Нежное дуновение ветерка, тихий скрип половиц и шорох шагов за стеной — всё это как-то враз пробудило его ото сна.

Он открыл глаза.

Солнечные зайчики, отражаясь от слюдяных пластин открытого оконца, бегали по стенам одрины, высвечивая самые дальние углы.

Княжич прекрасно помнил ещё с детства, что солнце появляется на этой стороне хоро́м ближе к закату. Похоже, Вадим проспал после прибытия в Новогород весь вечер, ночь, утро и даже день.

Сладко потянувшись, он свесил ноги на пол и сел.

Голова была чистой и свежей, в мышцах тела чувствовалась упругость и лёгкость, а в душе всё пело и цвело.

Княжич вернулся домой. Закончился долгий путь по рекам, морям и дорогам разных стран половины мира. Теперь нужно было оглядеться и понять, что происходило в городе и во всей Биармии в его отсутствие. А кто ему мог обо всём поведать? Ну конечно, сотский Орей! Вот кого нужно было скорее позвать!

Неожиданно какое-то тревожное чувство исподволь начало овладевать им, вызывая поток мыслей и воспоминаний, заставляя в нетерпении подняться на ноги.

Накинув на холщовую рубаху привезённый из Византии шёлковый плащ, княжич быстрым шагом заходил из угла в угол одрины, пытаясь сосредоточиться на чём-то самом важном, что с ним произошло после стремительного бегства из Ингельхайма.

Антон… Это его драккары стоят у городского пирса, а он сам со своими братьями находится где-то здесь, в хоромах князя Гостомысла.

— Да-а-а! — протянул княжич вслух глухим голосом. — Не сбылись мои надежды, а ведь всё очень хорошо было задумано!

Он вспомнил, как после победы Альрика над императором Людовиком в стрельбе из лука молодого ярла обвинили в колдовстве и увели в темницу к его брату Антону. И всё могло бы сложиться удачно для Вадима, но тут опять вмешался проклятый Стоян. Когда в казарме собрались вместе Изяслав, Таислав и Флоси, он привёл императорского ловчего Авровеха, который предложил им план спасения княжичей из темницы.

Задумка была на удивление проста.

До полудня императрица, её сын Карл, а также любимчик и фаворит Людовика граф Бернард ходят пешком в церковь. Она построена недалеко от дворца. Всего в миле. Охрана у них небольшая, десяток человек. Потом к ним присоединяется император со своими приближёнными и многочисленным отрядом стражников. И если викинги сумеют без шума захватить жену Людовика и его сына сразу после выхода из дворца, то их можно будет обменять на княжичей, да ещё и требования свои выставить! Император так сильно любит Юдифь и Карла, что согласится на любые условия.

Вадим такого наглого предложения от Авровеха не ожидал. Похоже, ловчий помогал новогородцам не ради денег, а из-за давней и страшной обиды, нанесённой ему императором. За этими поступками крылась какая-то тайна, но посвящать в неё чужих людей он не хотел.

Оставалась ещё надежда, что Изяслав, как глава посольства, не решится в открытую напасть на семью Людовика, а станет ждать суда над княжичами.

Но оказывается, Вадим плохо знал своего отца.

Тот без всяких раздумий велел Флоси с раннего утра готовить драккары к отплытию, а полсотни викингов к захвату заложников.

И даже Таислав сказал своё веское слово от имени князя Гостомысла:

— Нам не нужен договор с правителем, не выполняющим своих обещаний! Ничего хорошего от такого союза ждать не приходится! Да и не могут такие люди на престоле долго усидеть! Посоветуем нашему государю подождать, когда новый император у франков появится.

Едва на следующий день солнце поднялось над дальним лесом, Изяслав приказал людям взять оружие, самые ценные вещи и небольшими группами, не вызывая подозрений, уходить на берег Рейна и грузиться на драккары.

Вадим шёл одним из первых и сразу увидел большой отряд викингов, направлявшихся в сторону императорского дворца. Шествие замыкал Флоси с огромной секирой в руках.

— Если ты не возражаешь, я пойду с ними! — обратился княжич к Изяславу.

— Что ж, доброе дело совершишь, родичей из беды выручишь! — согласно кивнул ему в ответ отец. — Ступай!

Упругой лёгкой походкой Вадим быстро догнал викингов.

— Тише, не топай так сильно! — недовольно пробурчал Флоси, увидев рядом с собой идущего княжича. — Никак решил помочь нам? А я уж думал, ты только козни строить можешь!

— Когда дело касаемо нашего рода и всей страны, меж братьями не должно быть разногласий!

— Хорошо сказал, — улыбнулся Флоси. — Теперь посмотрим, как свои слова делами подтверждать станешь!

Викинги залегли меж деревьями с двух сторон от широкой тропинки, ведущей от дворца к церкви, и замерли в ожидании.

Солнце поднималось по небу выше и выше.

