— Да между нами недоразумение вышло, — завуалированно проговорил. — Даже на звонки не отвечает. Дадите, ее питерский адрес?

Баба Тая задумчиво жевала губу. Затем зашла в дом, приказав ждать. Я ждал, но в предбаннике, поэтому услышал разговор. Лизе звонила. Меня видеть не хотят. Ясно.

Собрал вещи и ушел. Думаю, наш спор и его сроки уже не актуален. Иначе вопрос решать будем. По-взрослому.

Вечером меня ждал роскошный прием у деда в особняке на Каменном острове. Много людей, из которых я знал едва ли половину, хотя праздник в мою честь.

— Демьян, — мы зашли в кабинет деда, — сегодня тебе тридцать один. Ты семь лет работаешь в «Альфа- Строе», и хорошо работаешь! — похвалил, весело кряхтя. — Я планировал уходить на пенсию и оставить тебя главой корпорации. Готов? — и строго так посмотрел!

Вот оно: то, чего так долго ждал. Мечтал! ПРИЗНАНИЕ! Стало приятно, но той радости, которую ожидал, отчего-то не было. Кажется, счастье ни всегда в материальном или около него. Я скучал по одной вредной кудрявой девчонке! По деревне. Блин, даже по Кольке-Нашатырю. Хотя нет, по нему нет. А вот блинчики баб Таи м-мм, ням-ням.

— Готов, — ответил уверенно. В бизнесе я всегда был лучшим. В нем понимал. Не то что в женщинах.

— Отлично, — дед поднялся и поманил к окну. Праздник в самом разгаре: гости тусили на роскошном газоне, официанты разносили закуски и ледяное шампанское. Даже оркестр был. Хорошо, что мои мужики устроили мне нормальную вечеринку. Нет, девки и тройничок не интересовали, но приятно, что друзья не забыли. Кудряшу, кстати, все заценили. Олег даже подкатить хотел, пока не понял, что она моя.

— Видишь девчонку в голубом? — дед кивнул на смазливую молоденькую блондинку. Пресная. Они все какие-то не такие. — Это дочка Белоусова. Будет отличной женой, и приданое за нее дают хорошее.

Белоусов владел сетью предприятий-подрядчиков. Это хорошие перспективы, но…

— Нет, я не хочу жениться.

— Демьян, ты не понял, — дед нахмурился, — мое кресло ты получишь в связке с помолвкой, понимаешь?

— Значит, не получу, — равнодушно пожал плечами и залпом выпил терпкий выдержанный коньяк. — Я, кажется, влюбился, — наконец признал это вслух. Я влюбился в свою кудряшу.

— Ты точно решил? — строго спросил дед. Я уверенно кивнул. Он весело хмыкнул. — В понедельник принимаешь на себя обязанности генерального директора и председателя совета директоров, — неожиданно объявил. — Ты вырос, внук. Стал мужчиной. Больше всего в жизни я ценю в людях наличие собственного мнения и настоящую мужскую волю. У тебя все это есть.

В понедельник в офисе выслушивал доклад службы безопасности. Подключили полицию и достали адрес съемной квартиры Лизы. Зарегистрирована она у родителей, пришлось телефон отслеживать. Я уже хотел ехать, но ко мне с выпученными глазами ворвалась пресс-секретарь. Ее отдел занимался пиаром и отслеживал все публикации, касавшиеся «Альфа- Строя». Именно так мы узнали про блогера Клубничную и ее перфоменсы в Верхних Ляшках.

— Демьян Борисович, у нас проблемы, — и положила на стол свежий номер делового журнала. Я хмуро прочитал. Ах, вот оно что! Лиза статью состряпала. Быстро. Ничего не поняла, но тут же сделала неверные выводы.

— Свяжитесь с редакцией, пригрозите судом. Вот эту дамочку, — ткнул пальцем в фамилию автора статьи, — завтра подать мне на шпаге. Иначе от их журнала рожки да ножки останутся.

