— Опять дождь, — Валенси, толкнув дверь, вышла на террасу, плотнее закуталась в шаль. — Давно пора снегу…

— Как раз под настроение, — поморщившись, отозвалась я, переступая порог и отходя к перилам, огораживавшим небольшую площадку перед домом. Дерево было чуть шершавым и влажным.

Наклонилась вперед… ветер кинул в лицо россыпь капель, охладив кожу:

— Я иногда думаю: ради чего все это?

— Ради чего? — повторила Вали. — Вопрос для разговора под бутылочку тарканского.

— Так бесполезно, — намекая на спецботы, попыталась я усмехнуться… не получилось. — Извини, не вышло из меня приятной собеседницы.

— И кто тебя так? — подойдя, встала она рядом.

— Идем-ка в дом, — нахмурилась я, развернувшись к подруге. Сама была в форме — термоконтроль не дал бы замерзнуть, а Валенси в домашнем платье. — Не хватало еще простыть!

— Ты не ответила. — Мою заботу она просто проигнорировала.

Из нас двоих Валенси Шуэр была старше.

Это только казалось. Последние полтора года окончательно избавили меня от иллюзий, не то, что бы лишив жизнь красок, но сделав ее острее. И… жестче, бескомпромисснее.

Или… или!

Валенси в ее прошлом удалось остановиться на краю пропасти, признав, что борьба с тварями не женское дело. Я же в нее рухнула. И теперь падала… падала… падала…

— Список будет длинным, — грустно улыбнулась я. — И не обращай внимания, это только усталость.

— Ты кого пытаешься обмануть? — огорченно качнула она головой.

— Себя! — согласилась я с ней. Повторила: — Идем в дом. — Дожидаться ответа не стала, направилась к двери. — Ты обещала тарканское.

— Любимое вино Римана, — чуть слышно произнесла она за спиной. — Ты так и не отвечаешь на его вызовы?

— Нет, — твердо ответила, входя в комнату. — Мне нечего ему сказать.

— Ты ведь любишь… — не вопросом, утверждением выдохнула Вали.

Оглядываться не стала, и так знала, с каким выражением лица она смотрела на меня. Не осуждая — нет, но и не сочувствуя. Просто понимая вот этот сволочизм, для которого кроме долга был только… долг.

— Я — беременна, — неожиданно сказала она, заставив меня застыть… захлебнувшись вздохом. — Вано еще не знает…

Мы говорили о войне, о предательстве, о… Ей хватило двух слов, чтобы все это стало мелким, неважным…

— Ты — беременна?! — я развернулась резко, не позволяя себе думать. Все мои мысли сейчас не имели значения, только будущий ребенок. — Валенси…

Она стояла, прислонившись к косяку двери, и жалобно смотрела на меня:

— Я — дура?

— Ты… — я бросилась к подруге, прижала ее к себе, не понимая, чего мне хочется больше: кричать от радости или… боли.

Я тоже могла быть…

— Я… — всхлипнула она. — Я не собиралась…

— Помолчи, — отстранившись, с улыбкой попросила я ее. Подтолкнула, заставляя войти внутрь, закрыла дверь. — Просто помолчи.

— Это так неожиданно, — вздохнула Вали, продолжая испытующе смотреть на меня. — Я просто забыла обновить имплант…

— Ты точно дура, Валенси Шуэр, — расхохоталась я. — И не потому, что забыла обновить имплант.

— А почему? — решила она меня «добить».

Моя бывшая наставница! Глава одного из самых солидных информагенств!

— Потому что будешь матерью! Все остальное — неважно!

— Тебе легко говорить, — посмотрела она на меня исподлобья.

Эта женщина была просто невыносима!

— Вали, — перехватив за запястье, я потянула за собой. Остановилась у ее любимого кресла, стоявшего рядом с камином, — не зли меня!

Кивнуть-то она кивнула, но я видела по глазам, как Вали продолжает бороться с самой собой.

В чем-то она была права — не время, но… оно всегда не время.

