Готовилась я, значит, к операции, разрабатывала разнообразные сценарии развития событий, придумывала легенду, просчитывала маршрут Реверина Принса, составляла план своего передвижения, заранее купила билеты на премьеру какого-то мюзикла на определённое время, чтобы иметь алиби на нахождение в нужной точке маршрута… Продумала ряд мероприятий, если дело вдруг начнёт принимать неблагоприятный для меня оборот. Ну, знаете, толпа, она ведь такая. Как себя поведёт, предсказать невозможно. Вполне может в панику не удариться, и тогда необходимо дать ей дополнительный толчок. Порой для раскачки людей может потребоваться некий триггер, дабы запустить цепную реакцию. Как правило, хватает буквально одного вовремя брошенного слова, к примеру, «пожар» или «разгерметизация». Его подхватывают стоящие рядом, а дальше пошло-поехало.

Однако сам клиент может по какой-то причине не прийти на свои похороны. Заболел там, живот прихватило – да что угодно может произойти. Такое сплошь и рядом бывает. Идеально подобного рода акции очень редко проходят. По моим наблюдениям и опыту проведения, почти никогда. Особенно если работаю именно я. Всегда что-то наперекосяк. Ведь даже при тщательно просчитанной и подготовленной акции достаточно элементарной мелочи, чтобы планы рухнули совсем или их пришлось в срочном порядке корректировать прямо по ходу процесса.

Ну да ладно. Всего не учтёшь, и в общем я была готова начинать. А раз так, тянуть не стала. На дело взяла с собой Машку. Ну да, использовала её как отвлекающий фактор и свидетеля. Что в этом такого? Есть задача, которую надо решить, вот и пользуюсь подручными средствами. В конце концов, ей ничто не угрожало. Она всего лишь статист в моей постановке. Я ведь собиралась отработать объект чисто, и подруга ничего не должна была заметить. Её роль – громко возмущаться после, ежели меня начнут вязать. Возмущаться, доказывая, что всегда была рядом и заметила бы, если бы что-то такое случилось.

В общем, я использовала элентийку втёмную. Скажете, некрасиво? Низко? Может, и так, но ничего не поделаешь. Слишком стеснённые у меня условия, чтобы думать о морали. И я не зря сразу оговорилась, что тщательная подготовка совсем не гарантирует идеальное воплощение. Вот и в моём случае этот самый тщательно продуманный план практически сразу полетел в тартарары. Правда, уж кому-кому, а мне грех на то жаловаться. Даже лучше получилось.

Короче, работать клиента я решила после окончания трудового дня. Как раз примерно в это время открывают двери многочисленные театры, расположенные аккурат на нужном мне направлении пути объекта. То есть по легенде мы с подругой идём смотреть премьеру, вот и оказались рядом, а до этого трескали выпечку в той самой кафешке, которую я якобы случайно обнаружила в своих хаотичных экскурсиях по станции. Зачем кому бы то ни было знать, что я подобное заведение специально искала? А что там и правда выпечка всегда свежая и наивкуснейшая, всего лишь приятное дополнение.

И вот сидим мы, значит, чавкаем булочками, запивая их душистым, правильно заваренным гезом. Марья трындит без умолку, рассказывая в лицах, как она сегодня впаривала женскую версию инженерного скафандра аж из прошлогодней коллекции одному идиоту, почему-то возомнившему себя великим экспертом. Я слушала её краем уха, изредка улыбаясь в нужных местах, а сама сосредоточилась на высматривании цели.

Клиент объявился вовремя. Он вообще, как выяснилось, аккуратист и всегда педантично придерживается графика. Видимо, Реверин из тех людей, которые очень ценят каждое мгновение своего времени. Ну что же, это похвально, да и мне проще. Жаль только, что старалась я зря, ибо все мои длительные приготовления не понадобились от слова «совсем». Знать бы заранее, но чего уж там. Видимо, в тот день сама местная богиня Елазна играла на моей стороне, ну или мой родной земной Бог каким-то образом смог дотянуться из своей епархии в эту.

