РИД

В тех редких случаях, когда я не в духе больше одного дня подряд, Шейла обычно игнорирует меня. Например, она «забывает» включить меня в список тех, кто будет обедать, и старается держаться подальше от моего стола, пока я снова не вспомню, как вести себя по-человечески.

На этот раз все по-другому. Она выбрала противоположную тактику: приносит мне кофе без просьбы и обращается со мной бережно. Мягко напоминает мне, что у меня заседания совета директоров и конференц-звонки.

Должно быть, я выгляжу еще более жалким, чем обычно.

— Вот та статья о Диверсе в «Вайэд», — мило говорит Шейла, кладя на мой стол глянцевый журнал. — Ты отправил ему бутылку сидра из штата Вашингтон в качестве поздравительного подарка. А вот шоколадное печенье, которое поможет тебе пережить разговор с Тимом Ланстромом из «Kaппa». Он начнется через десять минут.

Я с подозрением смотрю на печенье, потому что случайные угощения от Шейлы встречаются не так уж часто. Оно выглядит аппетитно, но я не тянусь за ним. Вместо этого я переворачиваю телефон, который лежит экраном вниз на столе. Пустой экран. Ни звонков, ни сообщений от Авы.

Она официально избегает меня. Мы не разговаривали больше недели. Пару дней я думал, что она просто слишком занята. Но теперь заявляю официально. Ава меня игнорирует.

Я поднимаю глаза и вижу, что Шейла смотрит на меня с беспокойством.

— Ты что-нибудь о ней слышала? — выпаливаю я как сумасшедший.

Шейла виновато отводит взгляд.

— Мы поговорили. Я должна была поблагодарить ее за то, что она оплатила мне проживание на несколько ночей.

— Как, э-э, она себя чувствует?

Помощница улыбается.

— Может, мне отправить ей электронное письмо с просьбой предоставить полный отчет?

— Нет, — я опускаюсь лицом на руки. Вот каково это — потерять голову. Я уже давно не чувствовал ничего подобного. И так скучаю по Аве.

Я с ужасом жду того дня, когда мой отец подпишет этот контракт. Для меня все смешалось в кучу — судьба наших отношений и судьба «Мэдиган Маунтин». Мне кажется, что я подвел Аву. И отца тоже, но он слишком большой придурок, чтобы это заметить.

Меня убивает то, что я ничего не могу сделать.

— Твой разговор с Тимом начнется через четыре минуты.

— Тимом?

Ее глаза расширяются.

— Ланстромом из «Каппа».

— Точно. — Я выпрямляюсь и шевелю мышкой от компьютера. — Сейчас войду в систему.

Шейла ждет, пока я это сделаю, и только потом осмеливается выйти из кабинета.

К пяти вечера я чувствую себя как зверь в клетке в своем кабинете. Ава до сих пор не ответила на мои сообщения.

Я больше не могу это терпеть, поэтому решаю уйти домой пораньше. Может, пробежка в «Биксби-Парке» поможет мне прийти в себя. Я встаю из-за стола, кладу ноутбук в сумку и выхожу из кабинета. Останавливаюсь позади Шейлы.

— Эй, я ухожу.

Она резко оборачивается. Я ее напугал. Затем она отодвигает ноутбук и смотрит на меня.

— Ты уходишь… куда? — спрашивает Шейла в замешательстве.

— Домой.

Она моргает.

— В пять? Ты в порядке?

— Да, просто закончил на сегодня.

— Хорошо, — говорит помощница. А затем виновато смотрит на свой ноутбук.

Когда я перемещаю взгляд на ее экран, то вижу объявления об аренде квартир. «1 спальня, 1 ванная, всего за 1200 долларов». Первая мысль: ого, для района залива Сан-Франциско это очень дешево.

Потом понимаю, что это не район залива. Половину экрана занимает карта Пенни-Ридж, штат Колорадо.

— Что за…?

— Эм… — говорит Шейла, уставившись на меня широко раскрытыми глазами. — Рид, некрасиво читать через чье-то плечо.

— Извини, но какого черта? Кому нужно жилье в Пенни-Ридж? Ты же не для меня это делаешь, верно?

