое — чистых бойцов, остальные… включая того же тарса, уже давно и прочно сидят под Штормом. На «Дальнире» больше стандарта, так что чем им… грозит встреча с моим самодурством, давно известно.

Но ведь Слайдер никогда и ничего просто так не делал…

Ломать голову над тем, зачем ему понадобилась эта показуха, я не стала. Придет время…

Время…

Демоны его. Торрек!

Вспомнила я об этой… твари весьма несвоевременно. И так не знала, чем утолить душившую меня жажду боя, а тут еще и домон!

— Антон, что по четыре-два-нуль?

Пауза была короткой, но многозначительной:

— Отклика нет. Канал связи работает только на прием.

Вернется… пристрелю! Сама пристрелю, чтобы другим неповадно было!

Слайдер прищурился, словно пытаясь спросить, а вернется ли…

Вот этой мысли у меня даже не возникло!

— Слайдер со мной, остальным… — я окинула быстрым взглядом парней. Все шестеро еще в БАЗах. Щитки подняты, но лица за низкоуровневым искажающим полем выглядели размыто. — Тебе никогда не хотелось послать все к демонам и сделать так, как считаешь правильным? — спросила я Слайдера, используя личный канал командного.

— Ты о том, что бы нарушить приказ и рвануть искать потеряшек? — довольно нахально уточнил тарс.

— Именно, — вздохнула я. — Рикрейном я рисковать не могу…

— Капитан, — он встал напротив, загородив собой от остальных, — а если — «Легенда»? Ты же знаешь, я на ней…

Я — знала. Не так, как Тарас — других таких, как ангел, просто не существовало, но с Джастином вполне мог поспорить.

— Сколько уйдет на то, чтобы перегрузить? — все так же, в ограниченном, спросила я.

— Уложимся за пятнадцать-семнадцать, — так, словно мы говорили не о том, чтобы отправить его с парнями в пекло, ответил он. — Как раз успеем протестировать.

Не столько соглашаясь, сколько продолжая обдумывать, кивнула. Топливная загрузка на «Легенде» полная, по вооружению — тоже. Та самая троица Слайдера, благодаря Шторму крутившаяся рядом со мной, имела достаточную подготовку, чтобы сесть за терминалы корабля.

Оставалось только оценить риск… Для них. Для «Тсерры»…

Впрочем, а причем здесь «Тсерра»?

— Антон, текущая позиция группы?

— Принято. Текущая позиция группы…

На визоре командного рассыпались отметки кораблей. Рэст два нуля три… «Эссанди»… «Майори»… «Иллюзор»… «Нарото»…

Первые два уже прошли дальние орбиты, используя созданный нами «коридор», остальные…

«Эссанди» примет нас и пойдет вторым номером, затем, передав «Майори» будет держать сопровождение…

Рэст два нуля три встанет на поддержку «Тсерре», когда Дарил…

— Капитан, «Легенда» ляжет ниже, чем «Тсерра»… Там такая защита… — Слайдер смотрел на меня так, словно я отбирала у него любимую игрушку…

Пацан!

Мы с Дарилом должны были уходить вместе, но…

— Таши… — Слайдер надвинулся на меня, «давя» сытым урчанием усилителей БАЗа, которые он так и не снял.

— Отставить, Таши… — упершись взглядом в вымпел на «корсете» тактического костюма, жестко отрезала я.

Аронов — опытный капитан, но не в этом, новом для себя… отмороженном качестве, так что «бросать» его в подобные передряги пока не стоило. «Болело» у каждого из нас, но в нем боль все еще «кипела», не успев стать холодной яростью.

Ван Хилд…

— Работаем! — приняв решение, кивнула я Слайдеру. Развернулась, «пропустив» плотоядный оскал, заменивший у тарса довольную улыбку, и, уже направляясь к телепортационному кругу, бросила: — Приказ для Рэст два нуля три: курс…

Для остававшихся на поверхности парней мы были последней надеждой.

Это более чем обязывало…

* * *

— Капитан… — Антон подошел, встал справа от меня.

— Сссуки… — развернулся вместе с ложементом Тарас.

— Таши? — сдвинув висевшие перед ним внешки, поднялся Костас.

Когда Торрек сказал, что нас ждут, вряд ли имел в виду вот это самое…

Полная загрузка ардона — девять доргов, приблизительно соответствовавших нашим тяжелым, и до двадцати архов — ракетоносцев.

