— Откуда ты узнал, что пришло время обеда, у тебя есть часы?

— Да. Вот, смотри, — Венис достал из кармана довольно большие часы с цепочкой.

Ольга с любопытством их осмотрела. Внешне похожие на земные карманные часы, только покрупнее, они отличались циферблатом. Тот был поделен, на двадцать четыре деления вместо привычных двенадцати.

— У вас все часы такие?

— Да, а что?

— Просто в моем мире циферблат имеет двенадцать делений. А вообще-то странно, что и у вас и у нас в сутках двадцать четыре часа. Это не может быть совпадением.

— Да, действительно странно.

— А где ты взял эти часы?

— Краст дал. Магу иногда необходимо знать точное время, или отсчитать определенный временной интервал.

— А в столовой будет много людей?

— Человек десять. Сюда ходят разного рода специалисты — учителя, наставники, парикмахер, художник, управляющие, ну и мы с Крастом.

— А где обедает семья графа?

— У них отдельная столовая. Иногда граф приглашает туда Краста, или управляющего Маркониса, или начальника охраны Дарина, чтобы во время еды обсудить какие-нибудь вопросы, ну и гости графа, если их немного, тоже едят там.

— А если много?

— Если гостей много, то столы накрывают в большом зале, но такое бывает, лишь по торжественным случаям, или по праздникам.

Глава 8

В столовую, находившуюся на первом этаже рядом с кухней, Ольга и Венис зашли первыми. Девушка осмотрелась. Большая прямоугольная комната с длинным столом посередине, покрытым желтой скатертью. У стола аккуратно расставлены стулья с резными спинками. Вдоль стены выстроились большой красивый шкаф для посуды, которую сейчас расставили на столе, и тумба с выдвижными ящиками на которой стоял поднос с графином, наполненным какой-то красной жидкостью, и стаканами. Свет в комнату проникал через два окна в стене напротив двери.

— А у графа большая охрана? — Поинтересовалась Ольга.

— Около сотни.

— Ого! И все придут обедать сюда?

— Нет, солдаты питаются в своих казармах. Для них и готовят отдельно. Их начальник Дарин тоже ест с ними, хотя может и сюда зайти. Но ему, как он говорит, не нравится общаться со штатскими. И есть еще одна столовая, для слуг.

В дверь вошли молодые мужчина и женщина. Видимо они перед этим о чем-то разговаривали, потому что оба улыбались. Улыбку мужчины, правда, портило выражение самодовольства на лице.

— О! У нас новенькая? — Воскликнул мужчина.

— Да. Оля — это Рихас, учитель музыки и танцев и Мириса, гувернантка Вемоны. А это Оля, новая ученица Краста.

— Красту не хватает одного ученика, и он взял еще одного, вернее одну? От тебя так мало проку, что Краст махнул на тебя рукой, или ему просто понравилась Оля? Женщину, наверное, обучать приятнее, чем бестолкового мальчишку. И где, интересно, он тебя нашел? — Обратился Рихас к Ольге. — Для начинающего мага ты уже старовата.

Ольгу покоробило столь хамское обращение к Венису и к ней самой. Старой, в свои девятнадцать лет, она себя совершенно не чувствовала. Поэтому девушка решила попытаться сбить спесь с танцора.

— Дело в том, что раньше я обучалась в другом месте, и как-то раз, мне пришлось проучить одного наглого молодого человека. Я наслала на него икоту и расслабление живота. И представляете, он целую неделю непрерывно икал, и каждые полчаса бегал в туалет. К сожалению, он был сыном влиятельного человека, и мне пришлось покинуть моего учителя. Так я попала к Красту. Учитель меня предупредил, чтобы я не вздумала устраивать свои опыты над графом и его семьей. Он сказал что здесь и так много объектов для эксперимента. И это хорошо. Я как раз усовершенствовала свое заклятие. Ведь тот молодой человек все-таки успевал добежать до туалета, а это неправильно. Надеюсь, теперь оно будет действовать лучше.

Ольга мило улыбнулась Рихасу и спросила: — И кого ты учишь танцевать, когда здоров? Вемону или Ролана?

Рихас проглотил комок в горле и просипел: — Обоих, и еще Мирису, потому что Ролану во время уроков требуется партнерша.

— А кто партнер у Вемоны?

— Я

— А вы что, танцуете без музыки?

— С музыкой. Просто уроки танца с Вемоной и Роланом приходится проводить по очереди. Когда я обучаю Вемону, нам аккомпанирует Мириса.

— О! И на каком инструменте ты играешь? — поинтересовалась Ольга у девушки.

— На пианино. Но пока еще не очень хорошо. Меня Рихас учит играть на нем. Он такой талантливый учитель!

Из книг, и расспросов у Вениса, Ольга знала о существовании в этом мире некоего клавишного инструмента, который она и окрестила для себя пианино. Да и почти всем другим здешним музыкальным инструментам она для себя подобрала земные аналоги.

