Но побыть наедине с собой парню было не суждено – едва он свернул к своей каюте, как нос к носу столкнулся с Грисаей. Та выглядела ещё хуже, чем до этого и пребывала, кажется, в каком-то полукоматозном состоянии – она стояла посреди коридора и, чуть покачиваясь, растерянно водила по сторонам отсутствующим взглядом. Оставлять её одну в таком виде показалось спецназовцу плохой идеей – кто знает, что будет с остальными обитателями и самой станцией, если «жрица-капитан» повредится рассудком.

– Грисая! – негромко окликнул девушку Макс.

Та нашла его глазами и, медленно сфокусировавшись, всхлипнула.

– Грисая, я понимаю, что ты в шоке и ужасе от увиденного, если хочешь – я могу побыть с тобой и ответить на твои вопросы. Я это сделаю, конечно, намного хуже Хамки, но хотя бы попытаюсь.

Фраза показалась нелепой даже ему самому, но Грисая, в глазах которой читалось только непонимание и паника, сейчас, похоже, была рада любой поддержке.

– А… Да, я… – медленно произнесла она.

– Здесь поговорим или наедине?

– Наедине… – кажется, она начала немного приходить в себя. – Идём, моя комната совсем близко, – потеряно озираясь по сторонам, Грисая пошла вперёд по коридору. Шаблоны сломались сегодня не только у Хамки.

* * *

Каюта «Верховной жрицы» почти ничем не отличалась от той, что оказалась в распоряжении Макса. Разве что здесь было чуть больше жёлтых светильников и большой светящийся шар на столе у окна.

Грисая подошла к кровати и, сев на край, закрыла лицо руками и заплакала.

– Эм… – начал было Макс и тут же запнулся.

«Чёрт, и как мне её успокоить? «Окей, вы деградировали, мне жаль, а мой мир того и гляди разнесут в клочки, так что мне тоже больно и грустно»? «Да, вы впятеро тупее одиннадцатилетнего ребенка, зато скоро вы отупеете настолько, что станете как звери и вам будет нормально»? Нет, надо придумать что-то адекватное».

– Почему ты плачешь?

«Чёрт, не получилось!»

– Макс, за что я так провинилась? – подняв глаза на всё ещё стоявшего у дверей Макса, вопросила она. – Почему, не смотря на всю мою веру в Обелиск света и Небесный город, всё оказалось именно так? Выходит, я не жрица? Выходит, это не рай? Кто же мы тогда?

Отвечать на такие вопросы было трудно – Макс не мог даже представить, что она чувствует. Ведь всего полчаса назад ей объяснили, что она и её подопечные – не просветлённые обитатели рая, а деградировавшие потомки бессмертных представителей высокоразвитой цивилизации.

«Гигант мысли из меня так себе, но как-то успокоить её нужно, ибо есть мысль, что другие обитатели не способны нормально соображать вообще. А значит, если потеряем её как адекватное существо – потеряем и всех этих ксинори», – подумал Макс.

– Вы все – ксинори, – снова начал он, просто чтобы не давать Грисае развивать её поток мыслей о тяжкой доле и расстраиваться ещё сильнее. – Не вот эти инуми, как ты сказала, а именно ксинори, как указал Хамки.

– Но я даже не слышала ни о каких ксинори! – навзрыд выкрикнула девушка.

– Это не важно, – мотнул головой Макс. – Ты – одна из них. Твои предки построили процветающий мир, колонизировали десятки планет, покорили космос. Это не мало, поверь. Просто для сравнения: обитатели моего родного мира – Земли, не смогли сделать ничего из этого. Мои собратья до сих пор не вышли за пределы нашей планеты, не построили даже самую паршивую научную базу на нашем естественном спутнике – Луне. Зато мы вечно воюем друг с другом, а твои предки такой ерундой не занимались.