Те, что фиксировались в системе, по информации Штаба, стояли «пустыми», сбросив корабли сразу, как вошли в Сэю.

О проверке полученных от адмирала Кошелева данных я даже не подумала. Как оказалось, зря!

— Капитан, «Север-два», — выводя из замешательства, произнес Дальнир.

— Принято, «Север-два», — хрипло выдавила я. Так проколоться…

— Наташа… — Юрай появился на экране, как только безопасность выдала нужные четыре восьмерки, — мы получили приказ: вступить в бой!

Суки!

Закинув голову назад, впилась взглядом в перекрестье плит металлопластика.

К двенадцати уже имеющимся отметкам доргов плюсом еще восемь. Четыре ардона, полсотни СиЭс и почти столько же архов…

Другого слова, кроме «бойня» к тому, во что предстояло ввязаться группе «Север» и эскадре сопровождения корпуса «Миджари», подобрать было невозможно.

— Ты должна вывести «Дальнир»…

Нормально поговорить с Никольски нам так и не удалось. И ведь не сказать, что не общались. И компанией, и даже вдвоем, но все больше по делу и по разные стороны экрана. А хотелось спокойно, да под шаре…

— А вы, значит, подыхать? — перебив, не без сарказма уточнила я.

Юрай ответил недоуменным взглядом, но предпочел промолчать, дожидаясь продолжения. То ли уже слышал, что говорили обо мне другие, то ли… просто умел делать правильные выводы.

— Капитан, фиксирую отметки СиЭс, — опять вклинился в наше общение Дальнир.

Был спокоен…

— Вижу! — рыкнула я.

Никольски издевательски приподнял бровь, на миг вернув меня в давно ушедшие в прошлое дни практики, Костас, усаживаясь, довольно хмыкнул.

— А ты что скажешь? — угрожающе поинтересовалась я у Тараса, который тут же предпочел повернуться ко мне спиной.

Воспитала…

— Мам… — заискивающе протянул Юл, напоминая, что без него ни один бардак на этом корабле не обходился, — а помнишь, ты мне обещала ардон? Арина хотела посмотреть…

Запрещенный прием, но разве их это когда-нибудь останавливало?

— Два ардона, — улыбнулся Антон, подбадривающе тронув меня за плечо. Подмигнул тяжело смотревшему на нас Никольскому — к такому безобразию на мостике тот точно готов не был, и вернулся за свой терминал.

— Все четыре! — «подняла» я ставку и, прежде чем кто-нибудь ее принял, добавила: — Операцией командую я. Приказ отменяю. В бой не вступать!

Минута тишины… «Звучала» она почти, как приговор.

— Я должен сообщить в Штаб.

— Должен — сообщай, — кивнула я, выдержав взгляд Юрая, — но если группа вступит в бой без моего приказа…

— Принято! — Никольски возражать не стал, просто исчез с экрана.

Мне должно было стать легче…

Наклонившись вперед, уперлась ладонями в край терминала. Медленно выдохнула. Сейчас бы хоть одна, но хорошая новость…

Хороших новостей пока что не было.

«Легенда» ушла к «Тсерре». Там же крутился Безымянный, как мы обозначили малый крейсер поддержки, на борту которого находился парень из команды Олиша-Горевски. Александр Кабарга… Имя знакомое, вот только откуда?

Четыре-два-нуль, выполнив первую из двух поставленных перед ним задач, на связь больше не выходил. Рэст два нуля три держал курс на «Тсерру»…

— Запрос на «Нарото». Время подхода ударной Джориша? — выпрямилась я, окинув командный невидящим взглядом. Вроде и вот оно… все знакомое, привычное, но…

Эту войну я возненавидела задолго до того, как она началась!

— Принято, запрос на «Нарото», — отозвался Костас. Легко, без малейшего намека на надрыв…

Если это было верой…

— СиЭс… Удаление…

— Идут на вторую точку…

«Тсерра», «Легенда» и Безымянный, — перевела я слова Антона.

Я должна была вывести «Дальнир».

Я не могла отдать на растерзание «Тсерру».

Я не хотела даже думать о том, сколько кораблей останутся мусором на орбите этой паршивой планеты, если не произойдет чуда.