Сказать о своей любви.

Просто помолчать, сидя рядом с дорогим тебе человеком.

Быть беременной…

— Интересно, будет мальчик или девочка? — лукаво подмигнула я ей. — А? Мамочка!

— Элизабет! — угрожающе качнула Валенси головой.

— Что? — мягко отступила я назад. — Уже думала, как назовешь?

— Я с тобой… — возмущенно начала она, но тут же замолчала, заметив, как на моем комме вспыхнул дисплей.

Командный интерфейс я отключила, чтобы не мешал отдыхать.

— Извини, должна ответить, — отошла я в сторону, чтобы Вали не попала в зону визуализации. — Да, Николя.

— Для Главного-три вызов по коду «экстра». Катер выслан, — четко ответил Валев. Сдвинулся, позволив увидеть расцвеченную красным оперативку за его спиной. — Лиз, тут чехарда… — продолжил он, извиняясь.

— Принято, код «экстра», — кивнула я, сворачивая внешку и активируя командный. — Вот тебе и тарканское, — пожала плечами, поворачиваясь к подруге.

— Все, как обычно, — философски заметила она. — Значит, Вано можно не ждать.

— Я бы не говорила так уверенно, — улыбнулась я ей. — По возможности сразу отправлю домой.

— Не стоит, — Вали подошла ко мне. — Поговори с Риманом.

И куда только делась та растерянная Валенси, которой она была всего лишь несколько минут назад. Впрочем, я и тогда не особо заблуждалась. Шуэр есть Шуэр. Этим все сказано.

— Нам так проще. Обоим, — возразила я. — Да и что я ему скажу?

— А разве ему нужно что-то говорить? — вопросом на вопрос ответила она. — Ему будет достаточно увидеть.

— Не уверена, — вздохнула я. — И не надо о нем, — заметив, что Вали собирается высказать и на эту тему, поспешила сказать я. — Все и так слишком неоднозначно.

— Ты о Геннори? — ее взгляд «дернулся», говоря больше, чем могли сказать слова.

Геннори Лазовски, полковник, глава Отдела стратегических операций при Штабе Объединенного флота Галактического Союза, и мой все еще муж, был когда-то и ее начальником.

— О нем, — подтвердила я то, что Валенси и так знала.

Чьим было то предательство, после которого я едва не сломалась: его или моим, не разобрать, но факт оставался фактом. Я жила в своей старой квартире, но мы были все еще женаты. И я носила его фамилию.

Вряд ли это могло связать то, что разорвано, но сделать последний шаг в отношениях никто из нас не торопился.

— Хочешь, я скажу тебе…

— Не хочу, — остановила я Вали, догадываясь, о чем она могла сказать. О том, что они — мужики, а я…

Я была помощником директора Службы Маршалов, начальником отдела оперативного поиска. Ну и главой одного из аналитических секторов новой структуры, у которой было весьма громкое название — Координационный совет оперативного реагирования.

— Ладно, — махнула Вали рукой, забираясь в любимое кресло и укрывая ноги шалью, которую скинула с плеч, — считай, что ты меня уговорила. Но Вано — ни слова.

— Как скажешь, — кивнула я, окидывая комнату быстрым взглядом.

Все знакомо и… словно видела в первый раз. Довольно грубый деревянный стол. Глиняная ваза со скромными осенними цветами. Шкаф с книгами. Диван… тяжелый, массивный, с забытым в углу полосатым пледом. Темный пушистый ковер…

Загородный дом Валенси находился в небольшом поселке. Как раз на полпути между Новетерро — столицей Земли, и базой Кошево, где расположились и ОСО и Координационный совет.

Но это — если знать или… помнить. А если позволить себе забыть, то можно и раствориться в тишине этого кажущегося иллюзорным мира.

Лес, который начинался прямо за оградой. Неподалеку река с песчаным берегом…

— Ты права, хочется снега, — встретилась я взглядом с Валенси, которая все это время разглядывала меня из своего убежища. — И чтобы с горки. И снежки…

Ответить она уже не успела.

