Следующим к нему подошел мужчина постарше – лучше одетый, немного женственный. Этот нахальным не был. Он двигался медленнее, ждал, что Анжело даст отпор и ему тоже. Но Анж этого не сделал. Тогда он начал расстегивать на Анже рубашку, пока тот флиртующим взглядом смотрел на него снизу вверх. Когда последняя пуговица оказалась расстегнута, Фем потянул рубашку с плеч Анжело вниз, но на полпути остановился и взялся за края так, что руки Анжело оказались прижаты к бокам. Анжело рассмеялся, откинув голову, а Фем, одной рукой придерживая его за задницу, сунул в выемку у его горла язык. Они принялись тереться друг о друга бедрами. Губы Фема медленно двигались по его шее, и Анжело не мешал ему. Какое-то время они танцевали. До тех пор, пока Фем не сделал попытку поцеловать его в губы. Тогда Анж с улыбкой крутнулся и вывернулся.

К нему подходили все новые и новые парни. Анжело перемещался между ними будто работающий с толпой актер – улыбаясь, дразня, озорно сверкая глазами.

Пока я таращил глаза на Анжело, Джонатан увел Зака в сторону – как я понял, чтобы поговорить с ним без свидетелей в виде нас. Прислонились к перилам неподалеку, они встали лицом к танцполу. Джонатан что-то настойчиво доказывал Заку, но тот слушал его вполуха. Я задумался о том, что он чувствует, глядя на выкрутасы Анжело. Я ждал, что он разозлится или обидится. Или вообще не станет обращать внимания на танцпол. То, что я увидел, поразило меня. Пока он смотрел на Анжа, на его лице играла крошечная улыбка, будто он находил происходящее не оскорбительным и не обидным… а забавным.

Я обернулся к Джареду. Он тоже смотрел на Анжело. Щеки у него раскраснелись, и я понял, что он разрывается между тем, возбудиться ему или прийти в крайнее бешенство.

– Я и не знал… – пробормотал я тупо, и Джаред с раздражением на лице оглянулся.

– Естественно, ты не знал, – резко ответил он. – Может, ты и ложишься каждую ночь спать с мужчиной, но во всем прочем как был натуралом, так и остался. Ты ничего не видишь. Ты не видишь, какой он, Анжело.

– И какой же он? – спросил я, усиленно стараясь не обижаться.

– Он чистый секс, Мэтт, – сказал он так, словно то была самая очевидная вещь на свете. – Все в нем просто кричит о желании быть оттраханным. Посмотри на него. – Он сердито кивнул на танцпол. – Он выглядит как секс. Пахнет сексом. Он даже ходит как секс.

– Секс умеет ходить? – пошутил я, но Джаред не засмеялся. А потом меня озадачила совершенно иная мысль. – Ты что, хочешь заняться с ним сексом? – спросил я и немедленно прикусил язык. Я не был уверен в том, хочу ли узнать ответ.

К счастью, Джаред проигнорировал мой вопрос.

– Ничем хорошим это не кончится, – пробормотал он, поворачиваясь к танцполу спиной.

Анжело танцевал теперь с новым парнем – ростом немного выше него самого, с почти такими же черными и колючими волосами. На его обнаженном торсе было столько татуировок и пирсинга, что и не сосчитать. Прижимаясь к Анжело со спины, Татуированный терся пахом о его задницу, пока тот с закрытыми глазами покачивался, откинув голову ему на плечо. И у Анжа было такое лицо… я бы прекрасно обошелся без того, чтобы наблюдать на лице своего лучшего друга выражение, которое, как я ошибочно полагал, предназначалось только для Зака. Одна рука Татуированного шуровала глубоко в кармане его мешковатых джинсов, и не надо было быть гением, чтобы понять, что он там трогал.

– Как Зак может так спокойно это воспринимать? – спросил я тихо.

– Понятия не имею.

Я увидел, что к нашему столику возвращаются Зак с Джонатаном. Зак выглядел раздраженным. Однако, к моему удивлению оказалось, что сердится он не на Анжело.

– …Именно это я и имел в виду, Зак, – говорил Джонатан, когда они подошли к нам. Он показал на танцпол. К Анжело и Татуированному присоединился еще один парень, устроив с ними трио трущихся друг о друга бедер и блуждающих по телам ладоней. – С таким, как он, нельзя рассчитывать на длительные отношения.

– Ты не знаешь Анжело, – сказал Зак.

– Мне и не надо знать его. Достаточно посмотреть, чем он занят.

– Он просто развлекается.

– И ты считаешь это нормальным?

– Тебя это никоим образом не касается, – огрызнулся Зак. Я был впечатлен – оказывается, при необходимости он вполне умел за себя постоять. – Но да, я считаю это нормальным. – Я взглянул на Джареда и увидел у него на лице отражение своего собственного неверия.

Джонатан сделал глубокий, размеренный вдох. Решив, очевидно, попробовать новую тактику, он подошел к Заку и положил одну руку ему на талию.

– Зак, я лишь пытаюсь сказать, что соскучился по тебе.

– И когда ты начал по мне скучать? Сегодня?

