Слава богу, долго куковать в открытом космосе не пришлось. С полчаса примерно. Специально время не засекала. А когда появился встречающий корабль, план дальнейших действий в черновом варианте быстро созрел. Надо работать на упреждение и действовать очень быстро.

Потому что встречающим кораблём оказался эсминец десятого поколения, судя по обводам. Старенькая имперская модель. Когда-то корабль предназначался для высевания минных объёмов, ну или наоборот, сворачивания их при нужде. То есть это было узкоспециализированное военное судно, небольшое, но быстрое и манёвренное. Вооружение тоже устанавливалось под специфическую задачу – уничтожение мелких целей на расстоянии. Одним словом, корабль поддержки флота. На сегодняшний день такие суда уже не выпускаются даже гражданской промышленностью. Но запчасти, судя по тому, что старичок продолжает как ни в чём не бывало бороздить просторы Вселенной, видимо, достать несложно.

Кроме того, если судить чисто визуально, бывший эсминец сильно модифицирован. Гондолы маршевых двигателей менее массивные, а значит, и сами движки стоят нестандартные, то есть достаточно современные, чтобы при приличной тяге не быть большого размера. Это касается и маневровых. Корпус, к слову, тоже основательно усилен.

Значит, выводы верны. Кто-то весьма комплексно подошёл к модификации корабля. Когда-то на орудийной платформе устанавливали восемь спаренных турелей, оснащённых рельсовыми стволами. Это очень точные и скорострельные орудия на дистанции. Теперь же, судя по всему, воткнули плазму. А поскольку плазменное вооружение слишком энергозависимо, в целях экономии установлены всего четыре огневые точки. Но и этого более чем достаточно, потому что поражающий эффект таких орудий ужасает своими последствиями на ближней дистанции.

Уже изученные специальные базы знаний во время осмотра по мере необходимости как по волшебству выдавали на-гора нужную информацию. Выходит, не зря я последние годы живу с постоянной головной болью. Теперь хоть стало видно, что польза от непрерывного фонового обучения есть. Потому что я вдруг осознала, что точно представляю всю конструкцию и практически досконально знаю внутреннее устройство. Правда, стандартное. После модернизации многое могло измениться, конечно, но вряд ли настолько сильно, что заблужусь. Да и кораблик маленький, очень плотно скомпонованный, изначально рассчитанный на экипаж из десяти человек. Особо не разгуляешься с изменениями.

Идентификатор, чтобы узнать название и хозяина судна, я прочитать не могла: оборудование скафандра для этого не предназначено. Одно могу сказать: пилот был неплох. А может, и искин управлял полётом. Не знаю, в общем. Но подошёл он к туше транспорта красиво, даже с излишней лихостью. Сделал переворот на сто восемьдесят градусов и отработал маршевыми на торможение. Говорю же, древнее корыто. Сейчас неподвижное кормовое расположение двигателей на военных кораблях такого класса не используется.

После торможения, сверкнув маневровыми, корабль вернулся в исходное положение и замер рядом. Совсем рядом, примерно в сотне метров. И опять кто-то может уличить меня в несоответствии: мол, у тебя ж скафандр, который может предоставить точные данные. И я даже спорить не стану. Конечно, может. Просто в описываемый временной промежуток она была не нужна. В смысле точность. Не стрелять же. Вот ежели б она понадобилась… Но в тот момент я просто наблюдала и заодно лихорадочно соображала, как мне поступить.

Меж тем в носовой части правой передней скулы открылся порт, и оттуда стартовал абордажный, судя по конфигурации, бот. И, что интересно, он был гораздо новее корабля-носителя. На десяток поколений более свежий. Причём стартовый отсек на эсминце не закрылся, а так и остался зиять, подсвеченный изнутри.

Меня будто чем-то кольнуло. А что, если рискнуть и?.. Я рассуждала следующим образом. Исходя из известной мне информации о максимальном количестве экипажа, можно предположить, что эта цифра на данный момент не сильно изменилась в большую сторону. Уверена, что теперь обслуживающего персонала на борту даже меньше. А если и ошибаюсь, то не критично. Ну предположим, что теперь там теснится на пару человек сверх изначального, так и что? Они при любом раскладе сейчас на своём боте к борту «Колдвина» идут. Отсюда следует простейший вывод: на борту супостата осталось минимум народа, и эту ситуацию необходимо использовать по полной программе. Судьба в очередной раз предоставляет шанс. Грех не воспользоваться.