– Предки? Макс, я ничего не знаю о наших предках! Я не знаю ничего, кроме того, что Небесный город был дан нам для райской жизни и духовного просвещения! Кем дан? Богом? Судьбой? Я не знаю! Так почему теперь оказывается, что наше «просвещение» – это пустышка, а сами мы – живущие в иллюзиях глупцы?! Ты слышал Его свя… Хамки? Я уже поняла, что он не бог! Но что с того, если все мои молитвы не стоят ничего?! Он просто пришёл, и я стала никем! Небесный город оказался не раем, а космической станцией, я оказалась не избранной Обелиском света жрицей, а капитаном! А все наши верования и легенды – досужей выдумкой! Но и это у меня было отобрано! Всё здесь теперь происходит по воле Хамки! Я стала никем за один день!

«Ты всегда была никем, если уж на то пошло»…

– Что мне теперь делать? Что делать нам всем? Как жить дальше? И жить ли? Ведь Хамки до сих пор не решил, как ему с нами поступить! Твоя подруга Эйка спит и видит, чтобы отомстить за что-то, о чём я не имею ни малейшего представления! Макс, мне страшно! Стоит Хамки щёлкнуть пальцами – и мы просто исчезнем! Для него ведь это самый простой способ решения проблемы! – размазывая по лицу слёзы, продолжала навзрыд кричать Грисая.

– Давай по порядку, – Макс вздохнул, собираясь с мыслями. Дела для «жрицы» в самом деле приняли максимально дрянной оборот, и что именно с этим было делать – он и сам пока не понимал. – Хамки пока не сделал ровным счётом ничего. Убил несколько напавших на него твоих собратьев и немного помял тебя. Неприятно, но в целом не критично. В остальном он просто открыл тебе глаза на то, что происходит вокруг на самом деле. Думаю, первое, что тебе стоит сделать сейчас – это попытаться смириться, что мир совсем не такой, каким вы его представляли. С прошлым ты ничего не можешь сделать, только принять. Но вот будущее зависит в первую очередь от тебя.

– Ты так думаешь, Макс? – чуть успокаиваясь, всхлипнула Грисая. – Но Хамки…

– Я в этом уверен. Хамки – шумный, громкий, скандальный, но не злой. Он разобрался в ситуации и понимает, что твоей вины в произошедшем на поверхности планеты нет. Я уверен, что он не причинит вам вреда, а значит – сейчас самое время подумать, что делать дальше.

В глубине души Макс знал, что с Хамки вообще ни в чём нельзя быть уверенным, но если бы он сказал «я почти уверен», то весь эффект «успокоительной беседы» испарился бы в один миг.

– Но что мы можем-то? – почти совсем без слёз, сказала Грисая. – Нас совсем немного здесь, у нас нет знаний наших предков, у нас ничего нет. Мы привыкли к раю Небесного города и не знаем другой жизни.

– Ну, ты можешь ведь ничего и не делать, – пожал плечами Макс.

– А?! – сколько надежды и мольбы было в этом взгляде.

– Ну как, просто жить, как жили, никого не трогая. Хамки отключил все боевые системы судна – зелирийцам вы не навредите.

– Это хороший вари… – начала было девушка, но Макс её перебил.

– А через годик или месяцок повреждённая автоматика станции даст сбой, и продукты перестанут появляться у вас на столах. В течение нескольких суток вы все умрёте от жажды в адских муках. Согласен, вариант неплохой.

Немой крик застыл у ошарашенной Грисаи в горле.

– Что, не нравится такой сценарий развития событий? – усмехнулся Макс. – Увы, исключать его нельзя – станция и раньше была повреждена, а Хамки ещё дел наворотил, пока по ней шастал.

– Ваааа!!! – снова потоки слёз и отчаяния.