Я знала, кто мог им стать, но…

— Капитан, аркон Андриш передал: принято. Без приказа в бой не вступать…

Ну, хоть кто-то…

Сейчас бы опять про облегчение, но…

Семь точек — группа «Север». В эскадре сопровождения корпуса «Миджари» два щитоносца и четыре карваты — тяжелых крейсера. Ну и мои… При худшем раскладе можно списывать все… Поддержку они вряд ли дождутся.

А если без худшего…

Гравитационный лифт. Низкоорбитальная платформа с шестью погрузочно-разгрузочными терминалами. Три транспорта на стыковке, еще два на ближнем контроле. На прикрытии ардон и СиЭс…

Взрыв демкаша «выбивает» ИР. СиЭс лягут полностью — количество зараженных эктонов на этом удалении вывалится за восполнимые потери, расчетное время восстановления системы для ардона десять-двенадцать минут…

Десять-двенадцать минут, когда корабль-матка будет полностью беззащитен…

А ведь нам всего лишь надо было тихо прийти и так же незаметно уйти…

— Капитан, «Нарото». Время подхода — три пятьдесят. Идут на форсированной.

— Принято, три пятьдесят… — отозвалась я, продолжая держаться взглядом за объемку.

Я должна была увести «Дальнир», но оставались «Тсерра» и пятеро парней там, на поверхности…

«Легенду» мы сбросили сорок минут назад. Еще не критично, но уже можно задаваться вопросом: а есть ли кого спасать?

А если все еще есть?!

— Связь на «Эссанди», — приказала я, остро чувствуя эту грань между риском и… риском.

Шарики планет, рассыпанные вокруг огрызающейся протуберанцами звезды. Контуры орбит. Кривые линии гравитационной напряженности… Отметки кораблей…

— Капитан, «Эссанди»…

Закончить я ему не дала, жестко посмотрев на глядевшего на меня с экрана Сумарокова:

— Попробуешь рыпнуться, и это будет твой последний полет в качестве капитана…

— Принято, лидер-капитан, — улыбнулся он. Похоже, от неожиданности. — Моя задача…

— Рэя, — заметив мелькнувший на заднем плане фиолетовый плащ, окликнула я бывшего акрекатора, а ныне первого помощника, — не справитесь, пристрелю обоих…

— Хорошее начало, — сдвинула она свой ложемент, «втискиваясь» в зону визуализации. — Карин, слышал?

— И ведь пристрелит! — без малейшей нотки осуждения бросил невидимый Йорг. — Я не знаю, о чем идет речь, но точно придется постараться.

— Клоун! — довольно фыркнула Рэя, покосившись на Аронова.

Трудно им было, но…

У Сашки подобрался хороший экипаж, всего-то и нужно — просто притереться друг к другу.

— И что мы должны сделать? — все с той же… кажущейся беспечной улыбкой, уточнил Сашка. — Вписаться в череду невозможного группы «Ворош»?

— Угадал, — радуясь этой маленькой, но уже победе, кивнула я. — Вы завалите ардон.

— Мы… что?! — подался он вперед. Выражение лица изменилось, но не так, как я ожидала. Никакой серьезности, сплошная одухотворенность.

— Завалить ардон? — поднялась с ложемента Рэя. Подошла к Аронову: — А я тебя предупреждала: учи матчасть. Долго в запасных не продержат.

Следующая реплика меня не сказать, что удивила, но гордиться Рэей точно заставила:

— Чуть что, сразу — предупреждала…

Рэя довольно подмигнула, мол, я же говорила…

И ведь, действительно, говорила. «Воспитание» Эссанди самаринянка взяла на себя и пока что успешно с этим справлялась.

— Так что там с ардоном? — проигнорировал их перепалку Сашка.

Прежде чем ответить, сбросила раскладку с планом, который обсуждали с Торреком. Потом дала еще пару минут на осмысление, глядя, как борятся друг с другом два Сашки Аронова.

Один — тот, бесшабашный, легко соглашающийся на авантюры лишь потому, что он — мог, а другие — нет, получивший свой… волчий билет, но все равно готовый, если потребуется, переступить через пункты и параграфы.

И — этот, узнавший цену потерям…

— Что скажешь? — посчитав, что для выбора времени было более чем достаточно, поторопила я.

Тот с ответом не задержался. Выпрямился в пилот-ложементе:

— Скажу, что я — твой, — как-то… довольно улыбнулся он.