В конце концов, не столь важно, было божественное вмешательство или нет. Главное, что паника и, как следствие, куча-мала из людей образовались не по мановению моей руки. Не успела просто. Только собралась на выход из кафе, потянув за собой жующую на ходу эленте, и тут какой-то идиот-торопыга, бегущий по транспортной пешеходной дорожке, вдруг споткнулся и потерял равновесие, а падая, попытался ухватиться за кого-то, потянув его за собой.

Надо отметить, что дорожки эти двигаются не очень быстро, примерно так же, как и эскалаторы в магазинах. Случись это в другое время, люди просто упали бы и инцидент был бы исчерпан. Не без ругани и взаимных упрёков с выяснением, кто выше по статусу, но исчерпан. Ссадины и лёгкие ушибы не в счёт. Однако в час пик, когда народу густо и движущиеся в разных направлениях ленты плотно нагружены, да и обычные, то есть неподвижные тротуары, тоже не пустуют… Короче, неловкие действия случайного торопыги безнаказанно не прошли. Несколько человек упали, но дорожка продолжает ехать. Упавшие цепляют идущих параллельно, те от неожиданности также валятся… В конце концов аварийная автоматика сработала и остановила ленту. Но тех секунд хватило, чтобы человек пятьдесят собрались в кучу и завязались узлом.

В том узле, на моё счастье, оказался и клиент. Столпотворение усугублялось тем, что люди в большей своей массе существа сердобольные, искренне стремящиеся помочь ближнему. Таких доброхотов набралось так много, что протолкнуться к цели было ну очень сложно. Крик, писк, визг, вопли пострадавших. Кто-то кого-то куда-то волочёт, суета, неразбериха. Грех было не воспользоваться. Пришлось попыхтеть, чтобы подобраться ближе, изображая спешащую на помощь. А свернуть нужную голову, торчащую из общей кучи, вообще дело техники.

Короче, мы помогали изо всех сил. Вместе со всеми таскали людей, складывая их в безопасном месте. В итоге даже на сеанс опоздали. Правда, продолжалось это всего каких-то десять минут. Далее появились специальные службы и, разогнав добровольных волонтёров, сами взялись проводить необходимые мероприятия по оказанию помощи пострадавшим и ликвидации последствий, дабы навести порядок. И, как по мне, мероприятие такое себе получилось. Дорожки встали в самый вечерний час пик, отчего столпотворение только усилилось, создав плотную давку, которая была мне только на руку. Поэтому люди теперь вынуждены были передвигаться пешком, и запретить им это не могут. Или не хотят.

Может, где-то на низах, среди граждан с более низким рейтингом лояльности, перекрыть одну из основных транспортных артерий станции ничего не стоит. Но здесь-то район респектабельный, и хрен такое устроишь. Тут же жалобы полетят куда надо, и администрация вынуждена будет реагировать на сигналы основных налогоплательщиков. Ясен пень, случись такое, виноватого, скорее всего, назначат, но зачем же до этого доводить? Уж лучше вручную, пусть и бестолково, регулировать движение потока. В этом случае граждане всё равно останутся недовольны, но хотя бы увидят, что специальные службы не дремлют, так сказать. Ну да, руки не из того места и регулируют поток отвратительно, но они хотя бы стараются. Так в новостях и напишут всевозможные СМИ, команды которых откуда ни возьмись налетели к месту происшествия буквально как мухи на дерьмо.

Шум долго ещё не утихал. Особенно после того, как обнаружили-таки… вернее, наоборот, не обнаружили признаков жизни у одного из пострадавших. Подключилась полиция и давай опрашивать свидетелей: кто что видел и так далее. Анализировать видеонаблюдение тоже будут, но чуть позже. Опрашивали и нас, конечно же. Мы же потом вернулись в кафешку и смотрели на бедлам со стороны. Можно было бы и уйти, но давиться в плотной толпе особого желания не имелось. Да и наблюдать было интересно.

