Димка сочувственно покивал головой.

— Ты про «подстилку»?.. Понял. Но лучше не бери в голову. Леха по дурости бьет по 'больным' точкам. Если бы он действительно так считал, не стал бы искать номер твоего телефона. В его окружении есть телочки подоступней.

Прекрасно. Это все объясняет. А я-то думала, Лешка говорит всерьез!

— Все, Дим… хватит. Ничего не хочу слышать о Керимове-младшем. Игра или нет, но меня это больше касаться не будет.

Я твердо решила держаться от этой семейки подальше.

— Вряд ли, — Митя решил добавить еще одну ложку дегтя в мое и без того не медовое настроение, — Лешка так просто от тебя не отстанет. Хотя пару дней ты, наверное, можешь поспать спокойно.

— Спокойно? Намекаешь, что Лешке сейчас не до меня?

— Конечно, нет! У Тимура хороший удар, Леха обзавелся прекрасным фингалом. Этот герой сегодня вполне справедливо пострадал ради искусства.

— Из-за своей дурости он пострадал! — возмутилась и отпихнула Митькину ладонь. Еще не хватало радоваться успехам Лешки.

— Это детали, Кси. Хотя, конечно, ты права… Был бы он, таким же умным, как…

— Только не начинай песню про свои интриги!

— А разве тебе не нравится? Скажешь, я не…

— От скромности ты не сдохнешь.

— Злюка!

— Ты повторяешься…

— Все-е-о. Молчу. Злись себе дальше.

И я продолжила злиться.

Еще через десять минут, когда такси припарковалось у моего подъезда, Митя неожиданно отказался из него выходить.

— Я, пожалуй, еще погуляю. Не хочется пока отправляться баиньки. Не обижайся, Ксюш.

Я несколько мгновений удивленно разглядывала друга. На мой взгляд, сон — единственное, что было нужно Димке. Всю дорогу от Лешкиного дома до моего он откровенно зевал.

— На что мне обижаться… Иди, гуляй. Ты же не приедешь утром?

— Не-ет, — Митя едва сдержался от очередного зевка. — Доберусь до своего дома.

— Ну, окей. Хорошей тебе ночи.

— И тебе… сладких снов.

* * *

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Почти так, как и предрекал Димка.

Стас до конца недели улетел на конференцию в Париж. Митя загулял с новой девчонкой, о чем радостно сообщил мне по телефону и пропал, отвечая невпопад на мои смски. У Андрея с Мариной тоже наступило затишье. Никитина с Верой переехала в квартиру Майкла и затаилась в ожидании то ли развода, то ли суда о попечительстве…

Штиль длился до четверга, ровно до обеда, когда в дверях автосалона неожиданно появился Керимов-младший.

— Привет, Ксюш, ради бога прости меня! Я больше так не буду! — своей первой фразой, сказанной, конечно, на весь салон, Леха моментально привлек внимание всего персонала.

Как неуправляемая стихия, он пытался выбить почву у меня из-под ног.

— Хватит! — мне осталось только схватить его за рукав и, как упирающегося щенка на поводке, отконвоировать в сторону входной двери. — Ты нарочно устраиваешь этот спектакль? Мало было вечеринки?

— Ну, Ксюш, ну, золотце! Ну, ты же понимаешь, что…

— Замолчи! — я пихнула парня в грудь, в его умоляющем голосе легко угадав интонации Димки. Младший-Керимов даже не сменил 'подборку'. Вот теперь я склонна была сбить с него спесь презрительным 'дилетант'. — Можешь помолчать минуту и послушать? Я не знаю, что тебе пришло в голову на мой счет. Но уясни для себя прямо сейчас — я не играю в твои игры. Если ты сейчас же не испаришься с территории салона, я вызову охрану, и правила МОЕЙ игры тебе объяснят вон те милые дяди в черном.