Замаячила скорая драка, и тут же адреналин огненной рекой затопил естество, отключая всё лишнее. Работаем! Первым делом необходимо срочно попасть на вражеский борт, а дальше – по ситуации.

В голове только необходимые мысли. Отдала команду искину скафандра рассчитать и произвести прыжок, чтобы достигнуть корабля. Есть такая функция. Для этого пришлось полностью расслабиться, чтобы не мешать умной автоматике сделать всё правильно. Слишком уж не хочется стать метеоритом. Тем не менее на весь короткий полёт сердце, похоже, вообще остановилось и снова принялось учащённо биться лишь после касания чужого борта.

Пока летела, обратила внимание на ещё одну странность. Краем уха ведь слышала, что конвой должен быть, и тем не менее кроме этих двух кораблей никого более не было. Но потом лишние мысли из головы улетучились, ибо, как говорится, приехали. Ну, в смысле моя остановка.

Я не боялась, что меня заметят. Во-первых, человек в скафандре слишком малая цель. А во-вторых, уверена была: на данный момент они ничего подобного не ждут и вряд ли отслеживают ближнюю полётную зону. Ещё ведь поэтому старалась не использовать активное оборудование своего защитного комплекса. Цель хоть и малая, но всякое бывает. Зачем лишний раз искушать судьбу?

Так или иначе, но в открытый стартовый ангар эсминца я попала без каких-либо проблем. И внутри меня никто не встретил. Ни тебе, блин, ковровой дорожки, ни цветов, даже завалящего оркестра не обнаружилось. Жлобы. Был, правда, штурмовой роботизированный комплекс, состоящий из четырёх дроидов и осадного модуля, но в неактивном состоянии. И лучше бы пока их обезвредить совсем: не дай бог, включатся. Метнулась к боевой технике и за минуту вывела их всех из строя, отсоединив шлейфы от источников питания. Всё, теперь совсем не опасны. Ну, до тех пор, пока кто-то не восстановит подачу энергии.

Время шло на секунды. Нужно было многое успеть, пока местные обитатели не сообразили, что на борту хозяйничает неприятель. Для начала отправилась в машинное отделение. Мне необходимо было обесточить судно, а перед этим закрыть стартовый ангар, лишая абордажную группу возможности вернуться. И это здорово, что местные гаврики не сильно озаботились внутренней системой безопасности. Ни следящих камер, ни защитных точек. А с другой стороны, им такого и не надо. К чему? Судя по всему, ребята специализируются на нападении. Причём желательно на практически безоружную жертву. Прямое столкновение с равным противником или тем более с превосходящим по силе полностью противопоказано. Им такого не надо, а раз так, то и на лишнее оборудование нет смысла тратиться.

Инженера нашла быстро. Он ковырялся где-то ниже уровня основного пола, сняв его часть, одни ноги с задницей торчали. Так увлёкся, что даже не заметил моего появления. А когда заметил, было уже поздно. Дядя нарушил кучу правил, потому что не удосужился даже включиться в средство защиты. За что и поплатился. Нет, он в любом случае получил бы свою порцию люлей, но так его оказалось проще обезвредить, не убивая. Будь он, как положено, в скафандре, пришлось бы сразу класть наглухо. Вместо этого я аккуратненько, практически нежно, тюкнула его по башке, и бедолага потерялся. Вот связать было нечем, поэтому выгребла прямо на палубу хлам, сложенный в каком-то инструментальном шкафу подходящего размера, и, согнув оглушённое тело пополам, сунула туда и закрыла снаружи. Предварительно убедившись, конечно же, что изнутри открыть нельзя.

Далее тоже действовала без промедления. Первым делом отключила местный управляющий искин, благо он оказался на штатном месте. После чего закрыла в ручном режиме лючину стартового отсека и только потом вывела реактор из-под нагрузки, переведя его в холостой режим. На все эти манипуляции моих технических знаний уже хватало. Почему именно таким способом? Так вырубать системы по одной долго и заметно, а стоило обесточить корабль, и всё отключилось само собой. Быстро и эффективно, что и требовалось.