Оказывается, империя империей, но и у них не всё гладко. Вот вроде механизм станции работает как атомные часики – точно, слаженно, надёжно. И вдруг пролетающая мимо случайная пылинка попадает в механизм, который не смог пережевать засор и встал. Смешно не это, в конце концов, случившееся всего лишь форс-мажор. Меня веселит иное. У них, как и у нас, власти всегда оказываются не готовы к такого рода событиям. И после этого они ещё нас дикарями называют? Сами-то лучше, что ли?

Эленте, конечно же, расстроилась, что в театр мы не попали. Но я её успокоила: мол, никуда мюзикл от нас не денется. Подумаешь, в этот раз не попали, в следующий раз уж точно ничто помешать не сможет. А поскольку время было позднее, на том и расстались.

Интересно, когда СБ активизируется и начнёт крутить мне арапа на нос? Лучше бы, конечно, вообще не пришли, но на это надеяться глупо. Впрочем, особо переживать нечего. Никаких улик я не оставила. Даже кустарную бомбочку, которую так и не использовала, забросила в утилизатор. Немного послонялась по единственной комнате номера и, решив, что если я буду специально сидеть в ожидании появления властей, то это вызовет подозрения, завалилась спать, и даже уснула аки младенец, довольная выполненной работой.

Они пришли посреди ночи. Разыграли целое представление, суки. Вломились внезапно, с шумом, гамом и воплями:

– Работает полиция сектора!

Ага, что я, околоточного от контрразведки не отличу? Все в броне, при пушках, словно на войну собрались. Сдёрнули с койки, воткнули рожей в пол, даже пару чувствительных тумаков выписали – видимо, для острастки. Один странный тип, брызжа слюной в лицо, орал какой-то бред, предлагая сознаться во всех грехах. Типа ежели буду сотрудничать со следствием, мне это на суде зачтётся. Я же на все вопросы отвечала, что буду разговаривать только в присутствии своего адвоката и никак иначе. Короче, попинали малость, губу вот разбили, сволочи, да как была, в пижаме, доставили куда-то. Полагаю, что забрали к себе, а не в местный околоток притащили.

Этот момент ярко напомнил мне детство, когда два мордоворота в длинных плащах тащили меня посреди ночи. Я ведь тогда тоже была в пижаме. Разница была в том, что тогда меня пронизывал ужас, а сейчас страха не было. Ведь заранее знала, что придут.

Далее события развивались по стандартному сценарию. Долго морили неведением. Двое суток сидела в камере, прежде чем обо мне типа вспомнили. Не знаю, что они там себе думали, но со мной такое не сработает. Кормить не забывали, и ладно. А в остальном мне не привыкать жить в спартанских условиях. Доводилось обретаться в помещениях, куда более стеснённых, чем эта шикарная камера со всеми удобствами. Выход в галосеть заблокирован, но тюремная работала. Так что найти чем себя занять труда не составило. Чтение всегда было одним из любимых моих времяпрепровождений.

Первый допрос также оказался стандартным. Плели чепуху, огульно обвиняя и стращая почём зря. Двое их было. Всё как в плохих детективах: один типа злой, второй, соответственно, добрый. Предлагали раскаяться и поведать, с какой целью заслана, и всё в таком духе. Реверина Принса начали поминать гораздо позже. Такое ощущение, что его берегли как последний довод.

Физическое насилие началось на пятый день. В камеру подселили подставных заключённых, которые и начали творить разные непотребства. Пришлось терпеть. Я ведь понимала, что, ежели начну защищаться, это тут же повернут против меня. Без жертв ведь не обойдётся. А если вдруг я пострадаю, так отмажутся ошибкой: мол, не туда заключённых перевели, и вообще, они уже наказаны за свои действия. Поди потом ищи виноватых.

Но и тут господа просчитались. Издевательств над собой я за всю жизнь столько претерпела, что одним больше или меньше никакой разницы не играет.

Химию не применяли, ибо её присутствие в организме можно вычислить даже спустя полгода, а это запрещено законом без специальной санкции и предварительного обследования на противопоказания. Один в один как с ментоскопированием.

В общей сложности десять дней меня мурыжили – ровно столько по закону меня разрешено задерживать. Потом либо отпускать, либо предъявлять обвинение. А предъявить, судя по всему, было нечего.