— Хорош! — кивнула я, оценив предоставленную на изучение фактуру.

И ведь действительно хорош… Крепкий. Ладный. Уже не мальчишка — мужчина…

— Таши?

— Выходишь на точку и ждешь приказ, — резко бросила я, отключаясь.

Сентиментальность…

Чем-чем, а сентиментальностью это точно не было. Если только осознанием, что мы — изменились, приняв законы новой реальности. Стали жестче, тверже, категоричнее…

Мы — изменились, но остались прежними, вопреки этим самым законам.

— Капитан, «Тсерра» вошла в зону ближних СиЭс…

— Капитан! — не дал мне ответить вопль Слайдера. — Есть идентификатор! Координаты…

— Демоны их…! — не без задора вырвалось у Антона.

Тарас шевельнулся в ложементе, словно готовясь…

А я… А я вдруг поняла, чему учил меня капитан Дарфин, заставляя вновь и вновь выходить за рамки стандартных схем, не теряясь в границах вот таких, лежавших за пределом задач.

Ответственности!

Не за всех сразу, за каждого…

* * *

«Дальнир», «Тсерра», «Эссанди», «Нарото», «Рэст два нуля три», «Хаиш», «Эксани», «Майори», «Райбери-2», «Барси», «Айлари», «Паджер», «Иллюзор», «Истори»…

Семь кораблей группы «Север». Шесть — в эскадре сопровождения корпуса «Миджари».

Пять красных вымпелов, девять — оранжевых и три среди необратимых при раскладе, когда могла потерять всех.

Один…

Один — в списке пропавших без вести. Выполнив задание четыре-два-нуль в состав группы не вернулся.

— Эрари Джориш, — я не отвела взгляда, продолжая спокойно смотреть на стоящего напротив меня самаринянина, — риск проведенной операции считаю оправданным. В сложившихся обстоятельствах…

— Сложившиеся обстоятельства вполне тянут на трибунал, — ровно и безэмоционально оборвал он меня.

Испугаться я не успела:

— Служба безопасности взяла ситуацию на контроль, — «успокоил» меня не посчитавший нужным представиться адмирал. — В любом из двух случаев: халатность или намеренное искажение данных, виновные понесут соответствующее наказание.

Так просто…

— Я должна была проверить информацию Штаба, о чем и указала в своем рапорте, — сочла нужным заметить я.

Торрек, Джастин, Хорс… Экипаж «Хаиш», который мы не успели поднять…

В поисково-спасательной операции отказано…

Основание… Основание было веским. Спасать в том, что теперь творилось на орбитах Гимли, было некого.

— Прошу меня простить, — проигнорировав мои слова, обратился адмирал к эрари Джоришу, — но… служба.

Развернулся… весь такой щеголевато-подтянутый. Направился к выходу из кают-компании… Шаг легкий, пружинящий…

— Вы сделали больше, чем могли, — подал голос присутствовавший здесь же капитан Дарфин.

— Больше чем могла… — повторила я, глядя, как входит в пазы закрывшаяся за адмиралом створа двери. — Господин эрари, я могу покинуть борт «Рэйкама»?

Капсулу с Рикрейном мы передали подошедшему в сопровождении шести «Закатов» курьеру. Он же забрал и группу Олиша-Горевски, которую подняла «Тсерра».

Мы — справились…

Вопрос: чего нам это стоило, отдавал ненужной сейчас сентиментальностью.

— Лишь после того, как закончим разговор, — Джориш снял плащ, бросил его на спинку кресла. — Капитан Дарфин, прошу оставить нас одних, — все так же отстраненно произнес эрари, подходя к тактическому столу.

«Дальнир», «Тсерра», «Эссанди», «Нарото», командный «Рэйкам», «Ирхачи», тот самый курьер с сопровождением и два крейсера самаринян.

Основная часть группы «Ворош» при поддержке четырех оставшихся в строю кораблей эскадры корпуса «Миджари» ушла на Рикшай, базу в секторе скайлов, которая должна была стать местом нашей дислокации.

— Смотри! — приказал Джориш мне, как только Дарфин выполнил его просьбу, покинув кают-компанию.

