Удалять здоровые яичники тысячам женщин в Америке, а также в Европе начали в 1872 году. Эта процедура, одобренная видными гинекологами и психиатрами того времени, стала общепринятым методом лечения «менструального безумия», неврастении, нимфомании, эпилепсии, мании и других психических заболеваний. Огромный поток проведенных овариотомий стал одним из худших случаев медицинского произвола XIX века.
Первая успешная овариотомия – удаление десятикилограммовой опухоли яичника – была проведена в 1809 году американским врачом и пионером хирургии Эфраимом Макдауэллом (1771–1830) в штате Кентукки. Страшно представить, каково было пациентке – эфирную анестезию впервые начали применять в 1846 году. Она должна была быть невероятно мужественной, чтобы согласиться на операцию, которая ранее считалась невозможной и даже смертельной. Новости об успешной овариотомии Макдауэлла – он провел в общей сложности 13 подобных операций, восемь пациенток выздоровели, а пять скончались [61] – достигли Англии.
В 1825 году шотландский хирург Джон Лизарс (1787–1860), уважаемый преподаватель анатомии и хирургии, увидел потенциал в этой новой операции для лечения больных яичников и выполнил первую овариотомию в Шотландии. Из четырех операций только одна прошла успешно [62]. Затем с завидным постоянством эта процедура проводилась хирургом из Манчестера Чарльзом Клэем в 1842 году. Однако уровень смертности составил 86 % [63], и «в течение следующих 25 лет вопрос о целесообразности вскрытия брюшной полости для лечения заболеваний яичников оставался спорным, что привело к глубоким расколам среди специалистов» [64]. В этой связи «Роберт Листон, профессор хирургии Университетской коллегии Лондона в 1830-х годах, обвинил тех, кто проводил операции на яичниках, в убийстве и осудил, назвав “потрошителями”» [65]. К концу 1860-х годов уровень смертности при овариотомии значительно снизился, отчасти благодаря работе эдинбургского акушера Томаса Кейта (1827–1895) и лондонского хирурга Томаса Спенсера Уэллса (1818–1897). Уровень выздоровления теперь составлял почти 80 % [66]. Однако, хотя операция в тот момент «символизировала хирургический прогресс, <…> она также практически выходила за границы этичности» [67].
После того как овариотомия стала частью общей гинекологической практики, ведущие врачи Европы и Америки начали экспериментировать с удалением здоровых яичников – а не больных, как это было ранее, – предположительно для лечения расстройств, которые не были определенно гинекологическими. Авторитетный немецкий гинеколог Альфред Хегар (1830–1914) считал, что овариотомия может вылечить истерию и таким образом «изгнать органических демонов неженственного поведения» [68]. Такие состояния, как невралгия, кардиалгия, спазмы, рвота, эпилепсия, судороги, а также болезненные менструации, сопровождающиеся симптомами, начиная от кашля и болей в спине и заканчиваясь истерическим параличом, были классифицированы как неврозы, возникающие из-за проблем с репродуктивными органами [69]. Поэтому именно яичники стали главной целью радикальных оперативных вмешательств.
В Америке овариотомию впервые стал использовать врач Роберт Батти (1828–1895) в 1872 году. Он начал строить теории о хирургических вмешательствах в яичники для лечения расстройств, не являющихся болезнями яичников, кистами и опухолями. Его мотивацией и обоснованием операции было то, что многочисленные женские недуги связаны с отсутствием и нерегулярностью менструаций или вызваны ими и, следовательно, могли быть «решены, если источник, вызывающий менструацию [яичники], удалить» [70]. Менструация, беременность и роды в то время считались основными причинами женской психической нестабильности (см. главу 11). Обеспокоенный многочисленными психическими и физическими симптомами, которые испытывали его пациентки с нерегулярным менструальным циклом, Батти предположил, что, если удалить оба яичника, они излечатся.
Первоначально Батти называл процедуру «Нормальной Овариотомией». Так он озаглавил свою публикацию на эту тему в 1872 году [71] – намек на его убеждение, что здоровые яичники могут вызывать дисфункцию других частей тела. Он утверждал – его врачебная практика показала, что психические заболевания, которые он называл «оофоро-манией [oophoro означает яичник] и оофоро-эпилепсией» [72], были расстройствами, «вызванными нервным раздражением, исходящим от яичников, а не от матки. По моему опыту, время, необходимое для избавления от нервных расстройств после удаления яичников, весьма различно. В целом эпилептиформные проявления прекращались сразу. <…> Все случаи мании были хроническими, и улучшение происходило медленно» [73].
В своей совместной публикации «Кастрация при психических и нервных заболеваниях» лондонский хирург Томас Спенсер Уэллс, немецкий гинеколог Альфред Хегар и американский врач Роберт Батти описали состояния, которые считали подходящими для проведения операции: «миома матки», «неконтролируемые маточные кровотечения», «определенные пороки развития половых органов», «деформации таза», «отдельные препятствия во влагалище», а также «конкретные случаи овариальной дисменореи или невралгии». Они также заявили, что в «почти [выделено мной] всех случаях нервного возбуждения и безумия» операция была неприемлема и что при «нимфомании и психических заболеваниях» процедура «неоправданна» [74]. И все же, как уже отмечалось выше, операция была оправданной в случаях мании и эпилепсии. Более того, в той же публикации Батти заявил, что «маточные расстройства очень часто прямым или косвенным образом вызывают нервные симптомы. Вопрос о проведении кастрации в этих случаях может [выделено мной] возникнуть, если они приведут к психозу или серьезному неврозу» [75]. Он также объяснил, что, не имея ничего общего с заболеваниями определенных частей тела, такие состояния, как «неврастения, чувствительность позвоночника и истерия, [имеют] для нас огромное значение» [76]. Такие комментарии оставили широко открытой дверь для различных интерпретаций врачами необходимости проведения овариотомии.
