Помимо концепции греха, вызывающего физические и психические заболевания, христианское богословие утверждало, что Святой Дух и дьявол постоянно сражаются за душу человека. Свидетельства конфликта между душой и физическим телом, который иногда рассматривался как конфликт между добром и злом, могли вызывать чувство отчаяния, тревоги и нервозности, которые рассматривались как симптомы расстройства разума. Однако церковь также признавала форму безумия, которая «была священной, <…> и проявлялась в экстатических откровениях святых и мистиков» [47].
Однако в целом безумие считалось чем-то от дьявола, «задуманным Сатаной и распространяемым ведьмами и еретиками» [48]. В этом контексте Ричард Нейпир, священник, врач и выпускник Оксфордского университета, специализирующийся на лечении «людей с “уникальным разумом”, обнаружил, что многие из тех, кто обращался за консультацией, страдали от религиозного отчаяния, страха перед проклятием (вызванного кальвинистским пуританством), обольщением Сатаны или колдовством» [49, 50]. Нейпир сочетал различные терапевтические методы, леча психически неуравновешенных людей не только гуморальной медициной, но и народной магией, молитвами, астрологией, а также снабжая их различными талисманами и амулетами. Он обычно давал своим пациентам так называемые сигилы – «металлические эмблемы с нанесенными на них астрологическими рисунками» [51], чтобы эффективно бороться как с психическими заболеваниями, так и со злобными демонами и ведьмами.
К сожалению, теологические дискуссии о так называемых демонах и ведьмах «способствовали укреплению народных верований в почти осязаемый духовный мир сверхъестественной злой силы и искушений Сатаны» [52], одними из наиболее явных проявлений которых были безумие и умственная отсталость.
В одержимой охотой на ведьм Европе между XIV и XVII веками, по некоторым данным, 200 000 человек погибли, так как их обвиняли в том, что ими завладел демон [53]. К сожалению, неконтролируемая речь, странное поведение или лихорадочное состояние, которые в более поздние времена интерпретировались как признаки безумия, тогда толковались как результат одержимости демонами, проявления сатанизма, колдовства и сговора с дьяволом.
Но были и редкие случаи, когда недавно зародившаяся медицина высказывала сомнения на этот счет – со стороны тех, у кого хватало смелости поставить под вопрос реальность колдовства, столь активно пропагандируемого церковью. «Врачи и их сторонники указывали на сходство между религиозными фанатиками и сумасшедшими: не наблюдались ли и у тех и у других глоссолалия (использование слов на языках, которые неизвестны говорящему), конвульсии, плач и причитания и другие похожие симптомы?» [54] Важно помнить, что тогда по всей Европе проходили одни из самых печально известных преследований ведьм, обряды изгнания нечистой силы и казни [55]. Поэтому все несогласные с мнением церкви подвергали себя большой опасности и преследованиям.
Одним из них был нидерландский врач Иоганн Вейер (1515–1588), личный врач Вильгельма, герцога Клевского. К счастью, герцог защищал Вейера и позволял ему высказывать подобное мнение. В своей книге De praestigiis daemonum, переведенной как «О кознях нечистой силы» (1563), Вейер выступил против существования колдовства в целом. По его мнению, люди, утверждающие, что практикуют колдовство, магию и чары, на самом деле страдают от галлюцинаций и должны лечиться от психических заболеваний, а не подвергаться наказаниям. Более того, он предупреждал, «что болезнь стариков, одиночек и неграмотных легко принять за колдовство» [56]. Ведьмы просто выдумывали те злодеяния, в которых они с такой готовностью признавались. Все это было результатом воздействия галлюциногенных растений или просто виделось кому-то во сне. «Точно так же преступления, в которых их обвиняли, – чья-то внезапная смерть, неурожай и другие несчастья, были чисто природными катаклизмами» [57]. Для того времени это были поистине просвещенные взгляды. Вейер осудил охотников на ведьм за то, что признания они вымогали, прибегая к страшным пыткам, отметив, что пытки могут заставить даже невинного человека признать себя виновным. В конечном счете его книга привела к прекращению судебных процессов, касающихся колдовства, в Нидерландах [58].