Сектор на объемке сменился, выдав иную картинку. Система Сэя…

— Два ардона, восемь доргов, пять транспортов, больше тридцати архов и два десятка СиЭс, производство демкаша…

— Наши — ардон, пять транспортов, дюжина СиЭс и два дорга, — уточнила я, ратуя за справделивость. Со всеми остальными разделались подошедшие эскадры скайлов и самаринян.

— Тебе этого мало? — вроде как удивленно протянул Джориш.

«Торрек, демоны тебя, уходи! Уходи…» — кричала я, зная, что не ответит.

И молила… только вернись! Только…

— Просто надеюсь, что оно того стоило, — сухо ответила я. — Вы хотели поговорить, господин эрари… Я слушаю вас.

— Хотел… — задумчиво глядя на меня, ответил Джориш. Моего «вы» он словно и не замечал. — Но только не поговорить, а кое-что показать. Но прежде…

Он обошел тактический стол, остановился напротив… Не Искандер. Не Индарс…

Назвать его врагом язык не поворачивался, другом…

— Твое безрассудство стоило мне седых волос…

— Что? — не поняв… не поверив, переспросила я.

Взгляд скользнул по лицу… Уставшему лицу…

— Вот так уже лучше, — как-то… безлико улыбнулся Джориш, разворачиваясь к объемке. — А теперь — то же самое, но уже внимательнее.

Картинка над тактическим столом укрупнилась, оставив в своих границах лишь кусок планеты, висевшую над ней погрузочную платформу, кисею протянувшегося с поверхности гравитационного лифта и прикрывавшие их корабли.

Я только и успела, что зацепиться взглядом за отметку четыре-два-нуль, замершего на курсе атаки, как все сдвинулось… потекло… прошлым… настоящим…

— Капитан, «Легенда» на борту… Уходим…

— Демоны тебя… Рэст два нуля три…

— Капитан, фиксирую двойной ракетный залп… Четыре-два-нуль…

— Принято! Двойной ракетный залп… «Эссанди» обратный отсчет…

— Принято, лидер-капитан, обратный отсчет… Рэя, ты помнишь, нас обещали пристрелить…

— Откуда у вас наши записи? — холодно спросила я, заставляя себя не потеряться в тех… мгновениях, когда все еще могло оказаться иначе.

Могло, но…

— Адмирал Соболев попросил капитана Дарфина сделать первоначальное заключение по вашим действиям в системе Сэя, — остановил запись Джориш. — Хотите узнать, каким оно было?

В ответ — качнула головой.

Разве сейчас это имело хоть какое-то значение?

— Зря, — едва ли не по-свойски посетовал эрари. — Тем более что заслужить похвалу капитана не так-то просто.

— Тех, кто погиб, это не вернет, — равнодушно бросила я, продолжая вглядываться в объемку.

Позиции кораблей, цветной узор линий, цифровые показатели… Через сто двадцать секунд это больше не выглядело столь умиротворенно.

— Не вернет, — без малейшего намека на эмоции, согласился со мной Джориш. — Но я хотел показать тебе кое-что другое…

Картинка вновь ожила, сдвинулась, пропустив отметку, когда стало поздно…

Момент для атаки Торрек выбрал идеально. Первая ракета сбила состыковавшуюся с платформой капсулу лифта. Вторая уничтожила загрузочный терминал одного из транспортов.

Все остальное доделал демкаш…

Черная сфера расползлась, затирая теряющую свою глубину темноту космоса. Укрыла собой россыпь звезд, хороня их небытием, ломая тот порядок, что казался незыблимым…

Потом, вспухнув очередным взрывом, потекла вниз, расцвеченная огнем сгорающих в атмосфере конструкций, который не смогла поглотить. Выплеснулась щупальцами, прокатилась волной…

— Вот! — Джориш вновь остановил запись. — Двенадцать минут после атаки четыре-два-нуль…

Фильтры убрали лишнее, оставив лишь главное — отметки кораблей и показатели напряженности гравитационного поля. «Дальнир» проскочил средние, «Тсерра», под прикрытием Ван Хилда шла по самому краю застывшего пятна — границы излучения демкаша. Двенадцать СиЭс, чьи вымпелы ИР «Дальнира» выставил белым — полная потеря управления, ардон…

— Если провести экстраполяцию возможных курсов четыре-два-нуль, — продолжил Джориш, заметив, как меняется мой взгляд, — то его отметка должна была быть здесь, — он ткнул пальцем в окрестностях позиции «Тсерры», — здесь, — рука переместилась правее и вниз, — или… — ладонь ушла выше, к ардону, — здесь. — Но ни на одной из точек корабля нет.

