— Ну, конечно! Так он и сделает это.

— Он обещал! — я повторила жестче. — Хочешь посмотреть, что он мне пишет?

— Не нужно мне этого бреда. С какой стати вообще он собирается портить наш отдых?!

Я не стала ничего отвечать, просто сунула Лиде в руки планшет с горящим окошком Скайпа.

В этот момент Димка как раз расписывал краткий план наших совместных действий. После его прилета, конечно. Он уже знал, что Лидочке плохо, и ничего сверхъестественного не предлагал. Но от энергии его слов, бьющей через край и исходящей от Мити даже через тысячи километров, волей-неволей хотелось смеяться. Димка умел поднимать настроение, почти не напрягаясь. И даже его предложение прилететь в этот раз я не стала воспринимать в штыки.

Нам с Лидой нужно было чуть-чуть сменить обстановку. Как бы ни был прекрасен город, но через окно трехзвездочного отеля нам был виден лишь его не самый шикарный край. Решив сэкономить и потратиться в дальнейшем на чисто девичьи покупки, мы выбрали себе место для проживания вдали от центра. Подумаешь, проехать до нужного места пару станций метро. Хм…

Но в нашем случае, оставалось только пользоваться услугами такси. Такси, в которых Лиду укачивало со страшной силой. Не помогали даже прописанные врачом лекарства. С опаской вставая на электронные весы, Лида сегодня утром констатировала, что за неделю сбросила шесть килограмм.

— Ты уверена, что он нам нужен? Михайлов — спаситель? — Лида скептически подняла одну бровь, вчитываясь в предложенную Димкой программу (и бассейн, и спа, и аренда кабриолета. И бла-бла-бла). Я бы посоветовала Лидочке делить все сказанное моим другом на три, ибо уже несколько раз Димка удачно «забывал» об обещанном накануне, но впервые за три дня на щеках девушке играл румянец. И как бы она не старалась кривить губы и выглядеть хмурой, ее синие глаза блестели и улыбались.

— Нужен, — я подмигнула подруге. — Он хочет устроить нам праздник. Зачем же отказываться от халявы?

Впрочем…

Халявы, как и развлечений, не вышло. Наверное, одна из планет, влияющая на наши с Лидочкой жизни встала в какую-то нелицеприятную позу. Стас, с которым я созванивалась уже дважды, с коротким смешком называл ситуацию «попкой». Нам катастрофически не везло.

Вся жизнь состоит из случайностей, приятных, неожиданных, не самых лучших. И, в какой-то момент радуясь чужой удачи, ты почему-то жалеешь себя. В день прилета Михайлова мне стало жаль Лиду. Нет, мы не договаривались встречать его в аэропорту. Прислали адрес отеля и терпеливо ждали его появления на веранде местного ресторана. Часы показывали четыре часа после полудня. Самолет Димки без приключений приземлился в аэропорту часа два назад, а от моего друга не было никаких известий.

— Он нас кинул, — Лида фыркнула уже в пятый раз, как и я, нервно взглянув на часы. Кто из нас двоих больше ждал появления Мити неизвестно. Лидочка изо всех сил притворялась ко всему равнодушной. Тянула ледяной апельсиновый сок и листалажурнал.

— Он позвонит, — вот в этом я не сомневалась. Димка мог притвориться порядочной свиньей, но безответственным я его никогда не считала. Пропасть без объяснения причин он бы себе не позволил.

Ведь так?

Но прошло еще пару часов, а ситуация не изменилась. Я начинала медленно закипать. Злость мешалась с волнением, сердце металось под горлом. А вдруг с этим негодником что-то случилось? — раз за разом спрашивала у меня Лида. Но, нет. Я не верила в такие предположения. Только не с этим засранцем. Чтобы успокоить подругу, сидящую последние полчаса, как на иголках, мне пришлось вспомнить кучу историй, произошедших с Димкой. Всякий раз удача оказывалась на его стороне. Ничто не могло помешать Мите делать и получать то, что он хочет.

Лидочка хихикала вместе со мной, но продолжала коситься в сторону двери. Ей проще было поверить в то, что приезду Михайлова помешала авария на дороге, километровая пробка или бабуля, которой Димка благородно решил помочь. Для меня же ни один из вариантов не был похож на правду. Но звучал точно лучше, чем слова моего вредного «я», насмешливо напоминающие мне о характере Димки. Он мог обо всем забыть, мог только если…

— Ксюш, привет! Че, как? Вы живы?

Звонок Димки раздался, как по закону подлости в самый последний момент. Еще немного и я бы, послушавшись Лиду, начала методично обзванивать все больницы. Но он позвонил. Сам. Такой же жизнерадостный, как и обычно.

— Ты?! Сбрендил? — я не справилась со своей злостью. Даже подскочила со стула и между столиками заметалась по полупустой террасе. Хотелось кого-то прибить. Сколько можно?! — Куда ты делся?!