— Видимо поэтому у него так много тут учеников, заметила Ольга, и внимательно посмотрела на Мирису. Та под ее взглядом почему-то покраснела.

— Добрый день, — в столовую вошел темноволосый мужчина, лет сорока, крепкого телосложения, со шрамом от уголка левого глаза до подбородка.

— Оля знакомься — это Марк, наставник Ролана.

— Очень приятно, Оля. И чему вы наставляете бедного мальчика?

— Я учу его верховой езде, владению оружием, охоте. А почему бедного?

— Мне кажется, он страдает от одиночества. Целыми днями без друзей, без сверстников. Наверное, он к вам очень привязан.

— Гм…. пожалуй. А почему вы так решили?

— Вы обучаете его тому, что любому мальчику его возраста интересно. И если вы знаток своего дела и не жестоки, а мне показалось, что вы именно такой, то привязанность, а может и любовь к вам, обеспечена. Конечно, я могу и ошибаться.

— И если ты ошиблась в Марке, то он станет объектом твоих экспериментов, — съязвил Рихас.

— О чем это ты? — Недоуменно посмотрел на Рихаса Марк.

— Да тут некоторые ученики Краста собираются сделать нас подопытными животными, — ответил Рихас, глядя при этом на Ольгу.

— Не всех, а только тех, кого жалко меньше крыс, — уточнила она.

— Надеюсь, что таких будет не слишком много, — усмехнулся Марк

— Я тоже на это надеюсь, но одну крысу мне, кажется, удастся сберечь.

— Здравствуйте молодые люди, — вошедший пожилой мужчина невысокого роста с седой головой, кутался в теплый плащ. — Вы, наверное, Оля? А я Родалис, учитель Вемоны и Ролан. Пытаюсь вложить в их головы мудрость прошедших поколений.

— Вы философ?

— И философ, и историк, и математик, и натуралист.

— О! — Уважительно посмотрела на Родалиса Ольга. — И насколько успешно происходит процесс наполнения голов ваших учеников мудростью?

— Дети очень способные но, увы, их интересы лежат в несколько иной плоскости от преподаваемых мной наук.

— Да кому нужны ваши философские рассуждения, исторические выкладки и математические задачи. Главное — это чувство прекрасного, и умение красиво двигаться, — высказал свое мнение Рихас.

— Это обычное свойство молодости — превозносить физическое развитие в ущерб интеллектуальному. Возможно, с возрастом вы поймете, что опыт и знания не менее важны, чем хорошая физическая подготовка. Именно это я и стремлюсь довести до своих учеников. И понять это необходимо как можно раньше. Потому что, обучаясь только на собственном опыте, легко ошибиться. А ведь бывают такие ошибки, которые можно и не пережить!

— Например, положить жизнь на алтарь магической науки, принеся себя в жертву эксперименту, и тем самым сохранить жизнь какой-нибудь крысе, — добавила Ольга.

Проворные служанки быстро накрывали на стол, когда вошел Краст в сопровождении двух мужчин. Один невысокий, полный, похожий на колобок, казалось, не шел, а катился. Другой высокий и худой, напомнил Ольге циркуль своими длинными ногами.

Коротко поздоровавшись, они сели за дальний конец стола, что-то негромко обсуждая.

— Кто это? — Негромко спросила Ольга Вениса.

— Высокий — это эконом. Зовут его Лаврик. Он ведет учет всем доходам и расходам графа. А полный — управляющий замком Марконис.

Наконец стол накрыли, и все приступили к трапезе. Еда ничем не отличалась от той, что приносили Ольге в комнату, разве что выбор блюд был, более разнообразным и на столе стояли кувшины с вином, пивом и квасом. Ольга попробовала понемногу изо всех кувшинов и осталась довольна каждым из напитков. Не забывали они и про Шарча. То Венис, то Ольга брали из своих тарелок кусочки мяса и подсовывали их коту, который уселся под столом рядом с девушкой.

Приблизительно в середине обеда в столовую вбежал растрепанный молодой мужчина.

— Прошу прощения, всем приятного аппетита, — он сел напротив Ольги, и быстро заработал ложкой. На аппетит он, видимо, не жаловался.

— Оля знакомься — это наш художник Микас. Если ты ему понравишься, то он и тебя нарисует.

— Не нарисую, а напишу портрет. Ой, очень приятно. — Микас только сейчас заметил сидящую напротив него Ольгу. — И Оля мне уже нравится, поэтому портрет за мной. Как только я закончу портрет дочери графа, приступлю к твоему, — пообещал он Ольге.

— Ты же уже нарисовал три портрета Вемоны! — Удивился Рихас.

— Не нарисовал, а написал. И что я могу поделать, если она меня вдохновляет!

— А ты только людей рисуешь, то есть, прошу прощения, пишешь? Пейзаж писать не пробовал? Окрестности замка, да и сам замок показались мне весьма живописными, — заметила Ольга.

