День сегодня был великолепный.

Я проснулся рядом с любимой женщиной, с которой провел восхитительную ночь любви. Она тихонько гладила меня по груди, в ее взгляде читалась грусть.

Я хотел быть рядом каждую минуту своей жизни, любить и оберегать. А еще сегодня ночью я окончательно убедился, что хочу с ней прожить всю свою жизнь.

Предложил Карине провести день вместе, но она захотела прогуляться к морю в одиночестве.

Что ж, как раз будет время заехать в ювелирный, купить кольцо и сделать ей предложение. Если она скажет "да", а я был уверен, что она согласится, вместе прокатимся в ее родной город, решим вопросы, связанные с бывшим мужем, а потом, когда вернемся сюда, поженимся, как можно скорее.

Я жаждал, чтобы Карина стала моей во всех смыслах.

Я оделся, поцеловал ее и вышел из дома. Карина держалась немного отстраненно, но я списал это на смущение после проведенной ночи.

О боги, что мы только не вытворяли в этом пляжном домике, я довольно ухмыльнулся. Стеснительная Карина оказалась просто пожаром в постели. Сама проявляла инициативу, ласкала, целовала, трогала... везде. Я думал, что в поезде у нас случился потрясный секс, но оказалось, что в нас был скрыт огромный потенциал.

В отличном настроении я заехал на работу. За барной стойкой стояла Оксана. Она приветственно махнула рукой и подошла ко мне, развязно виляя бедрами:

— Добрый день, Матвей Евгеньевич! Куда вы пропали вчера вечером, да еще и в такую жуткую погоду? Промокли небось до нитки. Так и разболеться недолго. Если что, обращайтесь. Так полечу, что мигом выздоровеете, — и она призывно облизнула ярко-красные губы. Ее заигрывания не произвели на меня никакого впечатления.

— Если и заболею, думаю, лучшей идеей будет обратиться к врачу, у тебя, Оксана, насколько я помню, медицинского образования нет. А сейчас вернись за барную стойку и приступи к работе, тебя народ ждет, — отбрил я ее.

Оксана недовольно поджала губы и ушла восвояси.

Я вышел из бара, у меня была масса дел.

Сначала, как и планировал, заехал за кольцом. Выбрал небольшое, но очень изящное, с россыпью маленьких прозрачных бриллиантов.

После заехал в супермаркет, набрал разных вкусностей и бутылку шампанского, чтобы отпраздновать помолвку.

Последним пунктом был цветочный магазин, где я купил для Карины букет белых роз.

Заехал домой, переоделся и поехал к ней делать предложение.

Долго стучал, но калитку мне никто не открыл. Может, еще не вернулась с прогулки? Я присел на пенек у калитки. Набрал ее номер, шли гудки, Карина не брала трубку. Может телефон дома оставила. Я прождал возле дома около часа, но она так и не появилась.

Вдруг в соседнем доме распахнулась калитка и оттуда выглянула женщина. Насколько я знал, это была мать Оксаны, но лично мы знакомы не были.

— Эй, парень, — окликнула она меня, — ты чего там высиживаешь? Час уже за тобой наблюдаю. Карину что ли дожидаешься?

Я подошел к ней поближе:

— Добрый день, — поприветствовал я женщину, — да, Карину жду, не видели, в какую сторону она пошла?

— В сторону железнодорожного вокзала направилась, с чемоданом. Уехала она, опоздал.

От ее слов душа ушла в пятки, я не мог в это поверить.

— Вы ничего не путаете? Я только утром с ней разговаривал, и она никуда не собиралась.

Но в душу уже начали закрадываться сомнения.

С утра я не обратил внимания на ее поведение, она была грустной, почти не разговаривала. Так, значит, она нарочно отвлекла меня, чтобы было время уехать.

Но почему?

Что я сделал не так, мне показалось, что у нас все только начинало налаживаться.

— Да как перепутаешь, сынок? С вещами она была, попрощалась. Поезд на Москву через двадцать минут отходит, беги, может еще успеешь.

Я поблагодарил женщину и пулей метнулся к машине. Гнал к вокзалу, не разбирая дороги.

Я должен был успеть сказать ей, как сильно я ее люблю, посмотреть ей в глаза.

Я подъехал и выскочил из машины. Бросил быстрый взгляд на табло отправления — пять минут. Выскочил на перрон, звал ее, вглядывался в лица. Наконец услышал ее голос:

— Матвей...

Бросился к окну.

Бледная, дрожащая, но непреклонная в своем решении. Я уговаривал ее остаться, не уезжать, но поезд тронулся, увозя Карину из моей жизни навсегда.

Я даже не знал ее адрес...

Я упал на колени и стоял так, пока поезд не растворился вдали. Обручальное кольцо жгло бедро через карман джинсов. В районе сердца образовалась огромная дыра. Я больше никому не верил и ничего хорошего от жизни не ждал, все стало бессмысленно и серо.

Не помню, как добрался до бара.

Меня о чем-то спрашивали сотрудники, но я не понимал смысла слов. В голове по кругу крутилась только одна мысль:

— Как она могла так со мной поступить...

Зашел к себе в комнату, закрыл дверь на ключ.

Никого не хотел видеть, слышать фальшивые утешения.

Несколько дней провел почти в беспамятстве.

В конце концов выстроил в голове четкий план своей жизни. Нужно было продать бар и уехать отсюда подальше, чтобы ничто не напоминало больше о Карине.

Что же, пусть будет так!