Я кивнула в сторону сотрудников отдела безопасности, Лешка проследил за моим взглядом и спустя мгновение поднял руки над головой.

— Я все понял. Каюсь за дурость и испаряюсь с твоих глаз.

Покорность, с которой младший-Керимов сдал свои позиции, немного меня удивила. Но в суматохе рабочего дня я приказала себе поменьше беспокоиться о парне.

Лешка не моя головная боль. Я успешно игнорировала его звонки и шесть смс с извинениями, которые он прислал мне с начала этой недели. Так же успешно я буду игнорировать его дальше.

* * *

Вечер близился к своему логическому завершению. Салон закрывался через десять минут…

Сейчас домой. Бутылку йогурта в руки и можно бежать на фитнесс. Я улыбнулась, представляя, как проведу несколько часов в огромном бассейне.

— Привет!

— Опять ты?! — я резко обернулась в сторону Лешки, застывшего у багажника моей машины. — До тебя плохо дошло сегодня днем?

— Ксюш… я все понял, не злись только, — младший-Керимов мямлил, театрально ломал пальцы и хлопал ресничками, как девчонка. Сходство с Тимуром в этот раз действительно стало совсем отдаленным. И если Тим избавился от подростковой слащавости за последние пять лет, то Лешка ее приобрел. И слишком много.

— Я не злюсь. Просто не понимаю, что тебе от меня нужно.

— Давай поговорим?

— Ах, так ты еще не все сказал?

— Ну, ты же меня не настолько сильно боишься? Подумай сама, пришел бы я снова, если б хотел ругаться?

— Я не знаю, зачем ты пришел.

— Давай поужинаем где-нибудь и…

— Леш, лучше оставь меня в покое.

— Всего один час, Ксюш. Мы просто поболтаем. И…

Под моим тяжелым взглядом Лешка все-таки замолчал. Будь я моложе и глупее, как пять лет назад, я бы обязательно повелась на его невинный взгляд и жалобный голос. Так трогательно, боже мой. Может намекнуть несчастному, что в своих играх ему стоит делать поправку на возраст? Если Лешка надеялся, что только из-за чувства жалости, или сострадания или желания помочь я вдруг чудесным образом поддамся его уговорам (и это не беря в расчет то, что он наговорил мне на вечеринке), что ж… значит, младший-Керимов ошибся и очень крупно.

Я отвернулась от парня и равнодушно кликнула по кнопке сигнализации. Рав4 отозвался коротким щелчком.

— Ты что? Хочешь, чтобы я поговорил с Тимуром? — неожиданный вопрос прозвучал почти обещанием. Или угрозой, которая вместо того, чтобы меня напугать, лишь рассмешила. Что страшного в разговоре Лешки с Тимом?

— Ну, поговори, — пожала плечами, даже не поворачиваясь к младшему-Керимову лицом. — Он твой брат, в конце концов. Пообщайтесь, поделитесь секретами.

Я снова фыркнула, насмехаясь над бредовой идеей Лешки, и распахнула водительскую дверь. Несколько мгновений мне казалось, что нахальный мальчишка захочет сдаться. Кстати, хороший способ проверить, насколько сильно моя персона нужна ему в этой игре.

— Попытка не засчитана, да? — обреченный вздох раздался за моим плечом. И все тот же жалобный голос снова поинтересовался, — После того, что я наговорил, у меня вообще никаких шансов?

Меня душил смех напополам с отвращением. Такое мерзкое чувство, когда кто-то по умолчанию гадкий…, вдруг начинает вести себя, как идиот. Это выглядит забавным, верно?

— Никаких, — согласилась, забираясь в авто и не планируя хоть как-то облегчать задачу Лешке.

— Не боишься, что я каждый день буду караулить тебя возле работы?

— Нет, — я завела мотор и, наконец, взглянула на парня. — Я скоро собираюсь в отпуск, — призналась с легкой душой. — А когда вернусь, ты уже уедешь в Лондон.