Вадим чувствовал, как из-за неудобного положения начала затекать правая нога. Княжич хотел перевернуться на другой бок, но раздавшееся неподалёку птичье карканье заставило его замереть. Даже без пояснений Флоси он понял, что этот условный знак предупреждает людей в засаде о приближении добычи.

Впереди шли четыре стражника в полном боевом вооружении.

По их беззаботным лицам и расслабленной походке княжич сразу увидел, что никакого сопротивления нападавшим оказать они не смогут.

Вслед за ними, весело болтая, двигались императрица Юдифь, молодой Карл и граф Бернард.

Отставая от них на два десятка локтей, из-за кустов показались ещё шестеро стражников.

— Этот Людовик — просто глупец, — прошептал себе под нос Вадим. — Как можно не понимать, что викинги обязательно захотят силой отбить своих княжичей и сделают для этого всё? Неужто ему никто не сказал, что на двух драккарах может быть полторы сотни воинов, а иногда и больше?

Княжич с ужасом и восхищением наблюдал за тем, как викинги набросились на вооружённую охрану императрицы, мгновенно опрокинули десяток человек на землю, связали им конечности и заткнули кляпами рты.

Императрицу и её спутников не пришлось связывать. Оружие, приставленное к горлу, не позволило издать им ни единого звука. Словно испуганные овцы, они безропотно последовали за викингами на драккары.

— Что же будет дальше? — Вадим дёрнул за рукав Флоси, твёрдо стоящего на палубе.

— А ты сам как думаешь?

— Франки найдут связанных стражников и кинутся искать императрицу и её сопровождающих.

— Ну и куда они побегут?

— Сначала в казарму, — задумчиво проговорил княжич. — Только там новогородцев уже нет.

— Вот-вот, — улыбнулся викинг. — Придётся им искать нас на берегу реки. А мы от пирса отойдём и к другому берегу пристанем!

— И что потом?

— Будем торговаться. Они нам — княжичей, мы им — бабу и двух мужиков!

— Но ведь если отдадим заложников, то франки нас запрут на реке и всех перебьют!

— А кто тебе сказал, что мы кого-то отдадим? — засмеялся викинг. — Коли уж Людовик оказался обманщиком, то почему бы и нам так не поступать?

За разговорами Вадим не заметил, как драккары на вёслах отошли ближе к средине Рейна и встали на якорь.

Ждать пришлось долго.

Стоя у борта, княжич увидел, как на пирсе и берегу образуется огромная толпа. Его молодые зоркие глаза высмотрели Людовика, стоящего впереди многочисленных сановников. Он возбуждённо размахивал руками и отдавал какие-то приказания своим подданным.

Вскоре от берега отошла небольшая лодка с четырьмя гребцами и стоящим на носу худым высоким человеком. В нём Вадим узнал управляющего дворцом Рудольфа. С ним послы познакомились по прибытии в Ингельхайм.

— Эй, Стоян! — позвал Изяслав. — Иди сюда. Твоя помощь нужна!

Из подошедшей к драккару лодки раздался зычный голос Рудольфа.

— Где ж это видано, чтобы послы из другой страны захватывали в заложники родных самого императора! — вместо приветствия начал он свою речь, тут же переводимую толмачом. — Неужели вы думаете, что после такой наглой выходки сможете безнаказанно уплыть?

— Ты не кричи! Погодь! — остановил его Изяслав. — Я ж ведь тоже могу отмолвить, что нигде послов не хватают и в темницу не сажают! Лучше скажи, зачем приплыл? Чего Людовику надобно от нас? Будем воевать или полюбовно всё решим?

— Император предлагает обменять ваших княжичей на свою жену, сына и родственника Бернарда.

— Что ж, мы не возражаем! — не отведя взгляда от лица Рудольфа, твёрдо отчеканил Изяслав. — Но вы первыми забрали наших княжичей, поэтому первыми их и верните!

— Согласен! — кивнул головой управляющий дворцом.

Он повернулся лицом в сторону берега и помахал рукой.

И тут же Вадим увидел выплывающую из-за пирса большую лодку с сидящими в ней людьми, а в ней в окружении воинов — Антона и Альрика. На их лицах светились улыбки.

Лодка медленно приблизилась к драккару.

— Покажите нам императрицу с сыном! — громко крикнул Рудольф. — Я должен убедиться, что им не причинён вред.

По знаку Изяслава викинги подвели к борту Юдифь, молодого Карла и графа Бернарда.

— Как видишь, они целы, невредимы и даже улыбаются! — прозвучал насмешливый голос новогородского посла. — Можешь отпускать наших людей!

Узкий деревянный трап упал сверху на борт лодки, и тут же Антон ступил на него, удерживая равновесие с помощью протянутых викингами с драккара двух длинных копий.

Через мгновение оба княжича попали в дружеские объятия земляков.

— Эй! — Рудольф нетерпеливо переминался с ноги на ногу. — Давай переводить на лодку заложников!