Шейла медленно закрывает ноутбук.

— Нет.

— Тогда для кого? — Это не имеет смысла. — Для Авы?

— Нет, Рид. — Она качает головой. — Это для меня.

— Что?

Шейла внезапно встает.

— Мы можем поговорить в твоем кабинете?

Я разворачиваюсь и возвращаюсь в кабинет, тяжело опускаясь в кресло.

— Объясни.

— Ава сказала, что возьмет меня на работу, — тихо говорит Шейла, садясь в кресло для посетителей. — И я хочу принять ее предложение.

— Возьмет тебя на работу? Это бессмысленно.

Хотя на самом деле это не так. Шейла — умная, талантливая выпускница колледжа, которая отлично справляется с работой в офисе. А Ава будет управлять курортом, заняв место моего отца.

Конечно, она хотела бы, чтобы Шейла стала ее помощницей. А кто бы не хотел?

— Она переманивает тебя? — вскрикиваю я. — Не могу в это поверить.

— Не злись на Аву, — говорит Шейла.

— Я НИКОГДА НЕ ЗЛЮСЬ НА АВУ.

Она поднимает обе руки в знак покорности.

— Послушай, ты же знаешь, что я в поисках себя. Мне нужно попробовать что-то новое.

— Черт возьми. Она так сильно меня ненавидит?

Шейла стонет.

— Дело не в тебе. И все это даже не точно. Ава хочет подождать, пока уляжется пыль после сделки, прежде чем пытаться нанять меня по-настоящему.

— И когда это произойдет? Раз уж ты так много об этом знаешь.

— Ну… — Она снова выглядит виноватой. — Я слышала, что окончательный вариант контракта будет готов в ближайшие три дня. После того как твой отец подпишет его, он отправится на рассмотрение в государственную комиссию. Процесс рассмотрения может занять от двух до четырех недель.

Я издаю рычащий звук, выражающий крайнее раздражение.

— Ты готова работать на Шарпов? Если ты считаешь меня занозой в заднице…

— Я готова работать на Аву, — говорит она. — А если что-то пойдет не так, я могу вернуться сюда и найти другую работу. Прашант даст мне рекомендацию. И, может быть, ты тоже дашь, когда перестанешь дуться.

— Дуться? Я не дуюсь.

— Ну да. — Она встает и выходит из кабинета.

Я так ошеломлен, что долго смотрю на дверной проем. Затем подхожу и захлопываю дверь с такой силой, что, наверное, весь офис подпрыгнул от грохота.

Ого. Я никогда раньше этого не делал.

За моей спиной меня называют Ледяным королем. Я слышал эти перешептывания. Но в эту самую секунду я совсем не ледяной, а практически кипяток. Я даже не узнаю этот бессмысленный крик, который вырывается из моей груди.

Затем беру со стола телефон и набираю номер Авы. Потому что позвонить женщине, которая игнорирует тебя, когда ты на грани срыва, — отличная идея.

— Рид, — отвечает она тихим, напряженным голосом. — Можно я перезвоню? Сейчас не самое подходящее время.

— Как удобно, — цежу я. — Ты не отвечаешь на мои сообщения. Не берешь трубку. И ты переманила мою помощницу? Какого черта, Ава! Ты пытаешься мне отомстить? Это по-взрослому?

— Извините, я на минутку, — говорит она кому-то в телефоне. — Прошу прощения за неудобства, но мне нужно ответить на этот звонок в течение двух минут.

— Две минуты, — рычу я. — Приятно знать, что тебе не все равно.

— Рид, — шипит она. Затем я слышу, как захлопывается дверь. — Я как раз собираюсь провести собеседование с новым менеджером по кейтерингу в условиях нехватки персонала! Прости, но я слишком занята своей работой, чтобы отвечать на твои гневные звонки.

— Я не разгневан. Но с твоей стороны было подло действовать у меня за спиной. Ты вообще собиралась сказать мне, что предложила Шейле работу? Тебе это кажется забавным — держать меня в неведении?