Но прежде чем идти к центральной рубке (впрочем, корабль мал, и резервная тут вообще не предусмотрена), я вернулась и внимательней осмотрела жилой отсек, что примыкал к небольшому трюму (сейчас пустому) и собственно стартовому отсеку. К слову, когда-то это было одно помещение, где хранился запас пустотных мин с оборудованием для их высевания и сбора. Теперь же его поделили, переделав под другие нужды. Я пробежала там галопом и толком не осматривала. Теперь же решила проверить: мало ли вдруг кто дрыхнет в общем кубрике? Однако там ожидаемо никого не оказалось. Кают-компания также порадовала пустотой, в смысле отсутствием живых разумных. Хотя и мёртвых не наблюдалось. Во всяком случае, пока. Скоро всё изменится.

Капитанская каюта была закрыта. Надурняк постучалась. Ну а вдруг открыли бы? Однако ничего подобного не случилось. Оно и понятно: капитан сейчас должен находиться на боевом посту. Это-то больше всего удивляло. Если капитан находился в рубке, то почему до сих пор нет ответной реакции на мои действия? Я, конечно, времени не теряла, но пара-тройка минут уже прошли. Уснул, что ли? Не видит творящегося на собственном корабле безобразия? Впрочем, сразу мог и не понять. Искин был отключён первым, поэтому сообщить не мог. Но после того как начали отключаться системы, причём без команды, мог бы уже хоть какие-то признаки беспокойства продемонстрировать. Но нет.

Дошла до двери в рубку – та, естественно, была закрыта. Нет, открыть её можно даже на обесточенном корабле: есть аварийные источники питания. То же освещение сейчас работает именно от них. Неужели придётся вскрывать вручную с моей стороны? В принципе, в машине, скорее всего, даже инструмент для этого найдётся. Но это время. А мне бы побыстрее управиться, чтобы нормально встретить абордажную команду. Ну же, кто бы там ни находился! Ты же не трус? Давай, проверь, что случилось. Выгляни хоть на секундочку…

И вдруг дверь начала открываться, словно кто-то внял моей мысленной просьбе. Но врасплох меня это не застало, дверь же не гильотина, тем более на аварийном питании она открывается далеко не мгновенно. Короче, дверь открылась, однако в дверном проёме никто не стоял. Типа приглашение заходить? А сам, поди, где-то сбоку прячется? Ну-ну! Хитрец, блин.

Я тоже спешить не стала, оставляя возможность командиру корабля (ну, пока ещё командиру) первым проявить инициативу. Посмотрим, у кого нервяк крепче. «Бритва» давно в руке, отведённой за спину для удара снизу вверх. Сама припала к палубе на одно колено и оперлась левой рукой. В таком положении, даже если начнёт стрелять сразу, не зацепит, смерть выше пройдёт. В свою очередь, это даст мне возможность обезоружить его одним ударом. Обезоружить и ошеломить. Церемониться я не собиралась. Так всегда учил поступать Грол.

И местный командир не подвёл – резко вывернул из-за угла. Весь из себя такой боевой, с оружием в вытянутых руках. Это он зря. Я б иначе в такой ситуации действовала.

Короче, медлить не стала. Включилось ускоренное имплантом восприятие, и время словно замедлилось. Рывок вперёд, взмах «бритвой» – и обе культяпки, продолжающие сжимать серьёзную такую пушку, начали дрейф в невесомости отдельно от своего хозяина. Главное сделано. Враг обезоружен и лишён ориентации, ибо от удара плечом в грудь также изображает крупный метеорит в ограниченном пространстве рубки. Смешной такой, потому что пытается культями за ложемент ухватиться. Догнала его, ухватила, развернула поудобней, не забыв вынуть батарею скафандра, после чего от всей души впечатала бронированный кулак ему в область пуза. Била так, чтобы выплеснуть всю скопившуюся за годы ярость.

