Ни разу в жизни я не чувствовала такого облегчения, как сейчас, когда позвонила в участок и Доннер поднял трубку.

– Одна из девочек пропала, – выпалила я, не дав ему поздороваться.

Трубка ненадолго замолчала, потом послышалось:

– Бет?

– Да, да, это я. Доннер, я в Брайне. Пропала Энни, дочка Текса. Как я поняла, они с Мэри играли на улице, за ними пришла бабушка и позвала домой. Потом она вернулась в гостиную ответить на звонок – это Текс хотел сказать, что добрался до Бенедикта. Она слышала, как открылась задняя дверь, слышала шаги на лестнице, поднимавшиеся в детскую, и решила, что обе девочки дома. Но Энни не вернулась. Мэри пообщалась с бабушкой жестами, и мы так поняли, что Энни забрал кто-то в медвежьей шкуре или что-то в этом роде. Энни вполне могла уйти по своей воле. Мэри не особо волновалась, пока не увидела, что заволновались мы, так что, мне кажется, никакого насилия не было. Я не понимаю ее жестовый язык, но так или иначе, Энни исчезла. Мы здесь все обыскали, звонили представителям племени, но пока никто не приехал. Вам с Грилом и Тексом надо возвращаться. Мы в доме Текса.

– Уже едем, – ответил Доннер без малейшей запинки и лишних вопросов.

Мэри впала в истерику; мы с Греттль напрасно показали ей, что паникуем. Но выхода не было – мы совсем потеряли голову и никак не могли этого скрыть. Мэри с бабушкой общались жестами и так волновались, что я не понимала, испуганы они, злятся или сбиты с толку.

Я хотела, чтобы Греттль перевела мне объяснения Мэри: что случилось, почему девочка решила, что Энни было нормально уйти с «медведем». Греттль только сказала, что Мэри считает медведя «милым».

И ведь девочки уже не были малышками. Даже восьмилеткам известно – если их научили взрослые, – что с незнакомыми людьми никуда идти нельзя. Точно я не знала, но предполагала, что Текс им это объяснял. Может, конечно, в аляскинской глуши такой навык не очень важен.

Мы долго всех ждали – Текса, Грила, Доннера, кого-нибудь от племени, – и за это время я уверилась, что девочкам знаком человек в медвежьем пальто. Будем надеяться, Текс лучше сможет понять жесты Мэри.

Он ворвался в дом как ураган. Его переполняли страх и ярость, но он держал себя в руках – лучше, чем это удавалось нам с Греттль. Выдавали его лишь горящие глаза. Затем вошли Грил, Доннер, Виола и незнакомый мужчина, видимо представитель племени.

– Что случилось, мам? – Текс схватил Мэри и крепко обнял.

Греттль пересказала последние события, так сильно волнуясь, что я подумала, не стоит ли позвонить и доктору Паудеру.

– Мам, не переживай, – сказал Текс, хотя сам переживал еще как. – Мы найдем ее. Тебе нужно успокоиться. – Он поставил Мэри на пол и присел на корточки перед ней. Взял ее за руки, посмотрел в глаза. – Милая, расскажи мне все-все. Ни о чем не беспокойся, мы все исправим. Мне только надо точно знать, что произошло.

Они стали общаться жестами, и Текс переводил нам вслух.

Пришел «медведь» и позвал Энни. Девочки общались с ним уже неделю. После оползня именно медведь провожал их до Бенедикта. Медведь был их приятелем, он им нравился. Играл с ними, приносил разные вкусняшки.

Текс застыдился того, что девочки так легко ушли с незнакомцем. Потом овладел собой и сказал:

– Мэри, это ведь ненастоящий медведь? В этом нет ничего страшного. Это человек в медвежьей шкуре, верно?

Мэри заколебалась, наверное, посчитав, что сказочный медведь будет убедительнее человека. Но затем кивнула.

– Отлично, просто отлично. Ты знаешь, кто был там в этом пальто?

Мэри сразу же покачала головой. Не знает.

– Мужчина или женщина?

Она опять заколебалась, но было видно, что ответит.

Затаив дыхание, мы ждали. До меня дошло, что, пока Текс и Мэри общались, я почти перестала дышать.

Мэри начала отвечать жестами, и Текс заговорил.