Светом фар от опустившегося на площадку у дома катера мазнуло по окнам, ставя точку в этом разговоре.

Тишина и покой были не для меня…

* * *

— Что у нас? — вызвала я Валева, как только катер взлетел. Второй — сопровождения, даже не садился, прикрывая с воздуха.

Предосторожности. Я начала привыкать к тому, что каждый мой шаг жестко контролировался соответствующими службами.

— Попытка проникновения на территорию энергораспределительного терминала в Дербиши. Четверо убиты, трое — ранены, — доложил он с экрана.

На меня не смотрел, продолжая «держать» данные на поднятых вокруг него внешках.

Прежде чем задать сакраментальный вопрос: а причем тут мы, дала запрос по этому самому Дербиши. Ответ ситуации не прояснил — небольшой наземный космопорт, работавший на комплекс для переработки сельхозпродукции. Единственное, что смутило, внутренний код, под которым значилось производство в реестре. Госзаказ. Военные поставки.

— И причем тут мы? — была вынуждена спросить я.

Николя на миг оторвался от своего занятия… Во взгляде кроме укора ничего не было.

— Хочешь сказать, что засветился кто-то из наших? — нахмурилась я. В списке бегунков, по которым сейчас работали, остались лишь отъявленные негодяи.

— Барберян, — вернувшись к внешкам, подтвердил мое предположение Валев.

— Кто?! — вскинулась я.

Не потому, что забыла, скорее уж наоборот. Слишком многое сразу вспомнилось, слишком многое вернулась, пробившись сквозь стену, которую я воздвигала последние месяцы между собой и собственным прошлым.

Бывший вояка, десантно-штурмовая группа. Под дурью убил нескольких сослуживцев, бежал, прибился к наемничьему легиону. Памятный мне «Фратеко», но в более современном варианте: диком, озверевшем от безнаказанности и не чурающемся значительно более грязных заказов, чем охрана и сопровождение.

В розыске — девять стандартов. До этого случая в Союзе замечен не был, но в других секторах наследил серьезно. Безбашенный, без тормозов.

— Барберян, — без малейшего возмущения повторил Валев. — Взяли по ДНК. Абсолютной уверенности нет, но порог восьмидесяти процентов прошел.

— Принято, — выдохнула я, заставляя себя успокоиться. — Свяжи меня с Балагуром.

Моего заместителя, Шаиля Ханаза, по имени никто не называл. Как появился в сетке его позывной — Балагур, так и приклеился. Шаиль и не спорил. Этот был значительно лучше, чем два, которые идентифицировали его среди тех самых, вновь всплывших наемников.

Первым было Сабен — так в спецподразделениях называли специалистов широкого профиля, вторым — Ловец, за выслеживающую структуру, которая отчетливо фиксировалась в его пластике.

— На связи, — ответил тот буквально через секунду, появившись на втором экране.

— Докладывай, — потребовала я, обойдясь без расшаркиваний.

Наши отношения с ним продолжали оставаться сложными. Внешне не придерешься — без лишних формальностей, но за кем из нас последнее слово, он не забывал.

Но вот что пряталось за этим… Его прошлое… Мое прошлое… Контакт со своим бывшим сослуживцем, где меня взял Скорповски, дал именно Ханаз. Тот факт, что просчитать подобный вариант при том недостатке информации было просто невозможно, принимать он отказывался.

Что я, как и он сам, давала присягу, клянясь стоять на страже, защищать… до последней капли крови, тоже.

— Докладывать пока нечего, — ответил он. — Буду на месте через сорок минут.

— Принято. Если что…

— Ты узнаешь об этом первой, — без малейшего намека на улыбку кивнул он и отключился.

Не самые лучшие мгновения. Уже не там, еще не здесь.

Заставив себя расслабиться, откинулась на спинку сиденья. Девять минут… Мне надо было продержаться девять минут, чтобы мысли о беременности Валенси, Римане, Лазовски, перестали терзать, уступив место другим проблемам.

