- Это волшебный камень. Он даст нам возможность противостоять любым заклинаниям, которые наложит на нас Охотница. - Говоря это, я передвинул джойстик вправо.

Гидеон немедленно поправил меня. Было странно пытаться следовать его указаниям, но через несколько секунд я услышал отчетливый звон, который возвестил, что мы забрали драгоценность.

- О, подожди, там что-то есть на деревьях. Похоже, это какая-то птица. Черт, она летит прямо на нас!

- У нее красные крылья или черные? - Закричал я и начал нажимать на кнопки, которые, как надеялся, должны были дать персонажу его палаш.

- Черные! Она прямо над нами! - Крикнул Гидеон.

Прежде чем я успел среагировать, раздался характерный звук - Ночной Сокол схватил и унес персонажа.

- Пятнадцать секунд, - сказал я со вздохом. - Думаю, это мой новый рекорд.

Губы Гидеона скользнули по моей щеке, а затем он сказал:

- Не волнуйся, детка, мы попробуем еще раз.

Прежде чем я успел ответить, Гидеон нажал кнопку, чтобы выбрать нашу следующую жизнь.

Поскольку для Гидеона, очевидно, было очень важно, чтобы мы попробовали сыграть в эту игру вместе, я согласился с ним, несмотря на то, что наш персонаж снова был убит почти мгновенно, на этот раз Людоедом Истины. Несмотря на то, что мы продолжали проигрывать раунд за раундом, я обнаружил, что увлекся объяснением различных элементов игры по мере того, как мы с ними сталкивались. Благодаря описаниям Гидеона было легко разобраться в том, что происходит на экране, и хотя мы не достигли большого прогресса в прохождении уровня, каждый раз, когда появлялся явный признак смерти нашего персонажа, мне не терпелось нажать на кнопку, чтобы начать новую игру. Энтузиазм Гидеона рос с каждой нашей попыткой пройти первый уровень. Его энтузиазм передался и мне, и к тому времени, когда он приостановил игру, чтобы сходить в туалет, прошло уже три часа.

Я мог только сидеть в ошеломленном молчании, уставившись в телевизор, пока Гидеон нес нам напитки. Никогда бы в жизни я не поверил, что смогу снова наслаждаться тем, что так долго было важной частью моей жизни.

- Ты в порядке? - Спросил Гидеон, устраиваясь позади меня. - Лекс? - тихо позвал он, когда я не ответил. Он обнял меня за плечи. Он явно волновался, поэтому я повернулся, чтобы он мог видеть выражение моего лица.

- Спасибо, Гидеон, - сказал я и рискнул протянуть руку к его затылку, чтобы притянуть к себе для поцелуя.

Я понял, что в этом не было необходимости, потому что еще до того, как мои пальцы коснулись кожи, его губы оказались на моих губах. В этом особом поцелуе не было ничего смиренного или сладкого. Он был страстным, голодным и отчаянным.

Когда мы с Гидеоном расцепились глотнуть воздух, оба тяжело дышали. Я мог сказать, что губы Гидеона все еще были рядом, потому что чувствовал его дыхание на своих губах.

- Ты, эм, хочешь продолжить игру? - неуверенно спросил он.

Мой желудок сжался в комок, когда я покачал головой. Я наслаждался каждым моментом игры с ним, но прямо сейчас мне нужно было нечто большее.

Я нуждался в нем.

Он нужен был мне весь.

Поэтому я снова медленно покачал головой, одновременно прошептав «Нет», молясь всем, кто был готов слушать, чтобы Гидеон услышал то, что мне не хватило смелости сказать.

Глава двадцатая

Гидеон

Хотя у меня, возможно, и не было большого опыта в том, что касается свиданий, читать Лекса и знать, что ему нужно, было для меня так же естественно, как дышать. Хотя так было не всегда. За последние несколько недель, я проводил с ним все больше и больше времени, он утешал меня, пока я, наконец, не оплакал все, что потерял, у меня была возможность узнать, что делал Лекс в дополнение к тому, что он говорил.

Приобретение игровой приставки было огромной авантюрой с моей стороны, но после того, как я услышал, как Лекс рассказывал о роли видеоигр в его жизни, мне захотелось немного отплатить ему за все. Я хотел, чтобы он всегда знал, что даже если он чего-то не видит, это не значит, что это для него потеряно.

Мне нравилось и играть с ним и наблюдать за тем, как играет он, но сейчас, когда его губы двигались под моими, меня совершенно не интересовало, что происходит на экране. Все мои чувства были настроены на Лекса.

Пока я жадно целовал Лекса, его пальцы впились в мои бедра. Его задница прижималась к моим коленям, так что не было сомнений, он должен был чувствовать эрекцию, быстро становившуюся все более заметной. За последние несколько недель горе умерило мое сексуальное влечение, но оно вернулось с удвоенной силой, и мне было неинтересно думать о последствиях того, что должно произойти между нами. Все, что меня волновало, это то, что я, наконец-то, сделаю Лекса своим. По тому, как он отвечал на мои поцелуи, я нутром чуял, что он тоже готов.