– Женщина. Мамочка. – Он оглянулся на нас через плечо. – Пошли искать.

Греттль, Виола и человек из племени остались с Мэри.

Текс велел маме проследить, чтобы Мэри не волновалась. Доверив Греттль эту задачу, он помог ей прийти в себя. Виоле нужно было заботиться о них всех. И все будет в порядке. Я очень надеялась, ради них самих, что мы найдем Энни живой и невредимой. А если нет… ничем хорошим не кончится, если терзаться всякими «если».

Грил, Доннер, Текс и я отправились тем же путем, которым только недавно Текс шел по следам девочек. Его взгляд, по-прежнему бешеный, обшаривал все кругом. Ясно было, что он видит то, что мне недоступно – хотя многое я сама видела не так, как большинство людей. Когда я узнала, что он прошел по следу девочек до Бенедикта, это представилось мне непостижимой тайной, сродни волшебству. И даже сейчас происходящее казалось нереальным. Текс шел по выпавшему снегу, ни секунды не задумываясь, абсолютно уверенный в том, что направление выбрано правильно.

Чтобы не отставать от Текса, Грила и Доннера, мне пришлось постараться. Получалось неплохо, если только не разговаривать. Вопросов у меня было полно, но полицейские молчали, чтобы не сбивать концентрацию Текса, и я поступила так же.

Когда мы перешли реку и подошли ближе к дому Лейна, я взглянула на часы. Поход занял двадцать минут, на машине у меня в прошлый раз ушло десять, а если объезжать по основной дороге – не меньше тридцати. Здесь и правда можно было срезать.

– Погодите, – сказала я, задыхаясь; перед нами уже появилась задняя сторона дома. Мужчины остановились и посмотрели на меня. – Мы с Грилом видели, что мужчина, который здесь живет, носит медвежье пальто. А когда я была в доме, то слышала, как кто-то выходил через заднюю дверь. Здесь, случайно, не живет женщина? Может, Лейн женат?

– На допросе он заявлял, что не женат, – ответил Грил. – Сказал, что жена умерла шесть с половиной лет тому назад, в лесу. Нога попала в капкан, а когда он ее нашел, было уже поздно. Медведь растерзал. Он похоронил останки за сараем и никому не рассказывал.

Я кивнула, не собираясь тратить время на смакование убийства и на пережевывание того, что властям, как здесь заведено, снова ничего не сообщили.

– Могилу я видела – но их там было несколько. О ребенке он не говорил?

– Нет. Я его спрашивал. Я тоже видел кладбище, Бет, он клялся, что детей там не хоронили, но Бог ты мой! – Грил провел рукой по волосам. – Лейн сказал, что там похоронены их мечты иметь ребенка. Если бы тело в сарае принадлежало его жене, я бы арестовал его и надавил как следует. Но я поверил, что он не знает убитую.

– Кто бы мог с ним тут жить?

– Кто-то вроде него, кто хочет сбежать от общества, – сказал Текс.

– Я с ним поговорю. Пойдем, – бросил Грил.

Мы подошли ближе к дому со стороны комнаты, которая еще не снилась мне в кошмарах, но явно будет. Грил закричал:

– Лейн! Здесь шеф полиции Сэмюэлс с тремя людьми.

Из трубы вился дымок, но мне все равно показалось, что дома никого нет. Однако через минуту Лейн появился на пороге, одетый в джинсы и короткую рубашку – он бы мгновенно замерз, если бы разгуливал по лесу в таком виде.

– Шеф, в чем дело? – он подозрительно оглядел Доннера, потом Текса и меня.

– Нужно задать пару вопросов. Можно мы зайдем?

Лейн не хотел нас звать, но здравый смысл одержал верх.

– Ладно, заходите.

Мы зашли за ним в заднюю дверь и прошли через разделочную. Благодарение Богу, животных там не было. Пройдя в гостиную, Лейн встал рядом с креслом и засунул руки в карманы.

В комнате было слишком жарко, и я сняла перчатки и шапку. Заметила, как взгляд Текса скользнул по моему шраму.

– Лейн, вы не видели на вашей земле девочку? Она могла быть вместе со взрослым, – спросил Грил.

– Нет, не видел. Кто-то пропал?