Нет, убить не хотела. Да и не вышло бы. И пусть в районе пояса серьёзной брони нет в угоду гибкости конструкции защитного комплекса, но не абсолютно же. А даже если б и отбила внутренности напрочь, сразу всё равно сдохнуть не успел бы. Впрочем, дядя этот крепким оказался. Даже в распластанном положении, на спине, что-то пытался исполнить, когда попробовал отбить направленный на него игольник. Пришлось показать всю серьёзность своих намерений и дальше действовать в лучших традициях моего преподавателя, то есть максимально жестоко. Клиент испуган, дезориентирован и подавлен. Нельзя давать время на осмысление ситуации. Давить, давить и ещё раз давить. Самой не приходилось это делать, но процесс наблюдала неоднократно, когда работала с Учителем.

– Вскрывайся.

Голос постаралась сделать максимально безразличным.

Он что-то там попытался вякнуть, и тогда я, недолго думая, прострелила ему левое колено. Потому что обрабатываемый на любой вяк не по делу должен получать максимум боли. Стреляла в упор, а на таком расстоянии никакая броня не помогла бы. ПИРТ-16 есть ПИРТ-16. Я ж говорила уже, что «спиртянские» – это нечто? Ах говорила? Вот и результат: ногу почти оторвало. Люблю эти машинки.

– Я сказала, вскрывайся, – повторяю приказ.

А для наглядности моих намерений нацелила оружие в правую ногу. Дескать, продолжишь упрямиться – вторая ходуля отлетит.

И, похоже, супостат понял, что разговоры разговаривать никто не собирается, потому что начал выполнять мои команды. Правда, получалось плохо. Отстреленная в колене левая нога сильно мешала, да и отсутствие кистей обеих рук также мало помогало. Вот крови было немного: штатно отработали встроенные жгуты комбинезона, своевременно перетянув повреждения. Бедолага задёргался, пытаясь выбраться из вскрывшейся скорлупы защитного комплекса, но не справлялся. Пришлось помочь, попутно отрубив болтающийся на лоскутках мышц и сухожилий обрубок ноги. Более гаврик был не опасен.

Особо не церемонясь, посадила его, прислонив к какой-то тумбе.

– Жить хочешь? – спрашиваю.

У подопытного должна быть надежда. Пусть даже он и догадывается, что всё сказанное палачом может оказаться откровенным враньём. Но всё равно ведь остаётся шанс на благоприятный исход, верно? Вот и этот часто-часто так закивал, показывая тем самым, что жить в общем-то пока ещё далеко не надоело.

– Коды доступа к бортовому искину. Быстро!

И он запел.

Естественно, я сразу не поверила на слово. Прежде чем отправить теперь уже бывшего капитана в места вечной охоты, всё проверила. Конечно же, этот гад хитрил. Даже в таком состоянии и в безвыходном положении попытался обмануть. Однако после удаления последней ноги и недолгой обработки зубов напильником, заблаговременно найденным в машинном отделении, сдался окончательно. Тут уже никакая, даже самая навороченная нейросеть не сможет купировать болевые ощущения. Я имею в виду, когда напильником по живым зубам. Особенно когда им водят по «бивням», одновременно наступая на самое важное для любого самца.

На всё про всё потребовалась минута, ещё две – на переход из рубки в машинное. Тащила бедолагу нарочито небрежно, специально стараясь цеплять его больными местами за все выпирающие углы конструкций набора корпуса. Человек без скафандра максимально беззащитен перед тем, кто в него, наоборот, облачён. И тем не менее последней каплей в подавлении воли клиента оказалось моё лицо. Когда я открыла лицевую маску, бедняга обе нужды под себя справил и наконец выдал верный набор кода. После чего получил быстрое избавление от мучений.

Жалости я не испытывала. Было жутко и до тошноты неприятно заниматься пытками, а вот жалости… нет. Это был враг. Причём достойный: до последнего сопротивлялся. Он просто не готов был встретиться с подготовленным противником. Знал бы доподлинно, за кем послали, ничего бы у меня не вышло. Ну да не об этом сейчас.

Искин наконец оказался под моим контролем. Все системы корабля вновь запущены. Осталось разобраться с абордажной группой, а то нарезают, понимаешь, круги вокруг корабля. Наконец и до них дошло: происходит какая-то фигня. Но пока ещё не решаются вламываться на борт собственно судна при помощи грубой силы, то есть взламывая обшивку. Они же пока не знают, что корабль им больше не принадлежит. Но в принципе, могут, благо их бот как раз для этой цели и предназначен.

