Мой переезд в столицу, мой переезд к Флейму и Нику, если быть точной, — вот это испортило почти все, что можно, в наших отношениях с Мариной. Быть может, не будь Флейм моим другом, не нуждайся я так сильно в его помощи, все бы сложилось иначе. И отношения с Марр никогда бы не закончились так печально. Наша школьная дружба рассыпалась прахом именно из-за того, что на пути Марр к ее заветной мечте стояла… я (кажется, так она мне однажды сказала?).

После переезда в Москву это стало чуть более очевидно. В столице Марр не удавалось так просто избегать Андрея. Если раньше Маришку спасало расстояние и мое нежелание посвящать подругу во все наши совместные с Флеймом дела, то теперь Марр осталась один на один со своими чувствами. И Флеймом, почти каждую неделю мелькающим перед ее глазами.

Мы никогда не говорили с Мариной об этом. Она не задавала вопросов, и после той истории в клубе в Энске Марр делала все, чтобы скрыть свои мысли об Андрее от меня. Иногда ее раздражение прорывалось в едких фразах, но я… не видела в них двойного смысла. Не видела всей глубины проблемы. И агонии Марины по моей вине тоже не могла понять.

А ведь все было так просто.

Флейм с Ником перетащили меня в свою квартиру, и первые полтора года в Москве я жила с ними. Уже одно это заставляло Марр злиться на меня. И она злилась… молча. О настоящих мыслях подруги (хотя какое право я имею называть ее подругой сейчас?) я узнала только после ее свадьбы с Андреем. Именно тогда Маришка четко обрисовала границы свободы своего мужа.

Никакой Кси. Никогда.

Мы много позже обсуждали эту ситуация с Андреем. Говорили о его выборе, о реакции Марр. Ее обиде и его любви… Может быть, этот разговор позволил мне лучше понять Андрея. Именно потому я с такой легкостью приняла решение друга и отдалилась от него настолько далеко, насколько это было возможно. Я больше не звонила ему сама, не предлагала встречи и не рассказывала о проблемах. Мы превратились просто в хороших знакомых с потрясающими воспоминаниями, которые остались в прошлом. Никаких семейных посиделок, никаких задушевных разговоров. И только тягостное… тянущее чувство в груди при встрече. Раз в три месяца. Часа на полтора…

Даже Ника я видела чаще.

— Ты меня слушаешь, нет?

— Да-а, ты сказал, что нам стоит поговорить с юристом…

Я вынырнула в реал, за долю секунды выхватывая из памяти последний услышанный от Ника вопрос.

— У тебя есть знакомые? — поинтересовался мужчина, сосредоточенно разглядывая кого-то в глубине зала.

Я отрицательно мотнула головой и потянулась за полупустым стаканом с соком. Ник, вряд ли, увидел мой жест. Блондинка с пышными формами только что приковала его взгляд к себе.

— Может быть, тебе стоит поговорить со Стасом и…

— Мы разберемся сами.

— Неужели?

Ник театрально изогнул бровь, выражая недоумение моей реакцией и категоричным ответом.

Нет, нет. Никите не удастся вытащить меня на этот разговор.

— Именно. Я, может быть, спрошу у Димки. Но никакого Калугина, договорились?

— Как знаешь, просто он…

— Н-иик, — я повысила голос, многозначительно глядя на друга. Не стоит переходить грань, когда я уже тысячу раз предупреждала, что не хочу этого делать.

— Ну, ладно…

Никита благоразумно замолчал и уже через секунду сосредоточился на обсуждении нашего незатейливого плана на ближайшее время. К моему облегчению, тема о Стасе была окончательно закрыта.

— Я найду специалиста по семейному праву сразу после выходных. Надеюсь, до понедельника Марр не станет дергать Андрея.

— Не думаю. У Флейма выступления все дни. Если Марина не дура, она подождет еще некоторое время.

— Может быть. Тут главное «если она не дура». Ты, кстати, уверен, что не стоит намекнуть Андрею? Марр обязательно скажет ему, что я обо всем знала.

— Не вмешивайся, Кси. Андрей этого точно не поймет.

— Мне бы твою уверенность. Все зависит от того, как Марр преподнесет это мужу. Мою осведомленность насчет их развода в том числе.

Ник задумался на мгновение.

— Это чисто мужская тема, Ксень. Поэтому советую тебе не трогать Андрюху. Я попробую сам пообщаться с ним. Окей?

— Да. Давай так…

Мы поболтали с Ником еще несколько минут. Он рассказал мне о последних новостях. В том числе, об Аленке, которая, наконец, перестала терроризировать его своими звонками. Отличная новость! С учетом их ужасно скандального разрыва и побега Ника в Амстердам полгода назад, сейчас Лена, отказавшаяся от преследования Никиты, совершила едва ли не подвиг Геракла.

— Тебя можно поздравить, наконец? Не верится, что все так удачно завершилось.

Мужчина тихо рассмеялся.