Служба была лучшим лекарством от любви. По крайней мере, для меня.

— Вошли в зону дальнего контроля, — разрушил мое одиночество голос офицера охраны. — Код прохождения зеленый.

— Принято, — отозвалась я. — Запросите стапель на двенадцатом.

Ханаз опять будет недоволен…

Насладиться мелочной, но местью, мне не удалось:

— Запрет по стапелю на двенадцатом. — Я услышала, как он вздохнул: — Повышен уровень по угрозе.

А вот это было уже интереснее…

— Принято, — машинально ответила я, переключившись. — Николя, — не без угрожающих ноток вызвала я Валева, — ты ни о чем не забыл доложить?

Тот посмотрел на меня с внешки с детской обидной… На долю секунды почувствовала себя извергом, пока не вспомнила, с кем именно имела дело. Там, откуда он попал ко мне, невинных и беззубых не держали.

— Никаких разъяснений нет, — выдержав мой взгляд, четко отрапортовал он.

— Николя…

— Тебе лучше связаться со Злобиным. Или… — поторопился он исправиться, — с генералом Орловым.

— Даже так, — задумчиво прикусила я губу. — Покушение?

Прежде чем ответить, Валев прошелся взглядом по оперативке…

Чистая показуха! Пусть на ней и краснело, но процесс, запущенный опознанием ДНК, лишь набирал обороты. Любая система инертна, пока сдвинешь…

Что-то, конечно, шло по накатанной — все схемы давно разработаны и утверждены, но это как раз тот самый, подготовительный этап, когда обходится без необходимости принятия нестандартных решений. Пока команды пройдут по цепочке, пока раскачаются соответствующие службы…

Полчаса тишины в запасе у нас имелось.

— СБ не допустило, связали два и два, но…

— Но на всякий случай дали команду перестраховаться, — перевела я его «но». — Кто?

— Меня зароют живым, — попытался отшутиться Николя. Вот только взгляд оставался напряженным.

— Полковник Лазовски, — поморщилась я, практически не рассчитывая, что Валев опровергнет мою догадку.

Он — промолчал.

— Ближний контроль — зеленый. Главный стапель.

— Принято, — ответила я офицеру. Ближний… пара минут, и я на месте. — Дай запрос на Орлова, — попросила я Николя. — Связь по прибытии.

— Сделаю, — не по уставу отозвался он, переключаясь на командный. На тот случай, если вдруг…

«Вдруг» я не прогнозировал. Опыт. Не абстрактный — тот, который назывался чутьем.

Появление Барберяна оставалось для меня сомнительным. Восьмидесятипроцентной рубеж идентификации ничего не значил, ни с теми корректорами ДНК, которые без особого труда можно приобрести на черных рынках Окраин. Вот если в комплексе, включавшем биологию, голосовые идентификаторы, пластику…

Про комплекс предстояло выяснить Балагуру.

Катер лег мягко, боковая дверь ушла вверх…

— Госпожа Лазовски!

Меня уже ждали. Действительно, усиление. Обычно сопровождали двое, сегодня было пятеро.

— Расслабьтесь, — недовольно буркнула я, принимая у старшего — Марвела Грони, набедренную кобуру. — Кто на контроле?

— Главный-четыре, — подавая парализатор, ответил тот. — В воздухе пахнет грозой, — склонился ниже, словно проверяя, как я затянула опоясывающий бедро ремень.

Один из заместителей Эдуарда Эскильо.

С Эдом мы начинали вместе стажерами, потом делили на двоих кабинет… Один из немногих, кому я доверяла, доверяю и… буду доверять, что бы ни случилось.

После всего, через что нам пришлось пройти…

Как же давно все это было!

— Я о чем-то еще не знаю? — так же тихо уточнила я.

— Никто ни о чем не знает, — эхом отозвался он, выпрямляясь. — Главному-четыре, главного-три приняли.

В воздухе пахло войной. Про грозу Марвел ошибся.

