Своим лучшим учеником Бернхард Ромберг считал Матвея Виельгорского, младшего брата Михаила Юрьевича Виельгорского.
«Когда ж виолончель твой дивный,
То полный неги, то унывный,
Пробудит силою своей
Те звуки тайные страстей…»
По мнению Гектора Берлиоза, Матвей Юрьевич Виельгорский был лучшим виолончелистом Европы. Антон Рубинштейн посвятил ему свой Струнный квартет № 3, Феликс Мендельсон – Сонату для виолончели и фортепиано № 2, а Бернхард Ромберг – Пятый (Швейцарский) концерт для виолончели с оркестром.
«Матвей играет на виолончели так, как, должно быть, играют в концертах у господа бога в раю…» (Михаил Лунин)
Самое удивительное – что при всем при том Матвей Виельгорский считался дилетантом! – ведь, во-первых, он был боевым офицером, ушедшим в отставку в звании полковника (напоминая этим князя Николая Голицына; кстати – служил Виельгорский вместе с композитором Александром Алябьевым), а во-вторых, по гражданской службе занимал достаточно значимый пост – директора Департамента хозяйственных и счетных дел (трудно себе представить, чтобы в XX веке основная профессия какого-нибудь замечательного виолончелиста, скажем, Мстислава Ростроповича, – значилась как «заведующий административно-хозяйственной частью»). Именно Матвей Юрьевич Виельгорский докладывал министру Нессельроде об увольнении Пушкина в отпуск – в августе 1833 года и в августе 1835 года (в обоих случаях – на четыре месяца).
Матвей Виельгорский был сдержаннее, серьезнее, а возможно, и вдумчивее брата. Но вот с личной жизнью у него не заладилось. В 1820 году он был помолвлен с Еленой Григорьевной Строгановой[43], но, как и у философа Кьеркегора, – в последний момент произошел разрыв помолвки, что не менее болезненно, чем разрыв селезенки (в отличие от Кьеркегора Виельгорский сам не убегал от женитьбы, а получил неожиданное письмо от предполагаемой тещи с отказом, отчего впал в долгосрочный столбняк). В 1829 году вслед за Пушкиным у Матвея Юрьевича был серьезный роман с Анной Олениной, но на этот раз предложение Виельгорский так и не сделал, оставшись холостым и бездетным…
Первая встреча Пушкина и Матвея Виельгорского состоялась в Москве в декабре 1826 года – поэт слышал дивную виолончель Матвея уже в Белокаменной. Ну а в середине апреля 1835 года, уже в Санкт-Петербурге, Пушкин с Жуковским были на обеде у Виельгорских в честь 40-летия младшего брата. Как написал за полгода до своей внезапной смерти директор столичного почтового ведомства Константин Булгаков, – «ели, пили, курили, смеялись!» (курение выделено в отдельную ритуальную процедуру).
Что ж, были бы мы живы (как писал поэт) – будем когда-нибудь и веселы.