— Кси, не злись! — Димка был само обаяние. Он улыбался, я чувствовала это, даже не видя друга перед собой. Он был чем-то безумно доволен. Но судя по тому, что Михайлов так и не появился в нашем отеле, к нам с Лидой его нежданная радость никакого отношения не имела. — Мы скоро будем, — пообещал паршивец. — И я все тебе расскажу!

— Что значит 'мы'?

Мое сердце пропустило удар. И, если честно, в первые две секунды я подумала о Лешке и его брате. Димка же не притащил Керимовых в Штаты?!

— Увидишь! — сообщил Михайлов и благоразумно положил трубку, прирвав поток моих негодующих вопросов.

— Что происходит? — Лидины голубые глаза были похожи на два огромных блюдца. Ей не нравилось выражение моего лица.

— Едет, — я зло опустилась обратно в плетеное кресло. — И не один.

— Не один? — Лида облизала потрескавшиеся губы и неуверенно улыбнулась. Думала, что я шучу. — А с кем?

— Не знаю. С кем-то, кто его задержал, — я уставилась на кусты какого-то экзотического растения, загораживающие вид на подъездную дорогу к отелю. Я ждала появления такси, но сквозь плотную зеленую массу было почти ничего не видно.

— Значит, девка, — вдруг спокойно предположила Лида и кивнула каким-то своим мыслям. Я пожала плечами. Даже если и так, делать что-то уже было поздно. Как и поздно было послать Михайлова на фиг. Если он хотел развлекаться, пусть отправлялся бы в Штаты один.

— Вот сволочь… — я, похоже, озвучила общую мысль. Лидочка горько усмехнулась моему всплеску. Еще через мгновение маска безразличия вернулась на ее осунувшееся за последние дни лицо, и даже появление Михайлова под ручку с незнакомой девицей ничего не изменило. Я злилась, как чертик. А Лида, напротив, была абсолютно спокойна.

Знакомство прошло вполне мирно, мне удалось на время приглушить свою злость. Ехидный внутренний голос сладенько поинтересовался, а кто мне собственно Димка? Жених, сват или брат? Он обещал мне приехать и, вроде, приехал. Все в рамках нашей пламенной искренней дружбы. Но судя по тому, какими глазами Михайлов смотрел на длинноногую Катерину, проводить с нами время и развлекать двух умирающих от скуки девчонок он больше не собирался.

— Мы познакомились в самолете…

— Она здесь с друзьями. Едут в каньон.

— Я прыгаю с парашютом уже пять лет. Решили полетать вместе с Димой.

— Да. Я завтра возьму вертолет, и мы рванем вместе. Вы с нами?

Димка и Кетти говорили наперебой, переглядывались и без конца смеялись. Лида сдержанно улыбалась, забавляясь их манере общаться. Я же лишь хмурилась и не узнавала Митю. Как невеста, спрятавшая лицо под полупрозрачной вуалью, он был одновременно похож и не похож на себя. Где его мерзкие шутки, где злобные взгляды? Еще ни одной девчонке Димка не позволял быть такой восхитительно-милой в компании с ним.

Я наблюдала за странной парочкой еще какое-то время. Складывалось впечатление, что им никто вокруг не был нужен.

Неужели, любовь с первого взгляда все-таки существует? Или это что-то другое? Общность взглядов и интересов? Игра гормонов и буря химических реакций в теле? Я не знала ответов. Но признавала вполне очевидные факты. Димка и Катерина удивительно подходили друг другу (если забыть на мгновении о белом и пушистом Димоне, которым, к слову сказать, он бывал очень редко). Они оба были из обеспеченных семей. Отец Екатерины занимался черной металлургией. Папаша Михайлова наживал свои миллиарды на золоте и бриллиантах. Катенька училась в МГИМО, Димка закончил Вышку. У обоих — факультет экономики и предпринимательства, банковское дело. Они оба любили спорт, Митя увлекался самолетами, Катя обожала дельтапланы и прыгала с парашютом…

Продолжать не было смысла.

— Нет, мы, наверное, не поедем, — я коротко качнула головой и улыбнулась невинно. — Лида еще чувствует себя плохо.

— Да ладно, — Димка фыркнул, стараясь скрыть изрядную долю сарказма в своих словах. Я непонимающе уставилась на скалящегося в неприятной ухмылке друга. Не может быть, что он забыл о своих обещаниях! Ведь только вчера он клялся, что больше не будет цепляться к ней! — Регенерация после аборта занимает не более трех недель, — спокойно просветил непросвещенных нас Дима и, как добрый самаритянин, вдруг улыбнулся. Фальшивка! — Скоро все будет в порядке, — с твердостью, достойной профессионального врача, заверил он Лиду.

Девушка напряглась на своем стуле, опустила глаза и под столом до боли сжала мне руку. Я, открывшая было рот, чтобы вспылить, только нервно сглотнула.

— Ты, правда, пошла на аборт? — Катя не выглядела удивленной. Скорей такой же презрительной и возмущенной, как и Михайлов. Даже в этом они повторяли друг друга.

— Правда, — подруга спокойно угукнула, глядя в свою тарелку. — Не хотела, чтобы ребенок мешал моим планам.