— Не торопись. Аленка еще раз двадцать может передумать. Еще одна больная, блин…

— Сам виноват, что довел до такого.

— Лучше скажи, что я вовремя пришел в себя.

— О, да. Лучше поздно, чем никогда.

Мы многозначительно переглянулись. К счастью, для Ника он выбрался из мутной истории с женитьбой на Аленке без особых последствий. И ее преследования — ничто на фоне тех ужасов, которыми грозил Нику отец Лены.

— А что новенького у тебя?

Новенького? В моей жизни почти ничего не происходит. За исключением редких историй с участием Мити. Впрочем, Михайлов последние дни ведет себя довольно тихо. Сейчас уже четыре часа дня, а он так мне и не перезвонил. Ему совсем не нужна машина?

— У меня все как обычно. Никаких новостей. Хотя в понедельник всем сообщат о моем повышении. Но ты уже об этом слышал. Я говорила.

— Да, кажется… Я, правда, плохо помню детали. Но не суть. Ты, как всегда, молодец, Кси, — Ник отсалютовал мне бокалом вина. В отличие от меня, он был сегодня без своего автомобиля. — Но не слишком увлекайся карьерой, — посоветовали мне после паузы. — Ты не выглядишь счастливой, знаешь?

Я усмехнулась. Какая наблюдательность.

— Ты не видел меня на работе, чтобы судить.

— Ну, тогда мне придется сделать вывод, что это из-за твоей личной жизни. С Калугиным все так плохо?

— Ник, не суй свой любопытный нос в наши отношения со Стасом. Я скажу тебе, если понадобится помощь.

— А она может понадобиться?

Я улыбнулась.

— Не торопи события, Мышонок. Лучше займись своей блондинкой. Она сейчас протрет на тебе дыру. Или испепелит меня взглядом.

Ник усмехнулся и довольно мне подмигнул.

— Тогда тебе пора поторопиться, Киска.

Я последовала его совету через пять минут.

* * *

Часы показывали почти десять вечера. 21:50, если сказать точней.

Где он, черт побери?!

Сначала обещает приехать за своей машиной, брошенной у меня под окном, а потом не подает признаков жизни.

— Куда ты делся? Твой мустанг еще долго будет пылиться в моем дворе?

— Эй, полегче. Ты чего так злишься? — голос Михайлова не смотря на острый ответ звучал дружелюбно.

— Ты не звонил мне весь день.

— Эммм… — Митя запнулся на мгновение. — Это расценивать, как «я скучаю, милый»?

— Да, иди ты, — я была на грани того, чтобы бросить трубку.

— Тише, тише. Я шучу. Это шутка, Ксюш.

Я закусила губу, уставившись на свое отражение в зеркале. Из ванной клубами поднимался пар. Стекло постепенно запотевало.

— У меня дела появились, — охотно признался Димка. — Может, ты хочешь присоединиться?

Я едва сдержала готовые сорваться с языка злые фразы. Он не мог пригласить меня раньше?

— Нет, не хочу. Развлекайся дальше.

— О… Ксюш, ты в порядке?

— В полном! Хорошей ночи.

Я отключилась.

После единственного на сегодня бокала вина, после нескольких часов в одиночестве в огромной квартире я чувствовала такое отчаяние… История Марины и Флейма выбила меня из колеи. А может быть, не только она. Временами на меня накатывало… что-то такое. Я становилась раздражительной***й и с легкостью могла нарваться на скандал на ровном месте.

Не знаю, какого черта меня дернуло позвонить Димке. Возможно, просто хотелось сорвать на ком-то злость. А может быть… всего лишь, может быть, я действительно весь день ждала его звонка. Только разве я могу так просто в этом признаться?

Нет!

Бутылка шампуня упала в мыльную пену и в воде быстро пошла на дно. Мне показалось, что моя жизнь похожа на эту ванну. Пузырьки на поверхности, море пахнущей фруктами пены, а в глубине, стоит лишь приглядеться, десятки пустых банок — пустых мыслей.

Я точно схожу с ума.

* * *

— Где ты копаешься?

Кажется, я только на десять минут прикрыла глаза, закутавшись в пушистый плед и устроившись на диване в гостиной, и вот уже тревожный стук в дверь и настойчивая трель звонка вырвали меня из сна. Быстрый взгляд на часы подтвердил мои опасения. Стрелки замерли на отметке двенадцать двадцать. Почти полпервого ночи — отличное время для визита дру-уу-уга.

Я нацепила привычную гримаску 'ненавижу-ненавижу-ненавижу', и вопрос Мити, привалившегося к стене с бокалом коктейля в руках встретила полной сарказма улыбкой.

— Зачем явился?

Димка усмехнулся, почти в точности скопировав мое выражение лица, и вместо ответа протянул бокал.

— Это тебе. Еле довез. Мой водитель едва не отобрал у меня этот священный напиток.

— И что это?

— Зеленый рай.

— Звучит гадко. Не хочу рисковать.

— Не будь занудой. Пей и собирайся.