Да и адвокат всё это время на заднице не сидел. Эдра Нипп, кроме того что адвокат, ещё и личный опекун нового гражданина. Я об этом не говорила ранее, но у нас с ним был договор о ежедневных сеансах связи. Он посылает запрос – я отвечаю, что всё хорошо. А если я не отвечу в течение часа… ну, вы поняли.

И сдаётся мне, не будь у меня заранее заключён контракт с фирмой «Аксель и сыновья», дело могло затянуться или вообще кончиться для меня плачевно. Ну а что? Родных нет, искать некому. Прибьют, и никому дела не будет. Так что я не раз помянула Матта Ви Нелли добрым словом за совет заручиться юридической поддержкой вообще и обратиться за помощью именно в эту контору в частности. Тем не менее старайся не старайся, без риска никак, это понятно было сразу. Так что на риск шла совершенно сознательно. В таких делах, знаете ли, без него никак не обойтись.

– М-да-а! Красотка! – оценил внешний вид своей подопечной мой адвокат, встретивший меня на выходе из «тёмных подземелий» местного околотка. – Юная леди, вам кто-нибудь когда-нибудь говорил, что жить можно прекрасно и без приключений?

Стою, смотрю в пол, стыдливо ковыряя гостиничной тапкой пол казённого учреждения. Что мне ему ответить? Приключения и я – подруги давние. Всю жизнь, так сказать, странствуем вместе.

– Вот, – протянул он мне свёрток. – Переоденьтесь. Я взял на себя смелость и захватил ваши вещи из номера. Надеюсь, вы не в обиде?

– Спасибо, Эдра!

Это он правильно сделал. Пижама такая пижама. Она мало того что плохо подходит для повседневного использования, так ещё за десять дней отсидки превратилась в нечто вообще непонятное. Вся изгваздана. Там и грязь, и кровь… словом, всего вперемешку. В полиции со своими клиентами не церемонятся, чай заведение не для увеселений. Да я и не обиделась в общем-то. Чего уж там? Работа у людей такая, и кто-то её делать должен.

– Нагулялись, юная леди?

– А?

Вопрос прозвучал, когда я наконец переоделась в нормальную одежду. Мне б ещё помыться, но не предложили. Придётся, видимо, до гостиницы потерпеть.

– Я тут подумал, что вам лучше покинуть метрополию.

– Думаете, там я перестану попадать в неприятности?

– Нет, конечно, не перестанете. Только не вы! – хохотнул он. – Просто надеюсь, что интенсивная учёба в академии отвлечёт вас от поиска, во что бы очередной раз вляпаться.

– Так я ж не специально.

– А я и не спорю. Пока доберётесь, пока то да сё, а там уже учебный год начнётся. Я вас очень прошу, Миранда, поезжайте.

– А почему вы так торопите меня?

Вопрос-то я задала, но и сама всё прекрасно понимала. Тут целый лоялити-поинт на волоске висит. И ладно бы клиент в моём лице отличался спокойствием и неконфликтным характером, а то ведь можно не только дополнительных бонусов лишится, а как бы не хуже. Эдра не дурак. Скорее всего, догадывается, кто на самом деле приложил руки к скоропостижной кончине Реверина Принса, хотя ни словом, ни даже взглядом не намекнул. Так что я бы на его месте тоже переживала.

Впрочем, он прав: мне пора. Да и на империю уже насмотрелась, если честно. Ну да, держава великая и история соответствующая, однако ничего прям вот такого, чего бы не было у нас в Земном союзе. Живут здесь такие же люди, и подвержены они тем же страстям. Ладно бы хоть общество в Содружестве умудрились построить идеальное. Так нет, всё стандартно. Богатые, бедные, откровенно нищие и неприлично богатые. Есть хорошие люди, и их, как правило, большинство, а есть не очень хорошие, и так же, как у нас, временами встречаются такие индивидуумы, которые, мягко говоря, очень не очень. Словом, всё одинаково, за исключением декораций. И пусть метрополия – это ещё далеко не вся империя, но столичная система по сути является визитной карточкой, по которой легко можно судить о положении в других частях этого колоссального по своей территории звёздного государства.