Девушка ответила настолько расчетливо и цинично, что даже я, зная правду о предстоящих родах, на секунду решила, что Лида обманывает меня. Вот черт!

— Кто бы еще сомневался, что ты это скажешь, — Михайлов опять усмехнулся. А Катя неожиданно захотела его поддержать.

— А не лучше ли думать о предохранении до, чем решать такие вопросы после? — в ее словах звучало неприкрытое удивление. Она действительно не понимала, или просто старалась сделать больней? Димка ободряюще улыбнулся своей подружке.

Мерзость! Мерзость! Мерзость!

Я немедленно обернулась к Лиде, ожидая ее ответа. Должна же она хоть как-то себя защитить? Но, невозмутимо пожав плечами, девушка отщипнула ягоду от лежащей на блюде в центре стола грозди сочного винограда и… промолчала. Какого черта?!

Больше не в силах терпеть эти игры, разозленная сразу на Лиду и Димку одновременно, я резко отодвинула стул. Куда мне тягаться с актерами такого масштаба?! Моя улыбка, вряд ли, походит на оскал Голливуда, но даже я способна кое-чем удивить! Смотри.

— Если ты разобьешься в каньоне, Дима, пожалуй, я тоже решу, что ты не подумал о своей безопасности РАНЬШЕ.

Митя следом за мной поднялся из-за стола.

— Кси, ну, что ты злишься?!

Я отпрянула от тянущейся ко мне руки. Катя рядом с Михайловым хмурясь следила за тем, как я стремительно собираю вещи.

— Лид, давай пойдем в номер!

Лидочка послушно встала следом за мной. И Димка, видя, что ситуация выходит из-под контроля, сделал очередную попытку достучаться до моего мозга. Он так всегда говорил.

— Ксюш, что с тобой происходит? Я ничего особенного не сделал!

Не уж то, правда? Димка все еще верит в сказки? А ведь я предупреждала его неделю назад.

— Конечно, — я улыбнулась ему в тридцать два зуба. — Это у меня ПМС, Дим. А в такие дни я становлюсь злобной с***. Вот такая мерзкая правда жизни. Поэтому нам в ближайшее время, вряд ли, стоит общаться. Хорошего вам отдыха, Дима, Катя! И прошу нас простить!

— До свидания, — Лида вежливо кивнула белокурой головкой и махнула Димке рукой. Невинный и дружелюбный жест, такой, будто они тысячу лет были знакомы. Краем глаза я уловила, как невинно моя подруга выглядела в этот момент. И ведь никто со стороны не мог бы даже подумать, что это единственный раз, когда Лидочка вела себя с Михайловым так равнодушно.

Боже мой, когда же закончится это шоу?!

Все мои чаяния остались тщетны. Планы летели к чертям. Финальным аккордом неудачного дня стал мой разговор с Лидой. В лифте, пока мы поднимались с ней на пятый этаж, я мерила четыре квадратных метра шагами. Три в одну сторону, и три в другую. Кнопочки на позолоченной планке с мигающими циферками этажей блестели. На пару секунд они привлекли мой взгляд. Я подумала вдруг о том, что пора брать себя в руки. Ссора с друзьями на другом конце света, за тысячи километров от дома, что может быть лучшим дополнением к отдыху в чужой стране?

Я сцепила руки под грудью, пальцами впиваясь в обнаженные плечи. В лифте работал кондиционер. Меня знобило то ли от собственной злости, то ли от резкой смены температуры. В фойе, как и на веранде, было под сорок.

В отличие от меня Лида была по-прежнему невозмутима. Она спокойно рассматривала свои ногти и о чем-то чуть слышно вздыхала. Мои метания ее раздражали, я видела, как она хмурит брови, следя за моим нервным шагом. Но Лидуся пока что держала язык за зубами. И я была благодарна ей хотя бы за это. За все остальное — мне хотелось ее… Нет, беременных не убивают. А слабых беременных женщин берегут как зеницу ока. Но как это сделать, если будущая мамаша изо все сил сама старается испортить себе жизнь? К чему притворство и эта игра перед Димкой? В чем смысл?

— Тебе не стоило с ним ругаться, — подруга сдалась первой. Не выдержала тягостной тишины, повисшей между нами с момента возвращения в номер. Последний час я хмуро листала любовный роман, случайно купленный мной в Нью-Йорке. Лидочка же все это время деловито перебирала вещи, прикидывая, что из них отдать горничной в стирку.

— Тебе не стоило врать, — я откликнулась почти в тон подруги и даже не потрудилась оторвать взгляд от бульварного чтива в мягкой обложке.

— А к чему этому козлу знать о моих проблемах?!

— А почему нет?!

Лида была возмущена. Неподдельно, искренне возмущена моим ответом. Я будто читала все ее мысли: 'А зачем ему знать? Он снова сделает свой неправильный вывод и будет доволен!' Да, все так. Но если всю жизнь носить маски, от человека останется только тень самого себя. Осколки — крошки. И потому… кто-то должен сделать этот шаг первым.