Было что-то приятное в том, как просто мне удавалось разрушить все Лешкины планы на мой счет.

— Возможно, мне придется остаться в Москве, — последняя попытка мне угрожать была еще более жалкой, чем предыдущая.

Ну, неужели, я должна испугаться?

— Твое дело, Леш. Поступай, как знаешь.

Младший-Керимов замолчал на несколько секунд. Я приготовилась к новой порции уговоров. Вот сейчас он соберется с мыслями и… Но Лешка напоследок заявил совсем не то, что я ожидала от него услышать.

— Ты изменилась, Ксюш. Ты жутко изменилась.

На этой лиричной ноте дверца машины захлопнулась перед носом парня. А я все-таки рассмеялась.

Не Лешке судить о том, что со мной произошло. Изменилась я или нет — это только моя забота. И никаких Керимовых не нужно, чтобы оценить меня с новых сторон моей многогранной натуры. Идите все к черту!

* * *

Длинный вечер предпоследнего дня накануне выходных закончился в мою пользу. На некоторое время, вплоть до 11 часов утра субботы я была избавлена от головной боли на счет Лешки.

В четверг вечером после памятного разговора у моей машины я еще проигрывала в голове варианты его поведения. На месте Керимова я бы пригрозила себе чем-нибудь более весомым, чем ежедневные визиты в автосалон. Или подкараулила бы себя у подъезда дома. Ведь даже подружка Стаса смогла меня здесь найти…

Но Лешка не объявился ни в четверг, ни в пятницу, и я посчитала себя окончательно выигравшей этот раунд. Значит, мое общество не так сильно было нужно ему.

— Доброе утро…

Утро действительно было… добрым.

Ну, или как минимум, приятным. Я встала сегодня в восемь, и, даже не утруждая себя приготовлением завтрака, убежала в спортзал. Бассейн, беговая дорожка и занятия йогой. После физических упражнений все тело приятно ломило. Я чувствовала себя превосходно.

Перекинув через плечо спортивную сумку и придумывая себе планы на день, которые включали в себя обед с Лидой, я бодрым шагом приближалась дому. Мне уже были видны двери родного подъезда. Моя тойота, припаркованная чуть левее, блестела на солнышке серебристыми боками.

Как там пишут в романах? Ничего не предвещало беды…

Да, да. Именно так.

Знакомый мужской голос с его лаконичным 'добрым утром' заставил мое сердце, если и не остановиться (ага, а еще бы я упала в обморок от счастья), то стучать быстрее. Дыхание моментально сбилось, по позвоночнику прошелся неприятный холодок. Я скосила глаза в сторону говорившего со всей осторожностью, на которую была способна.

— Здравствуй, — откликнулась вежливо.

Керимов улыбнулся в ответ.

— Эм… давно здесь ждешь?

— Не очень. Может быть, полчаса. Сергей Валентинович сказал, что ты вернешься к одиннадцати.

— А… наш консьерж, — я сделала еще несколько шагов навстречу Тиму. — Как тебе удалось его уболтать? У него нет привычки рассказывать о жильцах посторонним.

— Я был очень убедительным, — Керимов хитро прищурился, на мгновение став похожим на парня из моих воспоминаний. — Сказал, что собираюсь сделать сюрприз для своей знакомой.

Сюрприз…

Я улыбнулась. Иллюзия рухнула, даже не успев приобрести четкую форму. Конечно, Лешка сдержал свое слово. Иначе и не могло быть. Он, наверное, рассказал какую-нибудь сказку Тиму (раз от меня ничего добиться не получилось), и voila, старший брат появился в моем дворе, чтобы…

А собственно, для чего пришел Керимов? Вряд ли, для того, чтобы признаться в большой и пылкой. Его визит на сто процентов связан с очередной ложью Лешки.