Впрочем, теперь, когда эсминец оказался под моим контролем, мне не составило бы труда избавиться от них всех разом, просто расстреляв бот из бортового вооружения. Но жаба с хомяком на дыбы встали. Мол, совсем попутала хозяйка? Столько добра пропадёт! И я пошла на поводу. Рисковала, понятное дело, но уж больно жирным куш показался. К тому же на борту имелся штурмовой комплекс. Он уже был приведён в рабочее положение и находился под контролем управляющего искина. А вот сама я не могу им управлять: нет подходящей специализации. Но кибернетический помощник должен справиться. Остаётся только открыть стартовый отсек и дать ребятам возможность завести бот внутрь. А там… Всех без сожаления в расход, пленные ведь мне без надобности.

Всё-таки каким бы живым ни казался искин, какие бы зачатки эмоций ни транслировал, он всё равно остаётся бездушной машиной, потому что подчиняется тому и выполняет приказы того, кто в данный момент является его владельцем. А сейчас им полностью и безраздельно была я. Коды полного доступа давали абсолютную власть. Даже делать ничего не пришлось. Просто отдала команду на уничтожение вторгшегося на борт неприятеля. Естественно, кодировка «свой – чужой» заблаговременно была изменена. А оставленный мне скоропостижно почившим бывшим капитаном в наследство штурмовой комплекс под командованием управляющего искусственного интеллекта ювелирно разобрался с абордажной группой.

Да, парни уже начали подозревать какую-то подставу и по прибытии на борт выгружались со всей возможной осторожностью. Однако всей картины даже приблизительно знать не могли и потому ничего подобного не ожидали. Их буквально в упор расстреляли четыре абордажных дроида. Хватило бы и двух, но это я уже потом поняла. Машинки производят прямо-таки ошеломляющий шквал огня. Ну так на то они и штурмовые. Для того ведь, собственно, и создавались. Но мне-то откуда было знать? Имей я необходимую информацию…

Хотя, как говорят в народе, кашу маслом не испортишь. Главное – дело сделано. Но, я вам скажу, ох и кровищи было. В итоге толком даже затрофеить ничего не удалось. Людей просто порвало в клочья. Хорошо хоть ущерба самому боту нанесено не было. Ну, почти. Кое-что таки повредили железные ублюдки, им-то не чинить. Но вообще терпимо. Главное, бот хода не потерял, а с некоторыми мелочами у меня было кому справляться. Местный инженер, единственный выживший из всей команды, как раз и пригодился позже по прямому назначению. Но об этом после.

Едва с угрозой было покончено, пришло время заниматься насущными делами. В частности, транспорт (это я про «Колдвин», на котором, так сказать, путешествовала в Содружество) улепётывал из системы вместе со всеми моими вещами, оставленными у него на борту. А там немало ценного для меня было: второй «спиртянский», УСК, взятый трофеем с ликвидатора, пришедшего по мою душу, мой собственный искин, ну и рюкзак с прочими личными вещами. На борт «Арамса» я ж припёрлась налегке.

А эти, блин, перевозчики, так их разэдак, шуруют на выход из системы так, что след догорающей в пустоте плазмы светится на сотни километров в кильватере. Жгут плазму ребятки, что называется, на все деньги. Тоже не дураки и два плюс два быстренько сложили. Для начала, видимо, заметили, что система наведения эсминца отключилась, а чуть позже и шарящиеся по всем помещениям судна абордажники быстренько полным составом подались восвояси. Нужно быть идиотом, чтобы остаться на месте и покорно продолжать ждать своей участи.

В этом смысле я понимала логику их действий. Вот только позволить им сбежать мне мои хомяк и жаба не дают. И правильно делают. Мне, в принципе, чужого не надо, но за своё загрызу нахрен. Ну а что? Мало того что за проезд денег стрясли, словно я ехала в королевских апартаментах со всеми вытекающими, так ещё при первом же удобном случае согласились меня продать, даже не попытавшись предоставить защиту. Теперь вот ещё и банальное ограбление. Ну, уроды – они уроды и есть.