– Да. – Грил встал так, чтобы оказаться между Лейном и Тексом. Если бы Текс что-то задумал, его бы никто не удержал. Но Грил хотя бы сможет ему помешать. По глазам Текса и линии плеч было видно, что он себя сдерживает изо всех сил. Кто бы ни увел его дочь, хорошо этому человеку не будет, и Грил это отлично понимал.

– То есть пропала маленькая девочка. Сочувствую. Чем могу помочь? – голос Лейна звучал искренне.

– Мне нужно получить очень важную информацию. Лейн, мы ищем женщину, которая ходит в медвежьей шкуре. Вам такая известна?

Сначала Лейн хотел солгать, будто тренировался заранее. Посмотрел на Грила. Это была уже не я, любопытная соседка с кучей вопросов, это была полиция Бенедикта. Возможно, Лейн соврал бы и полиции, но речь все же шла о пропавшем ребенке.

– Черт. – Он запустил пальцы в волосы. – Я обещал не выдавать ее и уверен, что она не связана с пропавшей девочкой… Живу я один… Ладно, кажется, я догадываюсь, о ком вы говорите. Шеф, я никогда бы не подумал, что она может похитить ребенка, ни за что.

– Как ее зовут, кто она? – спросил Грил.

Лейн пожал плечами.

– Я знаю только, что это женщина. Она не представлялась. Белая. Почти ничего о ней не знаю. Не знаю, кто она, кем была раньше. Она добрая, мягкая, непохожа на похитительницу, – снова ввернул он.

– Подробнее, Лейн. Как вы познакомились?

– В первый раз она пришла ко мне лет пять или шесть назад, в плохом состоянии, издергана, с одной стороны лица ожог – не очень свежий, почти заживший. Не стала рассказывать, что случилось, просто попросила приютить. Несколько дней жила, потом ушла. Потом возвращалась – и сейчас иногда возвращается, много раз. Но нерегулярно. Где живет, когда уходит, не знаю, но точно не здесь.

– В полицию не сообщали? – спросил Грил.

– Нет. – По тону было ясно, что эта мысль даже не приходила Лейну в голову.

Грил вздохнул.

– Просто женщина? И все?

– И все.

– Мы думаем, что девочка ушла с ней. Понимаю, что вы другого мнения, но вы должны нам помочь. Мне нужно знать, куда она могла отвести ребенка. Наиболее вероятное место, по вашему мнению.

– Не знаю. Без понятия, где она бывает, когда уходит. Она не хочет, чтобы я знал.

Машины у нас не было. Из Брайна мы пришли пешком. Лейн повсюду ходил пешком. Я не могла представить себя на его месте, даже когда жизнь его была вся как на ладони.

– Что она вам рассказала при первой встрече?

– О своем прошлом ничего. О том, откуда она – тоже. Хотела узнать, как ставить капканы. Я ее научил. А потом… наверное, мы подружились. – Он демонстративно посмотрел на Грила. – И оставались только друзьями. Скорее даже компаньонами. Я помогаю ей с капканами, а она помогает мне. Иногда ужинаем вместе. Почти не разговариваем.

– Так вы не пара? – спросил Грил.

– Нет. Сегодня пораньше она у меня была, и вчера тоже. На этой неделе я вообще ее часто встречал. – Лейн посмотрел на меня. – И вы тоже. Я пытался оградить ее покой.

– Ее тайну, вы имели в виду, – заметила я.

Лейн вздохнул, губы сжались в тонкую полоску.

– Можно и так сказать.

– Вы как считаете, она имеет отношение к телу в сарае? – спросил Грил.

– Нет, никакого, – быстро ответил Лейн. – Раньше я задумывался на этот счет. Но потом рассказал ей, что нашли мертвую женщину, и она об этом ничего не знала. Я уверен, что она мне не лгала.

Грил потер бороду.

– Постарайтесь припомнить, что было три месяца назад. Как она себя вела, как выглядела?

Лейн долго молчал.

– Лейн?

– Три месяца назад я встретил ее в разделочной. Вернулся домой и увидел, как она отмывает руки от крови. Животных в комнате не было. Она сказала, что выпускала на волю волка и поранилась, но раны мне не показала.

– Такое бывает, – заметил Грил.

– И бывает опасно, – добавил Текс.

