Холодный ветер резанул грудь и засвистел в ушах. Отец молча кипел, пока они шли через парковку к машине, где ждали остальные. Хантер пытался не кашлять: это разозлило бы отца еще больше. В легких давно не было такой тяжести. Он открыл дверь и уселся позади водительского сиденья.

Мать переводила взгляд с Хантера на мужа, не понимая, что значат выражения их лиц. Она откашлялась:

– Коди, достань, пожалуйста, из багажника мой шарф.

Вот оно что. Им всегда было легче орать на Хантера, если больше никто не слышит. Брат отстегнул ремень и выскользнул наружу, лишь на мгновение помедлив прежде, чем захлопнуть дверцу.

Они услышали, как багажник с щелчком открылся, слышали, как крякнула поднимаемая крышка.

Отец резко развернулся:

– Ты украл эти деньги?

Хантер отшатнулся, услышав сдавленный вскрик матери.

– Нет, – ответил он. – Нет, что ты.

– Мы решили порадовать маму, – отец так и кипел, – а что сделал ты? Ты нас унизил!

– Клянусь, я не крал! – сказал он. – Их дали… то есть я их нашел.

Само собой, ему не поверили. Родители пустились в обычную едкую ругань, и, когда они заорали в полную силу, Хантер сник. Откинувшись на спинку сиденья, задержал дыхание. Сфокусировал взгляд. И отдался натяжению тетивы: мышцы напряглись, будто он целился.

Только так – притворившись, словно бы нет ничего, кроме неба, деревьев, его лука и стрел, – он и мог прийти в себя.

Глухой стук вернул всех троих к действительности. Отец открыл дверцу:

– Коди, ну что ты там так долго?

– Прости, – ответил тихий сдавленный голос. – Я сейчас.

Сгустилась напряженная и неловкая тишина. Она нависла над ними, да так и осталась. Коди вернулся на место и просунул вязаный шарф на переднее сиденье над панелью переключателя скоростей. Хантеру показалось, что на пальцах брата что-то светится, но тот отряхнул ладони, и больше ничего не было видно.

Его отец дал задний ход и выкрутил руль – будто бы домашние еще не совсем поняли, как он зол.

– Дэвид! – закричала его мать. – Не так быстро…

Машина с резким толчком остановилась. Все посмотрели в сторону столкновения. Назад.

Через два стекла Хантер встретился взглядом с девушкой, что стояла у аквариумов. Той самой, с вечеринки. Выбившиеся из прически прядки наискось легли на лицо. Она не сморгнула.

Мать застонала от испуга.

С водительского сиденья другой машины выбрался человек, скорее всего отец девушки. Хмурясь, посмотрел на капот своей машины, а потом взглянул на багажник автомобиля семейства И.

Отец Хантера приоткрыл водительское окно и высунулся на морозный воздух. По его лицу невозможно было ничего понять.

– Ничего, – пожал плечами водитель другой машины.

Не удостоив того еще одним взглядом, отец Хантера повернулся к рулю, и автомобиль, взвизгнув шинами, покатился прочь. Багажник снова открылся, и, подобно шуму моря, внутрь ворвался звук ветра и стук болтавшейся вверх-вниз крышки.

– Это не я! – выпалил Коди.

– Знаю, что не ты, – сквозь зубы процедил отец, съезжая на обочину шоссе и останавливая машину. – Сломался вчера утром. Хантер…

– Сейчас. – Хантер выскочил из машины и несколько раз хлопнул крышкой, пока она наконец не закрылась.

Они уже подъезжали к дому, когда мать снова заговорила:

– Надо было остаться.

– Мне нечего ему сказать, – ответил отец.

– Но если их машина испорчена…

– Он знает, где я работаю.

Хантер услышал, как мать глубоко, сдавленно вздохнула:

– Ну почему снова эта семейка?

– Какая семейка? – спросил Коди.

– Чанг. – И мать завозилась с шарфом.

Значит, доктор Чанг – заклятый враг его отца. Хантер моргнул. Девочка с конским хвостом – Луна Чанг.