Первым желанием было расстрелять грузовик к чертям. Меня всю колотило от ещё полностью не схлынувшего адреналина и злости. Но потом подумала, что это мне на пользу не пойдёт. А вот если плюнуть на оскорблённую гордость и нормально договориться, не предъявляя особых претензий, можно поиметь гораздо больше. Во-первых, верну свои вещи. А во-вторых, получу дополнительных свидетелей, которые подтвердят, что конкретно эту лоханку я честно, с боем, отжала именно у пиратов.

Не то чтобы это было прямо уж очень необходимо, ведь все свои действия я записывала, к тому же теперь точно знала, что эсминец и его экипаж давно находятся в розыске на территории всего Содружества, так что я в своём праве, но тем не менее свидетели не помешают. К тому же рано мне пока начинать ссориться с «Биорес». С них ещё много что поиметь надобно. Те же деньги нужно, наконец, стрясти, ибо они хоть и числятся за мной, но находятся на счетах корпорации. Но главное, организация должна обеспечить мне легализацию в местном обществе, то есть гражданство.

В общем, надо догонять «Колдвин», пока он на струну не встал.

А теперь представьте моё разочарование, когда я выяснила, что, как бы мне ни хотелось сесть за, так сказать, «рычаги управления» кораблём лично, до поры до времени я могу это делать лишь опосредованно. Ибо не имею официального разрешения по причине отсутствующих официальных допусков. То есть иметь такой корабль в собственности может хоть младенец, а вот управлять… Какая, блин, ирония! Тут, оказывается, та же бодяга, как и с привязкой оружия через нейросеть, только немного сложнее.

Я-то размечталась, что знания пилота, почерпнутые мной из учебных баз, позволят делать это сразу. Ага! Куда там! Накося выкуси! Прежде чем управляющий искусственный интеллект позволит это сделать, мне, оказывается, в обязательном порядке необходимо пройти стандартную сертификацию. И без этого никакая профильная нейросеть, никакие профильные знания в достаточном объёме не помогут.

Помню, Грол в своё время, когда мы с ним разговаривали об установке мне сетки и профессии, часто повторял такую фразу: мол, без бумажки ты какашка. Он имел в виду, что даже таким, как мы, кто занимается… скажем так, не очень законной деятельностью, без набора необходимых идентификаторов (говоря старым языком – без документов) никак нельзя. Вот оно и вылезло, когда не ждали.

А управление атмосферным летуном всем промысловикам на Экзотте, оказывается, сертифицирует непосредственно «Биорес», прямо на месте. И это действительно так. Потому что даже Умник подтвердил после моего запроса, что, дескать, да, такой сертификат-допуск у нас с ним имеется. Просто я как-то упустила это из виду. Да мне и не надо было. Ведь всё работало без этого лишнего знания.

Ну и что теперь делать? Меня в какой-то момент даже на смех пробило, когда сообразила, что пиратам и тем приходится соблюдать законы, дабы иметь возможность их же потом нарушать. Ну, блин, казуистика. Нет, вполне возможно, специалисты определённого профиля могли бы покопаться в мозгах любого искина и убрать эти специальные закладки. Вот только кому это надо, когда гораздо дешевле получить необходимую сертификацию по закону? Особенно если учесть, что те же пираты могут обратиться в специальные организации на нейтральной территории. Ну, там, где их не станут сразу хватать, вязать и тащить в ближайший суд.

Государство Мар, к примеру, до сих пор считается изгоем после войны с жагами. Сами жаги, к слову, тоже впоследствии присоединились к единой профессиональной сертификации, несмотря на то что отношения с империей и сейчас далеки от дружеских, ведь торговля нужна всем.

Но вернёмся к работорговцам. Я опять про государство Мар. Да, против них введены жесточайшие санкции, и вообще не очень понятно, как они там умудряются выживать. Тем не менее выданные на их территории профессиональные сертификаты прекрасно работают везде. Так что работники ножа и топора не имеют проблем с получением необходимых допусков. Даже они, что особенно обидно. А я вот не имею, а потому не могу порулить. Хоть плачь, хоть смейся. Но деваться некуда.

– Искин! Курс на перехват транспорта.

– Выполняю.

Я поудобнее развалилась в ложементе.

– Запроси связь.

– Канал создан, отклик получен. Капитан «Колдвина» на связи.