Но, несмотря на очевидную готовность моего тела, моему разуму все еще нужно было кое-что наверстать. Я оторвался от губ Лекса и попытался отдышаться, прежде чем прошептать:

- Скажи мне, что делать, Лекс.

Казалось, он понял, о чем я говорю, потому что прикоснулся губами к моим губам, а затем ответил:

- Просто люби меня, Гидеон.

Мое сердце сжалось в груди, потому что я не был уверен, говорил ли он о том, чтобы заняться с ним любовью, или о том, чтобы на самом деле любить его.

Я любил его. Хотя я был напуган этим до смерти. То, что я чувствовал к Лексу, было в тысячу раз сильнее, чем то, что я испытывал к Серене, и хотя знал, что он никогда не причинил бы мне такой боли, какую причинила она, если он не чувствовал того же ко мне, не уверен, что мое сердце восстановится. Поэтому я решил сосредоточиться на занятиях любовью, потому что это было все, с чем в данный момент могло справиться мое сердце.

Я снова поцеловал Лекса, затем поднялся на ноги. Я наклонился и обхватил пальцами его руку, чтобы помочь подняться. Как только он встал, я притянул его к себе, так что наши тела оказались на одном уровне, и снова поцеловал. Я заставил себя прервать поцелуй, пока он не стал слишком страстным, а затем повел его в свою спальню. Он снова оказался в моих объятиях, как только мы добрались до кровати. На этот раз поцелуем управлял Лекс, и меня это вполне устраивало. Его теплые руки легли мне на поясницу.

- Долой, - пробормотал он, потянув меня за рубашку. Я потянулся за спину, чтобы стянуть рубашку. Не успела она опуститься с моих плеч, как губы Лекса оказались на моей груди, особенно на соске.

Ощущение, когда он провел кончиком языка по маленькому бутону, чуть не поставило меня на колени.

- Блядь, - выдохнул я, обхватив его затылок рукой, чтобы удержать его там.

Но у Лекса была своя миссия, и он проигнорировал давление, которое я оказывал на его голову, и переместил свой рот на другой сосок. Его руки двигались. Я ничего не мог поделать, кроме как беспомощно стоять на месте, полностью попав в ловушку его обольщения. Я никогда не испытывал ничего подобного. Секс с Сереной был прекрасен, но даже самые лучшие оргазмы, которые я испытывал с ней, не могли сравниться с тем, что я чувствовал от ласк Лекса. Я был не только тверд как скала, но и чувствовал, что вот-вот выскочу из собственной кожи.

- Лекс, - прошептал я.

Его губы нашли мои, и он крепко поцеловал меня. В конце концов, я последовал за ним, когда он оторвался от меня. Он улыбнулся мне в губы.

- Гидеон, если я сделаю что-то, что тебе не понравится...

- Не сделаешь, - заявил я, прежде чем притянуть его к себе и крепко поцеловать. Он ответил на мой поцелуй, но затем его пальцы вцепились в мои волосы, чтобы откинуть мою голову назад и привлечь мое внимание.

- Пожалуйста, Гидеон, я должен знать, что если я сделаю что-то, что тебе не понравится, ты меня остановишь.

В его голосе было столько беспокойства, что я понял, для него это действительно важно, поэтому быстро кивнул.

- Я скажу тебе, - согласился я.

Лекс вздохнул с облегчением и снова поцеловал меня. Но его губы ненадолго задержались на моих. Они скользнули вниз по моему подбородку, затем по горлу. Его руки скользнули вниз по моим бедрам. Я хотел, чтобы он прикоснулся ко мне там, где я больше всего в этом нуждался, но ему, казалось, нравилось дразнить меня.

Когда я прорычал его имя, то услышал, как он тихо рассмеялся, а затем его пальцы сомкнулись на моем члене. Даже несмотря на то, что его рука была на джинсах, которые отделяли его от моей кожи, это прикосновение вызвало у меня глубокий горловой стон. Лекс провел рукой по моему стволу, продолжая терзать мою грудь мягкими укусами, за которыми следовали нежные облизывания. Не в силах больше держать руки опущенными, я потянулся к рубашке Лекса и практически сдернул ее с него. Это заставило его прекратить целовать меня, но его рука продолжала ласкать.

Я притянул Лекса к себе и прильнул к его губам в надежде хоть немного ослабить напряжение, что нарастало во мне. Лекс жадно поцеловал меня в ответ. Он перестал тереть меня через брюки, чтобы расстегнуть пуговицу и молнию. Я ожидал, что он запустит руку мне в штаны и поиграет со мной еще немного, но он застал меня врасплох, когда внезапно опустился на колени, одновременно стягивая с меня штаны руками. Мой тяжелый член подпрыгнул, когда его освободили из-под нижнего белья. Я опустил взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как рот Лекса касается места между моим бедром и основанием члена.