– Давно. Зак, нам было так хорошо вместе.

– Настолько, что ты ушел.

– И сожалею об этом.

– Не стоит. Все к лучшему.

– Я жалел об этом тысячу раз. Если б только ты дал мне еще один шанс…

– Слишком позд… – Но договорить Зак не успел, потому что Джонатан притянул его к себе и поцеловал.

– О, черт, – услышал я, как рядом тихо выругался Джаред.

Не прерывая поцелуя, Джонатан обнял Зака покрепче. Секунду и Зак целовал его – уж не знаю, намеренно или нет, – а потом разверзся ад.

Я не знаю, в какой момент Анжело перестал танцевать и увидел, что происходит. Может, он наблюдал за ними уже давно. Как только Зак начал сопротивляться и отпихивать Джонотана, он выскочил словно из-под земли и толкнул Джонатана в грудь с такой силой, что чуть было не сбил его с ног.

– А ну убрал от него руки!

Джонатан успел ухватиться за край соседнего столика. Оправившись на удивление быстро, он выпрямился и сделал шаг по направлению к Анжело.

– Это совершенно не твое дело…

– Ты целуешь моего бойфренда и называешь это, блин, не моим делом?

– Я так понял, у вас свободные отношения, – ровным тоном отпарировал Джонатан, надвигаясь на Анжело. – Когда увидел, что ты выделывал на танцполе…

– Но ты, блин, точно не видел, как я кого-то там целовал!

– О. – В голосе Джонатана впервые появилась неприятная нотка. – Так вот где ты проводишь черту?

– Да пошел ты!

Зак наконец-то пришел в себя настолько, чтобы вмешаться. Я надеялся, он как-то разрядит обстановку, но он сделал нечто противоположное. Положил руку Анжело на плечо и выдал худшую из возможных фраз.

– Анж, ты реагируешь слишком остро, – сказал он тихо, и мне захотелось придушить его. Как можно быть с Анжело и не знать, что говорить ему такие вещи просто нельзя?

– Что? – заорал Анж, вихрем разворачиваясь к нему. – Блин, ты издеваешься, что ли? Твой бывший засовывает свой чертов язык тебе в глотку, а я «реагирую слишком остро»?

Зак уже и сам понял, что совершил промашку.

– Я имел в виду, что… – попытался он включить заднюю, но Джонатан перебил его.

– Значит, это нормально, когда тебя лапают совершенно незнакомые люди, а Заку даже и поцеловаться нельзя, с кем хочется?

– Мне не хотелось, – тихо, но твердо проговорил Зак.

Не обращая на него внимания, Анжело развернулся к Джонатану. Его лицо потемнело от ярости. Может, он и был невысоким, но если бы он вот так посмотрел на меня, я бы невольно отшатнулся назад. Да и любой другой человек тоже. Но Джонатан не шелохнулся.

– Сделай же что-нибудь, – прошипел Джаред и подтолкнул меня к ним.

– У нас была такая хорошая жизнь, Зак, – произнес Джонатан. – Мы можем вернуть ее. Правда. Я это знаю.

Зак открыл было рот, но Анжело не дал ему вставить ни слова.

– Он со мной!

Джонатан повернулся к Анжело. На него было неприятно смотреть – столько на его лице было презрения, – и впечатление стало еще хуже, когда он снова заговорил.

– И что же ты можешь предложить ему? – спросил он со злобой в голосе. – Раскладывать по пакетам его покупки из магазина? – Джонатан умолк, и я уж было решил, что мы уклонились от пули, однако потом он сказал то, о чем, по-видимому, думал весь вечер. Пренебрежительно махнув на Анжело пальцами, он насмешливо процедил: – Ты просто легкодоступная задница – и ничего больше.

В чем Анжело никогда нельзя было упрекнуть, так это в медлительности. Я был всего в шаге от них, но прежде чем смог поймать его, он успел-таки нанести один смачный удар. К нам со всех сторон двинулись вышибалы. Анжело отчаянно вырывался, пока я кое-как удерживал его на себе, а нецензурщины, которая лилась из его рта, было достаточно, чтобы со стен сошла краска.

Джонатан – он стоял, прижимая к разбитой губе салфетку – выглядел торжествующим. Зак – ошарашенным, а Джаред – донельзя раздраженным. Как и окружившие нас вышибалы.

– Мы уходим, – сказал я им, пока они не вышвырнули нас сами.

Анжело переключил свой гнев с Джонатана на меня, и мне едва удалось довести его до дверей. Позади, подталкивая меня в спину, шел Джаред, а в конце, продолжая ругаться, – Зак и Джонатан. Как только мы всей толпой вывалились на улицу, Анжело оттолкнул меня, но, вопреки моим ожиданиям, не набросился ни на меня, ни на Джонатана, а развернулся и зашагал вниз по улице – прочь от всех нас.

– Анжело, подожди! – крикнул Зак и пошел было за ним, но я успел поймать его за плечо и рывком возвратить на место – приложив, быть может, немного больше силы, чем требовалось. Я слышал, как Джаред повторял: «Мэтт, не надо», но слушать его не стал. – Оставь его, – приказал я Заку. – Ты уже натворил достаточно.