Еще год назад о подобных предосторожностях мы даже не слышали, теперь они стали обыденностью.

Причина была не в том, что в нашем контингенте начали преобладать законченные отморозки, хоть и это тоже сказывалось. Основным фактором изменений в структуре охраны стал несанкционированный слив. Несмотря на все усилия, скрыть информацию о том, что Служба маршалов частью своих структур вошла в Координационный совет оперативного реагирования не удалось. Да и мое имя после ареста Скорповски стало слишком известным в определенных кругах, что тоже не радовало.

Умом понимала — все к этому и шло, но вот принять… Я продолжала помнить о том времени, когда все выглядело иначе.

Мысли, как это обычно и бывало, оказались не о том…

А что было… о том?

Закрывшаяся дверь лифта, ведущего в сектор моего отдела, оставил этот вопрос без ответа.

Уже далеко не в первый раз…

* * *

Все четко, спокойно, слаженно… Словно и не работали по коду «экстра».

Впрочем, сиди на трех тройках, и то обошлось бы без суеты. Все натасканы, слов не надо.

— Что по Балагуру? — активируя свой терминал в оперативном зале отдела, спросила я у Николя.

Звачек, так и оставшийся у меня координатором, занимался своими прямыми обязанностями — координировал.

Что скрывалось за этим термином, мы все знали — попытки найти компромисс там, где он существовал лишь чисто теоретически. Территориальные службы порядка и местная охрана не всегда сразу понимали, за кем приоритет в действиях при подобных обстоятельствах, так что приходилось объяснять. Иногда довольно жесткими методами…

— Время прибытия — девятнадцать минут, — перебросив мне последние данные, ответил Валев. — Вано держит для тебя зеленый на генерала.

Прежде чем дать добро, пробежалась взглядом по сводке.

Сто двенадцать фамилий. Это те, кто в активной разработке. Полгода тому назад было меньше тридцати…

Семь маньяков союзного значения, которых мы забрали с периферии. Правила звучали категорично — тридцать шесть месяцев с момента подтверждения статуса преступления. Сами не справились, стало нашей заботой.

Двадцать восемь — особо тяжкие. Трое сбежали из мест заключения… Отдельная история с кровавым следом, который тянулся за ними.

Все остальные — относительно новый для нас контингент. Не по самому наличию — приходилось работать и раньше, по тому, что стояло за кодами в файлах сопровождения. Бывшие наемники и вояки, так или иначе связанные с антиправительственной организацией «За будущее Галактики», одну из ячеек которой мы разгромили благодаря аресту Скорповски.

Увы, в борьбе с этой многоголовой гидрой нам удалось выиграть сражение, но не войну.

— Давай Орлова, — приказала я, остановившись на номере сто тринадцать. Барберян появился в списке час назад, на одну увеличив количество наших проблем.

— Принято, — посмотрев искоса, ответил Валев.

Защитное поле вокруг моего кресла поднял тоже он. Оправданная предосторожность — стиль общения с когортой из трех генералов — Орлова, Ежова и Злобина, я переняла у Шторма. Не в плане панибратства, в плане равнодушного отношения к чинам и заслугам.

Соединение прошло практически мгновенно, а вот кодировка затянулась, словно давая время передумать. Я бы и хотела, но происходящее вокруг Лазовски нравилось мне все меньше.

— Прекрасно выглядишь, — Орлову хватило одной фразы, чтобы сбить с боевого настроя. Когда я качнула головой — пора бы уже принять, что в подобных играх генерал стоял на несколько ступенек выше, но я все равно пыталась оказаться рядом, усмехнулся: — Это опыт, Лиз. Опыт.

— Опыт?! — протянула с издевкой. Скорее привычка, чем реальная злость. — Николай Сергеевич, генерал ты мой дорогой, скажи, пожалуйста, это кто такой умный придумал использовать Лазовски вместо живца?!

— Ты о чем? — нахмурился Орлов, вроде как совершенно меня не понимая.