Я злился. Но не настолько, чтобы исполнить угрозу. Просто я точно знал, что чуть более мягкая тональность не принесет желаемого результата. Пусть Клубничная боится. Ей полезно. На будущее.

Я не поехал к ней, но отправил картину. Я довел ее до совершенства, но к оригиналу, естественно, не приблизился.

— Слушаю, — нажал селектор.

— К вам Елизавета Клубничная, — деловито произнесла секретарша. — Журналистка из Делового дневника.

— Пусть проходит, — поднялся и отошел к окну. Ждал.

Лиза, одетая в брючный костюм, с выпрямленными волосами, собранными в хвост, и легким макияжем перевела на меня огромные голубые глаза. Пришла виниться, но взгляд дерзкий и губы алые.

— Ты?! — удивленно воскликнула и гордо вскинула подбородок.

— Я, — сухо ответил и направился к ней. Остановился рядом, запустил руки в светлые волосы, сорвал хвост и притянул к себе вредную девчонку. — Знаешь, тебя отшлепать нужно. И вообще, где твои кудри? — требовательно спросил.

— Пусти, лжец! — пыталась оттолкнуть, но я не позволил. Целоваться хочу. Ну и не только. Лиза отбивалась, но совсем не долго. Отвечала с жадностью, даже блузку расстегнуть позволила. — Стой… — все-таки смогла выдохнуть. — Не могу. Ты обманул меня! — упрекнула с искренним запалом. Моя максималистка.

— Кудряша, ты невозможная заноза, а еще любопытная Варвара, — взял за руку и повел к компьютеру. Я предельно ясно и правдиво объяснил свою задумку. Лиза кусала губы.

— Прости, — она опустила голову. — Я такая дура. Прости. Я напишу опровержение, — Лиза поднялась. — Я пойду… — она была очень расстроена.

— Не пойдешь, — удержал, чуть надавив на плечи. — Лиза, я не хочу, чтобы ты уходила. Переезжай ко мне, а?

— Ты с ума сошел, Белов! — округлила глаза. — Жить с тобой?!

— Ну я тот еще крендель: носки разбрасываю, постель не заправляю, в туалете полчаса сидеть могу, но у меня два санузла, если что.

— Стоп! — тряхнула волосами. — Зачем все это? Какой смысл?

— Лиз, кудряша Клубничная, я влюбился.

— А я? Тебе неинтересно, что чувствую я?

Я нахмурился. Не подумал. Влюбился я, а если она нет?

— Ты не любишь меня?

— Я… — и задумалась. — Черт! Я, кажется, тоже влюбилась.

— Ну вот…

— Это не повод форсировать события, — прервала мягко. — Тем более статья. Нельзя. Нужно исправить ситуацию.

— Давай так поступим: возьмешь у меня интервью, где я расскажу о проекте и приглашу тебе лично контролировать и освещать стройку. И волки сыты, и овцы целы. Согласна?

— Ты думаешь получится? У нас получится?

Я протянул ей руку.

— Давай попробуем, — она сжала мою ладонь. — Вместе.

— Вместе…

Эпилог

Три года спустя

Лиза и Демьян

— Ну что, кудряша, — Дёма притянул меня к себе, и мы, обнявшись, пошли вдоль променада у реки, — у нас получилось?

О чем он интересно? О нас или о стройке? Она, кстати, подошла к концу. Три года на драйве, эмоциях, бешеной страсти. Жили вместе и наслаждались. Далеко идущих планов не строили — оба боялись: я — снова обжечься; для Демьяна в принципе в новинку серьезные отношения, на равных.

Сейчас все изменилось. Появились новые обстоятельства, и я не знала как Демьян к ним отнесется. У него столько планов! Дай волю — и Арктику с Антарктикой освоит и Марс колонизирует! С Демьяном мы подошли друг другу как ниточка с иголочкой, но во многом мы горели общим делом. Стройка закончилась. «Эдем» раскинулся на правом берегу реки, очень гармонично соседствуя с Верхними Ляшками. Как сложится теперь? Три года вместе и никаких общих планов на будущее. Еще неделю назад меня это устраивало, но все изменилось, пока незаметно, но уже все в иных красках вижу.