Еще одним известным человеком, поставившим под сомнение реальность колдовства, был Реджинальд Скот (ок. 1538–1599), английский помещик благородного происхождения, член парламента и мировой судья. В 1584 году он опубликовал свой трактат «Открытие колдовства: доказательство, что распространенное мнение о способности ведьм заключать контракты с демонами, духами или домовыми <…> и убивать, мучить и истреблять <…> всего лишь выдумка <…>: в котором также рассказывается о непристойных нехристианских практиках торговцев ведьмами <…> к которому добавлен трактат о природе и сущности духов и демонов <…>». Название говорит само за себя. Его целью было предотвратить преследование, угнетение и пытки бедных, пожилых, ничем не примечательных и часто наивных людей, которых в народе обвиняли в колдовстве. Скот писал: «Легенды о колдовстве так прочно укоренились в умах людей, что в наши дни немногие или вообще никто не может терпеливо ожидать Божьего вмешательства и наставления. Ибо если с ними происходит какое-либо несчастье, болезнь, если они теряют детей, если случается неурожай, погибает скот, или они лишаются свободы, то мало-помалу они начинают винить во всем ведьм. Как будто нет в Израиле Бога, который распоряжается всем по своей воле <…> это женщины, здесь, на земле, называемые ведьмами, – виновницы всех бедствий. Такие неверующие также убеждены, что ни град, ни снегопад, ни гром, ни молния, ни дождь, ни штормовой ветер не нисходят с небес по повелению Бога, а вызваны хитростью и силой ведьм и колдунов» [59].
Скот опроверг теорию колдовства и магии, которая описывала спиритические проявления или ясновидение как психические расстройства. Он обвинил католическую церковь в том, что она поддерживает столь странные убеждения среди населения. Несомненно, он шел на огромный риск. В конце концов, колдовство было преступлением, закрепленным в законе как церковью, так и государством, и Скот со своими просвещенными идеями рисковал прослыть еретиком или даже ведьмаком.
Во многом именно чтобы противостоять занятиям колдовством, король Шотландии Яков VI, который позже стал Яковом I Английским, в 1597 году написал свою «Демонологию». В книге он выказывал абсолютную веру в магию, колдовство, некромантию, оборотней и вампиров и ставил перед собой цель доказать реальность этих сил. Яков установил высшую меру наказания за подобные практики – смерть.
К сожалению, в середине XVII века в европейских странах такие выдающиеся личности, как Вейер и Скот, были в меньшинстве. Английский врач сэр Томас Браун привел доказательства, подтверждающие реальность колдовства, уже в 1630 году, а дебаты о его существовании продолжались еще позже. В книге Religio Medici, «Вероисповедание врачевателей», опубликованной в 1643 году и ставшей бестселлером во всей Европе, Браун подтвердил, что верит в существование ангелов, ведьм и колдовства. Он писал: «Я всегда верил и теперь точно знаю, что ведьмы существуют» [60].
Несомненно, многие из тех, кто практиковал «черную магию», на самом деле были психически больны и страдали от бреда или галлюцинаций. Религиозные толкования симптомов безумия по-прежнему были распространены, и широко применяемым методом лечения оставалась молитва, наряду с покровительством различных святых. Это наглядно показано на двух витражах Кентерберийского собора, датируемых XIII веком. Они изображают безумца в такой последовательности: «Он приходит безумный» и «Он молится. В здравом уме уходит» [61].
«Очень редко естественные и сверхъестественные объяснения воспринимались как взаимоисключающие или противоречащие друг другу» [62]. Большинство жителей деревень и городов охотно использовали магические средства и обращались к колдунам и предприимчивым мужчинам и женщинам, чтобы облегчить душевные и физические страдания. Как писал Роберт Бёртон (1577–1640) в «Анатомии Меланхолии», опубликованной в 1621 году: «У некоторых людей есть привычка обращаться сначала к ведьме, а затем к врачу – не справится первая, так справится второй» [63].
В целом в XVII веке все еще считалось, что физические и психические заболевания вызывают демоны, ведьмы и грехи, а те, кого признавали сумасшедшими, подвергались изгнанию или приковывались цепями к стенам церкви, чтобы их излечили молитвы благочестивых. Однако все больше врачей стремились изменить распространенные представления о причинах заболеваний, в результате чего было достигнуто некоторое понимание непосредственных причин возникновения психических расстройств, таких как дисбаланс гуморальных функций, неправильное питание, несчастье и чрезмерное употребление алкоголя – в те времена вода часто была непригодна для питья.
Середина XVIII века изменила мировоззрение общества. Уже в XVII веке под знаменем новой механистической философии были предприняты попытки локализовать психические функции в определенных областях мозга – органические теории безумия начали вытеснять гуморальные. Так называемые религиозные обмороки теперь объяснялись «воспалением волокон, закупоркой сосудов или дымными парами, поднимающимися из закупоренных кишок в голову и затуманивающими рассудок» [64]. Следовательно, предполагаемая «одержимость» объяснялась просто как проблема, связанная с нервами и мозгом. «Таким образом, высшие слои отделались от проблем, вызванных колдовством. Особенно это стало заметно после 1650 года» [65].