— За последние два месяца третье усиление. Причина та же — Лазовски.

— Лиз… — вздохнул Орлов. Не генерал, а Николай Сергеевич Орлов. Просто человек. Просто друг. Просто…

Я прекрасно понимала, что среди этих ребят «просто» не бывало, но иногда получалось обманываться.

— Хочешь сказать, что его идея? — надеясь, что ошиблась, перевела я удрученный взгляд на генерала.

— Он на виду, — весьма обтекаемо, ответил тот, пусть и косвенно, но подтверждая мое предположение. — Грех не воспользоваться.

Тактика была знакома. И даже слишком хорошо.

«… полноценно отрабатывал складывающиеся ситуации, выжимая их до капли».

Эти слова относились не только к Шторму, которому были посвящены. К нам всем. При внешнем благополучии, опоры в виде незыблемой уверенности в себе и тех, кто делал со мной одно дело, под ногами больше не было. Все расползалось, рассыпалось…

Я осознавала, что сгущаю краски — полученный доступ к информации позволял видеть то же самое, что и раньше, но в большем объеме, с разных ракурсов, — но…

Объяснение мало успокаивало. В преддверии войны махина Галактического Союза напоминала замок из песка. Достаточно одной волны, чтобы остались лишь воспоминания о былом величии. Прогнившие связи, накопившиеся обиды, непонимание…

— За него не…

Генерал не успел закончить, я — прокомментировать. Защитное поле слетело, отработав по сигналу тревоги.

Взгляд метнулся по тут же заалевшей оперативке… Орлов тоже дернулся, реагируя на то, что происходило у него…

Оставалось только вспомнить слова Шторма… Про ту мать… Как раз соответствовало!

— Внимание, — голос дежурного пробился сквозь вой, — потеряна связь с катером «КаЭр-407». Последний доклад: «Ракетная атака с земли…»

Бортовой номер — четыреста семь… На этом катере к месту происшествия летел Шаиль Ханаз и команда наших экспертов.

— Катер сопровождения атакован…

— Контроль у Главного-четыре…

— Подразделение службы порядка…

— Мне нужен Звачек, — потребовала я, не вслушиваясь, но фиксируя команды чисто на рефлексах. — Оперативная группа…

— Разреши мне, — повернулся ко мне Валев. — Там…

— Возьми с собой Кабаргу и Лишицу. И…

— Разберусь, — рывком поднимаясь с кресла, перебил меня Николя. — Дарош будет минут через тридцать. Ты здесь…

— Иди! — оборвала я его. Только напоминаний о безопасности мне не хватало! — Господин генерал…

— Злобин отправляет группу. Буду держать в курсе, — этот тоже решил обойтись без рассусоливания. — На связи.

— На связи, — ответила я уже пустому экрану. — Вано, — вызвала нашего информационного Бога и по совместительству мужа Валенси, — дай мне скан района.

Я бы и хотела сейчас быть в гуще событий, но…

Эти «но» следовали одно за другим, отравляя существование. При всем понимании, что я — должна, задыхалась в кабинете, помня об адреналине оперативной работы.

Убить тягу к строго взвешенному, но все равно риску, Скорповски не удалость, лишь придушить, дать ощутить страх смерти, на какое-то время заставив искать покоя. Четырех месяцев, прошедших после второй операции на Приаме, хватило, чтобы страсть вернулась.

Страсть быть на острие…

Две картинки появились на экране. Район Дербиши, с находившимся там энергораспределительным терминалом и сектор, над которым были атакованы катера Службы маршалов.

Шаиль Ханаз… Невысокий, жилистый, всегда угрюмый. Взгляд рассеянный, но из тех, когда становится не по себе, даже если смотрит в другую сторону. Ментат, интуитивщик, что не раз спасало ему жизнь.

— Контроль у Первого, — сбил меня с мысли оперативный дежурный.