— Э… я как-то об этом забыл. Как только я сюда приехал, то сразу принялся писать портреты всех членов семьи графа, и другие сюжеты у меня вылетели из головы. Но ты права, замок и его окрестности заслуживают того, чтобы их запечатлеть.

Ольга уже наелась, но уходить не торопилась, незаметно наблюдая за магом. Когда он встал из-за стола, Ольга подошла к нему: — Краст, мне нужно с вами поговорить. И с тобой тоже, — обратилась она к, стоявшему рядом, Венису.

— Ну что ж пройдемте ко мне.

Кабинет мага занимал весь второй этаж самой старой башни замка, возраст которой насчитывал не одну сотню лет. Вместо окон в стенах, еще со времен постройки, остались узкие бойницы, правда, уже застекленные, через которые с трудом проскальзывали хиленькие лучики света. Краст или Венис, Ольга не поняла, кто из них, зажег висящий под потолком магический светильник. Девушка впервые оказалась здесь и сейчас с любопытством оглядывалась.

Центр большой круглой комнаты, от пола до потолка, занимал камин, в котором тлели недавно прогоревшие дрова. Точно такой же Ольга видела на первом этаже этой башни. Скорее всего, их строили как одно целое, чтобы не создавать дополнительную нагрузку на межэтажные перекрытия. С тыльной стороны камин охватывал П-образный стол, на котором стояли всевозможные колбы со змеевиками и без, стаканы, бутылочки, жаровня, спиртовки, а так же другие предметы непонятного назначения. Видимо кабинет служил Красту и лабораторией.

Вдоль стены, почти от самого проема в полу, через который они поднялись в комнату, тянулась лестница на третий этаж. Между бойницами стояли шкафы, стеллажи, еще один стол, на это раз обычный, прямоугольный, а так же большой диван. На диване спал мальчик, который, от яркого света проснулся и, увидев Краста, тут же вскочил. На вид ему было лет девять — десять.

— Так что ты хотела нам сказать? — Спросил Краст, усаживаясь на диван.

— Прежде всего, я хотела бы узнать — вы собираетесь рассказывать графу и остальным кто я такая, и откуда взялась?

— Ринк, иди в столовую, обедать пора.

— Но я уже поел.

— Тогда просто погуляй полчаса.

— Кто этот мальчик? — Поинтересовалась Ольга, когда Ринк сбежал вниз по лестнице.

— Это мой слуга. В последнее время Венис постоянно занят с тобой, поэтому я взял из приюта этого Ринка.

— Дети не должны работать. Дети должны учиться.

Краст пожал плечами.

— Через полгода ему исполнится десять лет, и его все равно отправили бы из приюта на какую-нибудь работу, а то и просто на все четыре стороны. Так что этому мальчику еще очень повезло.

— Он может стать магом?

— Нет, у него нет способностей. И давай вернемся к нашему разговору. Я никому не собираюсь рассказывать о том, что ты монстр, это не в моих интересах.

Ольга при этих словах поморщилась.

— О том, кто из нас двоих монстр, еще можно поспорить. Не называйте меня больше так. И раз вы не собираетесь рассказывать обо мне правду, то мне нужна легенда.

— Какая еще легенда?

— Мы должны договориться, что рассказывать всем о моем происхождении и о том, как я оказалась у вас в ученицах. Потому что во время разговора за столом, выяснилось, что маги набирают себе учеников, когда те находятся в детском возрасте, а я уже давно не ребенок. Кстати, вы могли бы заранее об этом подумать, прежде чем вводить меня в здешнее общество.

Увидев, что Краст недовольно поморщился, Ольга заметила:

— О! Я вижу, что вам не нравится, когда вас критикуют. Впрочем, я еще не встречала людей, которым это нравится. Я и сама этого не люблю. Предпочитаю заниматься самокритикой. В данном случае, можно сказать, что я тоже хороша! Ведь ясно же было, что меня станут расспрашивать о прошлом. Так нет! Думала о чем угодно, и разговаривала с Венисом о пустяках вместо того, чтобы подготовиться к первой встрече с незнакомыми людьми. Но еще не поздно все исправить. По крайней мере мои ответы не вызвали удивления или недоверия.

— Ты как-нибудь объяснила свое появление у меня в ученицах?

— Я сказала, что была вынуждена сменить учителя в результате своих магических действий в отношении сына влиятельного человека.

Краст хмыкнул.

— А что случилось с тем молодым человеком, в твоем изложении?

— Он неделю икал, и каждые полчаса бегал в туалет.

— Ну что ж, неплохо. Такое вполне могло бы произойти. Кроме того, это не уголовное деяние, но достаточно обидное, что бы опасаться мести пострадавшего. Венис, ты бы смог составить такое заклятие?

— Думаю, что смог бы. Нужно прикрепить к стенке тонкой кишки какое-нибудь раздражающее вещество или заклятие, для ускорения прохождения пищи, а для икоты необходимо раздражение нерва подходящего к диафрагме. Для этого можно навести спазм на окружающие нерв ткани или раздражать его магически, создав распадающуюся со временем силовую микроструктуру.