— Получилось, — с улыбкой ответила. Действительно вышло очень здорово! Дома в стиле уютных шале и просторных таунхаусов. От деревни не отгораживались забором и никаких кпп. Правда, был у нас главный по охране спокойствия — Николай. Тот самый Колька-Нашатырь. Мужику тридцать пять, а он спился. Почти. Как-то затянуло его в стройку: сначала он пытался рабочих спаивать, потом они его трудом перевоспитали. Пить бросил, работать начал, семьей обзавелся. Сейчас в поселке был на все руки мастером. Дома раскупили еще на первом этапе продаж, но въезжать только месяц назад начали. Дачный сезон открывают.

— Дед что-то не торопится в свой коттедж, — со смешком заметил Демьян.

— Блины моей бабушки не отпускают.

Конечно, и речи не шло о романе между ними — возраст! Но пару раз посетив стройку и пообедав у бабули, Глеб Иванович решил обратиться к корням. Нет, особняк на Каменном острове не продал и в деревню окончательно не перебрался. Но навещал бабушку исправно. Правило трех «Б»: баня, блины, бражка. Бабушка иногда гнала, очень мало и редко. Сейчас почаще. А он ее в театр вывозил! Сколько я уговаривала в город поехать и со мной в Мариинку сходить — ответ отрицательный. А с мужчиной — пожалуйста! Бабушка говорила, что Глеб Иванович ей очень напоминал старшего брата, который умер давно. С дедушкой Демьяна снова чувствовала себя младшей в семье. Я предсказывала любовь. Мало ли… Но она отвечала, что память дедушки никогда не предаст. Они единственные друг у друга были. А вот другом Глеб Иванович был хорошим.

Мы с Демьяном только рады. Протекция Белого старшего помогла усмирить шабутную маму Дёмы. Она стремилась контролировать сына, не желала признавать, что взрослый и выпорхнул из гнезда. И невесту ему искать не нужно. Я, естественно, не понравилась Василисе Марковне: не потому что плохая, а потому что он выбрал меня, никого не спрашивая. Но три года сделали свое дело — свыклась, даже в гости звала. Причем мне звонила, просила сына уговорить.

— Пойдем, кое-что покажу, — Демьян повел меня в сторону, к самой реке. Вдали от основного массива поселка стоял уютный домик с террасой. Позади березы, впереди заводь. — Нравится?

— Очень, — искренне ответила и пошла за ним в дом. Уже обставленный и готовый к въезду хозяев. — Это чей?

— Наш, — просто ответил. — Летом будем приезжать. В жаре Питер невозможен.

— Мы? — уточнила тихо. Мне ж сказать ему нужно, а я уже неделю собраться не могу.

— Конечно! — обнял за талию и легко в губы поцеловал. — Я люблю тебя, кудряша. Куда я теперь без тебя?

— Ну… Теперь не только без меня, — взяла загорелую ладонь и положила на живот. — Не знаю, как так вышло… Я не специально…

Демьян нахмурился, затем понял, широко улыбнулся, потом снова темные брови свел.

— Кудряша, ну ты всегда меня удивляешь, больше, чем я тебя… — и опустился вниз, подол моего платья задрал и поцеловал пока еще плоский животик. — Я очень рад. Очень, Лиза, — поднял на меня глаза и велел: — А теперь быстро в печь залезь

— В смысле? — не поняла вот совсем.

— Просто иди на кухню и открой печку.

Я послушно все выполнила. В руке была коробочка с обручальным кольцом внутри.

— Хотел тебя удивить. Предложение оригинально сделать. Но ты выиграла, кудряша.

— Выиграла тебя, — позволила надеть кольцо и утонула в его объятиях.

— Это я тебя выиграл.

— Дём, а ты в курсе, что у реки будет очень много комаров.

— Вот фак! — воскликнул, когда один писклявый возле нас кружить начал.

— Деревня! — в один голос воскликнули. Это деревня навсегда наша!

Конец