«Да уж, думать – явно не её тема»…

– Зато есть более разумный план, – твёрдо сказал Макс. – Собраться с силами и заняться не леплением колобков из дерьма и палок, а реальным просвещением. Хамки сказал – все сведения он получил из баз данных корабля. Значит, они доступны и тебе. И ты можешь разобраться со всем сама, донести эти сведения до своих соплеменников, научить их работать с информационной системой. Эти знания существуют. Они доступны вам, просто пожелай, протяни руку – получишь их на блюдечке, как сейчас получаешь еду. Всё очень просто. И очень сложно, ты знаешь сама. Ведь вам придётся буквально вскипятить свои девственно-чистые мозги, чтобы воспринять все те сведения, что может дать вам станция. Вы потратите много сил и времени, но всё равно не достигните и тысячной доли тех знаний и навыков, которыми владели ваши бессмертные предки. Но это не так и важно. Главное – вы научитесь азам жизни в условиях, когда еда не возникает в результате молитвы. Научитесь рассчитывать на себя и свои силы, а не на Небесный город, который снабжает вас всем.

– На свои… силы?

– Именно так! Вам нужно будет наладить связь с теми ксинори, что живут на поверхности. Они могут обучить вас тому, что умеют, а вы – поделитесь своими навыками. Вы сможете работать и развиваться сообща! А потом, глядишь, и с зелирийцами в контакт войдёте. Благо, попасть на поверхность вам труда не составит, пока автоматика работает – телепорт есть.

– То есть, ты думаешь, что мы справимся? – всё также с надеждой глядя в глаза парню, спросила Грисая.

– Да. Потому что другого выбора у вас нет. Зависеть от станции, а потом погибнуть, или выйти за её пределы и жить той жизнью, которой сможете себе позволить. Всё будет зависеть от вас.

– Но кто поведёт нас? И что мне делать? Макс, ты можешь помочь нам?

– Ты – лидер для всех обитателей станции, – покачал головой Макс. – Тебе и вести их. Это – твоя ноша и твоя ответственность. Другой надежды у них нет. А насчёт помочь… Я? При всём желании – сейчас я не в том положении. Мне бы самому помог кто. Ты же слышала, что Хамки говорил про судьбу моего мира. Признаться, я не могу толком осознать всё это и не знаю, как мне поступать…

– И тебе не страшно!?

– Страшно, – признался Макс. – Я растерян. Но я не могу просто опустить руки. Так или иначе, я должен принять решение, взять на себя эту ответственность. И сделать всё, чтобы минимизировать потери среди моих собратьев, раз уж мне дали возможность на это повлиять… – он вздохнул и сел рядом с девушкой на кровать, опустив голову. – Так бывает, Грисая. И так уж получилось, что выбирать и решать придётся мне. Потому что я единственный человек, который знает, что угрожает Земле. И ты – верховная жрица или капитан – не важно. Ты отвечаешь за обитателей этой станции, потому что они видят в тебе лидера. Не подумай, я не ожидаю от тебя мудрости или чего-то подобного. Нельзя требовать то, чего нет. Ты испугана, ты в панике. Я понимаю тебя как никто другой сейчас. Потому и призываю взять себя в руки и начать действовать. У тебя есть средства, чтобы спасти тех, кто верит тебе и в тебя. И поэтому лишь от тебя зависит их будущее.

Если хочешь – бойся, плачь, это нормально! Но только так, чтобы другие не видели этого! Для них ты должна быть сильной и уверенной в себе! Думай, ищи выход из ситуации. Учись, не бойся трудностей. Их будет много, смирись. Но действуй! Я верю в тебя!

«А ничего так речь получилась, проникновенная», – про себя грустно усмехнулся Макс. Грисая шмыгнула носом и попыталась улыбнуться.

– Спасибо, Макс. Я постараюсь, правда, постараюсь сделать всё, что в моих силах.

– Вот и отлично, – улыбка получилась вполне искренней. – Отдыхай, а я пойду к себе, подумаю, что мне делать с моими проблемами… Пока!

Девушка с улыбкой помахала ему рукой, и спецназовец вышел из комнаты.