— Не поеду ни-ку-да.

— Еще какпо-е-дешь, — Митя расплылся в снисходительной ухмылке, прищурил один глаз, разглядывая меня с ног до головы, и прежде чем я успела придумать достойный ответ, этот нахал уже подвинул меня с прохода. — Где твой гардероб?

— Что ты делаешь?! — я попыталась праведно возмутиться, хотя бесцеремонное поведение Михайлова, ураганом влетевшего в мою спальню и зарывшегося с головой в многочисленные 'тряпки' подняло мое настроение до приемлемой высоты. Я сдерживала улыбку.

— Ищу тебе самый п****ый наряд. Одевай это! — в мою сторону полетел красный кусочек ткани.

— Спятил? Я в нем выгляжу, как…

— То, что надо! — Димка одарил меня таким хитрым взглядом, что только слепой не смог бы догадаться о коварном плане, созревшем в голове этого интригана. Сегодня намечается отличная ночь. — Поторопись, детка.

— Слушаюсь, босс, — я, наконец, позволила себе рассмеяться. Митя вытащил из моей ладони пустой бокал и, шутливо шлепнув меня по пятой точке, покинул спальню.

— Десять минут, Кси. Нас ждут.

— Не отвлекай!

* * *

У выхода из подъезда нас с Михайловым действительно дожидалось такси. Высокий водитель курил, привалившись к дверце машины. На лице — полнейшее безразличие к происходящему. Невозмутимый и спокойный, как танк, он выглядел так, будто в ожидании нашего возвращения он мог бы провести здесь еще пару часов. Я на мгновение позавидовала ему. Мне бы такую выдержку и хладнокровие.

— Будешь мартини? — вольготно устроившись на кожаном диване, Дима протянул мне полупустую бутылку.

— Из горла? — я чуть-чуть повела носом. Пить мартини, не разливая его по бокалам — моветон. Но Михайлов не парился по поводу таких загонов.

— Ну, это же не шампанское, Ксень, — резонно возразил парень.

Я фыркнула.

— О, да. Оч-чень аристократично.

— Не привередничай… — Михайлов прищурился, отвинчивая крышку и делая быстрый глоток. — Мы едем веселиться. Просто расслабься.

— А как же этикет и…?

— Да, по*** Я понимающе улыбнулась. В экспрессивном ответе Мити слышалась злость. Все как всегда.

Жизненная установка Михайлова была так проста: плевать на все и всех. Делать только так, как хочется делать. И даже законы… давай притворимся, что для нас их не существует? До тех пор, пока никто не поймал нас с поличным.

Красивое отношение к жизни.

Таких, как Митя, называли прожигателями жизни, тупоголовой золотой молодежью. Зарвавшимися щенками, живущими за счет предков. Но если бы все было так просто. Да, ни Михайлов, ни его друзья не делали ничего, чтобы доказать обществу свою «ценность». Они были выше условностей и мнения большинства. Им было плевать на то, что думает о них «быдло». Только собственное мнение и мнение друзей принималось в расчет. Они были счастливы в той мере, в которой могут быть счастливы люди, уставшие от бесконечной череды развлечений, вседозволенности и циничности современного мира. Иногда мне было их жаль.

А иногда… мне не хватало той легкости, с которой Митя относился к жизни. Ему действительно было пофиг. So do I.

* * *

В субботний вечер в клубе было не протолкнуться. На основном танцполе в экстазе извивалась многорукая толпа. Крики восторга летели над залом, почти заглушая электронные басы. Как ледокол сквозь море человеческих тел, Михайлов вел меня к вип-залу.

— У нас сегодня шикарная вечеринка, Кси! Готовься! Сегодня тусим-тусим-тусим!

Митя расплылся в довольной улыбке и, толкнув полупрозрачные двери, первой пропустил меня внутрь.

Приветствия, улыбки, объятия и дежурные поцелуи в щечку.

— Шикарно выглядишь!..

— Как дела?..

— Что не приехала раньше?..

— Ты должен мне штуку, я же говорил, что он ее привезет!

Суета первых минут встречи, наконец, улеглась. Мне уступили место на диване и передали высокий бокал с фруктовым коктейлем.

— А где наш британский мачо? — Митя поинтересовался, сделав щедрый глоток из своего стакана. Зажмурился на секунду от удовольствия и пробормотал с детской обидой в голосе. — Только прилетел и уже слился. Кто будет тусить?

— Он щас вернется, — Денис подмигнул Михайлову. — Пацан соскучился по русской крови.

О, да. Девчонки.

Я хмыкнула и почти собралась спросить, что же за таинственный друг Мити решил посетить столицу. Но план изменился, стоило Игорю, секунду назад наклонившемуся под стол, чтобы поднять упавшую туда вилку, вдруг ловко стащить с меня босоножку. Я взвизгнула от неожиданности.

— Потеряла, потеряла! — раздались крики и улюлюканья.

Ребята расхохотались.

— Отдай!

— Забери!

— Верни на родину!