Войдя в комнату, я увидел, что посреди нее с самым несчастным видом стоит Надя. Девушка была одета в… Я прищурился. Это подвенечное платье??? Представьте огромный абажур, который непонятным образом закрепили на талии невесты. Конструкция задрапирована со всех сторон материалом, похожим на тот, из которого шьют постельное белье. Сверху на бедолаге корсет. Его излишне туго затянули, девушка, похоже, с трудом дышит и вот-вот переломится пополам в талии.

Прическа невесты ошеломляла как дизайном, так и исполнением. Надины густые, очень красивые волосы стянули в пучок на макушке. На мой взгляд, роскошную шевелюру следует демонстрировать во всей красе, ан нет! Сейчас невозможно было понять, сооружение на темечке собрано из собственных волос девушки, или это огромный шиньон, который подобрали не по размеру. Если смотреть на невесту прямо, то возникало впечатление, что у бедняги на голове здоровенный цветочный горшок, а по бокам личика свисают два гигантских червя, удравших из террариума в надежде найти себе нечто вкусное. Спешу успокоить, червей не было! Это были тонкие, слегка завитые прядки, которые невесть зачем вытащили из гладкой прически.

— Роскошная укладка, да? — спросил хриплый бас.

Я повернул голову на голос и увидел полного мужчину в мятых брюках и рубашке, которую, похоже, решил съесть великан Гаргантюа[8], но не сумел прожевать ткань и выплюнул.

— Супер ваще! — продолжал незнакомец. — Да?

Я молча кивнул.

— Хотите знать, кто автор этого шедевра? — не утихал дядька.

Правильное светское воспитание строится на бесконечном лицемерии.

— Конечно, — улыбнулся я.

Толстяк постучал себя в грудь кулаком размером с диванную подушку.

— Сашенька! Это я.

— Очень приятно. Иван Павлович, — представился я.

— Зачем так официально? — захохотал Александр. — Зови меня Сашей! Хочешь, сделаю и тебе моднявый причесон? А то сейчас ты похож фиг знает на кого!

— Предпочитаю классическую стрижку, — ответил я.

— Не в кассу она, — начал спорить стилист. — Надо отрастить волосы, завить их красиво и задорно уложить на башке. А у тебя унылость, серость, нелепость, немодность и вообще мрак! Мало того, что я мастер хай-класса в волосах, еще могу создать стиль под клиента! Какой хочешь? Городской модник? Любимец девок? Выбирай, что тебе по вкусу! Вмиг так изменю тебя, что сам себя не узнаешь!

Я редко теряю дар речи, но сейчас это случилось.

— У нас в колледже был предмет «Прически стран мира», — продолжал Александр. — Его вела Виолетта Парижская. Не француженка, просто с фамилией ей повезло. Нам по пятнадцать лет было. Тетка приходила, вынимала пачку табака и кучу нарезанных бумажек и командовала: «Валите все сюда, научу папироски крутить! Потом во дворе курнем!» Классная такая была, ваще не зануда!.. Держи мою визитку. Пиши в «Телеграме», голосовые не слушаю. Подпишись: «Ваня Кроваткин». Фамилия редкая, сразу вспомню.

Объяснять, что у меня в паспорте написано «Подушкин», показалось ненужным. Где лежат подушки? Чаще всего на кровати, на диване или в кресле. Следовательно, могу откликаться на «Диванкина», «Креслова» и «Кроваткина». Никаких проблем.

И тут раздался крик, который вытолкнул меня из океана ненужных мыслей.

— Вава! Вава! Ты оглох?! — сердилась маменька, подбегая ко мне. — Надо сплясать вальс!

«Сплясать вальс»! Вроде все верно, речь идет о танце, но, на мой взгляд, глагол «сплясать» не монтируется с существительным «вальс».

— Вава! — рявкнула маменька. — Прекращай мух жевать! Нам необходимо посмотреть, как платье поведет себя во время выступления молодых перед гостями. Очнись! Пошли! Иди к Надин!

Я приблизился к девушке и встал рядом.

— Музыка! Музыка! Где она?! — вопила маменька.

— Ой! В машине забыл! — произнес парень… в джинсовой юбке.

— Беги за ней! — велела маменька.

Юноша медленно пошагал к двери, и стало понятно, что это не юбка, а джинсы со штанинами-парусами.

Молодой человек испарился, но через секунду вернулся и радостно воскликнул:

— Совсем из головы выпало! Все в телефоне! Ща! Уно моменто!

— Вава, надеюсь, ты умеешь вальсировать? Иди к невесте, — приказала маменька.

Не так давно в моей жизни возникла ситуация, когда мне пришлось заняться балетом. Профессиональным принцем Зигфридом я не стал, но кое-чему научился[9]. Я приблизился к Наде, подал ей руку. Она вцепилась в мою ладонь и зашептала:

— Дядечка Павлович!.. Ой! Дядечка Иванечка!.. Ой! Дедушка Иван Иванович! Я не умею танцевать! Вообще! Никак! Они меня сейчас убьют!

— Вряд ли, — тихо ответил я. — Лишить человека жизни — непросто. Задушить тебя руками дамы не сумеют, а толстяк, думаю, от страха убежит. Пистолета здесь не вижу, ножи есть только в кухне, и они тупые. Веревок нет, яд я дома не держу. Из окна тебя тоже не выкинуть — на нем решетка.

Надя захихикала.

— Дядечка Ванечка, вы лучший! Уже не так жутко. Но все равно, я ни одного танца не знаю.

— Заинька, — зашептал я, — стой на одном месте, покачивай юбкой, двигай в разные стороны руками, кивай, но оставайся на месте. Остальное — моя забота. Видела, как люди вальс танцуют?