В работе «Кастрация при психических и нервных заболеваниях» Батти заявил, что за всю свою практику, а также среди «сотен трупов», которые он вскрывал в ранние годы, он очень редко наблюдал «то, что было совершенно здоровым яичником, <…> у любой женщины старше 25 лет» [77]. Широко распространена была кистозная дегенерация, и яичники становились все более и более «шероховатыми, год за годом, из-за овуляции, пока, в конце концов, как следствие, не наступала атрофия» [78]. Поэтому удаление яичников, считавшихся здоровыми, было полностью оправданным при определенных обстоятельствах. В этой связи американский гинеколог Теодор Гайлард Томас (1831–1903) заметил, что «для всех нервных и психических расстройств у женщин, которые вызывает или заметно усугубляет процесс овуляции, я считаю кастрацию наиболее полезным методом» [79]. Батти закончил свою диссертацию ясным и недвусмысленным утверждением: «Кастрацию женщин при нервных заболеваниях, по моему мнению, ждет блестящее будущее» [80]. Так оно и случилось. К сожалению, в конце XIX века удаление яичников стало распространенным и общепринятым методом лечения истерии.
Однако овариотомия вызвала неоднозначную реакцию среди психиатров. Немецкий невролог Пауль Юлиус Мёбиус решительно выступал против процедуры якобы излечения женщин, страдающих истерией. Выдающиеся же немецкие психиатры Рихард фон Крафт-Эбинг и Пауль Флексиг (1847–1929) назвали овариотомию последним средством для помощи больным истерией. Операция Батти по лечению различных форм безумия получила неоднозначные отзывы в британской медицинской прессе [81]. «Считается, что только Батти провел эту процедуру на нескольких сотнях женщин» [82], – уровень смертности составлял от 10 до 25 % [83]. Иронично, что Батти, «начинатель» процедуры, которая убила тысячи женщин, в 1876 году стал соучредителем Американского гинекологического общества [84].
К 1906 году около 150 000 в основном молодых женщин перенесли удаление здоровых яичников из-за различных заболеваний – очень большой процент из них из-за истерии, нимфомании, меланхолии, мании и эпилепсии, которые в то время считались психическими заболеваниями [85]. Такая ситуация сложилась в результате векового убеждения в прямой связи между расстройствами репродуктивных органов и женским безумием. Овариотомия, по сути, стерилизовала женщин и выражала «евгеническое пренебрежение к помещенным в учреждения <…> или маргинализированным женщинам» [86], которых часто оперировали без их согласия. Например, в Государственной больнице для душевнобольных Норристауна, штат Пенсильвания, процедура проводилась без согласия пациентки до 1893 года, когда в конечном итоге Комитет по безумию Совета штата Пенсильвания осудил эту практику как незаконную <…> экспериментальную [по] характеру <…> жестокую и бесчеловечную» [87].
Постепенно, с распространением овариотомий, ведущие врачи начали осуждать эту процедуру, если она использовалась для лечения психических заболеваний. Во-первых, двусмысленные, неясные критерии для проведения и оценки операции больше не казались убедительными, а во-вторых, все более широкое применение процедуры не основывалось на новых медицинских представлениях о физиологическом устройстве яичников. В результате то, что стало известно под названием «операция Батти», приобрело дурную славу и [было] названо «кастрацией, стерилизацией, лишением пола, выполняемыми только гинекологами-извращенцами» [88].
Возникает уместный вопрос: как мы можем объяснить широкое использование радикальных операций, проводимых с целью «излечения разума»? «Стоит ли считать, что все врачи XIX века были некомпетентными или безответственными, или еще хуже?» [89] Трудно понять, как выдающиеся, опытные, высококвалифицированные и благонамеренные врачи той эпохи могли использовать «методы лечения», которые в наше время воспринимаются как спорные и неприемлемые. Однако не стоит относиться к нашим предкам снисходительно – нужно помнить, «что решения о методе лечения всегда зависят от контекста» [90]. Другими словами, они зависели от медицинских представлений и знаний конкретного времени, когда такие процедуры, хотя и были спорными, имели смысл с медицинской точки зрения и были частью массовой тенденции.
Те же рассуждения применимы и к XX веку, который ознаменовался волной радикальных операций, продолжавшейся десятилетиями, а также электросудорожной терапией для «лечения разума». Сложно представить, что масштабное профилактическое удаление зубов или участков толстой кишки может облегчить психические расстройства. Однако именно такие процедуры в течение нескольких лет начиная с 1907 года с энтузиазмом проводили двое американских хирургов-психиатров. Среди процедур также была терапия лихорадкой, вызванной малярией, призванная вылечить от нейросифилиса; инсулиновая кома и судороги от приема метразола для лечения шизофрении, а также шоковая терапия с применением химикатов, электросудорожная терапия и психохирургия – должно быть, самый ужасный из всех методов «лечения». Психохирургия, применяемая для лечения психических заболеваний, включала префронтальную и трансорбитальную лоботомию, в результате которых разрушалась и отсекалась часть префронтальной коры мозга. Эти процедуры проводились десятками тысяч врачей с 1936 по начало 1950-х годов, но в данной главе были опущены.