- О, Господи! - вскрикнул я, почувствовав прикосновение его горячих губ к моей чувствительной коже.

У меня не было времени размышлять о том, как близко он был к моему болезненно твердому члену, потому что в следующее мгновение его губы сомкнулись на моей головке. На этот раз, когда я вскрикнул, все, что я говорил, было бессмысленно. Несмотря на то, что я говорил себе, что не буду торопиться, губы Лекса были такими чертовски приятными, что это было невозможно. Я запрокинул голову и запустил пальцы в его темные волосы, чтобы удержать его на месте, пока засовывал член глубже ему в рот и, в конце концов, в горло. Мне сразу стало не по себе, когда Лекс подавился, но когда я попытался отстраниться, руки Лекса сомкнулись на моей заднице и крепко сжали. На этот раз он сам толкался вперед, пока не подавился моей плотью. Этот звук не должен был меня возбудить, но это произошло.

Потом я посмотрел вниз.

И весь мой мир перевернулся с ног на голову. Потому что вид губ Лекса, обхвативших мой член, его носа, прижатого к моему паху, и его серых глаз, устремленных на меня снизу вверх, заставил мои яйца взорваться, а затем я кончил ему в глотку. У меня не было времени пожалеть об оргазме, так как он поглотил меня целиком. Мои глаза были прикованы к Лексу, когда я изливал свое блаженство в его сочный рот. Он глотал снова и снова, пытаясь проглотить каждую каплю, которую я ему давал, но он не мог угнаться за мной, и вскоре из уголков его рта потекли струйки спермы.

От этого зрелища мой оргазм длился, казалось, целую вечность, и к тому времени, когда он закончился, я уже не мог стоять. Лексу ничего не оставалось, как отпустить меня, когда я практически упал на кровать. По крайней мере, мне удалось удержаться в сидячем положении, но мои конечности превратились в желе от испытанного кайфа от продолжительного оргазма. Лекс все еще стоял передо мной на коленях. Его щеки были ярко-красными, а губы блестели от моих соков. Он еще несколько раз сглотнул. Мысль о том, что он продолжает впитывать в себя все, что только может, пугающе заставляла меня чувствовать себя собственником. Я старался не думать о будущем, но, наблюдая, как мой возлюбленный незаметно облизывает губы, словно смущаясь необходимости пробовать меня на вкус, я мог думать только о том, что он мой.

Абсолютно и безраздельно мой.

Глава двадцать первая

Лекс

Меньше всего я ожидал, что Гидеон усадит меня к себе на колени и накроет мои губы своими. Я даже не смог припомнить, чтобы хоть один парень, с которым я был, целовал меня после того, как кончил мне в рот. Большинству из них была отвратительна сама мысль о том, чтобы попробовать себя на вкус, но, судя по тому, как Гидеон целовал меня, у него явно не было сомнений.

- Тебе определенно нужно научить меня делать так, - сказал Гидеон мне в губы.

- Думаю, если ты сможешь так делать с собой, то я вроде как становлюсь ненужен, - ответил я, не задумываясь над своими словами. Когда я понял, что сейчас, возможно, не лучшее время для шуток, мне захотелось, чтобы был какой-нибудь способ взять свои слова обратно.

Но Гидеон снова удивил меня, приподняв настолько, что смог перевернуть меня на спину на кровати. Когда его вес опустился на меня сверху и его губы накрыли мои, он выдохнул:

- Сопляк, - и крепко поцеловал меня.

Мысль о том, что я могу шутить с ним, немного успокоила меня. В прошлом я не всегда говорил правильные вещи в постели, и с кем бы я ни был, особенно с Грэйди, они явно выражали свое недовольство. Я так нервничал из-за того, что мог сказать не то, что нужно, что вообще перестал разговаривать во время секса. Но я чувствовал, что с Гидеоном это не будет проблемой.

Когда Гидеон в следующий раз прервал поцелуй, я почувствовал на себе его взгляд.

- Ты невероятный, - просто сказал он.

От любого другого парня это прозвучало бы как пустая лесть, но когда это сказал Гидеон, я почувствовал это всем своим существом. Я нутром чуял, что он не шутит, и мне так хотелось верить, что он говорил не только о моих навыках в оральном сексе.

У меня так и вертелось на языке сказать, что я люблю его, но потом я вспомнил, что мы не в тои положении. Что это положение, в котором мы, вероятно, никогда не сможем быть. Все происходящее было всего лишь результатом эффекта пузыря в Фишер-Коув.

- С тобой легко быть собой, - в конце концов, ответил я.

Это было правдой. Когда я был с Гидеоном, я не задавался вопросом, как ему угодить. Он был настолько искренен в своих реакциях, что мне не нужно было беспокоиться о том, притворяется он или нет, как, очевидно, было с Грэйди на протяжении всех наших отношений.