— Нет. Папа не умеет, мама тоже, — всхлипнула невеста Эндрю.

Заиграла музыка. Если это вальс, то я предводитель жирафов. Но делать было нечего. Я шепнул партнерше:

— Тряси руками, верти головой, крути филейной частью. Поняла?

— Нет! — испугалась девушка. — Что такое филейная часть?

— Мадам Сижу, — нашел я новый синоним. — Это часть твоего тела.

— У меня нет мадам в теле! — чуть не зарыдала моя воспитанница.

— Задница есть? — зашипел я.

— Чья? — задала гениальный вопрос мадемуазель.

Я попытался обрести спокойствие.

— Твоя. Ты же не сумеешь вертеть моим нижним этажом.

— Нет, — пролепетала будущая невестка Мэри, — он, наверное, кирпичный.

Настал мой черед удивляться.

— В теле человека нет кирпичей!

— Нижний этаж, — начала всхлипывать девица. — Вы сказали, им вертеть надо, а это невозможно!

— Это интеллигентное название твоей попы, — растолковал я.

— Эй! Вы почему не пляшете?! — начала негодовать маменька.

— Просим прощения у присутствующих! — бойко заговорил я. — Мы только встали в пару, обсуждали па.

— Сделайте музыку громче! — велела Мэри.

В мои уши штопором ворвались звуки тарантеллы.

— Начинай руками махать, — распорядился я и стал исполнять свой коронный танцевальный трюк.

Я пошел большими шагами по периметру комнаты, считая про себя: «И раз, и два…» Дойдя до невесты, я исполнил нечто вроде книксена и глянул на нее. Надя старательно двигала нижней частью тела, а ее руки напоминали лапы престарелой жабы, которая довольно бойко скачет, сама не зная куда. Они поднимались до уровня ключиц, застывали, падали, снова взмывали и падали.

Наконец музыка стихла. Я подал партнерше руку, отвел ее к стулу, усадил и сказал:

— Мы исполнили па-де-де из балета «Испанская свадьба» композитора Хусито Мунито Пуггини. Прекрасная альтернатива традиционному вальсу, который уже всем надоел.

Мэри зааплодировала.

— Вы прекрасны! Оба талантливые! Николетта, твое мнение?

Моя маменька скорее умрет, чем кого-то похвалит. Она махнула рукой.

— Мне пора. Мэри, дорогуша, я выполнила твою просьбу — поставила паре свадебный танец. Теперь удаляюсь.

— Наверное, я тоже поеду, — оживился стилист.

— Сашенька, кисонька, ты, как всегда, шикарно все сделала! — зааплодировала будущая свекровь Нади.

Я заморгал. «Кисонька»? «Все сделала»? Этот бегемот — женщина?!

Стилист схватила за ручку свою сумку на колесиках и убежала.

— Так! — заговорила мама жениха после исчезновения тети. — Эта косорукая баба к личику Надин больше не приблизится! Ужасная прическа! Макияж, как у Бабы-яги! Никита!

— Здесь, — отозвался стройный брюнет, который на всем протяжении «балета» (впрочем, как и до его начала, и после завершения) не издал даже тихого звука.

— Ищи нормального человека, без наград на международных конкурсах, — велела Мэри. — Знаем, знаем, как состязания выигрывают! Путь на экран лежит через диван! Сказано про кино, но актуально для всех видов искусства. Вава!

— Здесь, — бойко отреагировал я.

— Выскажись, — потребовала Надина будущая свекровь.

— По поводу чего?

— По поводу всего. Необходимо твое мнение.

Я улыбнулся.

— Учитывая сложность задачи, плюс обстановку и нервозность невесты перед свадьбой, сугубо на мой непрофессиональный взгляд, Надин выглядит достойно, хотя есть мелкие огрехи. Полагаю, не следует впадать в зависимость от одного стилиста, надо попробовать других, потом выбрать лучшего. Нет плохих парикмахеров, есть те, кто нам не нравится. Но это необъективное и субъективное мнение неофита об организации такого столь важного мероприятия, как свадьба.

Я захлопнул рот и остался собой доволен. Сейчас я произнес много слов и при этом ухитрился не озвучить свои настоящие мысли. С одной стороны, не похвалил, с другой — не обругал. Проплыл на корабле между Сциллой и Харибдой[10] и при этом не замочил своих одежд.

Мэри приложила пальцы к вискам.

— Устала. Необходимо отдохнуть. На сегодня репетиция завершена.

— Все ушли! — запрыгала Надя. — Ура! Пойду почитаю «Сказки матушки Гусыни»!

— Правильное решение, дорогая, — одобрил я, вынимая телефон.

Мне пришло эсэмэс от Алены Болгаровой. Я живо поспешил в свою спальню и перезвонил девушке.

— Здрассти! — зашептала та. — Вы заняты?

— Для вас всегда свободен, — произнес я ничего не значащую вежливую фразу.

— Очень надо поговорить с вами, прямо сейчас.

— Уже поздно, — заметил я, — ваши родители…

Послышался смешок.

— Я давно совершеннолетняя, живу отдельно. К тому же отец и мать улетели в Пекин: папа — по бизнес-делам, а мама — просто погулять, за компанию с ним. Можете приехать? Хотя я уже совсем взрослая, мне не очень комфортно в такое время одной ехать.

— Вы живете за городом? — уточнил я.

— Да, но недалеко от столицы. Сейчас нахожусь временно в усадьбе у родителей, кота пасу в их отсутствие.

— Сбросьте адрес, — попросил я.