— Я еще не сделала ей официального предложения о работе! — кричит Ава. — Мы прощупываем почву. Она обдумывает предложение и достаточно умна, чтобы учитывать ситуацию на рынке жилья. Я ответила на твой звонок, потому что она написала, что ты расстроен.

— Я НЕ РАССТРОЕН!

Она вздыхает.

— Ну вот началось.

— Что это значит?

— Ты расстроен, Рид. Ты злишься на своего отца за то, что он тебя отверг. Злишься на меня за то, что я не прыгнула в самолет до Калифорнии, чтобы мы могли быть вместе, и тебе не пришлось бы менять свою жизнь. Злишься на Шейлу за то, что она хочет попробовать что-то другое. Но знаешь, что я тебе скажу? Злись сколько хочешь.

— А ЧТО ЭТО ДАСТ? — кричу я. Мое лицо горит. В горле пересохло.

Это странно.

— Много чего хорошего. — Голос Авы внезапно становится нежным. — Некоторые вещи просто отвратительны, Рид. Они заслуживают того, чтобы на них разозлиться. Мне жаль, что твоя помощница хочет работать там, где она иногда может выходить на улицу. Будет ужасно, если она тебя бросит.

— Она выходит на улицу! «Старбакс» на улице! — гремит мой голос.

— Мне нужно идти, — говорит Ава. — Но Рид?

— Что? — рявкаю я.

— Я все еще люблю тебя.

У меня чуть голова не взорвалась.

— Вау, Ава. Как раз вовремя. Приятно это слышать.

— Я знаю, — ее голос дрожит. — Это неудобно, но все же правда. Как и многое другое. А теперь мне правда нужно идти.

— Так иди уже, — выдыхаю я.

Она заканчивает разговор.

И вот я стою в своем кабинете с телефоном в руках, и он трясется. Он не вибрирует от уведомлений или чего-то еще, он просто трясется.

Мне кажется, я тоже дрожу.

Странно. Я обхожу свой кабинет, чтобы проверить, не прекратилось ли это.

Когда я снова смотрю на экран телефона, там появляется новое сообщение от брата.

Уэстон: Привет. Хочешь пива?

Мое настроение сразу улучшается примерно на девяносто процентов, потому что мой брат никогда не хочет встречаться.

Рид: Конечно! Где? Ты в Калифорнии?

Уэстон: Упс. Извини. Перепутал. Я далеко не в Калифорнии.

Черт.

Рид: Послушай, я знаю, что тебе все равно, но я понял, почему цена продажи курорта такая высокая. Покупатель собирается расширить территорию за счет горы и построить крупный комплекс на участке Блока.

Уэстон: И что? Это не твоя проблема.

Я прислоняюсь к панорамному окну в стене моего кабинета и трижды ударяюсь головой. Моя семья — это чертова катастрофа.

В окне вдалеке виднеется поле для гольфа. Я так далеко от горных вершин Колорадо. Я мог бы просто умыть руки. Уэстон бы так и сделал.

Так почему же я сейчас чувствую себя таким несчастным?

Рид: Я хотел, чтобы это была моей проблемой. Я сказал папе, что хочу заняться развитием курорта, а он выгнал меня.

Уэстон: Отец придурок. Но зачем тебе это? Разве ты уже не богат?

Рид: Из-за Авы. Она все еще в Колорадо. А папа со дня на день продаст компанию тем придуркам, которых она ненавидит.

Уэстон: Чувак. Я занят. Мне пора идти. Но если то, что тебе нужно, находится в Колорадо, почему ты вернулся в Калифорнию?

Вот и все. Это все, что он может сказать брату. Зеленая точка возле аватарки исчезает.

Уэстон любит оставлять за собой последнее слово. Я кричу от досады. И мне становится так хорошо, что я кричу еще раз.

Но потом понимаю, что Уэстон высказал одну очень верную мысль.

Черт. Что я делаю в Калифорнии?

Я распахиваю дверь своего кабинета и кричу: — ШЕЙЛААААААА! — Потому что вдруг понял, что не могу контролировать свой голос.

Все сотрудники, находящиеся в пределах слышимости, оборачиваются и смотрят на меня с открытыми ртами. Я вижу все их миндалины.

Черт.