– Разве ты не видишь, Зак? – сказал Джонатан. – Неужели, ты веришь, что…

Он умолк, когда я шагнул к нему. Я намеренно подошел слишком близко. Он был ниже, и заставить его отступить назад было легко. Нависая над ним, я свирепо уставился на него.

– Лучше заткни свой гребаный рот, или я сделаю это сам. – Похоже, он был все-таки не совсем тупым, потому что сделал, как было велено. – Вы двое, – я по-прежнему не отводил глаз от Джонатана, но Зак с Джаредом поняли, что я обращаюсь к ним, – марш в гостиницу. – Когда Зак начал протестовать, я сказал коротко: – Я найду его. – Зак вздохнул, Джаред взял его за руку, развернул кругом и повел за собой к отелю. – А тебе, – процедил я сквозь зубы, глядя на Джонатана сверху вниз, – я советую не ходить за ними.

Джонатан колебался. Я знал, он прикидывал, можно ли надавить на меня. К счастью для себя, он решил, что не стоит. Опустив голову, он сделал шаг назад.

– Ладно, – сказал он тихо. – Я не хотел причинять проблем.

– Чушь собачья. Хотел и еще как.

Секунду он смотрел на меня настороженными глазами, потом развернулся и вернулся в клуб.

Теперь мне предстояло разыскать Анжело.

В Лас-Вегасе.

Просто великолепно.

У меня была идея, куда он мог отправиться, и к счастью для себя я оказался прав. Анжело был у отеля «Белладжио». Фонтан не работал, и он, опершись о каменное ограждение, смотрел на безмолвную гладь искусственного озерца. На меня он даже не обернулся

– Уходи, Мэтт.

Я знал, что он так скажет, но уходить не стал, а положил локти на ограду с ним рядом, и мы оба стали смотреть на озеро – так неотрывно, словно фонтан работал. Я ждал, когда он заговорит, и спустя несколько минут он обреченно вздохнул.

– Ты все равно не отвяжешься, да?

– Неа.

– Не хочу говорить об этом.

– Окей.

Но я знал его и неплохо. Возможно, лучше него самого. И стал ждать.

– Я не шучу, Мэтт! – сказал он – на сей раз с большим нажимом.

– А что Мэтт? Я молчу.

Стараясь не улыбаться, я снова принялся ждать. Я знал, он вот-вот сломается. И наконец он сказал:

– Ладно!

– Что «ладно»? – невинно спросил я.

– Ладно, я слушаю. Говори уже, блин, что ты там собирался сказать.

– Только одно, – сказал я. – Зак без ума от тебя.

– Ну конечно, – огрызнулся он. – То-то он начал обжиматься у меня на глазах со своим гребаным бывшим.

Я ответил не сразу. Подождал, пока его слова осядут на землю, покувыркаются там немного, и потом с сарказмом проговорил:

– О да, именно так все и было.

Он ссутулился, как если бы его в один миг покинули все необходимые для борьбы силы.

– Пошел ты, Мэтт, – сказал он устало.

– Анж. Хорош вести себя, как придурок. Поговори со мной.

Я думал, он опять огрызнется, но он не стал. И даже задумался на несколько секунд перед ответом.

– Джонатан прав. Мне нечего предложить Заку. В отличие от него самого – с его дипломом из колледжа, карьерой, квартирой в Вегасе, крутой машиной и кучей денег.

– Откуда ты знаешь, что у него крутая машина? – спросил я, думая, уж не пропустил ли я что-то.

Он закатил глаза.

– А какая еще? Бога ради, у него есть сезонный абонемент в долбанный театр.

– И что?

– И то, что я не могу с ним соперничать. Зачем Заку из нас двоих выбирать меня?

Я удивленно уставился на него.

– Мы ведь об одном и том же Заке говорим, верно? Который на дух не переносит мюзиклы, считает «Сыграй мне перед смертью» киношедевром и смотрит фильмы только со счастливым концом? – Тут он наконец улыбнулся. Чуть-чуть. – Думаешь, Заку хоть сколько-нибудь важен этот чертов театр? Или квартира в Вегасе? Или даже деньги?

Крошечная пауза, а потом:

– Нет.

– Тогда в чем проблема?

Он вздохнул. Затем с обреченностью в голосе тихо проговорил:

– Просто когда я смотрю на него, то понимаю, что именно с таким парнем и стоит быть Заку. Я вижу парня, которого он заслуживает.

– Ты думаешь, он заслуживает Джонатана?

– Я думаю, он заслуживает кого-то получше, чем я.

– А знаешь, что вижу я, когда смотрю на Джонатана? – спросил я.

– Парня, который тратит слишком много денег на обувь?

Я проглотил смешок, чтобы он знал: я говорю серьезно.

– Я вижу парня, которым Зак дорожил не настолько сильно, чтобы за него побороться.

Он опустил голову, но ничего не ответил.

– Идем. – Я взял его за плечо. – Вернемся в гостиницу.

Он мотнул головой.

– Не могу пока.

– Знаешь, Зак, наверное, от волнения места себе на находит.

– Знаю.