— Принято! — машинально отозвалась я. Знак подключения директора заметила за мгновение до доклада. — Вано, все, что есть по Барберяну…

Ответа я опять не услышала, но на боковой панели терминала пополз вниз список доступных файлов. Часть с кодом ОСО, максимальный для меня доступ.

Настроения этот факт не добавил — Орлов, давший команду на передачу данных, оценивал ситуацию, как серьезную.

Отправив первые запросы аналитикам, подняла вокруг себя несколько внешек. Пока за главных играли Первый и Четвертый, у меня была возможность заняться прогнозом, попытавшись объяснить то, что мы уже получили и предугадать следующие шаги тех, кто разыгрывал комбинацию.

Среди очевидных выводов — работали не просто против Службы маршалов, против той части, которая входила в Координационный совет. Появление Барберяна, имя которого до сегодняшнего дня не значилось в активном поиске, а затем и атака на катер команды экспертов, воспринимались звеньями одной цепи. Чтобы продолжить ее в будущее, нужна была причина, понимание, ради чего все это. Для варианта: лишь бы пощекотать нервы, подобные операции не разрабатывались.

Еще один — Шаиль Ханаз, я тоже ставила под сомнение. И не важно, что из его прошлого тянулось множество хвостов, способных стать источниками проблем. Не так часто зам сам летал с командой, чтобы суметь просчитать.

Отголосками моих мыслей пришла первая выжимка от аналитиков. Ханаза из целей провокации, как и я сама, они исключили. Категорично.

Мне бы вздохнуть с облегчением — когда бьют точечно, шанс выжить становится мизерным, но не получалось. Другой масштаб. Количество жертв в конечном итоге могло оказаться значительно большим.

А взгляд, пока я думала, продолжал скользить по внешкам, не останавливаясь ни на чем конкретно, просто впитывая весь массив информации.

Дербиши… Иссушенная зноем степь. Посадочные столы космопорта, технические здания, погрузочная станция грузовой ветки наземного транспорта. В шести километрах поселок. Небольшой, но о благах развитой цивилизации там не забывали.

Обслуживающий персонал работал вахтами, охрана — тоже. Подразделение гражданское, но если судить по отметкам в личных делах, военную подготовку в той или иной форме проходили все.

Ответ на еще один мой запрос пришел практически мгновенно — бывших наемников либо тех, кто был с ними связан, по результатам проверки не выявлено.

Ничего другого я и не ожидала, уж больно легко и просто.

Следующий вопрос, уже самой себе. О целях и задачах. Не моих — тех, кто все это разыграл.

На стапеле один грузовой, под минимальной загрузкой. Взлет черед трое суток. По документам ничего, кроме продуктов не ожидалось. Конечный пункт — орбитальная база в одном из приграничных секторов. Полное отсутствие стратегического, все в рамках стандартных программ безопасности.

Вариант тупиковый, выглядел мелковато. Все поставщики внутренние, ни с одной из стоящих на контроле корпораций не связаны.

Тогда зачем? Возможных ответов было два. Либо то, что я искала, находилось не на поверхности, либо…

Либо в приоритете стояла именно наша группа. ДНК — только бы зацепиться; не клюнуть на Барберяна мы просто не могли.

Все это мне совсем не нравилось.

Район, над которым был атакован катер. Местность пустынная. Степь, степь, степь… Все, как на ладони, но это если не для спецов. А эти, если судить по результатам, были профи…

Машинально посмотрев на табло времени, отметила, что на все рассуждения ушло меньше десяти минут. То ли уже, то ли… еще.

Территориальная служба порядка не сунется, запрет приоритетный, против ОСО, под именем которого действовал Координационный совет, не пойдут, но дальний периметр держать будут. С этой стороны ситуация находилась под контролем, вновь возвращая к основному вопросу: ради чего?

Облечь мелькнувшую догадку в слова я не успела, сразу отправив в систему экстренный вызов:

— Внимание всем! В прогнозе двойной капкан!

Я не хотела быть права, но…

«За будущее Галактики» сделало свой ход.

Первый… но далеко не последний… в нашей с ними войне.