— Ты смеёшься, управляющий? — фыркнул Изяслав. — Эти заложники — наша защита! Пока они с нами, вы нас пальцем тронуть не посмеете!

— Но мы ж с тобой договорились ими обменяться! — вскипел Рудольф. — Иль ты, посол, не держишь своего слова?

— Что значит слово какого-то посла, если ваш император своё не держит! Почему мы должны от него отличаться?

— И как ты намерен поступить? — прервал его управляющий.

— Мы поплывём вниз по течению Рейна, а вы обеспечите драккарам свободный выход к морю. Можете послать впереди и позади нас свои корабли для сопровождения. В дельте реки высадим на берег родичей Людовика.

— И я должен верить, что вы не обманете?

— А что тебе ещё остаётся делать? — по-разбойничьи усмехнулся Изяслав. — Но могу предложить императору выкупить жену, сына и родича. Десять фунтов золота. За каждого! Надеюсь, империя франков от этого не разорится?

— Твоя наглость, посол, переходит все разумные границы! — рука Рудольфа легла на рукоять меча, висевшего у него на боку в ножнах.

— Но зато теперь мы будем уверены, что обмен состоится, не так ли?

— Ждите! — пробурчал управляющий. — Решение должен принять сам император! Если он одобрит, я с берега помашу рукой, ну а коли откажется, снова приплыву к твоему драккару.

Вадим внимательно слушал их разговор, примеряя на себя сказанное отцом и удивляясь его речам безмерно. Походило на то, что, находясь рядом с правителями Биармии, Изяслав многому научился у них и уже сам осознанно принимал решения.

Княжич, затаив дыхание, следил за Рудольфом, подошедшим на берегу к Людовику.

Их разговор был скоротечен.

И тут же управляющий приблизился к воде и помахал рукой, давая знать Изяславу, что его условия приняты.

Удары металлической ручки-кольца с обратной стороны входной двери в опочивальню отвлекли княжича от воспоминаний.

Вадим прекратил своё хождение по одрине и остановился.

— Кто там рвётся ко мне? — прокричал он злым и слегка осипшим голосом. — Заходи!

Дверь распахнулась настежь, и на пороге появился улыбающийся во весь рот Орей.

— С возвращением, княжич! — радостно завопил он, широко раскинув руки в стороны, словно готовясь обнять Вадима. — Я уж который раз прихожу в хоромы, но никак добудиться тебя не могу. Видать, устал с дороги дюже! Так оно ведь и понятно: почитай, половину мира пришлось обойти, стран много повидать!

— Фу-у-у! Какой же ты болтливый, сотский! — поморщился княжич.

— А без тебя тут и словом-то перемолвиться не с кем было! — по-прежнему лыбился Орей. — Даже князь Гостомысл загрустил, всю зиму сычом на своей половине просидел, никуда из Новогорода не выезжал. Зато гляжу, вчера с утра расцвёл, доволен шибко, что вы вернулись!

— Про меня спрашивал?

— Не единожды! Но ты изрядно выпил пива и уснул. Мы с Дамиром отнесли тебя в опочивальню. Таислав сказал, чтобы не будили. Они с Изяславом тоже устали, но по очереди до утра рассказывали государю о вашем посольстве, а теперь отсыпаются.

— И кто при разговоре том был?

— Воевода, оба тысяцких да пяток сотских.

— А ты?

— Куда ж без меня, — хихикнул Орей. — Хотя сам знаешь, обычно не зовут, рылом не вышел. А вот нынче, после твоего возвращения, все меня сразу зауважали!

— Ну что ж, про наше путешествие тебе всё рассказали, повторять не хочу. Лучше поведай, друже: что тут у вас нового случилось, пока мы в походе были?

— Да совсем не о чем рассказывать, княже. Тихо как-то стало в Новогороде. Не поверишь, но я от скуки и тоски со своими чёрными вешателями более двух сотен разбойного люда по окрестностям переловил да на берёзах развесил!

— Не о том я спрашиваю, сотский!

— Понял-понял тебя, княжич! — весело улыбнулся Орей. — Но видел я её редко. Меня ж на половину княжны Вилены никто не пустит!

— Как она? — напрягся Вадим.

— Похорошела ещё больше, на даму из свиты твоей бабки стала походить.

— И что замолчал? — княжич в нетерпении топнул ногой.

— Да говорить не хочется, хотя и нужно, — сотский потупил взгляд в пол. — От неё со вчерашнего утра Альрик не отходит! Похоже, проспал ты девку!

Вадим почувствовал, как в груди у него похолодело, а кончики пальцев рук мелко-мелко задрожали.

Преодолев эту мимолётную слабость, он приблизился вплотную к Орею:

— Что ж, будем за неё драться! Насмерть!

В глазах сотского княжич увидел одобрение и собачью преданность.

Они оба понимали, что ещё не всё потеряно.