Сборы были недолгими. Мне собраться – как в той поговорке про бедного, которому только подпоясаться. Тощий гомон на плечо, «бритву» на спину, «спиртянский» на пояс – и готова. Купить билет на пассажирский лайнер до АЭСИ заняло не более пяти минут.

И вот на следующий день я уже стою в пассажирском терминале у соединительного рукава, по которому осталось только взойти на борт. Провожали меня всего двое. Это Эдра Нипп, конечно же, который оставался здесь. В Элентийской автономии меня встретит другой агент, работающий в тамошнем филиале, он же будет отслеживать мою жизнь и держать в курсе головной офис. А ещё Марья пришла. И, откровенно говоря, я этого не ожидала. Близкими подругами нас ведь назвать нельзя. По сути, шапочное знакомство и одна пьянка с дракой. Но вот было в этой, по моим меркам великовозрастной, девчонке что-то такое, располагающее.

Любая истинная эленте отличается неестественной красотой. Эта не исключение. Но при такой внешности она простая как молоток. Весёлая, жизнерадостная и без камня за душой. Не без стандартных элентийских закидонов, но кто из нас безгрешен? Кто-то скажет: мол, откуда тебе знать? Знакомы-то всего ничего. А чтобы узнать человека, порой надо жизнь прожить рядом, и то не факт, что узнаешь всё. Может, оно и так, но вот интуитивно чувствую, что нет в ней гнили.

Ну да ладно. В конце концов, в империи я не для того, чтобы заводить друзей. Мне одной проще. Привычней как-то. Я ведь даже не знаю, что с друзьями делать, если они вдруг появятся. По плану впереди учёба, вот ей и буду плотно заниматься. Однако совру, если скажу, что мне не было приятно, когда Машка пришла меня провожать. Затискала всю. В смысле она меня всю, а не наоборот. Надавала кучу рекомендаций. Предложила даже к её маманям обратиться, если понадобится жильё.

– Ты, – говорит, – не стесняйся, Ранда! У меня мамки классные, тебе понравятся. А младшие сёстры вообще в восторге будут. Средняя, кстати, тоже собирается поступать в ИАР в этом же цикле. Вдруг на один поток попадёте?

Ну и так далее и тому подобное. Дескать, не скучай там, доработаю срок командировки и через половину годового цикла обратно вернусь. А дома зажжём по-настоящему.

Такие вот спонтанные проводы образовались.

А потом одноместная каюта и месяц скуки во время перелёта. Нет, нормальному человеку во время перелёта было чем заняться. К услугам пассажиров разнообразные увеселительные заведения на борту, всевозможные развлекательные шоу, спортивные площадки, бассейны и прочее. Это ж лайнер со всеми вытекающими. Однако мне, не привычной ко всему этому, было действительно скучно. На станции шляться по злачным местам требовала легенда, а тут переступать через себя надобности нет. Ну не люблю я, когда много народу вокруг. Если нужно для дела – это одно, а просто так… никакого желания.

В общем, со скукой боролась, занимая себя тренировками и посещая время от времени медицинский блок, чтобы подтянуть некоторые базы знаний, стоящие первыми в очереди на изучение. В том числе язык эленте таким образом выучила. Мне же там какое-то время жить.

Так и долетела.

* * *

Разговор, который Мигера слышать не могла

– Что по моему объекту, Илай?

– Чисто сработала, Дол. Прихватить не на чем было. Если б хоть кого-нибудь из наёмников в кабаке порезала… Но не срослось.

– Плевать на наёмников. Ты же говорил, что лучших к ней приставишь.

– Так и сделал. Шестеро отличных следаков её пасли, не считая обычного наблюдения.

– Срисовала?

– Одного только, и то не факт.

– А как она устроила исполнение основной цели? Насколько я понял, Принса сделала прямо на глазах у твоих «лучших» ребят.

