"Твой буддизм – это тоже шаманизм" – это снова шаман.

"Шаманизм – это накопленный опыт выживания племени. А чтобы его накопить, нужно охотиться, перепросматривать опыт охоты и передавать его дальше. Чтобы племя жило. И выживало. Буддизм – это тоже охота. Тоже опыт выживания. Тоже шаманизм".

Шаманы были (и бывают) разные. Кто-то больше врачевал. Кто-то вместе с остальным племенем занимался повседневными делами. Кто-то травничал. Кто-то истории у костра рассказывал, чтобы коротать полярную ночь. Кто-то духов заклинал. Этот шаман – охотник.

Когда мне говорят "охотиться", то я сразу себе представляю ружье, дождливый лес, спугнутую дичь. Шаман развеивает мои представления об охоте.

"Охота – это сосредоточение внимания. Ты внимательно выслеживаешь. Внимательно преследуешь. Не отвлекаешься, пока не настигнешь. И пока не завершишь начатое" – продолжает он.

Сосредотачивать внимание можно как снаружи, так и внутри. Этот шаман – охотник на духов внутри. Своих и чужих.

Есть духи мира. Есть духи леса. А есть духи человека. Какие духи над человеком господствуют, такие и управляют его мотивацией и поступками.

Шаман считает идеи, убеждения и другие когниции духами человека. Когда я рассказал ему про доминанту Ухтомского, он сказал, что доминанта – это большой дух, сильный, подпитанный духами помельче. А религиозные верования – сверх-дух, порождающий или подчиняющий более мелких.

"Когда ты вернулся с охоты, то неважно, с каким результатом ты вернулся. Результат нужно перепросмотреть. От начала и до конца. Извлечь пользу. Принять ошибки. Сделать это опытом. Сделать выводы. Чтобы сначала понять самому. А потом передать племени" – снова шаман. Открывает мне глаза дальше.

"Твое ДПДГ очень похоже на перепросмотр. Это как сон. Но это не сон" – добавляет он.

И действительно. Если я выследил убеждение-дух и поохотился на него, то либо я с ним что-то сделал, либо мне не удалось. Если сделал и удалось – я меняю свое поведение и как следствие, меняю свою жизнь, судьбу.

"Когда ты извлек опыт, ты можешь передать его племени. Так племя будет выживать лучше. Это – задача шамана. Он может охотиться сам. А может помогать это делать другим" – заканчивает он.

"А почему буддизм – тоже охота?" – спрашиваю я, предварительно рассказав ему о буддийских практиках.

"Потому что там есть внимательная охота без отвлечений, перепросмотр её результатов и передача опыта дальше. Это охота внутренняя, для тебя… А вот твоя психотерапия – тоже охота, но охота внешняя, помощь охотиться другим на их духов".

Побеседовали, чо. Пошел медитировать.