— Я не люблю сюрпризы. Лучше пусть все будет открыто, — Керимов удивленно нахмурился, словно не понимая, о чем идет речь. Я поспешила его успокоить и сменила тему. — Может быть, поднимемся ко мне? Или ты хотел поговорить прямо здесь?

Несколько секунд Тимур молча разглядывал меня.

— Наверное, лучше подняться, — ответил через мгновение.

— Тогда добро пожаловать, — я сделала приглашающий жест рукой и вытащила ключи из сумки.

* * *

Хорошо, что в нашем лифте нет зеркал. Я бы поморщилась, взглянув на свое отражение. Солнечные очки закрывают пол-лица. Кое-как высушенные после фитнеса волосы заколоты в небрежный пучок. Спортивный костюм вместо того, чтобы подчеркивать округлости и изгибы, болтается на бедрах. Спортивная сумка оттягивает плечо, а сиреневые кроссовки отличаются друг от друга желтым и зеленым шнурками.

Я — звезда?

О, да! Среди тысяч уличных раздолбаек, стиль которых я так успешно воспроизвожу, — безусловно. И это здорово. Я люблю подобные наряды больше, чем офисные 'футляры', и больше, чем полупрозрачные тряпки в облипку, которые так обожает Стас. Я люблю. Да.

Но вот я…

Здесь и сейчас.

В лифте.

Наедине с одним из своих бывших.

И, черт, мне почему-то так жаль, что именно он, Тимур, видит меня настоящей.

Такой…

Собой.

Такой…

Без прикрас и защитных масок.

Я все та же девчонка, что и пять лет назад.

Пусть об этом догадывается Ник, и, знает, наверняка, Андрей. Пусть об этом никогда не задумывается Михайлов. Пусть! Но истина о том, что я не изменилась… Зачем эта истина Тимуру?

Кто-то говорит, что внешность обманчива, 'обложка' не имеет значения. Я первая повторю вам эти слова. Но сегодня, сейчас… что-то заставляет меня усмехаться краешком губ и жалеть о том, что я совсем не 'готова' к нашей встрече с Тимом.

Когда до сути твоей 'книги' кому-то нет дела, у тебя остается только он. Красивый образ. Иллюзия того, что ты прямо сейчас сохранишь лицо, а позже займешься своими делами.

Я вздохнула, отгоняя грустные мысли о… вечном, расправила плечи и украдкой взглянула на Тима. Даже не удивилась, обнаружив, что он на меня не смотрит. Уставившись на сервисную табличку на одной из стенок лифта, Керимов изучал ее с таким видом, будто читал Ветхий завет. Вдумчиво до омерзения.

Мне, и правда, стало мерзко.

Зачем я пригласила Тимура к себе домой? Поговорить о поведении Лешки можно было бы и во дворе. И для пары фраз… или все-таки обвинений? ни к чему было тащить Керимова с собой наверх.

Я снова вздохнула. И мысли вдругперескочили на беспорядок, царящей за порогом моей квартиры.

Сегодня утром я бросила халат на диване в гостиной. А в прихожей напротив шкафа-купе на пару дней 'забыла' о груде коробок. Спрятать их сейчас, конечно, уже не удастся. Но баночки с кремами, которые с вечера остались на обеденном столе, наверное, стоит убрать на полку…

Chere amie, je vous envoie ces quelques mots Pour vous dire qu'il ne fait pas beau Et que j'ai mal, seul, depuis que je vous ai perdu Je vous ecris ces quelques fleurs Avec mon c?ur a l'interieur Je vous fais toutes mes excuses Знакомая мелодия мобильника вырвала меня из очередного витка размышлений о Тиме. Я вздрогнула, нахмурилась и вместе с Керимовым уставилась на свою поющую «сумку». Мне звонил Стас. «Chere amie» в исполнении французского певца и его протеже — единственная песня, которая целиком и полностью ассоциировалась у меня с… непринадлежащим мне мужчиной. Когда-то в прошлом эти слова, сказанные на французском, много значили для меня.