– Зря ты иронизируешь насчёт моих людей, Дол. Сам-то тоже обосрался на ровном месте. Но вообще ты прав. Понимаешь… – Тот, кого назвали Илаем, немного замялся. – Мы так и не поняли, как она смогла организовать инцидент на транспортной дорожке тротуара. Проверили всю подноготную виновника вплоть до десятого колена и ничего не нашли. Он никак не связан с нашим объектом. То есть абсолютно. К тому же за всё время ни одного сеанса связи…

– Быть такого не может! – раздражённо перебил собеседника Дол. – Значит, плохо проверяли.

– Слушай, Дол! Ты мне, конечно, друг, но не пошёл бы ты в бездну, а?! Тебе надо, сам и проверяй, раз такой умный.

– Ладно, не психуй, – резко поубавил тон Дол. – Извини, глупость сморозил. Какие меры воздействия к ней применялись?

– Все стандартные, допустимые в рамках закона. Ты не забывай: её «Аксель и сыновья» курируют. Эти акулы, дай только повод, от нас мокрого места не оставили бы. В лучшем случае отправили бы дослуживать куда-нибудь на периферию за превышение должностных полномочий. Это тебя из твоей Ды-Ыры дальше уже не сошлёшь, а мне, знаешь ли, есть что терять.

– Но это точно она сработала? Может, случайность?

– Нет, Дол. Она, больше некому. Экспертиза показала, что шею Принс свернул не при падении. Ему помогли.

– Видеонаблюдение что показало?

– Да то и показало. Она была рядом и могла это сделать. Но в тот момент там столько народу было, что с тем же успехом это мог совершить любой другой. Самого момента убийства камеры не зафиксировали. Просто не видно было из-за толпы. Мы с разных ракурсов картинку просматривали, буквально покадрово. Специальный искин работал, между прочим, и заметь, всё это без санкций на разработку подозреваемого. Так что имей в виду: если по твоей милости влипнем, я от всего открещусь. Мой тебе совет: бросай эту безнадёгу. Судя по всему, девка – спец высшей категории, ну или обучал её суперпрофи.

– Как на допросах себя вела?

– Я перешлю тебе материалы, сам и посмотришь. Или в кои-то веки моё мнение интересует?

– Интересует.

– Ну раз так… Да спокойно, уверенно держалась. Судя по всему, выдержки при нужде ей не занимать. Загнать себя в ловушку не позволяла. Да и знала прекрасно, что нет на неё ничего. Плюс поддержка юридической фирмы. Пока она у нас пребывала, адвокаты чуть до императора не дошли. Там буча назревала серьёзная, пришлось срочно выпускать. Так что при всём уважении к нашей дружбе я устраняюсь, Дол. И вообще, этот Принс был той ещё мразью. Скользкий, да к тому же с прикрытием… Впрочем, сам знаешь. Участь свою более чем заслужил. К тому же девочка очень умелая. Мне б самому такой исполнитель в команде не помешал. Пришла, тихо, ювелирно сделала дело, не задев при этом посторонних, и так же ушла.

– Тебя послушать, так её наградить за убийство надо.

– И наградил бы. Только не за убийство, а за ликвидацию одного из гнойников империи, для устранения которого даже у СБ руки коротки оказались. Впрочем, с наградой спорно, но таких людей не ловить и судить – вербовать надо.

– Разберусь. Когда ушла?

– Так только что доклад оперативника принял. Села на пассажирский лайнер, идущий прямиком в столичную систему АЭСИ.

– И тебя это не напрягает?

– С чего бы?

– Если ты забыл, АЭСИ у нас кузница новейших технологий. Там куётся карающий меч империи. Самые новейшие и секретные разработки. Что, если именно за этим она туда направляется?

– Извини, Дол, но это не моя проблема. Там своя кухня, своя СБ, и они за работу получают немало. Плюс корпоративные службы, занимающиеся тем же. У них сныксы голодают, такая защита построена. О чём ты говоришь? Впрочем, при любом раскладе у меня выходов на тамошних коллег нет.

– У меня есть кое-какие связи.

– Ну вот и действуй. Надеюсь, ко мне претензий нет?

– Нет, Илай. Спасибо и на том. Конец связи.