— И что это значит? — посмотрела я на Джориша. Нет, не с надеждой — считала, что этот не тот случай, когда стоило говорить о надежде, с вопросом.

— Это значит, что четыре-два-нуль просто исчез, — все с той же отстраненностью удовлетворил мое любопытство Джориш. — И произошло это в течение этих самых двенадцати минут, когда излучение демкаша забивало все остальные данные.

— И у тебя есть версия, — нахмурилась я, догадываясь — все уже сказанное было лишь предисловием к тому, что мне предстояло услышать.

— Есть, — Джориш отошел от тактического стола, присел в кресло, на спинке которого висел его плащ. — Я предполагаю, что в секторе находился еще один корабль. Максимальная защита… Чтобы поднять СиЭс на борт нужно четыре-шесть минут…

— Максимальная защита, говоришь?! — повернулась я к нему. Потом вновь посмотрела на объемку…

Мстившая людям планета…

Чувствительность сканеров у поверхности снизилась практически наполовину, поднявшись до семидесяти процентов от нормы лишь, когда мы добрались до нижней орбиты. Собственных данных для принятия решений не хватало, брали на обработку не только со сброшенных нами же буев, но и с других кораблей группы.

— И тогда остается вопрос: чей? — признала я, что версия нахождения в секторе еще одного корабля выглядит вполне жизнеспособной.

— И тогда остается вопрос: кому это выгодно — лишить тебя опекуна? — поправил меня Джориш. Взгляд был все таким же… отрешенным, но вот теперь я уже не обманывалась.

Спокойствие бывшего лиската…

— Решение использовать четыре-два-нуль…

— Решение использовать четыре-два-нуль было вполне просчитываемым, если знать о его существовании и понимать, как именно ты действуешь в безвыходных ситуациях, — оборвал он меня. — Как и то, кто войдет в состав экипажа.

— Интересный расклад… — качнула я головой, признавая его правоту. Не полностью — как один из возможных вариантов, но… — И что дальше? — сложила я руки на груди.

Паскудно…

Друг. Враг…

Если Джориш был прав, то меня опять разыграли.

Кто? Ответ на этот вопрос был очевиден. Кангор Аршан…

— Дальше? — вальяжно развалился он. — Дальше я мог бы, например, признать тебя своей кайри.

— Неплохо, — без малейшего намека на сарказм, кивнула я. — А как же быть с тем вариантом, когда этот самый неизвестный корабль под максимальной защитой, принадлежит самаринянам?

— Вряд ли, — с прищуром, словно заново узнавая, посмотрел на меня Джориш, — но вероятность этого имеется.

— Значит, кайри отменяется, — зло ухмыльнулась я, чувствуя, как грудь разрывает от ненависти к себе, к нему… пытавшемуся вернуть мне не самообладание — ту Таши, которую я в очередной раз потеряла, заблудившись среди звезд.

— Тогда ты можешь выйти замуж, — легко сделал он следущее предположение. — Дарил не откажет, а с императорским родом демонов мало кто захочет связываться. В здравом уме…

— Подставить друга… Нет! — качнула я головой. И повторила, ставя точку: — Нет!

— Значит, Аршан найдет способ сделать тебя своей. Хочешь ты того или нет, — поднялся Джориш. Если бы не позволил увидеть, насколько готов рвать и крушить, я бы и не заметила, но… он дал, предупреждая, что и жрецы самаринян иногда теряют выдержку.

— А если есть еще один вариант, — вздохнула я, опуская руки. Открываясь… разделяя с ним свое одиночество. — Тот, которого никто не ждет.

Только вернись! Только…

— Я слушаю, — Джориш не шевельнулся, но я «ощутила», как меня… укрыло, согревая, его поддержкой.

Враг… Друг…

Мы просто были с ним похожи. Тем, что хотели большего, чем мог предложить нам этот мир.

— Торрек признал меня своей аллерой. Если об этом станет известно…

— …когда об этом станет известно… — уже не в первый раз поправил он. И… добавил, веско, принимая мое решение: — Я об этом позабочусь.

Враг… Друг…

У них это называлось — ближний круг. Когда начинаешь безоговорочно верить.