– Вам нужно пойти с нами, – сказал Грил Лейну. – Мы возвращаемся в Бенедикт пешком. Я хочу, чтобы вы помогли ее отыскать. Без сомнений, она будет за нами следить. Так или иначе.

– Разумеется. – Не теряя ни секунды, Лейн натянул на себя одежду и вывел нас из дома. Оказавшись снаружи, они с Тексом начали очень похоже напряженно осматриваться; оба были охотниками, оба ставили капканы.

– Вы ее спрашивали хоть о чем-то? – сказал Грил, когда мы подходили к сараю и могилам.

– Нет, шеф, мы не так общаемся. Чаще всего мы оставляем друг друга в покое.

– У вас была дочь? – вставила я реплику.

Лейн прожег меня взглядом. Боль в его глазах была острой и ничуть не ослабевшей.

– У меня была жена и была дочь. Они погибли в лесу.

– Вы мне рассказывали только про жену. Когда умерла ваша дочь? – вступил Грил.

– Тогда же, когда и жена. Дочке было два года.

– Хреново, – пробормотал Грил, – вы не были со мной откровенны, когда я спрашивал про детей. Не очень умно.

– Я знаю, – ответил Лейн без тени извинения в голосе.

– Доннер, давай подытожим, верно ли я понял. Семья Лейна погибла шесть с половиной лет назад. Примерно в то же время сгорел дом, и через несколько месяцев в доме Лейна объявилась неизвестная с ожогом на лице. Похоже?

– Да, шеф. – Доннер был молчалив, но они с Грилом явно прорабатывали последовательность событий, расследовали в уме это дело. Или дела.

Отличные полицейские. Впечатляюще.

– Вы обеих похоронили? – Грил смотрел на Лейна.

– Я похоронил жену. Тело дочки исчезло.

– Вы его не видели?

– Нет. Она ушла с женой, и рядом с телом жены я нашел ее куклу. Дочку унес медведь.

– Вот дерьмо. Лейн, я вам очень соболезную, но, черт возьми, нужно было кому-то сказать.

– Я не откровенничаю с полицией, – ответил Лейн. – Я сам обо всем позаботился. Пытался найти тело дочки, но оно исчезло. Похоронил жену и вместе с ней дух дочери. Шеф, я знаю леса как свои пять пальцев. Ее нигде не было. И… очень много крови.

– Господь! – воскликнул Грил.

Само собой, он думал о том же, о чем я и, пожалуй, даже Текс. Каким-то чудом дочь Лейна выжила, и Текс ее вырастил. Но ведь девочек было двое.

– Ваша жена была из тлинкитов? – спросила я.

– Да. Я и сам тлинкит, но давно уже расстался с племенем. Были разные сложности.

– Я должен знать, что за сложности. Прямо сейчас. Не теряя ни минуты, – отрубил Грил.

Лейн кивнул.

– Мой отец распускал руки. В двенадцать я сбежал из дому. Теперь отец умер. Шеф, я уверен, что это не имеет отношения к происходящему.

– Ваша пропавшая дочь вполне может иметь, – сказал Грил скорее раздраженно, чем сочувственно.

– Не знаю, что и думать. Очень страшно надеяться. Я сделаю все, что вы скажете, шеф. Тогда в душе у меня все поломалось. А потом появилась эта женщина. Нам обоим было больно, но откуда взялась ее боль, она не рассказывала. Простите.

– Текс, когда вы удочерили девочек? Шесть лет назад?

– Они появились в Брайне в июле, вроде бы шесть лет назад. И почти сразу я их удочерил. Но официально удочерение не оформлено.

– Грил, почему ты увез Текса на допрос в Бенедикт? – спросила я в надежде, что он ответит.

– Мы нашли в пещере его капкан.

– Там, где кошелек и сумочка?

– Да.

– Как вы поняли, что это его?

– Там было вытравлено его имя.

– Я без понятия, как он там оказался. Этот капкан я потерял много лет назад, и в пещеру я его не клал. Я готов ответить на все вопросы, но сейчас я хочу найти дочь.

– Посмотрите. – Лейн протянул руку.

Мы одновременно посмотрели туда, куда уходила дорога. Клубы черного дыма поднимались к небу.

– Вот сукин… – Грил побежал первым, но мы сразу последовали за ним.