Поводом к написанию стихотворения стало известие о смене государственного гимна СССР (Натан Альтерман узнал об этом за два дня до выхода колонки из статьи в газете «Ѓа-Арец»). До этого гимном Советского Союза, с самых первых дней, был «Интернационал» — боевая песня соединяющихся пролетариев всех стран. Был — пока товарищ Сталин не пришел к выводу, что слова, написанные в 1871 году Эженом Потье и положенные на музыку Пьером Дегейтером (в 1888-м), уже не выражают всю гамму чувств советского народа и не отражают социалистический характер государства. Решением Политбюро ВКП(б) от 14 декабря 1943 года был утвержден новый гимн (музыка А. Александрова, слова С. Михалкова), избранный, по итогам всесоюзного конкурса, взамен отправленного в отставку «Интернационала». В отличие от абстрактного и потому расплывчатого интернационализма прежнего гимна, новый вариант обладал отрадной патриотической конкретикой: в нем упоминались и Великая Русь, и Отечество с Отчизной, и Ленин, и Сталин, и советское знамя, и необходимость победить захватчиков.

К тому времени Альтерман еще не избавился от восторженно-уважительного отношения к Советам (прозрение наступит позже, после казни членов Еврейского антифашистского комитета, расстрелянных по приказу Сталина), а потому не мог позволить себе прямую критику решения об отставке «Интернационала» и ограничился лишь намеками, косвенно выраженным неодобрением. Впрочем, даже такая критика представляла собой значительный шаг вперед по сравнению с лубочной картиной «Телеграммы Хабада» и некоторых других подобных текстов.

Стихотворение «Уволенный гимн» (השיר המפוטר) было опубликовано 24.12.1943 в газете «Давар».