Поговаривают в деревне, что в тот год, когда у купца и жена, и дочь сгинули, на деревню хворь пришла неясная. Без разбору косила всех – и малых, и старых. Полдеревни сгубила, а как народ решил, что не выживет никто, отступила да не возвращалась больше.
Схоронил купец в тот год почти всю родню: как дочь сгинула незнамо где, брата купца хворь в могилу свела, а за ним и жена купца куда-то подевалась. Народ видал, как в лес уходила та со старухою и парнем, что на нечисть лесную походил, а назад уж не воротилась. А как хворь в деревню пришла, купец сноху потерял – молодую, пригожую. Только-только свадебку сыграть успели. Сын его от горя чуть с ума не сошел, так девку любил. А за снохой купеческой и мать ее в могилу отправилась. За день сгорела да в бреду все про ведьму проклятую шептала что-то. Народ деревенский решил, будто она на себя наговаривает, да слушать умирающую не стал. Что там разобрать, ежели она горит вся, да оттого и разум ее тлеет?
Купец из всей родни по жене пропавшей горевал больше всех. Все к лесу ходил да на опушке сидел, умолял кого-то жену отпустить, да только в чащу сам сунуться боялся. Пока сын его с ума сходил, купец все у леса и сидел. Слезы горькие лил, жену-красавицу обратно звал, не видел, что с сыном его делается, не знал, что тот от горя да чувства вины совсем плох стал, а потом и вовсе не до сына купцу стало. Хворь на деревню пришла да косить всех без разбора принялась…
Поговаривают в деревне, что в тот год, когда у купца и жена, и дочь сгинули, в чаще лесной нечисть новая объявилась. До того Леший один по лесу бродил, а в тот год женой обзавелся, да говорят, что она самого Лешего страшнее была. Много народу тогда в лесу сгинуло и с одной деревни, и с другой, что на другой опушке стояла, а путь между ними напрямик через лес-то и проходил. Народ как понял, что из чащи воротиться не выходит ни у кого, перестал в нее соваться – стали люди лес обходить. Пусть и долог новый путь был, да народ хотя бы живым из одной деревни в другую приходил. Говорили, что жена Лешего будто мстит деревенским за обиды прошлые: никто наверняка не знал, правда, ни откуда взялась она, ни за что мстит так яростно. В каждой деревне грешки водились, да народ о них вспоминать не очень любил, потому и не пытался корни беды отыскать.
Поговаривают в деревне, что в тот год, когда у купца и жена, и дочь сгинули, чаща лесная разрастаться принялась: даже там, где деревья рубили да пеньки жгли, поросль молодая появляться стала. Будто лес свое назад брал да людей с деревень гнать принялся. А народ боязливый сделался. Сплетни про жену Лешего да про хворь неясную аж до города ближайшего дошли, а позже туда и народ деревенский потянулся. Опустели дома в деревнях по обе стороны от леса. Разрослась чаща, бурьяном непролазным покрылась. Нечисть лесная задышала свободно. То хозяйки лесной заслуга была. Всей душой своей темной да сердцем замерзшим любила она чащу лесную, да больше леса любила хозяина лесного. Оттого и защищала лес от людей, как могла.
Поговаривают в деревне, что в тот год, когда у купца и жена, и дочь сгинули, Леший жену себе нашел да полюбил сильно. С тех пор они вдвоем чащей и правили: хозяин лесной да хозяйка лесная.
Поговаривают в деревне, конечно, много, да только правду одно зеркальце ведьмино знает, а с того года, как у купца и жена, и дочь сгинули, не видал его из людей больше никто.